All we need is somebody to lean on

— Мэтью, все, что Ники рассказывает мне во время наших сеансов, строго конфиденциально. Я знаю, что ты помогаешь ему с лекарствами, и я рада, что ты понимаешь, насколько это важно, но все же только Ники должен решать, чем он хочет поделиться, как с тобой, так и, или, со мной. Мэтт вздохнул. Признаться, он никогда не возлагал больших надежд на сеанс, который он заказал у Бетси, но слова, сказанные ею, когда он попытался направить разговор в сторону проблем Ники, заставили его почувствовать себя более виноватым, чем ожидалось. Он не пытался нарушить его личную жизнь или что-то еще, он не хотел совать свой нос в дела, которые его не касались, но он был обеспокоен. Ники получил в общей сложности три письма от своего адвоката, и все в течение нескольких недель. Он не знал, хорошо это или плохо, если честно, но его режим сна еще больше ухудшился, и Мэтт ловил его на том, что он ест скудную пищу или вообще пропускает ее, когда близнецов не было рядом, чтобы заметить. Уже дважды он видел, как тот колебался почти пять полных минут, прежде чем принять таблетки. Слабое эхо музыки, звучащей где-то в пустых учебных комнатах, не могло отвлечь его от кричащих мыслей, а вечер пятницы, когда Дэн была заперта в комнате девочек на экстренном собрании, созванном Эллисон, привел его в свою комнату, чтобы найти немного одиночества. Аарон был на свидании с Кейтилин, а Эндрю украл Нила, машину и, по-видимому, дом в Колумбии, оставив Ники и Кевина в затруднительном положении, причем последний был весьма зол. Последнее, что он видел, это то, что его величество направлялся на вечеринку, которую Лисички устроили в честь прохождения одного из предварительных соревнований. Ники же в этот момент выходил из ванной. Мэтт увидел пару бутылочек лосьона, которыми он пользовался, упавших на край раковины, и скомканную рубашку, наполовину выпавшую из корзины для белья, и снова вздохнул, на этот раз покорно. День, когда Николасу Эстебану Хеммику удалось оставить ванную чистой, стал днем, когда он пришел в комнату Эндрю и поцеловал его в губы. Что, вероятно, стало бы и его последним днем на Земле. Ники был одет в треники и мешковатый джемпер, оба приглушенных оттенков серого, а его волосы были убраны в беспорядочный пучок. Было странно видеть его таким неполированным, и это заставило Мэтта немного напрячься и сесть так, чтобы его спина упиралась в стену. Каркас кровати слегка скрипнул. Когда Ники плюхнулся на свою койку, закинув одну руку на глаза, Мэтт прикусил нижнюю губу. — Не собираешься сегодня куда-нибудь пойти? — спросил он, пытаясь вспомнить, когда Ники в последний раз принимал приглашение потусоваться. Он ничего не вспомнил. Мужчина громко хмыкнул: — Меня предали, Мэтт. Меня бросила моя собственная семья. По крайней мере, я могу понять Эндрю, он где-то целуется с Нилом, но Аарон? Он на свидании с Кейтилин! И не поймите меня неправильно, она очаровательная девушка, но он предпочитает ее и других натуралов своему кузену-гею? Это гомофобно! Мэтт закатил глаза, но бросил свой рюкзак на пол и встал, чтобы вместо него плюхнуться на вращающийся стул своего стола. Эта штука зловеще скрипнула и вызвала обеспокоенный взгляд Ники, но он не обратил на это внимания. Он был уверен, что она все равно не сломается, а так он был ближе к другому. — А что с Кевином? — он надеялся, что его вопрос прозвучал непринужденно, а не как проверка. Все зависит от Ники, да, конечно, но Ники в данный момент принимал не самые лучшие решения. Видимо, это был не тот вопрос, потому что Ники с ворчанием перекатился на живот на матрасе и нырнул лицом в подушку. — Кевин изменяет Тее со своей единственной настоящей любовью, — сказал он, его слова звучали приглушенно, — и я подумываю отправить ей фотографию, на которой он изображен с компьютером на ногах, и сказать ей, что он мастурбирует на секс-видео с Джереми Ноксом. — Ники! — Что? Это правда! Более или менее. Мэтт покачал головой, но это было с добрым юмором: — Он смотрит Экси? Наконец, Ники приподнялся на локтях, чтобы посмотреть на него прямо: — «Троянцы» снова, Мэтт! Я скоро назову это нездоровой одержимостью и вызову на него Бетси! Мэтт усмехнулся, молча отметив мешки под глазами другого, а затем уставился на Ники, который снова упал лицом в подушку. Он выглядел немного хуже, но не так плохо, как в тот раз, когда он нашел его ночью, так что, может быть, все стало немного лучше? Может быть, таблетки наконец-то начали действовать? Невозможно было понять, похудел ли Ники, учитывая, как мало он, похоже, ел, потому что он снова влезал в одежду Эрика на размер больше. Для успокаивающей привычки это происходило довольно часто. Мысли об Эрике направили Мэтта на другую дорожку мыслей, которую он неуверенно исследовал с начала совместного проживания с Ники и на которую по какой-то причине стал заходить чаще с тех пор, как начались проблемы с таблетками. — Помнишь, когда мы впервые встретились? — спросил он, прежде чем успел передумать, — Когда ты вошел в комнату, вальсируя, и тебе хватило одной секунды, чтобы решить, что я тебе нравлюсь, и ты все это время препирался с Дэн, потому что не переставал пялиться, а она ревновала, как черт?. Это был мягкий способ рассказать о том, что произошло в тот день, и Ники рассмеялся, повернувшись на бок и вытянув шею вверх, чтобы посмотреть на него: — О, да! Она ненавидела меня до глубины души, не так ли? Мэтт не сказал бы, что ненавидела, но, несомненно, это был не самый лучший момент для этих двоих: — Я действительно тебе нравился? Ники вскинул на него бровь: — Ты ловишь комплименты, Бойд? Ты и сам знаешь, что ты прекрасный человек, я не думал, что тебе понадобится, чтобы я тебе это объяснил. Это было не то, что он ожидал услышать, и, конечно, тепло на его лице не было тем, как он ожидал отреагировать. — Эм, спасибо, но это не… эм… ты уже встречался с Эриком, верно? — Мэтт, — в голосе Ники прозвучала меланхоличная нотка, хотя его улыбка теперь выглядела более мягкой, с закатным оттенком, чем обычно, провокационной, — я смотрю, может быть, целуюсь, но дальше этого дело не идет. Ты симпатичный? Да. Мне понравилась твоя внешность? Да. Был ли я серьезен? Неа. Он пожал плечами, наполовину вжавшись в матрас: — Может, ты мне и понравился, но я уже любил Эрика. — Тогда почему ты…? — Я сделал заявление. Я заявил, что я гей, и что я здесь, чтобы остаться, и что я не буду склонять голову и позволять им пинать меня из-за этого. Честно? В той раздевалке ты был единственным, кто выглядел так, что не бросил бы в ответ на мой флирт оскорбление. Ты был самым легким выбором. Мэтт мог это понять. Несмотря на план Ники, Сету хватило двух секунд, чтобы назвать Ники «Пидор» и заявить, что он не будет переодеваться в одной раздевалке с ним. Реджи, Хуан и Дуэйн, трое старшекурсников, с которыми Мэтт делил комнату, были друзьями белого порошка, от которого зависела его жизнь; и Мэтт жил на кушетке у девочек, чтобы избежать их. Ники увидел ядовитую змею и вошел в комнату, чтобы схватить ее, в стиле «убей или умри». Тот Мэтт, который был тогда, не имел и доли смелости того Ники. — Итак, — он старался не обращать внимания на смущение, окрасившее его голос. Он знал из жалобы Аарона, что Ники много говорил о своем парне, когда был с остальными монстрами, но со старшекурсниками он говорил только поверхностные и общие вещи, ничего важного. И все же, если они все еще вместе после стольких лет, это не может быть так обыденно и просто, как казалось из этих историй, — Эрик и только Эрик? Любовь всей твоей жизни и все эти романтические штучки? Было странно и в то же время забавно, даже немного трогательно, видеть, как Ники покраснел на этом вопросе. Его кожа потемнела еще больше, и он отвел глаза, чтобы устремить их в потолок, а затем хмыкнул: — Ну, да, ну, ты знаешь. Надеюсь. После колледжа, когда близнецы остепенятся, насколько это возможно для двоих таких, как они. У Эндрю и Аарона есть некоторое преимущество. — Потому что они семья? — Потому что я взял их к себе, — сказал Ники, и его голос внезапно стал серьезным, снова превратив его в мужчину, которым он был, едва ли моложе Рене. — Мой отец сказал, что я просто приведу их к греху вместе со мной и отправлю нас всех в ад; он позволил мне взять их только потому, что был уверен, что они все равно уже потеряны, Эндрю с его поведением и Аарон с его зависимостью. Они были не совсем готовы к его проповедническому дерьму, — улыбка на его губах была немного усталой, но в основном доброй. — Теперь я должен позаботиться о них. Мэтт сглотнул комок, который он почувствовал при мысли об отце Ники, и позволил себе неуверенную улыбку: — А я-то думал, что Эндрю — отец из всех вас. Ники фыркнул: — Да ладно, с тем мороженым, которое он ест? Он — пятилетний брат, который шантажом заставляет тебя делать для него всякую хрень. А Аарон — вредный кузен. Ты даже не представляешь, как приятно это говорить! Он мог себе представить: — А ты кто? Ники моргнул, глядя на верхнюю койку над собой. Мэтт начал замечать этот приступ, обычно это означало, что Ники теряется где-то в своих мыслях: — Эээ, пиздец? Слышал, в каждой семье есть такой. — Нет, — это прозвучало резче, чем Мэтт хотел, но он не стал на этом зацикливаться. Он не знал, как выглядит депрессия, как звучат суицидальные голоса, но он распознал плохой путь, когда увидел его, и он не собирался позволить Ники броситься туда. Он проигнорировал удивленный взгляд, который получил, и вместо этого пробурчал, — Ты — сумасшедший дядя-гей в безвкусной рубашке. — Извините, мои рубашки великолепны! Возьми свои слова обратно, прямо сейчас, Бойд! Мэтт не взял. — Кевин — это тетя с водкой? Глаза Ники сверкнули, и Мэтт подумал: этот парень представляет угрозу. — Мне нравится ход твоих мыслей, Бойд. Может ли Нил быть невинным сыном соседей? Он может играть с карандашами с Эндрю, я обещаю, что мой мальчик будет хорошим! Мэтт чуть не расплакался от сцены, которую представил его разум: — Я не знаю, а вдруг твой мальчик будет издеваться над моим ребенком? — Врешь! Мой мальчик — белокурый ангел, он никогда не сделает ничего подобного! С другой стороны, ты же знаешь, что говорят о рыжих… И Мэтт засмеялся, и его стул раздраженно скрипнул, и Ники тоже — и то, и другое — и все было хорошо. Все наладится. Они просто будут разбираться с этим потихоньку, по мере того, как будут приходить события, и Ники научится открываться по-настоящему, и все будет хорошо. Мэтт не думал о письмах адвоката в ящике стола Ники.