Крылья

Ни обратиться, ни вернуться назад. Он вне времени и пространства. Его разрывает на части от злобы, жара и боли. Крылья… у него должны быть крылья, всегда были! Но тело не слушается. Вероятно, он сгорит дотла до того, как коснётся поверхности воды. Здесь, в огненном мареве, время течёт по-иному. Обрывками начинает вспоминаться древнее предание о вымершем задолго до его рождения клане. Мимо него в пламени проносится всё: прошлое… настоящее… будущее. …Он видит себя в окружении таких же в замке посреди леса. На зелёном поле знамени вышит бронзовый с золотом дракон. Его божество — Солнце. Его суть — огонь. Они были первые в мире, выше всех остальных кланов. Истинные правители этих земель. За спиной раскрываются крылья. Тело вытягивается тонкой лентой. Не так, как обычно. Не зверь, не птица, что-то иное. …Они обладают искусством иллюзий и перевоплощения. Они умеют смотреть в прошлое и будущее. Они знают все. К ним идут на поклон. Просят советов, исцеления, утешения, справедливого суда. Они — мост между живым и мертвым, между тем, что было и тем, что случится, между природой и людьми. Броня прикрывает гулко бьющееся сердце. Победным знаменем развевается змеиный хвост. Пластинки чешуи прирастают так плотно друг к другу, что лучшей кольчуге далеко до неё. Неуязвимость. Сила. Скорость. Знание. Там, в замке, делает последний вздох Королева. Он бы вдохнул в неё немного огня, но слишком далеко, не успеет. Крохотная ласка припадает к земле. Молодая женщина тихо плачет в своей комнате. Он знает, что её ждёт дальше: несчастливый брак с нелюбимым мужем. … Целое разбито на четыре части. Не собрать, не склеить. Синее — Вода. Целительство, заговоры, обереги. Красное — Огонь. Проклятия, порча, зелья. Оранжевый — Земля. Травники и оборотни. Голубой, почти белый — Воздух. Дар прорицания, умение работать с энергиями в живом человеке. Все вместе даёт ослепительно-белый цвет пламени дракона. И только сам дракон отчетливо различает оттенки своего огня в причудливых сочетаниях. Выбраковка и выродок. Пятый сын короля Видара, принц Вильям, и ему сегодня исполнилось шестнадцать лет. Наверху у обрыва стоит его растерянный кузен. Змеиное тело лентой извивается, мощные крылья разрезают воздух и поднимают вихрь. Свободное падение прекращается, и у него достаточно времени, чтобы оттолкнуться от пика скалы и взмыть ввысь. В облике орла Вильям на такое не решился бы никогда. Коготь царапает камень. Вверх, выше закатного солнца. Внизу Хольгер стоит с открытым ртом. Удивление и страх быстро сменяются восхищением. Дракон даёт круг над фьордом — золотом горит чешуя в последних лучах солнца. Он знал, его видят и в замке, и на городской площади. Но он наслаждается — впервые в жизни — полетом. Птичьи крылья не чета драконьим. Гигантский ящер осторожно опустился перед кузеном, но принимать человеческий облик не торопился, давая возможность кузену рассмотреть его получше. В его глазах застыло восхищение. Вильям наклонил голову, разрешая себя потрогать. Где-то там, между острой короной рогов, спряталось чувствительное местечко, которое, стоило только осторожно погладить, привело его в восторг. Он доверчиво прикрыл глаза и замурлыкал, как кот. Хольгер усмехнулся. — Покатаешь меня, Вель? — дракон согласно качнул головой. В этом весь Хольгер. За его взгляд на вещи, отличный от его семьи, Вильям его и любил. Ивару или Ингрид в голову бы не пришло попросить у дракона разрешения прокатиться. Хольгер вскочил ему на спину, радуясь, как мальчишка, и Вильям расправил крылья. Взмах, толчок, теплые руки нежно обхватывают его за шею. Восторг. Крутой вираж над фьордом, потом вниз, к самой воде. Крыло задевает выщербленные морем скалы. В вечерних сумерках тянутся к ним двоим сизые тени. Вильям, будущий Великий Дракон, смотрит одновременно в настоящее и будущее. Впереди несколько лет, наполненных счастьем от исполнения желаний, затем — расплата. Но оно того стоит. Ведь тёплые руки кузена обнимают его сейчас так, как того хотелось. Дракону даны крылья, чтобы менять реальность мира под себя и вершить его судьбу.