Всё не так или попробуйте доказать это!

      Приглушенный тёплый свет настольной лампы снова выхватывал мужской силуэт, делая его угловатым, словно прорисованным штрихами: чёткая линия широких плеч; блестящая рамка оправы; такие манящие взъерошенные волосы; скрещённые на груди руки; контур стола и темнота за окном. Для полноты образа чокнутого профессора из какого-нибудь аниме не хватало только белого развевающегося халата и дьявольской ухмылки.       Яся чувствовала под собой тот самый старый скрипящий деревянный стул, показавшийся ей орудием пыток ещё в прошлый визит. Края неприятно резали под коленками, заставляя сесть раздвинув ноги; поролон на сидении рассыпался практически в прах оставив от себя лишь воспоминание в виде неровных бугров, чередующихся с провалами.       – Итак, Ясмина Петровна, – голос преподавателя звучал тихо, почти бархатно, пробирая до позвоночника и заставляя мурашки подниматься куда-то в район лопаток. – Зачем вы решили прийти ко мне сегодня?       – Артур Аркадьевич… Я… – судорожно сглотнула Яся, ёрзая и чувствуя, но не видя, как глаза из-за стёкол очков пристально за ней следят. Она поймала себя на мысли, что сама не понимает, зачем здесь сегодня и вообще не может вспомнить день недели.       – Смелее, Ясмина Петровна, – обертоны буквально обволакивали, подгоняя толпу мурашек на спине.       – Я… я хотела извиниться за своё поведение на парах перед докладом, – тихо выдохнула Яся. – Я… Я не хотела, – наконец она смогла сформулировать в голове мысль.       – Чего вы НЕ хотели, Ясмина Петровна? – как хмыкнул Артур, она ощутила почти кожей. – Вы не хотели раздевать меня глазами? Сознайтесь, вы же представляли меня в тех самых кожаных ремнях?       Яся закрыла глаза, чувствуя, что краснеет и радуясь полумраку кабинета. Краска залила щеки, шею и грудь.       – Или вы представляли в них себя? – раздалось прямо над ухом. Как Артур оказался у неё за спиной она даже не заметила. – Скажите, Ясмина Петровна, вам понравилось то, что вы делали? Так понравилось, что вы решили начать себя трогать прямо на паре?       Яся судорожно втянула в себя воздух.       – Что вам понравилось больше видеть в ремнях меня или себя? – хриплый выдох Артура над ухом заставил вздрогнуть. – Чего вы хотели больше, Ясмина Петровна?       Она знала, что он догадался, чем она была занята, но одно дело знать, а другое слышать это от него. Терпкий мужской парфюм ударил по рецепторам перечно-цитрусовыми нотками. Артур её не касался, но тепло тела за спиной будоражило воображение. Яся попыталась плотно сжать бёдра, между которыми становилось предательски горячо. Каждое его «Ясмина Петровна» этим низким голосом прошивало насквозь, отправляя по спине всё новые и новые толпы мурашек, сосредотачивавшихся внизу живота.       – Что же вы молчите, Ясмина Петровна? Вы же пришли сюда извиняться, не так ли? – тихий бархатистый голос за спиной заставил её снова вздрогнуть. Возбуждение буквально захватывало тело и мозг. – Не можете ничего сказать? Тогда, быть может, вы покажете мне за что хотите извиниться?       Яся буквально застыла от его слов, сквозь вязкое марево, затянувшее мозг, пробилось только «вы покажете мне», от чего градус возбуждения поднялся так, что последние остатки разума покинули голову окончательно.       «Он хочет увидеть, как я… Как я дрочу», – от этой мысли кровь окончательно переместилась вниз, соски напряглись, чётко обозначаясь под тонкой блузкой. Смесь из возбуждения и стыда разлилась по телу опьяняя.       – Вы должны лучше приглядывать за своей юбкой, – обжёг новый выдох где-то в районе шеи, волосы Артура коснулись её щеки. Яся опустила глаза и поняла, что сама потянула юбку наверх, полностью открыв бёдра. – Почему бы вам не сделать это прямо здесь, ведь вы же так хотите. Мужская рука накрыла её ладонь, направляя прямо между ног. – Вы такая горячая, Ясмина Петровна. Прикоснитесь к себе, – в голосе звучали гипнотические повелительные нотки.       Яся откинула голову назад, пытаясь облокотиться о тело за спиной, ощутить прикосновение к нему. Такое острое и желанное. Мужская ладонь, касавшаяся его исчезла. Затылок встретил пустоту. Она покачнулась, с трудом восстановила равновесие и практически носом уткнулась в ширинку джинсов. Опять. Лёгкое касание к подбородку заставило её посмотреть вверх. Артур грубовато-осторожно провёл большим пальцем по губам, размазывая смесь из слюны и помады.       – Давай же девочка, ты же этого хочешь, сделай это снова, – повелительный тон не оставлял вариантов.       Под его пристальным взглядом Яся вновь опустила руку между ног, ощущая сразу жгучий стыд и дикое возбуждение. Артур сделал шаг в сторону, так чтобы не загораживать свет лампы и присел на угол стола широко расставив ноги. Яся прикрыла глаза, чтобы спрятаться от его сканирующего взгляда и откинулась на неудобную спинку стула.       – Сосредоточьтесь, Ясмина Петровна, – в голосе преподавателя появилась сексуальная хрипотца. – Раздвиньте ноги, – девушка подчинилась. – Шире… Так… Молодец, девочка… А теперь погладь себя. Чего вы сейчас хотите?       Яся, подчиняясь его голосу осторожно коснулась насквозь мокрого белья. От его строго «Ясмина Петровна» каждый раз всё внутри сладко сжималось.       – Я… – она с трудом поймала дыхание, чтобы хоть что-то сказать. – Хочу, чтобы это была ваша рука.       – Вы хотите, чтобы я прикоснулся к вам? Как, покажите мне.       Яся послушно сдвинула мешающее белье в сторону. Белоснежная ластовица была абсолютно мокрая.       – Хорошая девочка, давай же, покажи мне. Как ты хочешь, чтобы я тебя касался.       Яся нашла свободной рукой напрягшийся сосок, слегка ущипнула и потянула. Указательный и средний палец почти привычно проскользнули между складок и нашли клитор. Она сдвинулась на самый край стула, так чтобы её зрителю-провокатору было лучше видно. Поза получилась растянуто-неудобная, но то, что он на неё смотрит и видит, как она себя ласкает заводило так сильно, что это было уже не важно.       – Я хочу, чтобы вы ласкали меня так… – Яся быстро обвела возбуждённый клитор по кругу касаясь слегка, дразня себя.       – Быстро или медленно?       – Сейчас я хочу быстро. Я хочу, чтобы вы заставили меня кончить быстро, Артур Аркади–еее–вич… Ох, – она задела кончиками пальцев головку клитора, посылая по телу электрический разряд, отдавшийся в позвоночнике. Яся поймала его плохо-читаемый взгляд, сосредоточенный на ней, на её мельчайших движениях, облизывающий, тёмный, голодный. Губы сами собой растянулись в пошлой улыбке, кончик языка проскользнул между зубов. Она закусила губу, чтобы не застонать особенно громко, отняла пальцы от промежности, облизала их и вернула обратно. Артур резко выдохнул, наблюдая за ней и вцепился в стол, его джинсы уже ощутимо топорщились в районе паха.       Яся быстро заскользила влажными пальцами по клитору, жалея, что в этой неудобной позе не может погрузить в себя хотя бы один палец. Она старалась держать ноги как можно шире, чтобы ему было лучше видно. Рука порхала всё быстрее и быстрее, Яся стонала, уже не думая о том, что кто-то может их услышать. Разрядка была совсем близко…

«Они шептали ему в уши, лезли прямо в его мозг,

Он пытался выгнать их, но с этим справиться не смог,

Это шишки-телепаты, немые стражники Сибири

Здесь с незапамятных времён они охотились и жили», – раздалось откуда-то извне, нагло врываясь в тишину кабинета.

      Яся дёрнулась всем телом…       И проснулась.       На тумбочке у кровати шедевром дэт-металла надрывался будильник.       «Ну и какая сука опять поменяла мне мелодию?» – первая мысль после пробуждения не радовала. А затем накатило…       Простыня была насквозь мокрая от пота, между ног разливалась влага, низ живота неприятно тянуло. Оргазма во сне так и не случилось.       Яся откинулась на подушку и глубокомысленно произнесла вслух:       – Ну, пиздец… Приехали.       До универа оставалось ещё полтора часа. Лодыжка противно ныла, не давая настроиться на продолжение горячего сна. Первая попытка встать на ноги отдалась болью практически во всём теле. По стеночке Яся доковыляла до ванной радуясь тому, что у них была и ванна, и душевая кабина: перекидывать ногу через бортик было не обязательно.       Пока вода скользила по коже, то и дело посылая в мозг иголочки возбуждающих мыслей, успешно в общем-то гасимых болью в ноге, Ясмина приняла волевое решение забить на пары и остаться дома, предаваясь тяжёлым думам о том, что же теперь делать и как смотреть преподу в глаза.       С одной стороны, вроде и не произошло ничего страшного, а вроде… Сексуальная фантазия была слишком яркой и при каждой мысли об Артуре, свет, Аркадиевиче она краснела, вспоминая тот его взгляд во сне. В тяжёлых раздумьях, Яся написала подружке, что не появится до пятницы, обрисовав ситуацию с лодыжкой.       У неё было целых два дня, чтобы понять, что делать дальше. Однако решать что-то совсем не хотелось, хотелось забраться под одеялко с очередным романом и термосом чая, тупить и мечтать.       «Я подумаю об этом завтра», – решила она и поковыляла реализовывать план с чаем.