Maravillosa familia Madrigal

— А-а-а, а-а-а.~ Камило прочистил горло. Неплохо, но недостаточно. Уже полчаса он непреднамеренно насиловал чуткие уши сестры, но что поделать: без разминки голос категорически отказывался подчиняться; особенно если задачей было выучить новый тембр. В семействе пекаря ожидалось пополнение, и у Камило, как у главной няни в Общине, работы определённо прибавится. Нескоро, через пару-тройку месяцев, но тщательная подготовка никогда ещё не мешала. Тряхнув головой, Камило изменился в лице и теле, привычным движением сбрасывая образ себя самого. Благодаря своему Дару, внешность он мог сменить хоть по щелчку пальца, хоть без него, а вот над всем остальным приходилось работать, не только над голосом. Чтобы «сыграть» кого-то другого, похожего лица недостаточно — нужно знать множество мелочей, чтобы суметь их повторить. Так, например, в свободное время Камило тихо и внимательно наблюдал за людьми: примечал походку, мимику, жесты. Прислушивался к речи, запоминая говор. Записывал в памяти уникальные, присущие только им словечки. И, возвращаясь в Каситу, мог вечерами напролёт пропадать в стенах своей комнаты, репетируя потенциально возможные роли. Чаще всего женские: дети ведь всегда требуют Маму. Жена пекаря была молоденькой, высокой девушкой с чёрными, как смоль, волосами и лучистыми янтарными глазами, смотрящими на него сейчас из зеркала. На самом деле, перевоплощения тоже давались не так легко, как казалось; чем чаще приходилось менять маски, тем утомительнее это становилось. И тем чаще приходилось появляться на кухне tia Джульетты. Иногда даже без её ведома. Чаще всего без её ведома. Зато они отлично помогали настроиться. — А-а-а, а-а-а.~ Пухлые девичьи губы улыбнулись ему в отражении. Уже лучше.