Положение.

— Здравствуйте, ой, а вы не знаете, как попасть к директору? — женщина лет 35 осторожно заглянула в кабинет. Имауши проверяла домашнее задание, когда к ней обратились. — Да, конечно. Женщина выглядела очень красивой, несмотря на простую одежду. Черные волосы по плечи и острый взгляд. «Где-то я это уже видела..» — Ох, спасибо. Я вечно здесь блуждаю. — Да не за что. — Наверно, мой сын учится у вас. Кейске Баджи. Знаю, глупо спрашивать про его успехи.. Но он хоть иногда появляется на занятиях? — «понятно». Парень перенял самое красивое от матери. Интересно, характером он пошел в отца? — Баджи.. Да, он слабо учится. Но занятия посещает, даже дополнительные, — Имауши хочет её успокоить. Хотя, это наверное бесполезно, ибо она пришла к директору. — Я ему, конечно, не верю. Как можно вообще верить парню-подростку? — она немного веселеет. — Это точно. — Хах, а я и не знала, что здесь работают такие милые молодые девушки. Надо, почаще сюда заходить. Ватами чувствует, что между ними словно нет разницы в возрасте. С ней довольно легко. — Приходите к нам в гости как-нибудь. Может, этот оболтус за ум возьмется. «Нет уж, спасибо», - думает Ватами, а вслух лишь благодарит. Здесь они и прощаются. Имауши возвращается к себе. Класс 2-Б. В класс входит Ханма с опухшим лицом, и одноклассницы принимаются насмехаться над ним. Баджи входит следом, тоже с парой царапин на лице и сверкает в того свирепым взглядом. — Че? Попроще ебало сделай, — ухмыляется Шуджи, а Кейске заводится. «Ну не надо. Твоя мама же в школе», - Ватами так ненавидела разнимать парней. Она спокойно относилась к дракам, а вот, что касалось урегулирования конфликта было не по её части. Баджи подлетает к нему, и Имауши откашливается. — Свои петушиные бои оставьте на потом, — оба парня замирают, схватив друг друга за рубашки. — Или можете уйти прямо сейчас. В классе повисает гробовая тишина, слышно только озлобленное дыхание Кейске. Он бросает того и возвращается на свое место, что удивляет учителя. Она разворачивается к доске и в коридоре видит его мать, которая с диким удивлением смотрит на происходящее. Кейске её не замечает, а Ватами начинает урок. Имауши быстро собирается, не желая допускать лишних разговоров после урока и вылетает из кабинета чуть ли не первой. Но тут же почти врезается в мать Баджи. «Эта семейка! Приставучая какая-то!» — Я прошу прощения.. — женщина, хотя нет, девушка, сложно назвать её так, смотрит прямо Ватами в душу, вцепившись рукой в её блузку. — Как вы это сделали? — Что именно? — Успокоили Баджи. — Просто попросила. Я ведь учитель, — Имауши не видела в этом ничего особенного, в отличие от его мамы, которая все это время ждала окончания урока. — Мам? — Кейске подходит к ним. — О, привет. — Что ты тут делаешь? — он смущается. — Меня пригласили. Опять твое поведение! Имауши чуть отходит, не желая быть свидетелем семейной драмы. — С тобой я позже поговорю. Учитель Имауши.. Я приглашаю вас на ужин, — мать Кейске резко поворачивает к ней голову. — Что?! — в один голос говорят и Баджи, и Ватами. — Прошу вас. Я очень хотела бы, чтобы вы пришли. Имауши вообще не понимала что происходило и как оказалась втянутой во все это. Уже в который раз. Она сразу стала отнекиваться, но девушка была очень настырной. Продолжала говорит, что это в знак благодарности и извинений за своего сына. В итоге Имауши сказала: — Хорошо, но я не обещаю, — она очень не хотела идти и в голове перебирала миллион отговорок на будущее. Девушка взяла телефон учителя и записала свой номер под именем Ники. — Договорились, будем вас ждать! Отговорок не нашлось. Весь день написывала его мать. В итоге Имауши решила просто с этим поскорее покончить и больше с ней не видеться. Она уже стояла у двери их квартиры с тортиком и неуверенно постучала. Обычная квартира в многоэтажном панельном блоке и в не самом благополучном районе. — Баджи, открой! — послышалось за тонкой дверью, затем медленные шаги. — Здрасти, — Кейске облокотился о косяк, а второй рукой держал ручку двери и выглядел.. донельзя привлекательным. Он был в домашней одежде с немного влажными волосами. Видимо, его эта идея тоже не очень радовала. — Держи, — Ватами опустила взгляд и протянула. — Проходите. — Ой, Имауши-сенсей, простите. Я немного не успеваю, — с кухни крикнула мать Баджи. — Все в порядке, — девушка огляделась. Было вполне себе сносно, просто кое-где валялись вещи и было неприбрано. Кейске стоял рядом с растерянным видом. Он был босиком. И почему-то так сложилось, что у Имауши был какой-то странный фетиш на мужские ноги. В плане, это выглядело эстетично, особенно если это был большой размер ноги и ей нравилось смотреть. Кавараги как-то ей сказала, что если у парня большой размер ноги, то и его достоинство такое же большое. Девушка засмущалась в своих же мыслях и попыталась отвлечься на что-то в интерьере. — Вам помочь? — она решила покинуть Кейске и отправилась на кухню. — Вот еще! Вы наш гость. Посидите пока с Баджи, пусть он вас развлечет, — Ники выглядела запыханной и неуместной на кухне, словно никогда не готовила. Ватами спорить не стала. Кейске сидел на полу у стола и что-то читал. Это было удивительно. Ватами прочистила горло, пытаясь не смотреть на его босые ноги, и села на диван. Молчать она больше не могла, желая как-то заполнить эту неловкую тишину. — Что.. кхм, читаешь? — осторожно спросила девушка, хотя потом подумала, что он вообще её шантажировал. Ватами как-то не восприняла его слова всерьёз, не думая, что он на такое способен. — Да так, стихи, — Кейске убирает волосы назад и смотрит на неё. «Вот уж не думала, что этот парень может увлекаться поэзией..» — Ничего себе, — хотя, возможно, что парень просто решил повыделываться перед ней. — Ага. Вы, наверное, не ожидали? — Ну, по тебе не скажешь. Он хотел было еще что-то сказать, когда широко улыбнулся, и в комнату вошла его мать, приглашая к столу. У Баджи зазвенел телефон, и он стал собираться, отказываясь от еды. Ники это разозлило, и Ватами вновь пришлось стать свидетельницей семейных разборок. — Поешь, потом пойдешь! — она бегает за ним, пытаясь докричаться, но Баджи даже ничего не отвечает. Он молча собирается и с хмурым видом уходит, хлопая дверью. — Твой Майки может и подождать! — Твою мать, — говорит Ники в закрытую перед её носом дверь и приводит себя в чувства. Потом воспоминает об Имауши и кидается извиняться. — Все в порядке, правда, — Ватами не было дела до их проблем. А уж если Кейске гопник, то этого и стоило ожидать. — Я так не могу. Чем он старше, тем дальше становится от меня. Я не лучшая мать, конечно, — она плюхается напротив учителя и опускает голову в ладони. Ватами растеряно смотрит на неё, не понимая, когда вдруг стала психотерапевтом. — Но он просто невыносим! Ники шмыгает носом и с улыбкой поднимает голову. — Простите меня.. Знаю, вам не нужны чужие проблемы. У меня просто.. наболело. — Ничего. Ведь он мой ученик, и я помогу вам, чем смогу, — с чего-то вдруг говорит Имауши. Из жалости? Ну конечно, не иначе. Снова ругает себя за то, что дает обещания, которые не сможет сдержать. Но девушка напротив сияет от счастья и хватает за её руку. — Извините, что была так настойчива. У меня нет подруг. Для всех я.. словно изгой. Молодая мама, у которой 17-летний сын. Ну, а остальную часть времени я просто работаю. — Я вас понимаю.. — Вы так легко с ним общались.. одной фразы хватило, чтобы он успокоился. — Я просто молодая, они не воспринимают меня как учителя, — поясняет Ватами. — Нет, тут что-то другое. Вы не против? — она достаёт пиво из холодильника, предлагая и Имауши тоже. — Он уже не придёт сегодня. Ну или придет под утро.. с синяками и ссадинами, — устало говорит Ники, открывая жестяную банку. — Давно он состоит в группировке? — С 12-ти лет. Это все его друг.. Майки. У него старший брат тоже этим занимался. Имауши молча отпивает пива, не желая говорить о семье Сано и что она когда-то была к этому причастна. — И он готов умереть за этого Манджиро! А мать родную он не слушает.. Конечно, он ведь всегда был один.. Я вечно была на работе. — Не вините себя. И Баджи.. он совсем не плохой человек. Вы вырастили самостоятельного человека, — Имауши хотела бы добавить еще каких-нибудь качеств, но делать ему комплименты было как-то неудобно. Подумает еще чего неправильного.. — Я боюсь, что однажды ко мне заявится кто-то из его знакомых, сообщая трагичные новости. Посиделки двух девушек принимают откровенный оборот. Ники уже курит третью сигарету и пьет вторую банку пива. Ватами поменьше, но тоже закуривает. — Вы не похожи на учителя, — с хитрым прищуром, прямо как у Баджи, говорит она. — Мне все это говорят. Я привыкла. — Дело не в возрасте.. Не знаю.. просто не похожи и все. — Ну а вы не похожи на маму. — Хорошо сохранилась? — девушка откидывает волосы назад, выпячивая грудь. Они вели себя так, словно давно были знакомы. И с ней было действительно.. спокойно. — Ага. — Да, я родила Баджи в 17. Семья от меня отказалась. С его отцом.. мягко говоря не клеилось. Ну и вот мы здесь, — она не выглядела несчастной от этой истории. Имауши тоже не чувствовала неловкость. — Если Кейске еще не сбежал от вас или вы от него не отказались, значит, вы - хорошая мать, — ответила Ватами, вспоминая своих предков. — Вы мне льстите. Ладно, бог с ним, с Кейске. Он не слушал меня в 12, с чего ему слушать меня в 17, правда? Лучше расскажите побольше о себе. Мы так хорошо сидим, — она откинулась назад на стену, с интересом глядя на учителя. «И вправду, хорошо». — У меня обычная скучная учительская жизнь, — Имауши отпивает пива. — Не верю. Ваш взгляд вас выдаёт. У вас точно было нелёгкое детство и головокружительная история любви. Я работаю с людьми. Уж в чем-чем, а в людях я немного разбираюсь. Такое умозаключение даже веселит Ватами. Она уже и не помнит, как здесь оказалась. С чего вдруг решила прийти и как так все сложилось. — Ничего особенного, правда. — Ну, так неинтересно. Ну ладно, не буду из вас вытягивать. Время шло быстро, и Ватами не заметила как за окном потемнело. Девушки общались на разные темы, вспоминая свои школы и обсуждая типы парней. Все это было весело и интересно, если не принимать во внимание тот факт, что это была мама Баджи. Но пиво и сигареты сделали свое дело, так что две девушки чувствовали себя вполне комфортно. Они смеялись над детскими фото Кейске, когда в замок вставили ключ. Ники так уверяла Ватами, что её сын сегодня придёт поздно, что девушка решила довериться и расслабиться. Но она вовсе не хотела, чтобы Баджи снова видел её в таком состоянии. Он был в черном костюме своей банды. И когда вошёл, то непонимающе уставился на двух девушек, сидящих на полу с фотоальбомом. Его брови сдвинулись на переносице, когда он увидел, что они там смотрели. — Мам! — по-доброму сказал Баджи и отобрал у неё фото. Она подняла руки вверх, как бы сдаваясь. Он засмущался и это выглядело жутко милым. — Что вы тут делаете вообще? — он посмотрел на пустые банки и пепельницу. — Дожили.. собственный сын отчитывает мать! — пошатываясь громко сказала Ники. — Расслабляемся! Не видишь что ли.. — речь тоже была не очень трезвая. Баджи переводит взгляд на учителя. — А ты чего так рано? Мы тебя не ждали, — она пытается встать. — Ну спасибо. Мне нельзя уже в дом приходить? — Майки отпустил пораньше что ли? — Мам.. — Ладно-ладно.. — она встаёт и оглядывает комнату. — Имауши-сенсей.. не хотите продолжить нашу с вами вечеринку в другом месте, раз мой сын вернулся? — Думаю, мне пора домой. Мне ведь завтра на работу, — Ватами не была сильно пьяна, но голову немного кружило. — Черт, — Ники хватается за голову и в ужасе смотрит на сына. — Какая я эгоистка! Вам же рано вставать. «Ничего, я привыкла опаздывать», - хотела сказать Ватами, но лишь слабо улыбнулась, убеждая, что все в порядке. — Баджи, проводи своего учителя! Возьми деньги на дорогу! Не смей, чтобы она платила, — девушка начинает метаться по комнате. — Не стоит так беспокоиться. — Какая я неряха.. — Мам, мам, — Баджи пытается её успокоить, и она замирает. — Иди спать. Я разберусь. — Правда? — Ну конечно. — Простите, она иногда бывает такой приставучей, — Кейске выходит из комнаты, надевая черную куртку. — Баджи, меня действительно не нужно провожать. Он пристально смотрит и почему-то Ватами не хочется спорить. «Ладно». Они решают пройтись, так как по сути, Имауши живет недалеко и ей очень хотелось немного проветриться. Баджи не возражал. — Возьмите, — он протягивает ей свою куртку, и девушка удивленно смотрит на такой жест. — Холодно ведь. Он остается в одной футболке. — Мне хорошо, во мне ведь есть градус. — Ну так и простудиться можно. Ватами отнекивается, как вдруг чувствует теплую вещь на своих плечах. «Ну не скидывать же мне теперь её..» - она молча принимает этот факт, довольствуясь теплом и запахом этой несчастной куртки. — Спасибо. — Мхм. На улице не слишком людно. Только машины гудят. Они идут некоторое время молча, пока Кейске не говорит: — Завтра снова опоздаете? — Видимо. А ты снова будешь меня шантажировать? — Хах, возможно. Просто подумал, вы можете мне помочь, — парень шёл рядом и с ним было так же спокойно, как и с его мамой. — Я посмотрю, что можно сделать с твоими оценками, но заниматься с тобой у меня и вправду нет времени, — на пьяную голову можно было пообещать что угодно, но, наверное, Ватами и так собиралась ему помочь. — Правда? — парень по-детски удивился. — Да, только никому ни слова. — Конечно! Это будет наш с вами секрет. Ватами не хотела это никак называть, ну ладно, секрет так секрет. — Кто такой Майки? — вдруг спрашивает она. — Твоя мама просто.. переживала. — Он мне как брат, ближе него у меня никого нет, — его лицо воодушевленно смотрело вперёд. Было видно, он и вправду уважает или обожает этого человека. А что представлял из себя этот человек? — Вы же знаете Шиничиро Сано? — она совсем не ожидала услышать от него имя бывшего, поэтому лишь утвердительно промычала. — Он его родной брат. И Шиничиро для всех нас тоже как старший брат. — Шиничиро ведь был «Черном Драконе», ходят слухи, что это была преступная группировка, — осторожно говорит Ватами, пытаясь не спалиться. — Да, так и есть. Но она такой стала после ухода Сано, поэтому он и ушёл. Ватами непонимающе смотрит. «Это Шиничиро им так рассказал? Вот лжец. Он был прямым соучастником!» — Понятно. — По идее, школа мне не особо-то нужна. Я бы давно её бросил и ушёл к Майки, если бы не мама. — Ты не должен все бросать ради него. Вы вырастите и у вас у каждого будет своя жизнь, — Имауши искренне не понимала такого идолопоклонства как в случае Манджиро, так и в случае Шиничиро. Она видела как люди слепо следовали за ним, переступая своих друзей и родных. Хотя, была ли она лучше? — Вам не всегда будет 17. Когда-нибудь.. вы захотите свою семью или жить нормальной жизнью, а рядом не останется никого, — Ватами словно говорила себе, вспоминая ошибки прошлого. — Ну, мне это неинтересно. Я не хочу жениться или заводить детей. Имауши не стала с ним спорить. Они прощаются у её дома. На какое-то время она и забыла, что он её ученик, а она его учитель. Окончательно отрезвев, она достает черный плащ «Брахмана» с розами на рукавах. Прошлое не изменить, а значит, нужно это принять. И принять себя.