Epic fail

Глава Первая POV Ксюхца

Прохладный воздух приятно шевелил прилипшую к мокрому лбу челку и не отдавал, на удивление, привычной подмосковной гнильцой и пылью. Где-то вдалеке тихо, ненавязчиво защебетали ранние птички. Я даже блаженно улыбнулась во сне, рассеянно, полусонно подумав: «Хорошо, что вчера додумалась открыть окно. Наверное, сегодня какой-то волшебный день, раз все так замечательно начинается». К сожалению, продолжить пребывать в состоянии невероятно приятного сна мне помешали две вещи: чья-то ступня, явно обутая, зазвездившая точно, почти прицельно, мыском в нос, и осознание, что вчерашний день (точнее, ночь) закончился на городском кладбище яркой вспышкой боли, демоном с каким-то дурацким именем и отсутствием сторожа, который обычно появлялся на любой мало-мальски различимый шум. Рассчитывать на то, что выпитая до этого (и разлитая на себя же) банка слабоалкогольного дешевого пива могла отшибить память так капитально, мне, выпивохе со стажем, не приходилось. – Брр, неужели опять я кому-то предложила сходить в поход? – недовольно, сонно пробурчала я, вновь получив ногой по голове (на этот раз удар пришелся по многострадальному лбу). Рядом развалилась Дашка, совершенно не обращающая внимания на то, что спит на земле (а если быть конкретной, то на песке). Впрочем, данное открытие меня не особенно удивило: башка раскалывалась, как с жутчайшего похмелья, и ломило спину. – Блин, а я думала, что ты не напиваешься. И вообще, какого хрена ты на мне лежишь?! Подруга приоткрыла глаза, недоуменно взглянула на меня, зажмурилась, но ногу убрала, для верности даже отползла, видно, не желая с утра пораньше получить пинок. – Я не пью. Почти. Блядь... – со скорбью просипела она, привстав на локтях. Да, ночка у нас выдалась насыщенная. Должно быть, мы с ней точно чего-то не того обкурились. Говорят, после кайфа всегда бывает достаточно хреново. Наверное, именно поэтому я раньше ограничивалась алкоголем и сигаретами. – Ебанный в... Ксюха! Дашка резко вскочила, покачнулась, но довольно резво подбежала к своей сумке, решив проверить сохранность содержимого. Мне ее дикий вскрик не объяснил ничего, да и вещи меня как-то не особо интересовали. Я огляделась. На родное Подмосковье это походило, пожалуй, меньше всего на свете. Скалы, океан и песок. Везде песок. В прямом смысле. Даже в лифчике. И темное небо. Без звезд, без луны. Светлело только где-то вдалеке, да и то, почти незаметно. – Мы там, случаем, в канализацию не провалились? Говорят, где-то подземное море есть... Так, а свет откуда? Неужели кто-то додумался на потолок фонарик привесить? Слабенький такой... – произнесла сдавленно и хрипло я, не особенно уверенная, что несу что-то, отличающееся от пьяного бреда. – А попить есть? И анальгинчику... – Где мы?! – тем временем Дашка меня совершенно не слушала. Что, в общем-то, взять с активного подростка? – Хочешь новость? Мы не дома... Совсем не дома... – Отец беременного гиппопотама, у тебя есть вода и живительная таблетка или нет?! – устало вздохнула я, для начала решив тоже проигнорировать и ее речь. Успехом попытка не увенчалась: у нее был слишком суровый взгляд, чтобы молчать. – Пиздец на шпильках, Даш, логика! Я бы удивилась, если бы мы были дома... Хотя интерьерчик, конечно, ничего... Смотреть на подругу не хотелось, потому мне оставалось только вновь полюбоваться красотами, похоже, предрассветной природы. Мерный шум волн и свист ветерка немного охладили привычный пыл и резкость, вызванную раздражением от не совсем приятного состояния. Нет, ругаться сейчас явно было не лучшим решением. Многострадальная спина, если могла бы говорить, точно бы мне, как непутевой хозяйке, предъявила: «Хочу домой, в мягкую кроватку, к знакомому матрасу!» Я от осознания собственной бесполезности и неумелости даже в обращении с собственным телом уныло вздохнула и потерла ноющий лоб. Дашке было бы неплохо, честно говоря, ногу сломать, если она мне своей граблей набила шишку. Очередную. Не первую и, видимо, не последнюю. – Кстати, мать твою за ногу и остальные части тела, что это была за хрень?! И какого розового слона мы здесь? – ситуация, наконец, затронула невидимые нити нервности в моей душе, отвечающие за истерическую сообразительность и благоразумность. – Кстати, о матерях и прочих родительских забавах. Мне ж за тебя голову открутят. В лучшем случае... – Это был призрак. Мага, ага, – уныло проинформировала меня она, задумавшись. Правда, мозговая деятельность ей не помешала добрести снова до рюкзака, выудить оттуда сигареты и закурить, как ни в чем не бывало. – Видела, какой у него шпендель на башке был? А скелет? Разве что заклятиями не кидался. Ксюх, ты, конечно, можешь ржать, но... по-моему, мы в игре... А этот хрен – Колдовской ужас, помнишь такого? Дашка, спокойно привалившаяся к ближайшему валуну, стряхнула пепел вниз и как-то глупо громко чихнула, заставив меня улыбнуться. Все-таки серьезный курящий ребенок, по сути, ничего другого вызывать не должен. Разве что боль в пятой точке от материнского ремня – за то, что научила когда-то баловаться никотином. – Я на него не особенно смотрела. Меня как-то ты и твой анал интересовали больше, – фыркнула я и, взобравшись на соседнюю каменную глыбу, принялась вытряхать раздражающий песок из-под одежды. Тело вообще жутко чесалось, как и голова, хотелось залезть прямо сейчас в этот чертов океан (или море, в общем, в воду). Только вот башка вообще отказывалась от каких бы то ни было активных действий и с натяжкой воспринимала мои балансирования на камне. – Колдовской Ужас... А ты мне все про Аришока заливала там, на кладбище. Зато игру тебе давать не придется, в реальности, так сказать, завалишь бедного кунари. Ох, посмотрю я на тебя, поржу! Злорадно показала язык я, стянула ботинки и спрыгнула обратно, на землю. Ноги сразу же утонули в холодном песке. – А я еще «дикарем» хотела ехать в Сочи, на улице спать. Блядь, знала бы, не мечтала! – в мыслях же пронеслось: «И были бы деньги – не мечтала». – Не анал, а атам! – аж зарделась неожиданно подруга, крепко так пихнув меня в бок. – Ритуальный кинжал, предназначающийся для, эм, магии крови, вот. Несколько минут мы сидели молча. Дашка, видимо, раздумывала над сказанным, я же глупо лыбилась, с грустью выметая из закоулков своего сознания все воспоминания о Сочи, Анапе и Адлере, куда мне так хотелось попасть будущим летом. Ни с того, ни с сего, у меня тут оказался собственный океан, около которого мы, впрочем, хрен знает, как и почему оказались. Версия с попаданием в игру выглядела неубедительно. Хотя, конечно, логикой наше перемещение сюда тоже не объяснялось. Разве что и я, и Дашка могли, как в «Иронии Судьбы», перепить/перекурить и отправится за билетами. Но тут уже была новая загвоздка – ни у меня, ни у нее денег на билет не наблюдалось, пожалуй, никогда и до этого. – Твою дивизию, я провела ритуал магии крови! – выпалила, наконец, загрузившаяся подруга с самой идиотской улыбкой на свете, на какую она была только способна. – У меня получилось, понимаешь? Иес, сука! Не хватало только «Да я супермен!» Эх, действительно, мне вот надо было меньше задрачиваться с интернетом, а ей – с этими магическими прибамбасами и видеоиграми. – Бля, это не повод для радости! – серьезно пробухтела я через минуту, когда Дашка все же отошла от нахлынувшей радости. – Ладно бы свою кровь использовала, так мою же! Ты б его еще отрезала... Лечи теперь! – Я лох, да? На минуты три опять замолчали. – Блин, а правда, похоже, – прервала тишину я. Говорить еще что-нибудь не хотелось, но из вежливости, да и из соображений о тугодумстве некоторых личностей пришлось добавить: – Как там, стен не видишь белокаменных? – Кажется, вижу Близнецов. Если будем идти на них, то к обеду, может быть, будем в городе. – Угу. К обеду. Сейчас, блин, почти ночь, а ты к обеду! И было бы еще что в обед сожрать. Дашка довольно резво вскочила с валуна (счастливица, ничего не болит, радуется), подхватила собственную сумку и потащила меня в сторону предполагаемого Киркволла. Если это, конечно, был именно он. Зная ее, да и себя тоже, нас могло занести куда угодно. Ну и подруга могла за стены принять, например, что-нибудь другое. То, что никак не было стеной. Мозг, к сожалению, достойный вариант подсказывать отказывался. Я от творческого кризиса, попутно лениво переставляя ноги, хмуро вздыхала. Уж очень хотелось над Дашкой поржать. Стоящего же повода, который развязал бы мой неугомонный язык, как назло, не подворачивалось.

***

– Трава! Трава! Трава! Люблю тебя, трава! – громко прокричала я, мгновенно повалившись на землю. Наверное, не стоило так сильно шуметь в незнакомом лесу, мало ли, кто мог вылети из-под земли или с высокого дерева, но скрыть своей неуемной радости у меня не получилось. После пятичасовой прогулки по, казалось, бесконечному пляжу, пейзаж которого разбавляли серые, унылые скалы и такой же серый океан, мне уже хотелось повеситься. Но так как вешать веревку (кстати, отсутствующую) было не на что, мечтала я о том, чтобы утопиться (в конце концов, далеко заплыть ведь любой сможет?!). Говорить о том, что вскоре мне пришлось опять натянуть ботинки, дабы не наступать на острые ракушки, вообще даже не следует. Море, мать вашу, оно даже здесь море, со своими неописуемыми обломами. – Трава... – мой крик сменился почти еле различимым шепотом, и я со всей грустью, сожалением и еще только бог знает чем, на что была способна, посмотрела на Дашу. – Слушай, а покурить осталось? Подруга с непробиваемым лицом, сложив руки на груди (излюбленная поза, кстати), взирала на весь спектакль, явно захватившего меня восторга не разделяя. Ну что ж, на какую-то поддержу с ее стороны (в плане эмоций) можно было и не рассчитывать: нас как-то всегда поражали и удивляли совершенно разные вещи. Подумать только, но эта недоделанная ведьма не особенно жаловала боевики, фильмы ужасов и триллеры, хотя, по-моему, должна просто визжать от восторга при виде подобных «произведений искусства». Бог мой, и как мы все еще дружим, а? – Знаешь, возможно, именно здесь справляет нужду патруль, пираты, собаки, драконы и вся остальная местная фауна, – поморщившись, заметила она, но все же протянула мне пару сигарет, изрядно помятых, вытянутых из кармана. – У меня в сумке еще три пачки. Я же знала, что с тобой иду. – Да ладно, не жалко, – дружелюбно отмахнулась я, на всякий случай, решив обнюхать презент. Мало ли что. Вот за что люблю Дашку, так это за запасливость и бережливость. Ну, еще за то, что у нее в голове копошатся более здравые мысли, чем у меня. И за то, что над ней иногда можно поиздеваться и посмеяться на правах старшей и сильной. Все-таки, когда ее мама хотела ее записать в секцию вольной борьбы, а она отказалась, моя маман сумела быть убедительной и буквально отпинала меня растрясать жир на кикбоксинг. И, надо сказать, не прогадала: я возвращалась с тренировок вся в ссадинах, один раз даже с фингалом под глазом, но жутко довольная, счастливая и умиротворенная. – Где только наша не пропадала. Моча дракона по сравнению с родной грязью – моющее средство! Долго нам еще шагать-то? – Скоро должны прийти, – весело отозвалась подруга, оглядывая местность. – И как тут Хоук бегает? Я бы уже застрелилась раз десять. Может, на него Андерс какие-то заклятье накладывает, как думаешь? Дожидаться ответной реплики с моей стороны Дашка не стала и принялась накручивать круги по поляне, вглядываясь в травы. Вот ведь жизнь – странная штука! Я вот, например, жуткая алчная тварь, которой денег все время мало (даже когда они есть, что уж нонсенс, если учесть, что меня периодически вышвыривают с работы), а Дашка – почти что цветочек-одуванчик. И, блин, несмотря на все это, именно она в данной ситуации хоть как-то заботится о том, как бы нам заработать хоть немного меди (или чем там в Тедасе расплачиваются, если мы, конечно, именно в нем?). – Ну, тут хотя бы повороты разные, травки не одинаковые... – вяло протянула я. Головная боль уже успела схлынуть, да и спина не особенно напоминала о том, что кому-то всю ночь пришлось провести на холодной земле, но делать все равно ничего не хотелось. Даже идти. Будь мой воля, так и осталась бы сидеть здесь, мусоля не подкуренные сигареты. – О да, заклинание с названием «Похуй, идем дальше»! Я бы ему как аккумулятор пофигизма пригодилась. Я мечтательно закатила глаза. – Эй, ты меня только потом корнями не корми, ага? Я еще жить хочу! – наконец курить действительно захотелось неимоверно. Подпалить же бедную сигарету было нечем. – А прикуривать ты мне пальцем предлагаешь, да? Зажигалку, надеюсь, на кладбище не оставила? Уж лучше бы ты посеяла свой... атам, а не ее, любимую и незаменимую. Так и знай, будешь искру выбивать, если ее не найдешь! – Ты бы ему не пригодилась даже в виде личной доспехочистки, – хмыкнула Дашкевич, но зажигалку все же выудила из кармана и отдала. – Помнишь, как выглядит эльфийский корень? А перстянка? Или, может, корень смерти... Кажется, у него такие красные цветки... или это у эльфийского... – У него нет доспехов. Умеешь же обламывать! Я в твоем возрасте во все хорошее верила, а ты... – расстроено пробормотала я, сладко затянувшись и поглядывая по сторонам. Плохое настроение как рукой сняло. Эх, что уж скрывать, я никотиновый наркоман – дайте только покурить, и я из фурии сразу же в самое милейшее, спокойное существо превращусь. – У эльфийского корня белые цветки. А красненькие у этого, шлюхиного румянца, кажется. Эх, и почему нужное не запоминала?! Кто ж знал-то... Дашка, впрочем, моего привычного нытья не слушала, бродила из стороны в сторону, срывая иногда растения, которые, по ее мнению, были бы полезными кому-нибудь, а потом и вовсе снова начала копошиться в своей сумке, пока, наконец, не выудила на свет божий многострадальный кинжал. Честное слово, если бы его можно было сжечь, я бы так и поступила с ним, как когда-то до этого со школьными учебниками. – Эй, ведьма недоделанная, а ты его вообще где отыскала? – Где-где... Купила. Копила на него четыре месяца. Помнишь тот магазин, где я таро покупала? Вот та тетка сразу фишку просекла, предложила мне его, – подруга с какой-то нежной маниакальностью кивнула на атам и слабо улыбнулась. – Потрясающая вещь. Видишь руны, они высечены даже на лезвии. А главное, что это не просто бутафорская игрушка. Честно говоря, эта штука, благодаря которой нас сюда занесло, меня интересовала мало. Намного больше внимание на себя отвлекали трясущиеся периодически кусты. И не верилось что-то, что там, как в детской загадке, медведь малину жрет. Хотя, чем черт не шутит? Всегда мечтала посмотреть на это занятное зрелище. – О, вот же расчетливая тварь! Когда мы вернемся, даю слово, я ей этот кинжал в глотку поперек пропихну! – я с ненавистью взглянула на атам. – Твою мать, не удивлюсь, если здесь подобные знаки тоже встречаются. Дашка молчала. Я снова оглянулась на подозрительный куст, подозрительно напоминающий колючие заросли на кладбище, и ехидно поинтересовалась: – И что делать будем? Тут вокзала нет. В Клоаке ночевать будем, если ты права? – Мне нравится это твое «если», – совсем невесело усмехнулась подруга, запихнув кинжал обратно в рюкзак, и встала с земли. – Ладно, потопали. На месте разберемся. Ты травки тоже высматривай, если повезет, то загоним их кому-нибудь и поедим. Возможно... – Я просто неисправимая оптимистка. Может, нас демон на Черное море просто отправил, нет? – притворно наивно выдала я. – Если исполнится твое «возможно», то я откушу кусок от тебя, так и знай. Она сладко потянулась. Кусты же, в свою очередь, снова затряслись – Ксюха, иди-ка сюда... Мне вон то место совсем не нравится, ага, – и Дашка попятилась в относительную безопасность. – Оно тебе не нравится, не надо меня как пушечное мясо выпячивать! – я все же вышла вперед, даже пошарила по ближним веткам руками. Почему-то даже этот долбанутый медведь, обожающий малину, представлялся мне не цирковым зверем, безобидным и огромным, а советским Винни-Пухом. – Да нет там ничего, ветер... И тут из кустов высунулась длинная, блестящая, черная лапа. Как в идиотских фильмах ужасов, где всех в конце съедают заживо. – Блядь, Даш, спаси меня, я боюсь! – дико завизжала я, отскакивая назад. – Я готова теперь поверить, что нас в Киркволл, а не в поместье Абрамовича занесло, но только что с этой хренью волосатой делать! Разочарую, но тут ударами ног и рук не управимся. Атам сюда свой дай, дура! Где твоя хваленая магия крови?! – Паук... – совсем тихо и, на удивление, совершенно спокойно выдавила она, не в силах сдвинуться с места. – Ебать, паук! И с криком, которому позавидовала и Дана Борисова, и Перис Хилтон, Дашка резво отпрыгнула на пару метров назад. Членистоногое создание уже успело выползти из многострадальных кустов на свет божий и теперь хищно клацало хелицерами, «тонко» намекая, что мы явно относимся к разделу продовольствий, и крики ни нам, ни ему погоды не сделают. Солнечные лучи, пробивающиеся сквозь древесную листву, приятственно отражались от хитинового панциря, и вообще, если бы не размеры стокилограммовой гадины и плотоядные намерения, можно было бы попытаться умилиться и взять паука с собой как домашнего любимца. – Атам?! Какая нахер магия крови? Я не буду себя резать! Я не маг. И вообще, я боли боюсь! – подруга, наконец, переварила все мои слова и незамедлительно ответила. – Дура, правда, блин, – я уже испуганно пятилась назад. – Мне атам дай! Я всегда ведь любила насекомым лапки отрезать! Только вот раньше лапки с меня высотой не были, но, надеюсь, переживем. Все это, мать вашу, казалось дурацким сном. Даже не кошмаром, а просто идиотским, нереальным, эпическим бредом. Разве что страшно было по-настоящему, да и весьма отвлеченные мысли не помешали мне довольно резво скрыться в чаще. – Не маг, блядь! – шипела я, уверенно перепрыгивая через поваленные деревья и камни. – А мне-то что делать?! Костер разводить и милости у Создателя – или кто тут здесь всем ведает? – просить?! Предложения, дубина, будут?! – Ну, уж извиняй меня, неразумную всю! – тихо матюгаясь, отвечала мне Дашка. Оставалось только порадоваться, что паук отстал, дав нам возможность остановиться и отдышаться. То есть, отдыхивалась пока только Даша, я же спокойно стояла в сторонке, скорбя о том, что со страха посеяла сигарету. Покурить для успокоения – сейчас самое то. Но, как говорится, не тут то было. Стокилограммовая туша, удивив нас буквально до глубины души, резво выскочила с другой стороны, не растеряв своих невеселых намерений. Его вид особого доверия не внушал: огромный, черный, страшный. И вместительный. От последнего больше всего и передергивало. Не сказать, что меня бы устроило, что в него влезла бы, скажем, даже и половина меня и Дашкевич, но это хоть как-то бы обрадовало. А тут... Да мы бы там еще и в прятки бы поиграли! Ладно, не в прятки, но если бы не задохнулись, то уж точно бы в дурачка перекинулись, подсвечивая себе зажигалкой. Пока было бы, чем подсвечивать. – Бля, я еще об этом пожалею, – и под данный, явно расстроенный «аккомпанемент» я оказалась на земле в паре метрах от чудовища. Такой жертвенности (долбанутый, к слову сказать, жертвенности!) от Дашки даже как-то не ожидалось. По крайней мере, было понятно, что жить хотелось обоим, но я уже как-то решила взять работу защищать нас на себя. От подмосковных гопников же я как-то улепетывала?! Да и тут был всего-то один паучок. Его бы, на самом деле, лишь чуть-чуть покромсать этим чертовым кинжалом (который все время хочется назвать аналом), да свалить в чащу. Благо, это не темные дворы: видно, куда бежать. – Ебать... Я жива?! – недоуменно выдавила подруга. Я даже немного расстроилась, успев за пару мгновений свыкнуться с мыслью, что Дашку сожрут. А потом и меня сожрут. То, что она вытворила... То ли все дело было со страху, то ли от прихлынувшего недогероизма, но на слабую вспышку у моего личного чародея-недоучки сил хватило. – У тебя точно этот демон мозги не высосал? Ты какого хрена творишь?! – с земли выругалась я, ошарашено глазея на визжащего паука. Нет, конечно, как-то мы сюда попасть должны были... Но раз в год и палка стреляет, и этот случай с Колдовским Ужасом я причисляла именно к этой категории. Хотя, несомненно, открывшиеся способности были нам чертовски кстати. – Бежим! Или все-таки его поджаришь? Как думаешь, оно по деревьям лазает? – Ебическая сила, нет, ты видела?! Я – маг! Почти что малефикар! Да я ж теперь могу свою собственную революцию замутить со всеми вытекающими последствиями! – тяжело дыша, на бегу, таща за собой многострадальный рюкзак, практически забыв о голодном гаде из-за накативших эмоций, вещала возбужденно Дашка, размахивая руками. А вот членистоногий о нас отнюдь не забыл, несся следом, обиженно клацая хелицерами. Что же за упорное создание?! – Черт, Ксюх, а может, ты ему про свою предыдущую работу пожалуешься? Вдруг уснет?! На ходу она усмехнулась, сворачивая за ближайшие кусты. Нет, это конечно все очень весело, но мне-то что делать?! – Побегай пока, а? А я тут по-быстрому соображу, как из этого шашлык забашлять! – не замедлила сообщить мне Дашка, крикнув, и окончательно спряталась в зарослях. – Вот крутотень, мало того, что мне по башке дали ногой с утра, потом подняли, заставили переть хрен знает куда, не наградили супер способностями, так я теперь еще и бегай. Мать вашу, и где справедливость? – возмущенно в небо проорала я, наворачивая круги вокруг огромного дуба (залезть я на него побоялась, вдруг паук все же и туда доберется?). – Да, кстати, могли бы мне прислать и Андерса заодно. Можно и немытого. Хоть какого-нибудь, лишь бы защищал, а не бегать заставлял! От моих воплей паук менее резвым и голодным не стал, потому только с удвоенной прытью перебирал своими лапами. Наверное, пару суток просидел на вегетарианской диете, раз позарился на тело, воняющее дешевым пивом. Хотя тут, наверное, все так пахнут. Как сыр деликатесный, тот, что с плесенью. Из сотрясающихся зарослей послышалось дикое ржание: это Даша, выслушав мою гневную речь, видимо, не могла сдержать душевного порыва. Наверняка ведь, идиотка, сожалеет, что камеры с собой нет, чтобы потом этот позор теоретическим потомкам показывать! – Цыц! Не мешай профессионалу, а то съедят, мне потом тебя по частям сшивать из того, что не переварили?! – мило проворковала она, запыхтев и засопев. На стокилограммового членистоногого это не повлияло никак: он так и продолжал носиться за мной по поляне. Хорошо, что мозгом эту тварь Создатель обделил, и можно было, действительно, некоторое время раз за разом огибать ствол огроменного дуба. – Ебическая сила, кажись, тебя реально съедят. Прощай, Ксюха. Я буду тебя помнить... – Если я выживу, то всю жизнь буду сидеть на твоей шее, Дашка, так и знай! Ты будешь работать, а я влезать в проблемы. Вступлю в подполье магов, буду раздражать храмовников, попытаюсь соблазнить Орсино, а ты будешь за меня отвечать, поняла? – дыхания на полноценные крики уже не хватало, но, тем не менее, я благодарила жизнь за то, что мои прокуренные легкие были привычны к резким, быстрым и долгим пробежкам. Правда, обычно мне приходилось улепетывать от стражей порядка или гопников, а не от пауков, походящих больше на упитанных тигрят. – Давай быстрее, а то я сейчас умру! Сначала в переносном, а потом в прямом смысле! – Сейчас, родная. Подожди еще немного! – проорала из своего укрытия подруга. – Ебаный стыд, блядь... Ненавижу пауков! И тебя, Ксюха, ненавижу! – Эээ, не, давай, думай, Дашка, иначе боги тебе этого не простят! Мои страдания будут на тебе висеть камнем всю жизнь! Вот теперь мне стало действительно страшно. Так уж сложилось, что я всю жизнь полагалась на великий дух халявы, который ходил за ленивыми тварями, вроде меня, по пятам и иногда раздавал увесистые, приносящие удачу пинки. Тут же как-то на него, о великого и любимого, рассчитывать не приходилось. Не сдохнет же этот паук, в конце концов, от внезапного инфаркта?! То, что произошло дальше, сложно было описать. Я уже собиралась валить в чащу, надеясь заплутать среди тысяч кустов, как из зарослей с воинственным кличем выскочила Дашка, вся светящаяся и агрессивная. – Уж ты ж бля, – ошарашено выдохнула я, быстро рукой стирая пот с носа. – Давай-давай, мачо, спаси меня! И через мгновение этого долбанутого паука разорвало. На части. Мгновенно. Как в фильме ужасов. Как в боевике. Обдав нас слизью и органами так, что мама не горюй. – Сука... – Дашка опустилась на землю, держась за руку, и всхлипнула. – Эй, успокаивай себя тем, что ты спасла мне жизнь! Тем более, теперь можно подумать о том, как научиться самолечению! – измученно улыбнулась я, с остервенением пытаясь отчистить от одежды хоть немного этой... вонючей субстанции. – Надо поскорее добраться до города. Еще одного такого спринтерского забега мои нервы не выдержат. Покурить, что ли, пока все хорошо. Я задумчиво выдохнула. Нет, жизнь полна приключений. Но такой подлянки действительно ожидать было трудно. – И почему, блин, тебе магию, а мне нихрена? То, что я бить умею, ведь не считается? Почему мне тоже ничем пуляться нельзя?! Или это все из-за того, что я постоянно разбойницами играла?! – мне вздумалось, как обычно, пожаловаться на дуру-житуху в самый неподходящий момент. Внезапно стало жалко только-только спасшую меня Дашку – на мне ведь ни царапины, только дыхание сбилось, а она, вон, всхлипывает, сама ведь говорила, что боли боится. – Да ладно, все хорошо будет. Сейчас доберемся до города, сможем изменить мир! Ты ж подросток, у тебя максимализма должны быть полные штаны. Ну как, будем мир менять? Из нас двоих на взрослого, полноценного человека она тянула явно больше. У меня из задницы разве что шила не торчало. – Эй, когда встретим вонючую компашку я им хорошенько наваляю. Каждому. И в особенности Фенрису... – проблеяла, наконец, подруга, вставая с земли. – Если эта дрянь считает, что каждый маг получает кайф от... малефикарства, то пусть попробует себя порезать. А я посмотрю. Черт... – Да-да, Фенриса и я попинаю за компанию. Он меня же всегда бесил. Может, хоть тут у него голос будет такой, как о нем все говорили. А то так обломали меня, сволочи, – мечтательно прошептала я, поняв, что после еще одной такой пробежки и ругательств могу вообще порвать все связки. А, как известно, самая худшая пытка для женщины – молчание. Наверное, я бы начала изъясняться знаками. Тем временем, Дашкевич уже успела смотаться за рюкзаком и вернуться обратно. – Слушай, а ведь с этого...– неопределенно махнула она рукой на ошметки – Вроде с них всякая хрень падает, которую потом продать можно. Нет? Ну да ладно...Что-то у меня крыша от эмоций едет. Пошли мир менять. – Хм, хочешь порыться в этой жиже? – я пальцем показала на то, что когда-то было пауком. – Дерзай. Давай лучше травки и цветочки собирать? Может, тут конопля и марихуана растет, загоним тоже... Мир сразу поменяется. Гарантирую! Наконец пришло время расслабиться и успокоиться. По крайней мере, мои ноги говорили именно так, в то время как здравый смысл тонко намекал, что в городе, даже в Казематах, будет намного безопаснее. Еще одного нападения мы можем уже не пережить. Дашка улыбнулась и приобняла меня. Да, несло от нее не лучше, чем от моего бывшего работодателя. Пожалуй, даже хуже. Паук, видно, перед тем, как позариться на нас, съел что-то уж очень противное. – Я ж еще должна увидеть, как ты Орсино соблазняешь, – кивнула подруга и весело засмеялась. – Ну, может, с Орсино я и погорячилась... В конце концов, мало что ли в Киркволле мужиков?! Найду какого-нибудь симпатичного мальчика и буду капать ему на мозг, – весело выдавила я. Хорошо, что меня занесло сюда не одну. Хорошо, что с Дашкой. Да я бы тут сдохла... Впрочем, я и так чуть не сдохла. – Ладно, надо побыстрее добраться до долбанутой крепости. Я хочу есть, я хочу спать. А завтра, чувствую, мне еще любви, нежности, тепла и денег захочется. Ох, повезло ж тебе, я же с тебя все это требовать буду! И я, подобно лошади, заржала, продемонстрировав первый признак того, что мне стало более-менее нормально – долбанутое чувство юмора.

***

Красоты Рваного Берега были... неописуемыми. По крайней мере, первые полчаса точно. Эйфория от того, что в городе на нас вряд ли нападет голодный паук, хлопающий своими хелицерами, придавала сил, и я шла довольно бодро, иногда даже напевая попсовые песенки назло Дашке. В целом, остаток пути мы преодолели без происшествий. На нас, кажется, не решились напасть даже разбойники, посчитав, что и взять-то у умалишенных будет нечего, а отмываться потом от слизи и запаха придется долго-долго, да и косые взгляды, которые притягивала на себя моя спутница, доводили только ее. После пары шуточек по поводу внешнего вида, Даша влепила мне ощутимый, непрофессиональный и косой пинок, который все же заставил меня заткнуться и не ржать больше, тем более что я в тот момент уже увлеклась разглядыванием махины города. Да, мать вашу, никакая компьютерная графика этого не передаст! Я даже описать такое цензурными словами не могу! Выпилить эту огромную крепость из камня, кажется, вообще не по силам обычному человеку. Казематы, впрочем, такую бурю эмоций уже не вызвали: мой глаз успел привыкнуть ко всему несоразмерно большому и серому. Разве что я кидала множество косых взглядов на храмовников, все борясь с желанием подойти и познакомиться. Хотя, наверное, у них такое желание тоже возникало, ибо выглядели мы своеобразно. По крайней мере, мои заляпанные джинсы, повязанная поверх них кожаная куртка и какая-то грязная, неопределимого цвета майка явно не соответствовали местной моде, что, по идее, воинам Ордена Создателя и всех остальных известных и неизвестным святых, в том числе и Андрасте, должно было подсказывать немного подозревать меня в отступничестве. А уж Дашка вообще была вся, с ног до головы, в слизи и части внутренности стокилограммового паука, тут даже говорить не надо. Но, похоже, к странным странностям наш внешний вид не относился вовсе. Не удивилась бы, если сейчас какой-нибудь рекрут надо мной бы заржал в голос, невежливо тыча пальцем. Чем-то местный народ мне напоминал гопников из родного района. – Надеюсь, с подпольем и храмовниками ты тоже хватила лишка, да? – довольно серьезно спросила Дашка. – Эм, – я задумчиво почесала собственную белобрысую макушку. – Не знаю. Это было бы интересно. Новые приключения, новые знакомства... Разнообразие... Изменение мира... Подруга моего энтузиазма не разделила. Оно и понятно, ей как-то в Круг не хотелось, да и клейма в виде солнышка, видимо, тоже. Похоже, в игре только мне усмиренные (точнее, их внешний вид) казались миленькими. Ну, а на случай отказа эмоций и просто незаменимого чувства юмора, у меня был вариант все время таскаться с Андерсом. Вон, Карл же отлип, ожил, а мне почему нельзя?! А уж причину, чтобы пристать к целителю, я найду. В конце концов, надавила бы на жалость, как умею. – Клянусь рогами кунари, если еще хоть кто-то посмотрит на меня, тут начнется массовое жертвоприношение. Мне не жалко! – зафырчала Дашкевич, резво распихивая редких прохожих скорее из вредности, чем из-за надобности в этом. – Боюсь, что тогда мне тебя, в самом лучшем случае, придется навещать в Казематах. Ну, или записаться в храмовники. Кстати, а у них как с зарплатой, не знаешь? Лучше, чем в Макдоналдсе у менеджеров или нет? – без особого интереса отозвалась я, самой себе поражаясь. Меня не так давно, мать вашу, чуть не слопал паук, а я все еще ругаю, на чем свет стоит, ни в чем не виноватую забегаловку! Бедный брэнд же не виноват, что в одном из захудалых местечек со знакомым названием работает сварливый, вредный и тупой мужик. – Кстати, что-то тут мало народу. Тебе как, демон случайно время, в которое нас занесло, не подсказал? – Со мной демоны пока не разговаривали, знаешь ли. – Ох, а я-то думала, они с тобой с детства болтают о смысле жизни и пончиках! Я возвела глаза к небу, невольно зацепив взглядом две башни из камня. Брр, да тут все из него! – Ну, по крайней мере, церковь все еще на месте. Не думаю, что ее восстановили. Наверное, взорвать ее еще никто не пытался, – тихо прикинула. – И куда дальше? Что там, кстати, с травами? Может, тут загоним кому-нибудь? Больно уж есть хочется... – Ну да... Слушай, это легко выяснить... – пробормотала Дашка и, бегло оглядевшись, потопала к первому попавшемуся ей на глаза стражнику, навязавшись с разговором. И я сразу же поблагодарила Бога (а заодно и Создателя, привыкать ведь придется, пока мы не выберемся), потому что подруга, не теряя и минуты, направилась разъяснять ситуацию, оставив меня один на один со своими веселыми мыслями. – Я тебя поздравляю, мы еще даже не в основных событиях. В Ферелдене правит Кайлан со своей невъебической женой. Теперь думай, а мне нужна ванная. Она немного помедлила, а затем поперлась вновь куда-то, не забыв потянуть за собой и меня. – Да, я смогла что-то наскрести, пока в том лесу лазила. Может и удастся что-нибудь загнать... Не знаю. В любом случае, скорее всего, ночуем мы в Клоаке. Черт, никогда не думала, что скажу это. – А чего я думай? – новости оказались не особенно веселыми, в отличие от мыслей. – Можем, конечно, пойти грохнуть Архитектора, чтобы Архидемон не проснулся, но на Глубинных Тропах ванны точно нет. Ну, если только гномы не забыли. Но в том случае там нет воды. В пыли не соизволишь выкупаться? Впрочем, мои слова улетели в пустоту. Все-таки некоторые подруги имеют удивительное свойство – говорить одновременно и не слушать друг друга абсолютно. Я даже спохватиться не успела, как меня куда-то потащили. Хотя, ожидать чего-то другого было бы глупо. И вот, пока Дашка уверенно тащила меня по переулкам и улицам, огибая дома, я отчетливо поняла: родиться кретином – это худшее, что только могло случиться. Нет, конечно, мне и раньше не приходилось кормить себя сказками о том, как у меня себя обстоят со многими полезными качествами, без которых обычный человек умер бы, но сегодня явно был особенный день. Да, мать вашу, тут и дома, и дороги, и даже люди некоторые были почти абсолютно одинаковые. А еще десятки разнообразных лестниц: и с высокими ступенями, и с низкими, и с искрошившимся камнем. И вот тут-то мой топографический кретинизм и врожденный дебилизм играли главенствующий роли. Как я здесь ходить буду?! Как не потеряюсь?! Мама, забери меня домой, пожалуйста! – Так, а теперь – жрать! – маниакально выпалила Дашкевич, остановившись точно перед «Висельником». И я еще себя святым задротом считала, да? Хорошо, что мы денег все же раздобыли. Точнее, раздобыла их подруга, сбагрив все травы, а я просто, мило улыбаясь, постояла в сторонке, чтобы не испоганить «сделку века». И теперь мы уже сидели в теплой таверне за каким-то грязным столиком. – Так, самое сытное и дешевое, что у вас есть, – воинственно прорычала она прошедшей мимо девушке в фартуке, которая сразу же от нас шарахнулась. Да уж, голодный студент – это страх во плоти. Даша же, похоже, наслушалась меня, пока я некоторое время кантовалась по разнообразным общежитиям у друзей. – Ты видела сколько храмовников? Что-то мне не весело. Совсем. Нужно найти шмотки и временное пристанище. Придумать легенду и найти работу. Потом подумаем, как выбраться из этой передряги. Я вот, знаешь, о чем подумала? В Костяную Яму ведь требуются рабочие? И вот... Словесный поток мог продолжаться бесконечно. – Эй, не-не, я там точно умру. Женщин, тем более, насколько я знаю, в шахтеры не берут – невыгодно, – с каким-то облегчением выдавила я. Махать киркой днями напролет – не моя детская мечта, увы. Дальше слушать даже не стала – поток бреда. Меня больше интересовала еда, которую принесли. Не деликатесы, конечно, но явно лучше того, что могу состряпать я. Уже радует. И в момент, когда я уже разжевывала нечто (называть блюдо я даже не стала), подруга решила меня порадовать. Почти что в прямом смысле. – Тетрас... Бля, Ксюха, это Варрик... – то ли охреневше, то ли просто удивленно пробормотала она, поглядывая на гнома, остановившегося у двери. – Хочешь его, да? – с деланным пониманием изрекла я, готовая, по привычной глупости, уже замахать игровому знакомцу, чтобы поставить Дашку в неудобное положение. Но появившийся здравый смысл оборвал гениальную идею. К счастью. И, наоборот, к несчастью. Варрик деловито кивнул хозяину заведения, довольный жизнью и собой, прошел к столику практически напротив. Легко махнул рукой, быстро говоря что-то разносчице. Та хихикнула и буквально упорхнула. – Бля... – ложка в руках Дашки заискрилась. Вот, блин, когда не надо, из нее способности так и прут! Ей богу, в следующий раз я буду орать пошлые шуточки, чтобы она быстрее разбиралась со своими силами и пауками в частности. – Я тебе сейчас эту похлебку на голову надену, знаешь? Кстати, да. Хочу, он может подыскать нам работу. Или дать в долг, если сумеем убедить в личной выгоде... – Ты спокойнее, спокойнее. Давай хоть сейчас проблем не наберем, а? Я даже помолчу ради разнообразия, – я хмуро улыбнулась, поглядывая на усевшегося совсем рядом гнома. Честно говоря, у меня бы не было никакого удивления, если бы он про нас прямо сейчас забацал какую-нибудь историю, умело предположив, где Дашка сумела так извозиться, а я – немного испачкаться. Кстати, об именах. – Да, прямо-таки нам, двум оборванкам и неумехам, подыщет работу. Я даже представляю, что это будет. В «Цветущую Розу» я тебя и сама сдать могу. Да и какая ему от нас выгода? Будем ему каждый день представления устраивать? Или список самых изощренных ругательств продадим? Я еще раз взглянула на Варрика. Честно говоря, Тетрас от гнома в игре не особенно и отличался, разве что вел себя как-то немного напыщенно. Впрочем, он-то чувствовал себя в своей тарелке, как рыба в воде. – А что? Скажем ему, что я маг. Что мы бежали из Тевинтера, потому как тебя решили принести в жертву для ритуала. Ты состроишь печальные глазки, ты это умеешь, – Даша опять замолчала, взяла ложку и запустила ее в похлебку. – Ну, на крайняк, мы хоть на ванну сможем его развести! Последний аргумент был добивающим. Я, по натуре своей творческой, никогда не упущу возможности кайфануть на халяву. – Попытка – не пытка, если что, переночуем в Клоаке, а там придумаем что-нибудь. Хоуку, черт возьми, удалось! Чем мы хуже?! – почти вскрикнула подруга, пока мне уже воображение рисовало теплую водичку, мыло и симпатичного мальчика. – Ксюх, неизвестно, сколько мы здесь пробудем, а мне совсем не улыбается сдохнуть в какой-нибудь канаве, понимаешь? Дашкевич наклонилась вперед, суетливо убрала упавшие на глаза волосы и взглянула на меня самым молящим взглядом, на который только была способна. Вот, честное слово, она так же на меня смотрела, когда просила научить курить. – Привлеки его внимание. О большем не прошу. – Мы не сдохнем в канаве. По крайней мере, шанс у нас есть. Вот, паук же нас не грохнул... – я с грустью взглянула на руку подруги. Вот ее нужно было промыть уже давно. – Ладно. Все будет. Но говорить будешь ты, меня хоть за немую напуганную женщину выдавай. Я поежилась. Конечно, ночные клубы не сравняться с «Висельником» (там я, по крайней мере, знала, что ожидать от местного контингента), но... – Ой, мессир, Вы не могли бы подать мне ложку! – я мило улыбнулась, стараясь сделать как можно более невинные глазки. Запульнуть столовый прибор, конечно, в чужую выпивку идеей было немного неудачной. – Сердечно извиняюсь, мы за все заплатим. Дашка пнула меня под столом ногой, мол, я тут деньги раздобыть пытаюсь, а ты транжиришь, идиотка! – Ничего страшного, милые дамы. Местный эль привкус местного рагу не испортит, – галантно отозвался Тетрас, передавая мне ложку. Дашка с облегчением выдохнула. Кажется, ее успокоило то, что платить нам не придется. Я снова улыбнулась, на этот раз тыкнув подругу, типа, пора бы и тебе действовать, я все сделала. Она же словно в рот воды набрала. Ну и я тоже как-то засмущалась, неожиданно для себя. В конце концов, не просить же уступить ванну на пару часиков, верно? Это, как минимум, неприлично. Ну, и провально. Я ведь о приличиях как-то вообще не думаю.