Положение.

— Это не мы, — Вакаса серьёзен. Он пришёл в больницу вместе с Ватами к Шиничиро. Эма сообщила, что Майки не будет в три часа дня, поэтому оба Имауши пришли именно в это время. — Точно? Может, Сенджу никому не сказала? — Ватами хотела верить, что «Брахман» не при чем, но и знала, на что они были способны. — Точно. Я знаю её, — Вакаса пропускает сестру вперед и входит за ней. В палате Шиничиро очень тихо. Его перевели вчера, так как состояние стабилизировалось, но он все еще лежал без сознания. Только медицинские приборы изредка издавали звук. — Я бы и сам хотел знать, кто это сделал, — брат подходит к больному и заглядывает в лицо. — Они узнали меня и знают про «Брахман». Сказали, что не хотят проблем. — Тогда им не нужно было нападать на Шиничиро. — Без глупостей, Вака, — она смотрит на него, чтобы удостовериться. Но он лишь ухмыляется. — Ты его спасла, — Вакаса улыбается, поднимая на неё глаза. — Нет, раз он здесь. — Хорошо, что ты поехала к нему. Баджи, наверное, разозлился. Она молчит, опуская голову и разглядывая умиротворенное лицо Сано. Словно он просто спал. — Он поймет. Думаю, уже все понял. Просто дай ему время. Не руби с плеча. Это было ей несвойственно, но в случае с Кейске - исключение. Наверное, только так можно было оставить его в покое. Но как? Он уже был глубоко в её сознании. И думать про него было больно. Но на свои чувства ей было плевать, она не хотела тянуть его за собой. — Уже уходишь? — Вакаса взглянул на неё. — Да, у меня еще дополнительные в школе. Работа шла тяжело и два часа тянулись вечность. Благо, к ней никто не приставал и все деньги были благополучно переведены. Теперь можно было не беспокоиться за это и увольняться. Но вот уже как десять минут она неотрывно смотрела на пустое место Баджи. Внутри болело, и от несказанных слов щипало горло. Он не писал и не звонил. И был прав. Этого она и хотела, но все равно страдала. Когда все студенты покинули кабинет, она неуверенно посмотрела на открытый номер, давно забытого человека, который мог дать ей заветные таблетки, чтобы она забылась и не чувствовала. Все еще не решалась, ведь это не решение проблем. — Можно? — со стуком в кабинет входит Ники. Мама Баджи. Она выглядит обеспокоенной и невыспавшейся. — О, здравствуйте, проходите, — Ватами блокирует телефон и встаёт. — Привет, ничего, если я без формальностей, — по-простому говорит девушка, словно общалась с близкой подругой. Ватами становится жутко неудобно и стыдно перед ней, вспоминая самые развратные моменты с её сыном. «Конечно, самое время!» — Конечно. Что-то случилось? — На самом деле, да. Я не знала куда мне идти.. — Что-то с Баджи? — Его нет уже два дня, — говорит она, и Ватами чувствует, что почти не дышит, а сердце замирает. — Простите, это не ваша проблема. Я думала, вы знаете, он вроде общается с вами. — Я постараюсь его найти, — она уже печатает ему сообщение. Оно доходит. Пишет также брату, ведь он говорил сегодня про него. Пока она занята этим, Ники садится за первую парту, пытаясь совладать с эмоциями. Вакаса: да, он у меня. Ватами: какого хрена!? Его мать ищет! Почему он ей не сказал даже! Вакаса: слушай, я не его нянька. Он взрослый мальчик. Ватами: пусть идет домой! Выгони его. — Все в порядке, — она спешит утешить её. — Он нашёлся. — Что? — она быстро смахивает слезы и слабо улыбается. — Правда? — Да, он со знакомым. Я сказала, чтобы он пришел или позвонил. — Ох, спасибо вам большое! — лицо её сразу преображается, но слезы продолжают скатывать по щекам. Ватами: что там? Он собирается домой? Вакаса: он позвонит матери, но не собирается сегодня домой. Ватами: что за детский сад... *** «Мне больше делать нечего, как ходить за ним!» - возмущалась про себя Имауши, пока шагала к дому Вакасы и Араши, не понимая зачем он туда пошёл и что хотел доказать. Но шаг становится все медленнее и неувереннее, когда она приближается, и она вдруг твердо решает вернуть его домой. — О, сестрица. Я знал, ты придешь, — Вакаса лениво жует онигири, когда открывает дверь. — Где он? — Ты о Баджи? Он в душе, — он отходит, давай ей пространство, чтобы войти. — Я не буду входить. Пусть возвращается домой. — Сама ему и скажи, — он уходит вглубь квартиры, оставляя её размышлять на пороге. — Да чтоб тебя.. — она входит, демонстративно хлопая дверью. Она еще не была у брата. Они несколько раз переезжали с Араши и эта квартира была попросторнее. Прямо-таки настоящая холостяцкая берлога. Ничего лишнего, никаких украшений или уютного убранства. — Араши с Такеоми, скоро будут, — кидает Вакаса, усаживаясь на пол и продолжая свой ужин. — Есть будешь? — Нет. — Да ладно. Чего такая серьёзная? — Что он вообще тут делает? — садится на пол напротив, наливая себе воды. — Пришел тренироваться. — И остался жить? — Он попросил на пару дней. И я, как мудрейший сенсей, не смог его прогнать. — Когда это ты занялся благотворительностью? — Пару дней назад. — С деньгами разобралась, кстати. Номер счета я тебе отправлю, постарайся не потратить сразу все. — О, это отлично. Вода прекращает литься, и через пару минут, Баджи выходит. Полуголый. С одним лишь полотенцем на талии. Вид растерянный. Убирает длинные влажные волосы назад. — Идем кушать, — заботливо говорит Вакаса с ехидной ухмылкой. Тот кивает и скрывается в комнате. Затем снова появляется полуголый, но только уже в штанах. Садится рядом с Ватами, явно намеренно. Берет миску, накладывая себе риса и начинки. — Может, оденешься? — она недовольно смотрит на него. — Я одет, — не смотря на неё, отвечает парень. Вакаса кашляет, пытаясь смягчить неловкую ситуацию. — Почему матери не позвонил? — Уже. — Она волновалась и не спала два дня. Приходила ко мне сегодня, — Имауши сдерживает себя в эмоциях, но не может скрыть волнения и недовольства. — Я уже позвонил ей. Сам с ней разберусь. Ватами замолкает, понимая, что и вправду слишком печется, играя в заботливую девушку. — Долго ты здесь будешь? — Не знаю. — Кхм, кхм, — Вакаса снова кашляет. — Думаю, я оставлю вас. Мне неловко. Когда Кейске и Ватами остаются наедине, она резко поворачивается к нему. — Баджи, зачем ты ушел из дома? — Теперь тебе есть дело до меня? — он тоже поворачивает к ней голову. Несмотря на слова, в глазах его только тревога. — Зачем ты так со мной? — нервы сдавали. Она готова была заплакать. — Да, я знаю, ты спасла его и делала это для своего «Брахмана». Я просто не готов принять это. Я не хочу тебя делить с ним. И облегчу тебе выбор, — без злобы говорит парень. Она сглатывает горький ком обиды, не находя подходящих слов. Молча встаёт и пытается сделать вид, что с ней все в порядке. Ей не нужна помощь, она справится сама, как и всегда. Скрывает лицо за волосами и шепчет тихое «пока». Быстро обувается и уходит. *** — Да, как обычно, — говорит она в трубку. — Твои вкусы не поменялись, — на другом конце хмыкает неприятный голос. Она ничего не отвечает. — Я подъеду к полуночи. Раньше не могу. — Хорошо. Она не может больше жить со своими мыслями. Нет сил думать, кто прав, кто виноват. Кто напал на Шиничиро и вправду ли это была Кавараги. Правильно ли поступала Ватами или же совершила ошибку с Баджи. Он точно не был ошибкой в её жизни, она считала себя таковой в его. Хотелось раствориться в неведении и эйфории, поэтому она сейчас стояла у метро и ждала старого знакомого, которого предпочла бы не встречать никогда. Но пути назад не было. Все проходит чисто и быстро. Она уже направляется домой, сжимая в кармане заветный пакетик с незаконным содержимым. По пути заходит за алкоголем, чтобы окончательно себя добить. Да, это то, что ей необходимо. Отключает телефон, увидев там входящие от Сенджу и Акаши. «Не хочу никого видеть и слышать». *** — Да, — Вакаса отвечает на звонок. Но даже находясь в другой комнате, Кейске его слышит. Он уже давно не спит, хотя он почти и не спал сегодня, все размышляя о Ватами. Он сожалел о сказанном и хотел пойти к ней, извиниться и остаться. Но гордыня не позволяла. Парень всегда равнялся на Шиничиро, тот был ему старшим братом. Семья Сано была семьей и ему, и он ими дорожил, от того принимать тот факт, что Шин всегда будет лучше него для Ватами, его угнетал еще больше. Он будет ему уступать всегда, начиная с возраста и заканчивая положением. И поэтому решение вернуться в "Тосву" затягивалось. Баджи был готов пойти за Майки куда угодно и сделать для него все что угодно, но быть подчиненным он уже не хотел. Кейске решил, что должен быть с Имауши только, когда будет уверен, что ничем не ниже Сано по положению, иначе он постоянно будет ревновать её и делать тем самым больно. — Мы с ней только вчера виделись, — спокойно отвечает Имауши. — Вы у неё в школе? Голос парня становится более встревоженным, и Баджи прислушивается, ощущая, как неприятная тревога закрадывается под кожу. — Да, я сейчас же поеду. Начинается какой-то шорох, и Кейске больше не может лежать. — Что-то с Ватами? — он смотрит на собиравшегося парня, который сосредоточенно одевался на ходу. — Пока не знаю. — Подождите секунду, — Баджи пулей мчится одеваться сам. И вот они уже вдвоём выходят из дома. Они звонят ей по очереди в надежде, что выключенный телефон вдруг окажется включённым. Никогда в жизни дорога не занимала столько времени. Кейске и подумать не мог, что может так злиться на все вокруг. Он постоянно дергал ногой и нервно смотрел по сторонам, проклиная поезд и машиниста. Вакаса же стоял спокойно и никак не выражал беспокойства, но ничего не говорил. Наконец. Долгожданная дверь, которую никто не открывал. Имауши приказал ему отойти в сторону и ногой ударил в замок. Четко и прямо в цель с первого раза. Кейске вошел за ним и сморщился от запаха в квартире. Такой.. странный, неестественный. Где-то он уже его встречал (прим. ага, запахи ведь встречают), но никак не мог вспомнить где. — Эй.. — приглушенный голос из другой комнаты заставил Баджи заволноваться и поспешить. И когда он вошел к ней, то замер на месте. Вакаса приобнял сестру, и её тело, как и запах, неестественно повисло в его объятиях. — Ты что натворила.. — тихо и осторожно шептал Имауши, слегка покачиваясь с ней. Убрал прилипшие волосы с её лица и прижал крепче к себе. — Что.. происходит? — испуганно спросил Кейске, хотя и сам прекрасно понимал, когда увидел пустой пакетик с белым осадком и пустые бутылки из-под алкоголя. — Принеси ведро воды, — у Вакасы была удивительная способность сохранять трезвый ум в критические ситуации и не поддаваться эмоциям. Поэтому когда все еще ошарашенный Баджи вернулся, то он со знанием дела перевернул её и засунул два пальца в рот. Бледное лицо выглядело пугающе, словно жизнь её уже покинула. Но когда тело содрогнулось и она нахмурилась, Кейске с облегчением выдохнул. — Выйди, — приказывает Вакаса. — Тебе лучше этого не видеть. — Я останусь. — Она бы этого не хотела, — железный аргумент, чтобы заставить его подчиниться. И как только Баджи выходит, слышит за собой не самые приятные звуки. Он сражается с собой, чтобы не вернуться к ней, ведь он не может просто стоять и ничего не делать! Вакаса вскоре выходит, чтобы вылить ведро. Затем берет замороженные овощи из её морозильника и снова скрывается. Баджи не выдерживает и возвращается к ней. Вакаса недовольно смотрит на него, а Ватами не сразу фокусирует взгляд на нем. Она выглядит разбитой. Зрачки слишком расширены, а грудь быстро поднимается, так жадно она глотает воздух. И кожа.. странно серо-бледного цвета. — Не стой, помоги, — кидает Имауши. — Да, конечно. — Принеси еще чего-нибудь замороженного и набери ванную. — Понял. Вакаса бережно поднимает её на руки и относит мыться. — Хватит, — еле произносит девушка. Язык не слушается её и звучит это пугающе. — Оставь. — Нет уж, — хмыкает Вакаса. — Я не хочу, чтобы ты мыл меня, — речь все еще странная, но она медленно приходит в себя. — Тогда это сделает Баджи. Я пойду приготовлю тебе что-нибудь, — Имауши внезапно передаёт её в руки Кейске. Он испуганно смотрит на неё, молча хлопая глазами. — Не нужно.. — слабо говорит девушка, но Баджи слушается Вакасу. Неуверенно раздевает её, пытаясь не впускать себе в голову пошлых мыслей, ибо сейчас совсем не время. Усаживает в теплую воду и садится рядом. Она прижимает ноги к себе и утыкается в колени. И они оба молчат. — Прости за увиденное.. — слабо говорит Ватами. — Тебе не стоило этого видеть. — Это ты прости, — он еще не извинялся прежде в таком плане. За свои слова или поступки. И он действительно сожалел. Он понимал, что вспылил. Ревность ослепляла, и он злился на себя и на неё. Неужели, это он был виной её состоянию? Он видел как он себя беспричинно винит и не хотел, чтобы это повторялось и с ним. Она просто обычная девушка, на которую переложили слишком много заботы. — Я не хочу, чтобы ты чувствовал ответственность за это, — тихо говорит она, и разводит руками воду, словно читает его мысли. — Не думай, что это из-за тебя. — Тебе это помогло забыться? — Да, всегда помогало. Поэтому я не самый лучший для тебя вариант девушки, — она слабо улыбается, склоняя голову набок. — Перестань. Это все мелочи, — Баджи приближается и проводит рукой по её волосам. Он замечает, что её глаза краснеют от наступающих слез прежде, чем она отворачивается и просит его выйти. — Пришла в себя? — Вакаса деловито расставляет посуду. — Садись. — Спасибо, я не голодна, — она оттягивает рукава кофты и плюхается на диван. — Вы ешьте. — Нет уж. Тебе нужна энергия. Ватами закатывает глаза на излишнюю заботу брата. — Баджи помогай, — он берет тарелку с рисом, кладет туда овощей. — Держи её. — Перестань. Вы же.. — но Кейске уже подходит к ней. — Эй! Сил нет, но она пытается сопротивляться, когда Баджи хватает её. Прижимается к ней сзади. — Открывай рот, — Вакаса уже тянет к ней ложку. — Отвали. Что за извращенные игры! Оба парня прыскают смехом и возвращаются на свои места, продолжая есть. Ватами с обидой надувает губы и отворачивается от них. — Не дуйся. Кстати, у тебя еще осталось? — Вака сменяет тон. — Нет. — Ничего себе. Все за раз успела? — Мхм. — Могла бы и поделиться, — несмотря на весёлый расслабленный тон, он обеспокоено наблюдал за сестрой. Она откинулась на диване и вздохнула. — Ты решила не ходить теперь на работу? — спрашивает Вака. Баджи напрягает мышцы. Они много о чем еще не говорили, и вообще, сейчас было непонятно, что с их отношениями, но он не хотел, чтобы она уходила сейчас. — Проспала просто. Вака не спеша доедает, продолжая подкалывать сестру. А Баджи не знает уйти ему или нет, и Имауши ему в этом помогает. — Останься с ней, — говорит он, пока два парня возятся на кухне с посудой. Кейске хмурится, смотря в её сторону. Она так и лежит на диване, отвернувшись к окну. — Если неприятно, я останусь. — Нет, дело не в этом, — Баджи посмотрел на Вакасу. Если Шиничиро он считал старшим братом и примером для подражания, то сейчас смотря на Имауши-старшего, чувствовал отцовскую заботу, которой у него никогда не было. — Думаю, ей нужна твоя поддержка, ведь не всегда бывает хорошо, да? — Вакаса слабо улыбается и возвращается к ней. — Не нужно никому оставаться, — она недовольная. — Не делай из этого драму. — Хах, кто бы говорил, — Вакаса надевает куртку. — Баджи последит за тобой. — Я не в настроении. Так что, уходите оба. Конечно, её никто не слушает. Она недовольно встает с дивана и уходит в комнату, когда Кейске садится с ней рядом. Её бесило, что он вообще пришел и застал в таком состоянии. Наговорил ей всякого и все равно беспокоился. "Раз не нравится чем я занимаюсь, то вали", - она плюхается в постель и утыкается носом в подушку. В гостиной тихо. Баджи не издает и звука, и она больше не может это игнорировать. Недовольная выходит из комнаты, чувствуя как её снова начинает тошнить. — Иди домой, — грубо кидает парню. Он отрывается от телефона и мило смотрит на неё. — Я останусь. — Зачем? — очень хотелось съязвить, но она сдержалась. — Чтобы ты не натворила делов. — Думаешь, я хочу умереть? Кейске задумчиво пожимает плечами как ни в чем не бывало, словно они и не ссорились. — Я прекрасно знаю свой лимит, — говорит девушка, облокачиваясь о косяк. "Вспомнил..." - Кейске вдруг замирает на одной точке. Он вспомнил, где уже встречал этот запах наркотиков. В детстве, когда он был очень маленьким. Еще даже не разговаривал и не ходил. "Поэтому мать с ним разошлась?" — Хах, снова этот взгляд, — Ватами устало ухмыляется. — Осуждающий. Тебе нечего делать в моем мире. Уходи. Нет, Баджи думал совсем не об этом. Он просто переживал и понял, как сильно не хотел её потерять. Даже если они не будут вместе, он не хотел, чтобы она страдала. Но её уже было не остановить. — Ты слышишь? — девушка повторяет громче. — Уйди, пожалуйста.