Талая вода

— Я тебя прошу, Сонхун, не напивайся. Если хочешь выпить, то чуть-чуть. А то ты так окочуришься, - Пак послушно кивает головой, стоя в пороге с собранным чемоданом и маленьким рюкзаком на плечах. Он слишком сонный для возражений. - Никуда не отходи от парней и тренера! Я не буду искать тебя в пакетах по всей Японии! — Не так быстро. Сначала меня изнасилуют, а потом уже пакеты будут, - или не рано? — Сонхун! Ты в своём уме? Что ты такое говоришь? - Она первая начала. В любом случае, видимо, уже нужно прекращать эти шутки, иначе он точно опоздает на рейс. - Что я ещё хотела сказать? - мать Пака уже вся вспотела от такого стресса. Её бедный маленький сынок точно попадёт в какую-то передрягу, как обычно. - А! Ты взял лак для волос? — Боже, мама! Если бы и не взял, то кто-то другой дал бы мне свой. Всё? — Стой! Нет, ещё что-то хотела сказать… — Ладно. Папа уже ждёт, - Пак разворачивается, чтобы открыть дверь. — Сонхун! — Да? — А маму поцеловать? Услышав это, Пак опешил. Мать не говорила ему подобное последних несколько лет. Что произошло сейчас? Или он впервые за долгое время окажется так далеко от матери? Когда он последний раз ездил на соревнования по фигурному катанию? Ему было всего пятнадцать тогда? — Ну? Сонхун быстро, но крепко обнимает. — Я тебя люблю, Хун. И сильно переживаю, если вдруг что-то случится, - шепчет ему в плечо мать. — И я тебя. Всё будет хорошо, - он разрывает объятия, теперь смотря прямо в глаза. - Я обещаю. — Смотри мне! — Пока, мам! — Удачи! С отцом слезливое прощание так и не состоялось. Тем более, Сонхун всю дорогу напоминал о том, что уже через три дня шумные разборки с младшей сестрой возобновятся. Тем не менее, он обнял и папу на прощание, потому что не мог по-другому. Даже когда они ссорились, Пак всегда делал так, потому что любит их, и не может просто так игнорировать их из-за каких-то мелочей, что, между прочим, часто практиковали старшие. Выходя из машины, Пак почти сразу направляется к входу, где они договорились все встретиться. Самого длинного среди знакомых силуэтов нет - значит, Рики опоздает: он такой человек, который или прийдёт на час раньше, или вообще в последний момент. — Привет, хён! - уже кричит Сону издалека. — Привет, - отвечает Сонхун через метров десять, уже обращаясь ко всем сразу, при этом неловко смотря себе под ноги, чтобы лишний раз не опозориться перед Джейком и другими ребятами, засветившись своим прыщом на лбу после вчерашней истерики и истории с «дракой». Все ответили ему хором, но один голос сильно выделялся. Пак невольно поднял голову, чтобы посмотреть, кто это был, и… Хисын? — Доброе утро, Сонхун! Как твои дела? Я взял тебе немного домашней еды в дорогу, - Джейк кладёт ему руку на плечо, уверенно кивая в такт его словам, - и другие могут угощаться тоже, кстати. — Спасибо, ты совсем не обязан был… - Пак тупо пялился в пол, чтобы избегать такое напряжение с хёном, особенно после вчерашнего. — Нет. Я тут самый старший, так что я настаиваю. Тем более, я провинился перед тобой. После этих слов Сонхуну снова пришлось поднять на него глаза. Что ж… На первый взгляд, ничего особенного, просто он впервые видит Ли в солнцезащитных очках. Но присмотревшись, Пак замечает явную припухлость правого глаза старшего. Это он вчера так набил? Сонхун же вообще еле дрыгался. Просто, чтобы выплеснуть свои эмоции, и всё! — И ты прими мои извинения, хён, - кланяется Пак. - Я виноват, что взбесился тогда. — Та ладно. Просто думаешь не головой, а одним местом, - фыркает Ли, при этом из-под тяжка поглядывая на Джейка. - Это нормально в твоём возрасте, - немедленно добавляет он, ловя на себе взгляд Шима. И тут в голове Сонхуна сложился пазл. Всё-таки, он действительно думает одним местом. — Что произошло? - оглядывается на всех Чонвон - видимо, он единственный, кто ничего не знает. — Я потом всё расскажу, - встревает Чонсон. Ян немедленно сводит брови к переносице, - я в этом не замешан, не переживай. Всё будет хорошо, - шепчет ему Джей, на что Сонхун резко ухмыляется - он всё ещё помнит, что ему вчера рассказывал старший. Озабоченный чужими отношениями, он совсем не замечает, как сзади кто-то подкрадывается, легонько обхватывая предплечье. Естественно, Пак сильно испугался, но почти не подал виду. — Как твои дела? - слышит он знакомый тёплый шёпот, резко оборачиваясь. — А… Э, - он слишком близко, - всё в порядке. - Сонхун тщетно пытается закрыть свой прыщ чёлкой. — Я так не думаю. Ты выглядишь взволнованно, - пока другие вежливо отстранились от них, делая вид, будто у них полно своих забот, Хисын, который остался один, раздражённо закатывал глаза на каждое слово Шима. — Джейк, - решается Пак, - откуда у Хисына синяк? - почти шёпотом. — Что? - Он выглядел, как всегда, великолепно. Только он и Джей могли так вырядиться в аэропорт: в дорогой кожаной куртке, кожаных ботинках, в рубашке и джинсах, так ещё и надушился каким-то одеколоном с цитрусовым оттенком, - О чём ты? Какой синяк? — Я… - Сонхун теряет дар речи, когда видит, как Джейк ловко откидывает прядь с лица. Его волосы так отросли. Паку стояло бы почаще смотреть на человека, с которым он как-никак в отношениях. - Мне просто показалось, что он скрывает за очками какую-то… — Откуда это у тебя, Хисын?! Ты шутишь? - их разговор прерывает крик тренера, который только появился, как из ниоткуда. — Я, - начинает оправдываться Хисын, - понимаете… Я вчера… Ну… — Что? Что можно было вчера делать?! Ты не мог не влететь в это, что бы это ни было, всего за день до вылета? — Я поскользнулся в ванной. — Сними очки. — Да, как скажете. Тут уже все взгляды были направлены только на Ли, пока тот медлительно снимал очки. — Мама родная! Что ты… Как это..? - глаза тренера буквально вылезли на лоб. Сонхун казался ошарашенным не меньше других. Лицо Ли было украшено огромным фиолетовым фингалом, а отёк доходил аж до лба. — Джейк, откуда это? - шепчет Пак. — Он же сказался, что поскользнулся в ванной комнате. — Я правда не хочу думать о тебе такое… — О чём ты? - закусывают губу Шим. — Я… - снова в аут. - Я… Джейк, ты вчера с ним виделся? — Да, ну и что… — Ты сказал, что он больше не будет… — Не будет. О, нет. Самые страшные гипотезы Сонхуна, можно сказать, официально подтвердились. — Ты что, избил его?! - кричит шёпотом Пак. — Что? Нет! - искренне удивляется Шим. - Мы просто вышли поговорить вчера после того, как Сону мне пожаловался на его недопустимое поведение. Никто ни с кем не дрался. — Зачем ты набил ему фонарь тогда? - уже сносит крышу младшему. — Я один раз его случайно зацепил, когда он сказал, что ты плохой друг. — ЗАЦЕПИЛ? — Тише, Пак! Иначе и тебе придётся замазывать синяки, когда сюда охрана прийдёт! - кричит тренер где-то за спиной, стоя в окружении других парней, пока Джейк и Сонхун отошли в сторону. — Я разочарован в тебе, Джейк. Это моё дело - я сам могу всё решить. Ты не мой опекун, чтобы идти разбираться с моими друзьями, как папаша какой-то девочки. — Хун, - вздыхает старший, - он мне всё рассказал, как было. Хисын процитировал, что он говорил тебе. — Ничего такого! — Нет. Это не так. Он довёл тебя до истерики. — Я сам виноват. У меня какой-то гормональный всплеск был. Вот видишь: огромный прыщ на лбу выскочил, - на полном серьёзе показывает Пак. Шим улыбается, а потом быстро поджимает губы. — Ну, и что? Разве ты всё равно не самый красивый? — Джейк! — Мы с ним даже не в ссоре. Всё в порядке. Он говорил и за меня тогда - я тоже причастен. — Мы подойдём и извинимся перед ним, вдвоём. И ты, и я. — Как скажешь. Ради тебя я сделаю всё, - широко улыбается Шим. — Ладно, идём, - быстро отводит взгляд Сонхун, густо краснея. Так получилось, что уже в самолёте именно Ни-ки не повезло с местом, ведь он сидел рядом с тренером, а справа от него был толстый пожилой мужчина, который постоянно сморкался. Сонхун сидел рядом с Джейком, а возле окна был Чонвон. Хотелось бы отметить, что младший, в свою очередь, вообще никак не докучал им. Просто сидел за уроками, после читая книгу, а потом мирно спал, как котёнок. Ян всё больше начинал нравиться Паку, хотя тому было всё ещё стыдно это признавать. В отличии от Чонвона, Пак и Шим вели себя просто безобразно. Притом, что начиналось всё вполне себе прилично, пока Сонхун не поднял тему таблеток, когда старший заранее отказался от алкоголя после предложения Джея «надраться». — Ты больше не пьёшь? - нервно улыбается Сонхун. — Кто-то же должен присматривать за тобой, - отшучивается Джейк. — Да, согласен. Но даже чуть-чуть не выпьешь? — Не могу. — Не можешь или не хочешь? — Не могу. — Что не так тогда? - обрабатывает Сонхун, чтобы уже в лоб задать нужный ему вопрос. — Я курю много последнее время, - прячет взгляд Джейк где-то в своих руках, - поэтому решил, что с чем-то лучше завязать. От курения я и так зависим, так что выбор особо и не стоял. — Лучше бы курить бросил, - обижается Пак, понимая, что лишился очередного собутыльника. — Извини. Не могу, - пожимает плечами Шим. — Понял, - отворачивается Сонхун в сторону прохода, почему-то сдерживая слёзы, которые начинали выступать из ниоткуда. - Что-то произошло, Джейк? Я что-то не то сделал или сказал? - дрожащим голосом произносит Пак, всё так же смотря в проход. — Что? Сонхун? Всё в порядке. Не переживай. Я просто немного приболел, и всё… Мне пока что нельзя пить, и… — Чем? - резко оборачивается Пак, уже пылая от ярости. - Что не так? Почему ты мне не говорил? Почему какой-то Хисын об этом знает, а я нет? Я недостаточно интересуюсь твоей жизнью? Или я… — Хун, успокойся, пожалуйста. Чонвон же спит. Всё нормально… — Что за таблетки ты пьёшь? — Что? Кто тебе сказал? Я это говорил? — Мне сказал это Ли! Он же тебе всё рассказал, да?! — Не кричи, мы не одни тут. И он мне говорил, что ты знаешь об этом. — Что ты пьёшь? — Я просто приболел. Нервничаю последнее время, вот мне и прописали таблетки. Они лёгкие - это никак не связано с алкоголем. — Не ври! Ты сам только что дал мне понять, почему тебе нельзя пить! — Почему ты мне не доверяешь, Хун? - жалобно сводит брови Джейк. — Потому что ты мне ничего не рассказываешь, - шепчет Пак, чтобы не выдавать себя своим дрожащим голосом. — Ты не интересуешься, и… - кажется, Джейк пожалел, что сказал это. Но уже поздно - для Сонхуна эти слова казались ножевым ранением прямо в сердце. — Я виноват. Я даже не заметил, как сильно ты изменился. — О чём ты? Сам Сонхун заметил это только сегодня: как Джейк похудел, его бледную кожу, которая, как раньше казалось, просто не может быть аж синей, как теперь. Волосы, видимо, он тоже давно не стриг. Пак винил себя, что находит Шима привлекательным даже в таком болезненном состоянии. Его черты лица обострились, а глаза казались просто огромными из-за того, что лицо будто уменьшилось. Сонхун всегда стеснялся смотреть на Джейка, но сейчас он винит себя за то, что он просто игнорировал тяжёлое состояние близкого ему человека. — Ты специально худел для выступления? — Нет. Простуда была, я же говорю. Уже всё хорошо. — Ты наркоман? — Что? Нет! — Тогда я спрошу у Хисына, что ты употребляешь. — Не нужно. — Что? Ты переживаешь, что он ответит, потому что врёшь мне. — Сонхун, прошу тебя, не нервничай ты так. — Почему Ли знает о тебе почти всё, а от меня ты скрываешь это? Ты сам сказал, что я не достаточно интересуюсь твоей жизнь, - горло Пака сжалось, а слёзы уже начали выступать. Он не злился на Джейка. Тот даже вызывал у него жалость и боль где-то внутри. — Ты не обязан! Я просто хочу уберечь тебя от своих проблем. Сонхун громко всхлипнул, отворачиваясь, услышав это, а после встал, направившись в туалет. Ему нужно время, чтобы привести себя в порядок. «Он обязательно скажет мне, что с ним, и мы всё решим вместе», - успокаивал себя Пак, теснясь перед зеркалом. Но сам Сонхун не знал, что ему говорить Джейку. Он не сможет игнорировать его существование в поездке. Тем более, ему просто нельзя будет позволить себе это, когда старший явно чем-то обеспокоен. Через минут десять Сонхун более-менее приходит в себя, но всё ещё боится идти обратно, чтобы не довести Шима до белого каления своими психами. Ничего, сегодня он уже готов немного выпить в отеле. На трезвую голову сложнее будет извиниться. А сейчас он просто будет делать вид, что спит. Вот. Идеальный план. Но подходя к своему месту, он понимает, что там сидит Нишимура. — О, Сонхун-хён! - младший вскакивает с сидения, одновременно кланяясь. - Я уже улетаю отсюда. Просто эти десять минут были лучшими минутами за всё время в этом чёртовом самолёте. Этот мужик… — Всё в порядке, Рики. Я могу сесть на твоё место, если ты не хочешь там сидеть, - Пак бросает обиженный взгляд на Джейка, но тот, как будто не слышит их разговор. — Что? - Ни-ки не на шутку испугался такого Сонхуна. - Ты серьёзно? — Да. Всё хорошо. Я пойду. Усевшись с тренером и тем пенсионером, Пак ни чуточку не жалеет, что оказался именно тут, даже после всех замечаний сонбэ. — Будешь бутерброд, Пак? — Нет, спасибо. — А печенье хочешь? — Нет. Я не голоден. — А что ты будешь? Посмотри, как ты похудел! — Так у нас же выступление. — Не выпендривайся. И этот человек говорил ему, что он припух. — Что вы там выясняли с Джейком, а? - спрашивает с забитым ртом тренер. — Мы ничего не выяснили. Просто разговаривали. — Поэтому ты пошёл плакать в туалет? Этот мужчина иногда бывает слишком прямолинейным. — Вы всё не так поняли. Я просто вышел в туалет. — Как скажешь, Пак.

***

После этого Сонхун выпал из реальности почти до самого отеля. Он переживал за Джейка, за их ссору, за то, что Чонвон мог всё понять, как и другие. Пак винил себя, ведь именно из-за него их общие с Джеюном друзья могут заподозрить их в том, что они так тщательно скрывают ото всех. Они, конечно, примут, но Сонхун ещё не готов к этому. Тем более, как Паку не хотелось бы это признавать, после ссоры их отношения сейчас под сомнением. Не то, чтобы он хотел расстаться, просто, будет крайне неуместно, если их своеобразный союз раскроется на данном этапе. — Сонхун. Сонху-ун! Ты меня слышишь? - врывается в его мысли знакомый голос руководителя. — А? Да? - Пак искренне не понимает, как они уже оказались на ресепшене. — В комнате по четыре человека. Парни поделилось. Один ты остался. — В смысле? — Не тупи, в одной комнате три и в другой три. Кто-то будет жить вчетвером, а другие втроём. А кто, зависит оттого, куда ты захочешь поселиться. Паку было всё равно, лишь бы в той комнате не было Джейка. — А кто где? — Боже… Где ты был? В первой Ким, Нишимура и Ян, а … — Я буду жить в этой.

***

Весь остаток дня Сонхун пролежал в номере, пока остальные ребята, кроме Чонсона и Джеюна, отправились гулять под присмотром тренера. Из-за последнего Паку это удовольствие казалось таким себе, поэтому он был уверен в том, что ничего не потерял. Изначально новая обстановка помогала отвлечься от навязчивых мыслей, но позже длительное пребывание в четырёх стенах, где нет ни души, начало не просто угнетать, но и пугать Сонхуна. В последнее время он часто думал, что Джейк - его спасение от проблем из внешнего мира, но теперь Пак понимает, что тот такой же простой человек, как и он сам, что у него есть чувства и свои мысли, что он может обидеться, болеет и ему тоже бывает тяжело. Сонхун сильно винит себя в том, что не рассматривал старшего с этой стороны. Ему всегда казалось, что Шим - идеальный. Но почему так тяжело принять тот факт, что даже идеальным людям не даётся всё просто так. Естественно, Пак соврёт, если скажет, что он не в обиде на Джейка. Он вот-вот и начнёт крушить всё вокруг себя в истерике. Это всё вызвано каким-то неприятным чувством где-то в груди, где прежде он испытывал что-то совсем иное, что доставляло ему неимоверное удовольствие. Очевидно, что Сонхун хочет ощутить это снова, но знает, что это не произойдёт, пока Джейк будет игнорировать его существование, как тогда в самолёте. До Пака только начало доходить, как сильно тогда его зацепило это поведение старшего. Он готов поклясться, что ничего хуже этого нет. Пусть лучше Джеюн будет кричать на него, ударит его, как Хисына, - Сонхун просто хочет вызвать у него хоть какие-то эмоции. Мысли о том, чтобы свести счёты с жизнью снова и снова проскальзывают в его голове. Пак часто думал, что Джейк вызывает у него такой интерес, который заставляет жить. Он не хотел признавать, что старший слишком значимый кусок его жизни, но так оно и было. Сонхун был бы не против рассуждать на эту тему вечно, нежели просто проживать свою жизнь, но в его мысли, и комнату, между прочим, ворвался Сону: — Хён! Ты так и будешь валяться? Не советую, иначе завтра могут быть отёки, - он придерживает дверь, чтобы радостные Ники и Чонвон зашли. — Чего вы лыбитесь? - Даже Сонхуну показалось, что он переборщил. — Эй, пупсик! Извини, пожалуйста, что мы экстраверты и любим немножко - как это называется? - двигаться! - дует губы Нишимура. На эти слова Сонхун закатывает глаза, то ли чтобы позлить его, то ли, чтобы не расплакаться снова. — Ни-ки, хватит! - встревает Сону. - Не слушай его, Сонхун-хён. Пойдём с нами к старшим? — Зачем? - вздыхает Пак, тупо пялясь в потолок, лёжа на своей кровати. — Ну, - видимо, Ким не придумал, как заманить туда старшего. - Там есть… Ну… В карты поиграем, можно ещё… — Та там бухло будет, Сонхун! Идём! - кричит Рики. — Уговорили. Хотя в голове Пака была дилемма, он неосознанно отдал предпочтение тому, чтобы снова позориться пьяным. По крайней мере, это лучше делать пьяным. — Тебе нельзя, Нишимура - ты несовершеннолетний, - задирает нос Ян. — Ты тоже, недоросль, - фыркает Рики. — А я и не собирался. У меня немного иные моральные принципы, знаешь ли. — Выходим. А то тут так душно. Пак, ты, наверное, включил кондиционер не на ту температуру, - он резко открывает входную дверь. - Не забудь своё бухло, Хунчик. — Как ты меня назвал?! - Сонхун чуть было не умер от смеха. — Мы тебя ждём в двести третьем номере, хён! - улыбается Сону. — Стойте! Я с вами! - Пак быстро открывает чемодан, вынимая дорогой виски, почти ни о чём не жалея. Подумаешь, ему как будто не всё равно на то, как будет реагировать на всё происходящее Джейк. Заходя в номер к старшим, Сонхуну всё-таки уже не так уж и всё равно. Джеюн сидел с Хисыном на кровати, что-то театрально обсуждая, а Джей, который открыл им дверь, целый день, видимо, был занят тем, что укладывал свои волосы гелем. — Ты слегка переборщил, - натянуто улыбается Нишимура. - Или это биологический процесс типа? Ты не можешь это контролировать? — Ха-ха-ха! - вот от кого что, но от Чонвона такой непристойный смех никто не ожидал. — Я… Э-э… - Пак никогда не видел Чонсона таким потерянным и расстроенным(?). - Извините. Мне нужно в душ. — Зачем? А на чём я пожарю..? — Ни-ки! - крикнули на младшего все хором. — Всё! Закрыли тему! Лучше придумайте, как будем напиваться, - руководит Сону. — Такие вопросы с порога? Ладно, как скажешь. В «правду или выпивку»! - предлагает Ли, наконец-то оторвавшись от, наверняка, очень интересного разговора по душам с Джеюном. — Давайте! Только Джейк… — Всё в порядке, Сону. Я обойдусь соком, - вежливо улыбается Шим. — Не-а! Ты будешь играть в «правду или желание», чтобы всё было честно, - поднимает брови Хисын, - как Ни-ки и Чонвон. — А, хорошо, - вежливо улыбается Джеюн, смотря куда-то то ли в окно, то ли на волосы Ли. — Так. Сонхун принёс нам… - начинает Ким. — Да. Виски. Мне его подарали… — На день рождения, - завершает Джейк, пялясь на бутылку, как будто не Пак её держит, а она его. — Начинаем? - вежливо интересуется Сону. На полу Сонхун специально сел рядом с Кимом, подсознательно ища в нём защиту от всего происходящего. Джей сейчас не в духе, с младшими он почти не общается, а с Хисыном и Джейком он в ссоре. Пак потратил почти пять минут на то, чтобы придумать тему для разговора с младшим, пока все молча ждали Чонсона, которому приспичило пойти в душ. В такой морально тяжёлой среде Сонхун давно не бывал. Больше всего на свете ему хотелось сейчас оказаться у себя в номере, но он уже сделал выбор - это во-первых, а во-вторых, он был решительно настроен напиться сегодня. Благо эту неловкую тишину прервал стук в дверь. «Только не тренер»,- нервничал Сонхун. — Я открою, - Хисын наконец-то оторвался от совместного просмотра чего-то с телефона Джейка. (Очень жаль, кстати). Он переступил всех поочередно, оказавшись за два шага у двери. — Кто там? - осторожно спрашивает Страший, прислоняясь ухом к дереву. — Это Юджин! - слышен дерзкий женский голос. — Мы таких не знаем, - поднимает плечи Ли, поворачиваясь к парням. - Открыть? - почти шёпотом. — Давай! - кричит Рики. В дверном проёме стояла высокая девушка с чёрными длинными волосами, но все негласно договорились смотреть на её подругу, очень стройную и ещё более высокую, чем первая, которая стояла чуть позади, как будто стесняясь. — Где тут Пак Сонхун? - начинает отважная. — Извините, леди, а не могли бы вы представиться? - вежливо улыбается Ли. — Где он? А… Извините. Я - Юджин, - начинает девушка, - а это, - она указала большим пальцем за спину, - моя лучшая подруга, Вонён. — Вонён, - повторяет Хисын. - Не хотели бы может выпить чего-нибудь, Вонён? И вы, конечно. — Мне семнадцать, оппа, - впервые отвечает хрупкая куколка - иначе не назвать эту девушку. Она была нереальной красоты: тонкая осиная талия, длинные волосы, лисьи глазки, пухлые губки и маленький аккуратный носик. — Извините, - краснеет Ли, поворачиваясь к парням, ища какую-то поддержку, видимо. - Что ж… У меня есть шоколадные конфеты, - нервно заливается краской Ли. Сонхун и другие парни ещё не успели отойти от красоты Вонён, как их поразил своей смущённостью хён. — Молодой человек! - встревает Юджин. - Вопрос остаётся открытым! Где ваш Сонхун? — Сонхун? - Ли снова поворачивается на друзей, ища мельком Сонхуна. Тот в ответ на невербальный вопрос старшего пожимает плечами. - А зачем он вам? Девушка громко вздыхает. — Моя подруга, Вонён, его большая фанатка. Но она очень стесняется взять автограф. И вообще, он мог бы дать и номерок такой красивой даме, - закатывает глаза Юджин. — Э-э, - Ли снова резко оборачивается на Сонхуна. Парни уже давно успели привыкнуть к тому, что Сонхун - народная звезда фигурного катания. Даже спустя годы люди продолжают узнавать его тёмные густые брови и ясную улыбку. Такие девушки, как Вонён, можно сказать, выросли на нём, пока он рос вместе с ними же. — Конечно, я могу дать вам мой автограф, - быстро поднимается со своего места Пак, - но, боюсь, что не номер… Я в отношениях. Он автоматически смотрит на Джейка, который, как пялился в телефон с момента ухода Ли, так и продолжает это делать. «Надо было ему назло дать номер этой девушке». — Извините, оппа, - вежливо улыбается Вонён, смотря прямо в глаза Паку. - Я была бы крайне удивлена, если бы это было не так. Мне пора, - она развернулась, уже чтобы уйти, как… — Вонён! - цепляется за дверной проём Ли. - Подождите секунду, прошу Вас! Хисын нервно чешет затылок. — Ни-ки! Открой мой рюкзак. Там в переднем кармане лежит коробка шоколадных конфет, а сбоку есть ручка, только она в пенале. — Понял, - быстро вскакивает тот. — Спасибо. Сонхун, а ты оставь свою подпись на коробке, хорошо? — Да, конечно, - кивает головой Пак. — А вы тоже принимаете участие в конкурсе? - заполняет неловкое молчание Ли, пока младшие выполняют его поручения. — Да. Только мы в женской категории. — А из какого вы города? - щурится Хисын, кусая свою нижнюю губу, имитируя заинтересованность. — Сеул. — Ох! А Вонён? — Она тоже. — Чудесно. Мы все тоже из Сеула. Сонхун, ты оставил… — Вот, - Пак протягивает коробку, на которой уже виднелась его «знаменитая» в узких кругах подпись. — Спасибо. И… - Старший протягивает руку, чтобы забрать у Пака ручку. - Я оставлю здесь свой номер. Если вам что-то понадобится… Тем более, я сто раз был в Японии… — Спасибо Вам огромное… - начинает Вонён. — Извините, я забыл, - он стыдливо прикрывает лицо. - Прошу прощения. Меня зовут Хисын. Ли Хисын. — Я Вам напишу, Хисын-оппа, - девушка низко поклонилась. - Удачи вам на концерте. — И вам, - машет Ли. — Да, и вам, - фыркает Юджин. - Чао. Дверь закрывается. — Милые девушки такие, правда, Сонхун? - начинает Сону. — Э-э, - как бы выразился человек, которому не безразличны девушки в принципе? - ага? — Милые. Особенно, Вонён, - Хисын задумчиво смотрит в потолок, оперевшись на дверь. - Ну, что? Играем? - резко продолжает он, услышав, как Джей выключил кран. Когда Чонсон всё-таки возвращается к ним, будучи уже даже с почищенными зубами, все рассаживаются по местам. Естественно, Пак демонстративно возвращается на своё место рядом с Сону. Он уже готовил интересующие его вопросы почти для каждого. Но интересовал его в данный момент больше всего Хисын. И не просто так. Вежливость старшего по отношению к неизвестной им ранее девушке показалась Сонхуну неоднозначной. Последний был уверен в ориентации Ли, поэтому удивился такому «флирту». Сначала игра была крайне скучной. Ни-ки и Чонвон задавали примитивные детские вопросы по типу: «Какого цвета у тебя трусы?», «Сколько ты весишь?», «Кто тебе нравится?». Поэтому Сонхун по-тихому подливал себе в стакан виски, выпивая, не дожидавшись своей очереди. Пак справлялся с шотами быстрее положенного, когда речь идёт о медленном распитие алкоголя. Но ему чертовски нравилось пьянеть. Ему нравилось, что он может снова смотреть на Джейка, совсем не стыдясь, что он улыбается, что он готов простить Хисыну всё на свете и что он совсем не переживает за то, что будет в его жизни дальше. Он выпил всего три неполных маленьких стакана, но спирт уже хорошо ударил в голову. Множество вопросов, почти не фильтруясь, выходят наружу. Один из них был адресован Ли, когда очередь дошла и до него. — Можно я? - оглядывается на других Сонхун, поднимая руку. Почти все утвердительно кивнули. — Что ж… - начинает Пак. - Я думал об этом годы, - Хисын поднимает брови, - да, годы. Помнишь Кея? — Ага, - поднимает уголки губ Ли. — Так вот, - Сонхун чувствует, как его язык уже заплетается, - ты всегда был рядом с нами, когда мы с ним вдвоём собирались гулять, - быстрый взгляд на Шима - ноль эмоций, тот просто смотрит пустым взглядом куда-то на макушку Сону. - Зачем? Мне было уже шестнадцать лет - я всё прекрасно понимал. Что ты пытался скрыть от меня? — Оу, - Ли поворачивается на Джея. - Я могу рассказать? — Да насрать, - пожимает плечами тот, делая щедрый глоток со своего стакан. - Мы всё равно уже пьяны, особенно Сонхун. — Хорошо, - Хисын снова поворачивается к младшему. - Дело в том, что я присматривал за тобой. — Что? - смеётся Пак. - Зачем? Это шутка? Ты же гей и он тебе нравился? — ЧТО?! - орёт Хисын. - Я натурал, Сонхун, в отличии от того Кея! Он клеился к тебе! И сам бог знает, как далеко это всё могло бы зайти. - В порыве ярости он всучивает свой стакан в руки Джейка. - Мы с Джеем три года назад договорились, что будем поочерёдно следить за тем, чтобы с тобой всё было в порядке. Естественно, этот бред замутил он! А я согласился помочь, потому что Джей видел, что первое время тот приставал ко мне. А ещё он пообещал, что мы пойдём играть в гольф в дорогой… - он резко останавливается, понимая, что сболтнул лишнего. - Короче… Джей просто переживал, что ты… ну… — Почему вы думали, что он может что-то сделать со мной? Вы знали, что мне не нравятся парни, и… — В этом то и проблема, Пак, - качает головой Ли. — Прости, Сонхун. Я не хотел, чтобы он был твоим первым неудачным опытом, - выпивает почти целый стакан залпом Чонсон. Пак в недоумении переводит взгляд с одного друга на второго. Неужели они поняли это раньше, чем он сам? — Что за бред? Вы думали, что я пересплю с ним? Или что? — Не в том смысле «опытом», - отмахивается Джей. — И в этом тоже, - Хисын быстро закатывает глаза. Сонхун стремительно терял способность трезво мыслить, но суть слов старших успела до него дойти. Всё, что Пак мог сказать наверняка - они знали тогда и знают сейчас. Сонхун никогда не был так рад, что он много выпил и готов выпить ещё - в таком состоянии ему будет проще делать вид, будто он ничего не понимает, а в последствии не придётся объясняться и рассказывать про свою личную жизнь. — Ладно, ребята, - виски сильно ударил в голову. - Это всё такие мелочи. Я просто хочу снова дружить с вами, как раньше, а не вот это вот всё, - Пак чувствует, как подступают слёзы. - То, что вы делали это, конечно, странно, потому что я не пе… — Сонхун, - останавливает его поток Чонсон. - Не нужно больше пить, хорошо? — … но, я так вас люблю. Даже Хисына. И Рики, Чонвона и Сону с Джеем. И Джейка люблю, но он меня не любит… Последний открывает рот, чтобы что-то сказать, но как будто одумывается, и снова опускает взгляд. Такой жест сильно задевает пьяного Сонхуна, да так, что тот решает почти мгновенно отомстить. — А вообще, я не люблю Джейка, - Пак поворачивается к рядом сидящему Сону, - Я люблю тебя, Ким Сону. Поцелуешь меня? Сонхун тянет руки, чтобы взять младшего за лицо, как вдруг, его за шиворот оттягивает Джей. — Хён! Не выдумывай! - краснеет Сону. — Тебе нужно полежать, Сонхун. Ты немного перебрал, - добавляет Чонсон. Пак однозначно согласен с друзьями, но ему так всё равно на всё то, что он сейчас делает. Ему ни капельки не стыдно. Единственное, что его правда волнует, - это Джеюн, который делает вид, будто младшего для него не существует. «Я вызываю у него отвращение? Стыд?», «Он не хочет, чтобы другие знали, что он в ответе за этот позор?». Сонхун снова пялится на Джейка. Болезненный вид у второго, подмечает первый. Болезненный, но красивый. Так и хочется его защитить от чего-то, но, как только до Пака доходит, что единственный, от кого нужно защищать Шима в данный момент, - это он сам, слёзы начинают выступать сами собой. Он пытается встать с места, чтобы добраться до объекта воздыхания, и обнять его так сильно, чтобы убедиться в том, что его сердце бьётся и всё ещё любит его. Вот почти уже получилось встать. Он уже видит, как Джейк встаёт ему на встречу, наверняка, чтобы подхватить Пака, если тот будет падать, но это не имеет значения. — Я хочу мясо. Кто со мной? Сонхун снова падает на колени, где сидел пару секунд назад. Слова Рики его буквально сбили с толку и с ног. — Ни-ки! - в один голос кричат Ли и Чонсон. — Ну, и ладно! - кричит младший в ответ, - Сону, хочешь? Ты ничего не ешь последнее время. Возьми хотя бы конфетку. Ким просто улыбался, глядя на Нишимуру. — Я не голоден. Оставь себе. — Ты врёшь! - настаивает Рики. - Я видел, что ты делаешь, - произносит он почти шёпотом, что только Сону и Сонхун, сидящие рядом, его услышали. Мысли Пака путаются слишком быстро. Что не так с Кимом? Когда он снова успел что-то пропустить? — Что? — А если я тебе салат куплю, ты его съешь? «Что несёт этот мелкий?» — О чём ты, Ни-ки? - нервно улыбается Сону. — Давай прогуляемся? Ты пробовал японскую кухню? Я же тут вырос, так что могу тебе показать мои любимые забегаловки. — Не нужно, я не хочу есть! - срывается почти на крик старший. «Громко. Страшно. Это не Сону». Таким его не видел никто. Даже Джейк наконец-то оторвался от своего телефона, чтобы посмотреть на «Сону в гневе». — Давай не будем при всех это выяснять? Выйдем? А то у меня ноги затекли. — Я… - Ким, как будто хотел накричать и разорвать в клочья бедного ребёнка, но что-то его остановило. - Я возьму наши куртки. — Идём, - Ни-ки вскакивает с места, чтобы подать руку Сону. — Со мной всё в порядке, - отмахивается старший. Сонхун снова впал в отчаяние, считая себя плохим другом, ведь он не замечал никаких изменений и в Сону. Даже Нишимура, который кажется всем легкомысленными и балованным, в очередной раз доказал, что он разбирается в людях и всегда готов помочь. «По такому случаю нужно будет выпить», - думает Пак, наливая себе почти полный стакан, пока Джей и Чонвон уже что-то выясняют. Как это успело произойти, Сонхуна уже совсем не волнует. Пока его руки трясутся, наполняя стакан до верха, он слышит только отрывки громких диалогов, которые проходят как-то мимо него: «Ты не мой отец!», «Мне нужно за ним присматривать - а уже собираешься и ты надраться?!», «Тебе нет восемнадцати, Чонвон. Ты не будешь пить!», «Тихо! Мне звонят!». Прежде у Сонхуна никогда не было алкогольного отравления, но в этот раз он выпил неимоверно много для худого девятнадцатилетнего парня. Ещё пять минут назад он мог пытаться встать, но сейчас, когда процесс распространения спирта по всему организму ускорился, он понимает, что даже не в состоянии поднять палец. «Это Вонён? Вам нужна моя помощь?» - слышит он. «Я не хочу с тобой больше общаться». Громкий стук двери. «И что мне с ним делать?» «Иди за ним. Я помогу Сонхуну», - знакомый голос. Такой приятный. Кажется, Пак хотел услышать именно его сегодня целый. «Я с тобой». «Не нужно. Тебе позвонили. Можешь идти, Хисын. Считай, это желание, которое я выполняю. И он, вроде, заснул. Я присмотрю за ним». Снова стук. Кого так учили дверь закрывать? Голова и так раскалывается. И ещё эта дрянная тошнота начинает появляться из ниоткуда. Плохо. Очень плохо. Нужно добраться до унитаза, чтобы не испачкать всё вокруг. — Сонхун? - кто это? - Сонхун! Тебе плохо? — Да, - кратко отвечает Пак. Кто бы это ни был, сейчас лучше не выпендриваться, иначе будет горе. — Я тебя подниму. Давай. Осторожно, - кто-то маленький, но сильный, ловко поднимает Сонхуна, придерживая за талию. Чувствуя знакомый запах одеколона, Пак понимает, что с ним рядом Джейк. Через ещё несколько мгновений до него доходит, что остальных нет - они все разошлись. Благо, ванная комната была в двух шагах от них, поэтому Джеюн, можно сказать, донёс Пака туда, посадив рядом с унитазом. — Ты можешь вырвать? - он присаживается на колени рядом с младшим, впуская пальцы в его волосы, то ли проявляя так нежность, то ли просто держа голову Пака так, чтобы та не провалилась в унитаз. Сонхун отрицательно кивает. — Хочешь, но не можешь, верно? — Ага, - еле выдавливает из себя младший. — Можешь два пальца в рот засунуть? — Не могу… - он делает паузу, чтобы набраться сил и попросить помощи. - Помоги, прошу. — Я, - Джейк точно колеблется. - Я боюсь, чтобы ты не захлебнулся. — Пох… Просто… засунь, - стонет Пак. Шим слегка привстаёт, чтобы помыть одну руку в умывальнике, а второй аккуратно придерживает голову Сонхуна. — Я помыл с мылом. Готов? Он кивает. Старший медленно засовывает два пальца, а потом резко нажимает. Не получилось. Ещё раз. И… Слава богу! Так они просидели минут десять, пока из пустого желудка Сонхуна не вышел весь спирт. Лучше действительно стало, но тошнота никуда не делась, да и голова начала кружится. Но он хотя бы осознавал, где он и что вообще происходит. — Я не понимаю, зачем ты это делаешь. — Я конченый идиот, Джейк. Меня нужно бить за такое, - произносит Пак в обнимку с унитазом. — Так можно умереть. Перестань это делать. — А ты перестань делать мне больно! - Сонхун резко поднимает голову, смотря заслезившимися глазами прямо в душу Шима. - Хватит говорить, что любишь меня, а потом игнорировать! Я часто думаю, что ты - моя единственная причина, чтобы остаться в живых, а… — Не говори такое! - кричит Джеюн, чем сильно пугает младшего. - Ты ненормальный Сонхун! Ты вообще понимаешь, что ты несёшь? - он трясёт Пака за плечи, сильно сжимая их. — Я не понимаю тебя, Джейк, - губы младшего тряслись от страха и лихорадки. - Ты иногда так похож на меня, но, видимо, я себя не знаю. — Это бесполезная болтовня. Давай. Встаём. Ляжешь на моей кровати. — Ты был единственным тёплым воспоминанием, когда я уже был на грани… — ЗАКРОЙ РОТ! Сонхун никогда не видел Джейка таким агрессивным и обиженным(?). Он явно был за шаг от того, чтобы не разнести всю ванную комнату в щепки, да и ещё добавить Паку сверху за всё хорошее. — ПЕРЕСТАНЬ НЕСТИ ЭТУ ЕРЕСЬ! — Почему я не умер от отравления?.. - тихо спрашивает, непонятно кого, младший. — Встал и пошёл спать! Видимо, твой мозг хорошенько проспиртовался, раз эти идиотские мысли наконец-то вышли из него. — Давай я напишу предсмертное письмо, а ты меня потом задушишь, и скажешь другим… - воодушевлённо начинает Сонхун. — Ты извращенец. Этот Кей точно заприметил тебя из-за твоих замашек. Как это? Кинки? Фетиш? - Джейк отводит взгляд на своё отражение, внимательно рассматривая его. Пак уже достаточно протрезвел, чтобы снова проводить психологический анализ. Что ж, Джей и Хисын не зря размусолили тему про их с Сонхуном давнего друга. «Тёмное» прошлое младшего, скорее всего, тронуло его где-то в глубине души. Самое время воспользоваться этим. — Он был старше меня на пять лет, - повышает голос Сонхун, убедившись, что Джейк его слышит. — К чему ты это говоришь? - резко отворачивается Шим, крепко держась за умывальник. — Просто вспомнил, - скрывает улыбку Пак, слегка наклоняя голову вперёд, всё также находясь под унитазом. — И… Что вы с ним там делали?.. Ну… когда Хисына не было рядом, - спрашивает Джеюн, демонстративно не смотря на Пака. — Ну… - «Что бы такое придумать, чтобы Джейк чуть не умер от ревности?», - Он дарил мне подарки, мы гуляли с ним в парке, покупал мне кофе… — Ты переспал с ним? - Шим задал этот вопрос на полном серьёзе. Это было понятно по его выражению лица, которое странно изменилось. Слишком странно для пьяного Сонхуна, чтобы описать ту обиду и полное поражение, которое он демонстрировал. Видимо, Джейк посчитал, что он впервые где-то не первый. — Я… Он… Ты же знаешь, что я ни с кем даже не целовался до тебя, - растеряно произнёс Пак. - Он пытался … — Боже. Извращенец! Его ищет полиция? — … но я даже не понял, что он хотел сделать! Я был ещё маленьким, - оправдывается Сонхун. — Получается, ему был двадцать один год, когда тебе было всего… — Джейк, всё хорошо. Он бы ничего такого не сделал. Он хотел быть моим наставником, да и всего. — Ты такой же ребёнок, как и был. Наверное, оно и к лучшему, что ты не осознаёшь, к чему это всё могло привести, - он делает паузу, подходя ближе к Сонхуну. - Вставай, ледяной принц. Мы идём спать. — Ты плохой парень, Джейк. Знаешь почему? - кривится Сонхун. - Потому что ты воспринимаешь меня, как ребёнка и считаешь, что я не в состоянии решать свои проблемы самостоятельно. — Ты прав, - Шим, как будто, роняет голову себе на грудь. — А как только я начинаю волноваться за тебя, то ты сразу повышаешь голос! Перестань быть моим опекуном! Я хочу с тобой встречаться, и делать все те вещи, которые нормальные люди делают в отношениях! — Пойми, я не хочу давить на тебя. Я должен быть очень аккуратным в отношении с тобой, потому что для тебя это всё впервые. — Боже… Джейк, я иногда лежу в кровати, и думаю о том, как бы ты меня хорошенько… - Ладно, алкоголь не особо выветрился ещё. — Сонхун. Пора спать. — Нет… — Почему? — Отведи меня к себе в номер. — Ты обиделся? — Нет. Я весь… обрыгался. Ты не захочешь спать со мной в одной комнате. Шим не смог сдержать свой порыв и рассмеялся на весь отель, зато прикрывая рот рукой. — Хочешь помыться? — Не получится. Я пьяный, меня тошнит и я не могу встать. — Я помогу, - Сонхун мгновенно выпучил глаза. - Нет! Ты не так понял! Я останусь в шортах и футболке, и ты будешь в нижнем белье. Я просто обмою тебя слегка, чтобы тебе было комфортно. — Я могу и без… — Не надо, Хун. Ты будешь жалеть об этом, когда протрезвеешь. — Они будут мокрые! — Я дам свою пижаму. Она стиранная. Сонхун резко начинает раздеваться, почти лёжа на полу. Сначала он снимает брюки, затем футболку, носки, и оказавшись в одном нижнем белье, он снова хватается за крышку унитаза, чтобы вырвать. «Укачало», - добавляет он, снова рассмешив Джеюна. Джейк подаёт ему руку, чтобы Пак встал, а потом медленно, почти усаживает его в ванную. — Тебе удобно? - Сонхун кивает с закрытыми глазами. - Ну, смотри. Старший аккуратно залазит к нему. Убедившись, что всё в порядке, он включает воду, одновременно проверяя температуру на своей руке. — С мылом помой меня, - командует полу спящий Пак. — Нет, - отрезает Джеюн. — Хотя бы шею и грудь! Воняет же рвотой! — Ладно. Но тут нет мочалки… - быстро осматривают всю ванную комнату Джейк. — Боже… Джейк… Ты нормальный? — Ты хочешь, чтобы я прикасался к… — В этом нет ничего такого. — Ты разрешаешь? — Это какой-то… ДА! — Понял, - растерянно смотрит на младшего Джейк. Сонхун снова выпадает из реальности на несколько минут, пока Шим ищет гель для душа. Но приходит в себя он достаточно быстро, когда старший начинает осторожно намыливать ему шею. «Щекотно», - думает Пак, но не в состоянии произнести это вслух или, тем более, открыть глаза, чтобы посмотреть с каким лицом это делает Джейк. — Я могу спуститься ниже? - этот вопрос выбивает Сонхуна из колеи, заставив его открыть глаза и приподняться. — Ты хочешь мне..? — Я могу намылить грудь? — Ты скучный, Джейк-и. Мыль, - еле закатывает глаза младший. Джеюн старается побыстрее вымыть всю поверхность тела Пака очень осторожно, не задевая ничего лишнего и почти не разглядывая. Однако со временем, он начинает отвлекаться. — Ты такой бледный, Хун. Прям прозрачный. У тебя видны все вены, клянусь, - он аккуратно намыливает ключицы и плечи, спускаясь всё ниже. - Ты похож на мраморную статуэтку. Услышав такие лестные слова в свою сторону, Пак не выдерживает, хватаясь за шею старшего и притягивая его к себе лоб в лоб. — Джейк… - он тяжело дышит. - Я хочу, чтобы ты… — Выходим. Ты уже достаточно чистый - Джеюн встаёт с ванной весь мокрый в чёрной, прилипшей к телу футболке, что подчёркивала его жилистое тело. Естественно, Сонхун, даже будучи пьяным в стельку, начинает чувствовать это тепло, которое предательски греет то, что совсем не обязательно было прямо сейчас. Шим казался таким красивым, стройным и привлекательным. Ему страшно хотелось поцеловать его, но Пак понимал, что никто не захочет это делать с ним. Однако огонёк, где-то в желудке, быстро превратился почти в пламя, которое подожгло всё тело, задев самое не нужное в данный момент. — Джейк, дай мне полотенце, я … - когда это произошло, он не понял, но по реакции старшего всё стало слишком очевидным. - Можно… Выйди! — Извини. Я принесу пижаму. Сам справишься? - спрашивает уже в дверях Шим, неловко отворачиваясь. — Да. Пожалуйста, - скулит Сонхун притягивая на себя белое полотенце, всё ещё сидя прямо в ванне, - быстрее. Боже, какой позор! Пак почти забыл, какого это. Даже после всех тех глупостей, которые Сонхун успел сболтнуть за сегодня, начиная с аэропорта и заканчивая унитазом, хуже реакции собственного организма просто ничего быть и не может. Он же был пьян и чувствовал себя не особо хорошо, но тем не менее это произошло. Ну почему? Нужно было больше выпить? Или просто ещё слишком молодой, а Джейк такой красивый, и… — Ты в порядке? - стучится Шим в туалет. — Всё хорошо, - стыд сильно отрезвил Пака, поэтому он смог встать, ещё пару раз вырвать и одеться. - Я пойду к себе в номер, ладно? - говорит он, прижавшись к двери. — Не нужно. Они ещё не пришли. А Джей и Чонвон выясняют отношения. Тебе здесь будет комфортнее. Если хочешь, я уйду на твоё место? Ты выходишь? После длительной паузы, Сонхун решается открыть дверь, но не поднять глаза. — Идём, - Джейк быстро подхватывает младшего, но так, чтобы не намочить его пижаму. - Ложись тут. Я сдвинул кровати, чтобы ты не упал. Пак моментально закутывается в одеяло и подвигается к самой стенке, скрываясь от последствий своих идиотских, неконтролируемых реакций. Но мгновенно заснуть не получается, к сожалению. А навязчивые мысли то продолжают терзать изнутри. — Джейк, - начинает он. - Я наговорил кучу бреда. Прошу прости. И прости, что я… Я не знаю, как это вообще произошло, и вообще… Ты думаешь, что это странно, наверное, - бурчит он в подушку, упираясь коленями в стену, - что я должен это контролировать. — Хун, ты чего? - ласково спрашивает Джеюн. - Ты не должен извиняться за это. Ничего такого не произошло, и, будучи пьяным, ты сказал много чего толкового. Я согласен, что я веду себя неправильно. И это ты ещё мягко выразился. — Я такое ничтожество, - тихо хнычет Сонхун. — Эй, принц! Что за бред ты несёшь? - подбадривающе произносит старший, присаживайся на край кровати. - Ты красивый, умный, талантливый и у тебя доброе сердце. Что ещё нужно? - он кладёт свою руку на голову Пака, аккуратно перебирая волосы. - У тебя всё будет хорошо, я уверен. — Спасибо. Но я всё равно не смогу уснуть, потому что мне стыдно, - вытирает слёзы младший, всё так же лёжа у стены. — Тебе не должно быть. Просто представь, как тебе завидуют мужики за сорок! Они о таком и мечтать не могут! Сонхун быстро фыркает. — Хочешь я тебе поглажу голову перед сном? Завтра выступление - ты должен выспаться. — Ты тоже должен. Ложись со мной. — Ты уверен? Я весь мокрый. — Снимай это. Нам нужно спать. Пока Джейк копошится, меняя одни шорты и футболку на другие шорты и футболку, Сонхун понимает, как сильно любит его, несмотря на все те нелепые ссоры. Он не меньше старшего хочет погладить его по голове, чтобы он быстрее заснул и был бодрым завтра, сказать ему, какой он хороший друг и, по правде говоря, парень, но не может. Пак не умеет проявлять свою любовь, как все привыкли это делать. Он ненавидит себя за это, но ничего не может поделать. — Повернёшься ко мне? - врывается в его размышления Шим, укладываясь рядом. — Закрой глаз. Убедившись, что Джейк не сделал это, он всё равно поворачивается, и замечает, как второй быстро притворяется спящим. — Я всё видел. — Просто дай мне уложить тебя. — Ладно. Шим, не открывая глаза, кладёт руку на затылок Пака, и начинает нежно поглаживать. «Всё будет хорошо, ледяной принц», - приговаривал он, изредка подглядывая сквозь ресницы. «Этот Джеюн такой странный, - думал Сонхун, медленно засыпая в руках старшего, - то он кричит, то комплиментами обсыпает, то то, то это. Ненормальный. Мы с ним похожи. Только я менее… менее…» Заснул.