Hass

Как бы я ни обожал своего сына, иногда мне хочется его пристукнуть. "Папа, а давай мы снова позовём Поттеров, когда я приеду на каникулы!" И разве папа может отказать? Разве папа может отказать, когда сын еженедельно присылает письма, в которых рассказывает, как мечтает играть в укротителей драконов с Альбусом в нашем саду у озера? Разве папа может огорчить своего единственного ребёнка? Папа пишет "конечно" и предвкушает неловкий ужин с семьёй любовника. С твоей семьей, Гарри. Улыбаться и делать вид, что между нами ничего нет, наблюдать за вашим "счастьем", смотреть в глаза твоей жене, со злобным удовлетворением вспоминая, как ты брал меня на столе, за которым она сидит и аккуратно цедит смородиновый чай. И сладко, и горько одновременно. Сладко от того, что ты смотришь изредка так, как смотрят на человека, с которым связывает общая тайна. Горько от того, что с женой тебя связывает гораздо большее. Сегодня она тиха, а ты разговорчив. Сегодня дети неуёмно шумны, и мы позволяем им не доедать ужин, отпускаем к озеру. Джеймс остаётся в доме, предпочитает изучить витрины с артефактами, я снабжаю его самым сообразительным домовиком, разрешаю заходить в любые комнаты, разглядывать всё, что ему хочется. А мы, взрослые, сопровождаем детей. Они бегут впереди, мы идём следом по вечереющему саду, в котором горят волшебные огни; скромная Лили виснет на руке Джиневры, ты рассказываешь о недавнем рейде: Джиневра явно слышала эту историю, со мной ты ещё не успел поделиться, и тонкий укол ревности пронзает сердце. Она на первом плане. Я вторичен. Едва ощутимо ладони касается другая ладонь. Я смотрю на твой бесстрастный профиль, но замечаю тень улыбки на губах и взгляд на меня украдкой. В груди теплеет, я коротко сжимаю твои пальцы и отпускаю, боясь, что нас заметят. На озере дети уже развели бои: Альбус - дракон, Скорпиус - укротитель. Ал носится, рыча, убегает, Скорп пытается догнать, выкрикивая несуществующие заклинания, целится в него веткой от ивы. Я думаю о том, как бы они не повыкалывали себе глаза, а ты смеёшься, наблюдая за ними. Ты такой красивый, когда смеёшься. Невольно любуюсь, но одёргиваю себя, напуская безразличный суровый вид. Я часто притворяюсь безразличным, но в твоём присутствии мне это сложно даётся. — Мистер Поттер, поиграйте с нами! - вдруг кричит Скорпиус - он с детства обожает истории о Гарри Поттере, и меня даже не удивляет его приглашение. Наверняка он долго решался, прежде чем позвать тебя. Ты тоже не можешь ему отказать. Ты бежишь вместе с моим сыном за Альбусом, и тот удирает уже не с рыком, а с визгом, а я представляю, будто Джиневры здесь нет, будто мы с тобой семья, и, уложив детей спать, мы ляжем в одну постель и проснёмся вместе. Я мечтаю о семье с тобой. Малышка Лили собирает цветы неподалёку, а я слышу то, от чего холодеет кровь: — Я знаю про вас, - сердце ускоряется за секунду, а Джиневра продолжает вбивать гвозди в крышку моего гроба, предупреждая закрутившиеся на кончике языка жалкие отговорки: — Не отпирайся. Я замечала, что что-то не так, а недавно он явился домой в твоём галстуке, в том, который был на тебе в тот раз. Ох, Мерлин. Не представляю, что сказать, в горле пересыхает, руки трясутся. Я смотрю на твою жену, и Джиневра пугающе спокойна. Молчу. У меня нет оправданий, а она и не ждёт их, судя по всему. — Ты не первый, - наконец бросает она, меняется лицом, зовёт: — Гарри! Нам пора! Лили, детка, иди ко мне.. И уходит к дочери, оставляя меня в растерянности смотреть, как ты бежишь на её зов, запыхавшийся, уставший, счастливый: ты любишь своих детей, ты любишь свою жену, ты никогда не оставишь их ради меня. Её слова падают грузом в груди. "Ты не первый" - она может и врать, но.. Кажется, нам пора поговорить.