Глава 96
19 июля 2022 г., 13:38
Услышав легкий вздох мужчины, в сердце Фань Юаня разлилось тепло. Несмотря на то, что система поместила его в неподходящий сосуд, ему все же удалось его найти.
—Этот человек никогда его не подводил.
Перед его глазами было совершенно незнакомое лицо, холодное лицо, но с глазами, которые были такими невероятно нежными и полными сердечной боли и самобичевания. Фань Юань хотел улыбнуться ему, чтобы он перестал грустить, но вместо этого его глаза покраснели, сам того не зная.
На этот раз они действительно были почти разлучены навсегда.
Янь Жуй протянул руку, чтобы коснуться уголка его глаза, но он не осмеливался пошевелиться даже спустя долгое время. Пройдя через долгий период тоски и страданий, он стал осторожным. Он боялся, что не сможет контролировать свою силу и в конечном итоге причинит ему боль или даже оставит рану, что было последним, что он хотел сделать.
Фань Юань не подозревал о колебаниях мужчины и просто бросился прямо в его объятия. Янь Жуй быстро поймал его и посадил к себе на колени. Тому, что был у него на руках, было всего четырнадцать лет, хрупкий и нежный. Было не трудно назвать его хрупкой фарфоровой куклой. Если бы он приложил немного сил, ребенок испустил бы свой последний вздох.
На самом деле, даже если бы он ничего не сделал, это хрупкое тело все равно сломалось бы…
Фань Юань резко закашлялся из-за перепадов настроения. Янь Жуй быстро помог ему выровнять дыхание, высыпав таблетку Пэйюань и поднеся ее к губам Фань Юаня. Фань Юань наклонил голову, не желая есть, поэтому Янь Жуй неторопливо уговаривал: “Веди себя хорошо, ты почувствуешь себя лучше после приема таблетки.”
Этот тон был похож на тон человека, уговаривающего ребенка, который не хотел есть. Фань Юань был удивлен до смешка такой его манерой, но все же покачал головой: “Эта таблетка предназначена для укрепления фундамента. Если первоначальный персонаж страдал от болезни, которая ослабляла организм, его можно было бы легко вылечить. Прямо сейчас все пять внутренних органов повреждены, и никакое количество таблеток, восполняющих энергию, не может быть использовано, чтобы исправить это. Не трать впустую такое лекарство.”
Это был эффект его собственного рецепта. Хотя это не могло сравниться с пилюлей Пэйюань, этого было достаточно, чтобы справиться с болезнями обычного человека. Однако, независимо от того, сколько энергии он восполнял, это просто придавало его лицу немного более яркий жизненный оттенок. Не было никакого способа справиться с повреждениями внутри.
Янь Жуй на мгновение задумался: “Я отправлю тебя обратно в тело Нин Си Юаня.”
Фань Юань ожидал, что его первым предложением будет изменить свое тело. Он быстро покачал головой и сказал: “Поскольку я уже вошел в тело Нин Сици, нет причин его менять.”
Янь Жуй пристально посмотрел ему в глаза: “Это тело изначально было подготовлено для тебя. Ты вошел в тело Нин Сици из-за ошибки в системе поиска пути. Если ты хочешь, я могу отправить тебя обратно в любое время, или ты на самом деле не хочешь возвращаться?”
Фань Юань почувствовал себя немного виноватым и не осмелился взглянуть на него. Янь Жуй схватил его за подбородок и пристально спросил: “Ты предпочел бы иметь это болезненное тело, чем добровольно вернуться в тело Нин Си Юаня? Это потому, что ты не можешь вынести расставания с Сюй-ши?”
Фань Юань тут же покачал головой и мысленно вздохнул от проницательности Янь Жуя. Ревность этого негодяя не зависела ни от пола, ни от возраста, и она не ограничивалась людьми, животными или неодушевленными предметами. Он хотел занять все его эмоции — радость, гнев, печаль и счастье.
Он запинаясь проговорил: “Нин Сици с самого начала был невиновен, но он умер без какой-либо ясной причины. При этом я случайно оказался в его теле, так что я не могу просто притворяться, что ничего не знаю. Я ни за что не отпущу Нин Си Рон и Нин Чжэ. Я должен заставить их понести заслуженное наказание.”
Видя, что Янь Жуй все еще выглядит несчастным, Фан Юань нахмурил брови: “Если бы я не вошел в это тело, моя душа, возможно, уже рассеялась. Как ты тогда собирался меня найти?”
Сердце Янь Жуя слегка дрогнуло, когда он подсознательно сжал руку. В системе 10018 произошел несчастный случай, не оставивший возможности определить местоположение первоначального носителя во время переселения. Если бы для него не нашелся подходящий сосуд, духовное тело Фань Юаня исчезло бы через несколько дней. Это подтолкнуло Янь Жуя к тому, что он не осмелился использовать свои силы для поиска следов Фань Юаня.
Это было потому, что он боялся, что обыщет все уголки этого мира, но не сможет найти своего мальчика.
Он не мог вспомнить, что происходило в его голове в то время. Резня и разрушение занимали почти все его мысли. Потерять Фань Юаня навсегда — даже одна мысль об этом вызывала в его груди безудержную, жестокую ярость. Только в одном можно было быть уверенным: если его драгоценный ребенок исчезнет, будет ли у этого мира все еще необходимость существовать? Было ли ему необходимо существовать? Ответ был: нет.
Как раз в тот момент, когда его удачу можно было считать не такой уж плохой, и его терпение было на исходе, его сокровище вернулось в его объятия.
Он был спасен, и этот мир тоже был спасен. Но у тех муравьев, которые замышляли что-то против него, больше не было необходимости существовать.
Фань Юань заметил, что глаза Янь Жуя вспыхнули убийственным намерением, на что он лег на плечо Янь Жуя и прошептал: “Прости. Я не виню тебя и не хочу, чтобы ты страдал, но я Нин Сици уже больше трех месяцев. Я должен взять на себя ответственность за его жизнь, а что касается его матери, то я обязан поддерживать ее, пока она не состарится. Янь Жуй, я хочу пожить еще немного. Я знаю, у тебя есть выход. Помоги мне.”
Янь Жуй нежно погладил его по волосам и сказал нежным голосом: “Ты прекрасно знаешь, что я никогда не откажу тебе в твоих просьбах.”
Фань Юань с горечью сказал: “Ты обвиняешь меня.”
Янь Жуй сказал: “Ты знаешь причину этого.”
“Потому что ты не хочешь слушать мои слова, потому что ты хочешь продолжать находиться в этом тяжело больном теле, потому что твое сердце будет болеть...”
Янь Жуй прижался лбом к лбу Фань Юаня и вздохнул. “Ты все знаешь, но все равно хочешь действовать самостоятельно.”
Фань Юань оставил поцелуй в уголке его губ и взмолился: “Прости, только на этот раз. Я буду тебя слушаться во всем после.”
Уголки рта Янь Жуя изогнулись. Это был именно его мальчик, хитрый, но послушный. Это действительно заставляло человека неохотно отпускать его. Даже если бы он был полностью съеден этим мальчиком, он все равно был бы готов.
*******************
Для Янь Жуя, естественно, не составляло труда дать возможность этому сломанному телу продержаться сто лет. Это было умение создавать тело, которое, в свою очередь, очищало душу, заставляя душу получателя сильно страдать, поскольку магическое лекарство изменяло форму внутренних органов тела. Он не мог вынести страданий Фань Юаня, поэтому избрал более мягкий метод, делая все шаг за шагом.
Когда наступила ночь, Фань Юань выпил свой лечебный суп под присмотром Сюй-ши. После того, как она ушла, в его комнате появился командир гарнизонной армии Юань Тин.
Фань Юань намеренно изобразил на лице страх и тихо спросил: “Кто ты? Каково ваше намерение появиться в моей комнате посреди ночи?”
Янь Жуй согласился с этим и подошел к кровати Фань Юаня, откинул одеяло и ухмыльнулся: “Естественно, чтобы приставать к красавице.”
Фань Юань натянул одеяло и в ужасе отпрянул в угол кровати. Он угрожал сильным лицом, которое противоречило его слабому сердцу: “Уходи сейчас же, или я позову людей.”
Янь Жуй откинул одеяло точно так же, как и раньше, и коснулся лодыжек Фань Юаня, осторожно потянув ребенка, пока он не оказался прямо перед ним. Он наклонился, чтобы поцеловать его в шею, и многозначительно рассмеялся: “Зови столько, сколько захочешь. Даже если ты будешь кричать во всю глотку, никто не придет тебя спасать.”
Наконец, Фань Юань не смог сдержаться и от души расхохотался в объятиях Янь Жуя: “Хахахаха, Янь Жуй, ты действительно похож на охотника за юбками!”
Янь Жуй увидел, что он счастлив, и тоже растянул губы в улыбке. Он похлопал Фань Юаня по маленьким извивающимся ягодицам и взял шаль из лисьего меха, лежащую рядом с ним, обернул ее вокруг Фань Юаня, прежде чем взять мальчика с собой, исчезнув из комнаты.
В мгновение ока эти двое оказались в лавовой пещере, расположенной на горе Тянь-Шань. Родниковая вода, отражавшая чудесный свет, впечатляюще предстала перед их глазами вместе с какими-то лекарственными травами, плавающими на поверхности бассейна. Пещеру наполнял специфический аромат лекарственных трав.
Если бы врачу посчастливилось прийти сюда, он был бы напуган до смерти. Травы в этом бассейне были всеми сокровищами этого мира, все было абсолютно бесценно. Если бы они использовались должным образом, будь то продление жизни или даже поддержание вечной молодости, это не было бы трудным делом! Однако такие редкие предметы использовались для того, чтобы они могли понежиться в ванне. Это было действительно возмутительно!
Только Янь Жуй обладал такой способностью путешествовать по нескольким мирам за короткий промежуток времени и собирать эти лекарственные травы.
После нескольких раз замачивания эффективность исцеления Фань Юаня не возросла, но его кожа с каждым днем становилась все более гладкой, изысканной и молодой, а его тело постоянно источало легкий аромат. Фань Юаню не нравился тот факт, что его кожа стала настолько нежной, как у девушки, и, конечно, ему не нравилось, что его тело от природы источало экзотический аромат. Но Янь Жую это просто должно было нравиться, время от времени он обнимал его и отказывался отпускать. Он искренне желал, чтобы Фань Юань отмокал подольше.
Фань Юань стоял на краю бассейна, раскинув руки. Янь Жуй привычно помог ему снять одежду, прежде чем опустить его в воду. Затем он сел у бассейна и поболтал с ним, составляя ему компанию. После целого часа отмокания Фань Юань заскулил, что хочет подняться, на что Янь Жуй помог своему маленькому предку высушить тело и волосы, поднял его и отправил обратно тем же путем, которым они пришли.
Ко времени квалификационного экзамена тело Фань Юаня уже значительно улучшилось. Хотя его нельзя было сразу считать похожим на обычного человека, он больше не кашлял кровью время от времени.
С точки зрения Сюй-ши, она тайно приняла Небеса за Гаутаму Будду, Гуаньинь Южного моря, Нефритового Императора Девяти небес и Королеву-Мать Небес в своем сердце. К чему бы ни можно было обратиться, она будет молиться им всем.
Напротив, Нин Cи Рон была так зла, что чуть ни сломала свои стиснутые серебряные зубы. Ее младший брат все еще лежал в постели, неизвестно, жив он или мертв. Преступник не только был на свободе, но и постепенно оправлялся от своей многолетней болезни. Как она могла не прийти в ярость! Как она могла не быть ненавистной!
Разве она не переродилась, чтобы защитить свою мать и младшего брата? Если она не могла защитить своих близких, то в чем был смысл ее возрождения? Она должна была заставить Нин Сици заплатить за это!
В тот самый момент, когда Фань Юань сел в повозку, он заметил, что сзади на него кто-то злобно смотрит. Он не оглянулся. Кто еще это мог быть, кроме Нин Си Рон? И все же она оставалась неподвижной, не делая ни единого движения. Это было все, кроме того факта, что она чувствовала, что ничего не может сделать, сейчас не ее время делать ход. Она могла заставить себя чувствовать себя лучше, только распуская кое-какие слухи.
Жаль, что он собирался позволить ей разочароваться.
В этом мире не было большой разницы между правилами Имперского экзамена и тем, как он работал на самом деле. Во-первых, квалификационный экзамен даст ему право продолжить сдачу экзамена, а затем последует комиссионный экзамен. Только успешно сдавшие экзамен, могли называться сюцаем*. После чего будут провинциальные экзамены и столичные экзамены, а следующий дворцовый экзамен будет настоящим Императорским экзаменом.
*ученый первой степени.
Хотя это был только первый раунд, уже было много людей, которые ждали, когда он выставит себя дураком. Фань Юань мысленно спросил себя, какой уровень было бы уместно показать на экзамене. Если бы он показал, что это слишком легко, он бы слишком быстро предупредил врага, но и не должен быть слишком посредственным, чтобы любой быстрый прогресс в будущем не заставил людей сплетничать. Быть чуть выше среднего было лучшим выбором. Приняв решение, он начал писать.
Покидая экзаменационный зал, взгляд Фань Юаня упал на кого-то, кто стоял среди толпы и смотрел на него. Независимо от того, где он был и когда это было, аура этого человека всегда была такой сильной, оставляя вокруг него пустой круг, к которому никто не осмеливался приблизиться.
Как раз в тот момент, когда он собирался подойти ближе, пушистая маленькая собачка бог знает, откуда укусила его за матерчатые ботинки.
Фань Юань: “...” Эй, это не могло быть тем, о чем он думал, верно. →_→
Он услышал голос, раздавшийся у него за спиной: “А Ци.” Это был голос Тун Чжэн Сюаня.
Затем красивое лицо некоего человека в толпе мгновенно исчезло.
