Нелепо, смешно, безрассудно, безумно, волшебно.

Деревянная стенка за спиной неприятно впивается облупившейся краской в кожу, и Бестужев отмечает краем сознания, что вся спина будет в жёлтых хлопьях и волосы, и ладони, потому что вжимается ими в нагретые доски, лишь бы не поощрять творящееся безобразие. Вот только безобразие творится и, Миша, ничего не может с этим поделать. Да, такой большой и сильный против двух невыносимых типов, которые на голову его меньше и в плечах уже, но Миша ничто, когда эти двое сговорились и настроены решительно. Так решительно, что он даже не понимает толком, как затаскивают его в эту шаткую конструкцию для переодевания, как на половину стягивают гидрокостюм и добираются до его члена. Скорость и напор поразительные, так что Бестужев только и успевает отметить кривую Димину ухмылку, и разобрать Тохин шепот, что-то про доску, охуенность и «знал бы, не пустил». У Миши ещё руки чуть гудят от кайта, и адреналин внутри пенится, а эти двое уже утаскивают его в другое, горячее и такое же сбивающее с ног. Миша пытается сопротивляться, честно, не прижимает к себе, говорит «вы чего?» и «понятно же, чем мы тут занимаемся, ноги видно», но Арбузов хмыкает «подумаешь, ноги» и вылизывает его соски, жмурится, глядя снизу вверх, шепчет «соленый» и с особой тщательностью продолжает свое дело, а Димка просто опускается на колени, трётся носом о Мишин живот и высвобождает член. Бестужев прикусывает губу, чтоб не застонать, а затем и вовсе прикрывает рот вывернутой ладонью, кусает костяшки, потому что Антон тоже опускается на колени и присоединяется к Щепину. В конце концов Миша сдается и опускает вторую ладонь на димин затылок, проходится ею по плечам Арбузова. За тонкой деревянной стенкой кто-то громко смеётся, чайки орут, и океан все так же шумит, а Миша лишь выдыхает через открытый рот, жмурится от солнца, шепчет «ненормальные» и чуть подаётся бедрами вперёд, потому что Димка вылизывает головку, будто чёртово мороженое, а Антон проходится языком по яйцам. Парни сталкиваются ртами и пару долгих секунд передышки Миша смотрит сверху, как они целуются там внизу, вот только легче от этого не становится, и наслаждение накатывает волнами, заставляя кусать губы, ладонь и все равно стонать низко и протяжно. Миши хватает ненадолго, но прежде чем ухнуть в оргазм, он успевает заметить, как Арбузов, по-собачьи вывалив язык, ловит первые капли спермы, и как Димка слизывает их с Антоновой щеки. И дальше смотреть на это нет никаких сил и Бестужев, кончая, откидывает голову, жмурит глаза и выдыхает «ненормальные, какие же вы ненормальные» и, кажется, слышит двойной смешок.