Что я посеял, то я должен пожать

This is an anthem for the homesick, for the beaten,

the lost, the broke, the defeated

A song for the heartsick, the standbys,

living life in the shadow of a goodbye

Do you remember when we learned how to fly?

We'd play make-believe; we were young and had time on our side.

You're stuck on the ground,

Got lost, can't be found

Just remember that you're still alive

«Battle Scars», Paradise Fears

      Хищная серопёрая птица, размерами лишь немногим меньше Грира, со звонким кличем пронеслась над Анной. К счастью, девушка успела вовремя пригнутся, и длинные выпущенные когти лишь слегка полоснули по её спущенному капюшону. Поняв, что её добыча улизнула, животина быстро развернулась в воздухе и снова спикировала на колдунью, не давая ей шанса всё-таки дочитать сбитое до того заклинание… Но остановилась менее чем в футе от неё, получив пулемётную очередь по тёмно-красным глазам. В толстый пернатый бок врезался мощный грифоний кулак, отбросивший её далеко в сторону, и она, выпустив раздосадованный клич, улетела прочь, слегка переваливаясь на одну сторону.       — Похоже, Ущелье Бедствий и Других Страшных Ужасов сильно разрослось со времён нашего последнего визита. — мрачно заметил Гатлинг, с опаской сканируя каждую трещину в сыпучих стенах и иногда чуть подрагивающей земле, — Я точно помню, что тогда этот путь ещё являлся безопасным обходом.       — Ну, через прочие старине Альберту уже не протиснуться. — пожал плечами опустившийся на спину бастионита к остальным товарищам Грир, — И лучше уж пройти в чуть более опасной части, но с сильным дружелюбным здоровяком, чем в чуть менее опасной, но без него, я считаю.       В подтверждение его слов Альберт резко повернулся и взмахнул хвостом, разбив на части отвалившиеся от Ущелья и летящие на них валуны.       — Надеюсь, проходить здесь обратно нам уже не понадобится… — произнёс Гатлинг и тут же изменился в лице, — Потому что у нас всё получится, и мы окажемся в другом месте! Нет, погодите, всё ещё как-то не так звучит-       — О, в другом месте-то мы окажемся, — невесело усмехнулась смотрящая вперёд Анна, переминувшись с ноги на ногу, — Главное, чтобы там, куда нам нужно. И чтобы Плутовка была дома. И дом этот был на прежнем месте.       Хуже мысли о том, что им придётся вступить в союз с этой вертлявой змеёй, думалось ей, только мысль о том, что они вообще зря проделали весь этот почти что недельный путь, к тому же ещё и значительно отклонившись от своего главного курса.       — И чтобы наша гадюка всё-таки не задружилась с теневой жабой. — кивнул, поёжившись и переведя взгляд на Гатлинга, Грир, — Как думаешь, они могли?       — Я бы не сказал, что шансы нулевые, но… — приставив пальцы к подбородку, киборг поднял глаза. В том числе и потому, что ему не нравились крылатые силуэты, вившиеся в вышине над их головами. — Помнится, что во времена Войны Теней они, по какой-то причине, не очень-то и ладили. Настолько, что их периодические стычки в какой-то мере позволяли королевской армии занимать более удобные позиции или делать небольшие передышки. — он вздохнул, отчасти от облегчения — издав несколько недовольных кличей, силуэты вереницей улетели прочь, — Долго это, к сожалению, не продлилось. Видимо, Шедоусид и Плутовка поняли, что находятся в невыгодной им обоим патовой ситуации, и заключили что-то вроде перемирия. Но работающими вместе их всё же никто не видел.       — Тогда как вышло, что Плутовка сотрудничала с лордом Спайтом? — повернула к нему голову Анна, недоумённо приподняв бровь.       Гатлинг лишь так же недоумённо пожал плечами в ответ:       — Об этом, я полагаю, знают только они сами. В любом случае, мы ведь тоже за все эти месяцы дипломатической работы её не встретили…       — Если только она не принимала иные обличья. — задумчиво произнесла Анна, но с полёта мысли её сбила Дорога, внезапно появившаяся из Кинжала:       — Земля поглотит нас, коли на оболочку её ступим!       — Альберт, СТОЙ! — выкрикнул Гатлинг, и тот подчинился, затормозив настолько резко, что команда, за исключением Грира, едва не слетела с него кубарем. К счастью, последний успел вовремя их перехватить.       И сделал это бастионит как нельзя кстати — под кончиком его передней правой лапы послышался треск, сменившийся сначала звонким шебуршанием, а затем оглушающим грохотом. И прямиком на глазах оторопевших квестеров и их верного верхового мехазверя земля просела глубоко вниз, обнажая под собой грязетопь, в которой беспокойными землеройками зашевелились болотные твари. Альберт, без каких-либо выданных ему команд, осторожно продолжил движение, бочком пятясь по кромке обрыва и испуганно таращась на зловещее месиво внизу. Вся команда, казалось, затаила дыхание и выдохнула лишь когда он, едва только обойдя опасный участок, снова припустил во всю доступную ему в этом месте прыть, а копошащиеся твари так и не увязались за ними следом.       — Может, пока лучше будем думать о проблемах под боком? — предложил Грир, теперь оглядываясь на ползущие вдоль стен прохода толстые стебли. Сейчас их хищные обладатели выглядели спящими, но как же тут выспишься с бегающим по округе бастионитом? — А о тех, что дальше — уже когда они станут ближе.       — Звучит здраво. — согласился Гатлинг, вскинув пушку из левой руки, когда гигантские плотоядные растения всё же начали шевелиться и медленно покачивать зубастыми цветами.       — Но я тут вдруг подумал, — навострившись и расправив крылья, продолжил Грир, — А зубные феи-то тоже быстро перемещаются-       — Зубные лей-линии открыты только для вызовов. — пробормотала Анна, открыв засветившиеся лиловым глаза и скрестив на груди руки, — И только для лицензированных зубных фей.       Грир на мгновение задумался, приложив лапу к клюву:       — А-?       — Нет, за пару дней лицензию получить нельзя. — коротко на него сощурившись, Анна отправила магический заряд в сердцевину первого поднявшегося цветка. Белоснежные лепестки осыпали других его сородичей, и те сердито зашипели.       — Что ж, попытаться стоило. — прокомментировал внимательно слушавший их разговор Гатлинг, уже держа заготовку для пуль в правой руке, — А теперь, как ты и говорил, вернёмся к проблемам под боком.

***

      — Ну, по крайней мере, её таунхаус точно никуда не переехал. — Грир опустил указательный коготь с высокого здания чуть поодаль от них на указатели у его подножья, — Даже таблички на месте остались.       Подпись на одном из них по-прежнему гласила «Орудия Зла», на другом же к списку лиц, которым отказывалось в аренде, помимо законников и мимов прибавились тенеслужители и их хозяева.       — Это же хороший знак, да? — неуверенно поинтересовалась Анна, когда настроивший приблизительные линзы Гатлинг прочитал обновлённый текст во всеуслышание.       Как будто хоть что-то в Одиссии могло убедить её в правильности этой ужасно ненадёжной и рискованной затеи. Пусть даже она и принадлежала ей самой.       — Иного пути, кроме как пойти туда и выяснить, у нас всё равно нет. — ответил Гатлинг, свернув линзы обратно, и боязливо оглянулся на оставшийся позади обход Ущелья Бедствий и Других Страшных Ужасов, — И это лучше, чем потратить ещё несколько часов, убегая от всего, что движется.       — Знаете, а может проще будет найти у Плутовки какую-нибудь штуку, которая порталы делает, и по-тихому её умыкнуть? — предложил Грир, почёсывая подклювье.       — Такой «штуки» нет. — тут же отрезала Анна.       — Ну что же сразу так категорично! — не сдавался грифон, — Может, ты просто про неё-… Ой, а мы-то, кажется, здесь не одни!       Вслед за его взглядом поднялись и взгляды его друзей — в небе, пока ещё светло-оранжевом, показалась стремительно движущаяся в сторону таунхауса точка. Вопреки появившимся у них ужасающим мыслям, она всё же не оказалась шаттлом лорда Шедоусида. Когда неопознанный объект завис практически у самых дверей дома ведьмы, герои, расседлав Альберта неподалёку у груды камней, за которой его ещё можно было спрятать, смогли разглядеть, что он оказался совсем небольшим. С ховерцикл. Которым, собственно, и являлся. Ещё удивительнее, однако, было увидеть того, кто на нём восседал.       — Эган?! — громким шёпотом произнёс Гатлинг, высунувшись из-за камня вместе с остальными товарищами, — Что он здесь делает?       — …Зарабатывает на жизнь? — произнёс Грир, вопросительно опустив на него взгляд.       — Давайте подойдём поближе. — предложила Анна, и остальные, кивнув, перешли на осторожный шаг.       К счастью, Эган, начавший активно жестикулировать, как и всегда, говорил достаточно громко, чтобы его можно было услышать даже снаружи садовых ворот:       — …Охотятся. Так вот, госпожа Элгионора этим очень недовольна и желает компенсации! — донёсся до героев обрывок его речи, когда Грир начал возиться с замком. В этот раз высокая арочная калитка всё же оказалась заперта. — И вот здесь в игру вступает Эган.       — Элгионора? — задумчиво прошептала Анна, — Как будто кто-то знакомый…       Из одного из срединных окон таунхауса показалась сначала маленькая тёмная змейка, а затем и голова, на которой она гнездилась. Выглядела Плутовка хоть и недовольной, но не очень-то и испуганной:       — И что, эта кривляка наняла тебя, чтобы ты орал под моими окнами, пока я не превращу тебя в немого троглодита?       — О нет. — гаркнул Эган, и в его голосе отчётливо слышалась улыбка, — Просто она настаивала, и даже дополнительно за это заплатила, на том, чтобы предупреждение было громким и ты точно знала, от кого оно пришло.       — Коне-е-ечно, как иначе бездарностям своё имя прославить. — Плутовка небрежно махнула рукой. Её голос, видимо, усиленный магическим громкоговорителем, сочился ядовитым презрением.       — Точно! — вдруг тихо воскликнула Анна, ударив кулаком о ладонь, — Элгионора — это та ведьма, которая послала лжегвардейцев за Нестором и Фолиантом!       — Тогда, полагаю, если Плутовка с ней враждует, у нас может оказаться больше общего, чем мы думаем. — кивнул Гатлинг, на секунду подумав о том, что он так и не узнал, что потом случилось с его бывшими сослуживцами-предателями… Но всё же сейчас было не до того.       — Обычно хочется, чтобы у тебя с ней было как можно меньше сходства. — хмуро прошептала Анна.       — И другая часть сделки Эгану нравится больше. — продолжил меж тем ухмыляющийся охотник, потянувшись одной рукой за сидушку ховерцикла, — А вот тебе — навряд ли.       Выхватив нужное, он резко замахнулся, и вверх взметнулся шарообразный предмет, разбившийся у соседнего от Плутовки оконного проёма. Его содержимое растеклось по стене и заползло внутрь открытого окна, превратившись в липкую, пузырящуюся буро-чёрную массу. Её охватило жёлто-серое свечение, видимо, принадлежавшее защитным оберёгам в стенах здания, и масса слегка скукожилась… Прежде чем продолжить разрастаться с прежней скоростью.       — Т-… Тупоголовый вандал! — пронзительно вскрикнула Плутовка, и её вытянутые змеиные глаза округлились от возмущения, — Ты хоть знаешь, как тяжело вычистить бурлящую мелассу?!       — Особенно ту, которая сделана из свёклы-магобойки? — Эган нагло расхохотался, — О-о-о, поверь, Эгану рассказали.       Начавшая закипать ведьма отправила быстрое заклинание в сторону расплывающейся мелассы… От которой оно тут же отскочило, как резиновый мячик от стены, и, вспыхнув, рассеялось. Сердито прошипев вместе со своей змеёй, Плутовка направила следующую магическую атаку на Эгана, но тот, увернувшись в самый последний момент, рассмеялся ещё громче:       — А ведь у Эгана её ещё много. — он поднял вверх ещё один флакон и слегка его потряс. — Так что лучше бы тебе выйти и сразиться с Эганом в честном бою, прохвостка.       — Размечтался, грубиян немытый! За каждый пузырёк я отращу тебе-! — заверещала Плутовка, как вдруг, наконец, перевела взгляд с насмехающегося наёмника на крадущихся по саду квестеров, — А вы ещё что здесь делаете?!       — …Упс. Что ж, нам бы всё равно рано или поздно пришлось себя представить. — Гатлинг выпрямился и смущённо развёл руками, рассуждая, с чего ему, собственно, начать.       — А-а, давно не виделись. Что-то маловато вас стало. — удивлённо протянул Эган, тоже обратив на них изучающий взгляд и почёсывая бороду. — Королевская мелюзга и его извечная хмурая нянька в Ущелье заблудились? Или ещё в чаще у его подножья?       — На погружённой во тьму лесной тропинке, ведущей в разбитую хижину путей. — промолвила Дорога, появившись из Кинжала, и снова в нём исчезла.       — Какие у вас с ведьмой дела, Эгана не беспокоит. — даже не дожидаясь их объяснений, фыркнул охотник. — Но Эган прибыл сюда первым и потому в очередь становиться не будет, а вот вам советует.       — А мы можем… купить твоё место? — поинтересовался, неловко улыбаясь, Грир.       Эган снова рассмеялся, а Плутовка, с прищуром наблюдающая за всеми ними, пробормотала что-то под нос и, уперев руку в подоконник, возложила на неё голову.       — Эган никогда не отменяет заказы, даже за щедрый откуп. — наёмник окинул их быстрым взглядом, от макушек до кончиков обуви и когтей, — А выиграть право в честной дуэли с Эганом может только Квест. По мнению Эгана, у вас выбора не так-то много.       — Но мы ведь и не об отмене говорили, так? — взял слово выступивший вперёд Гатлинг, — Как насчёт-… Берегись!       Протянутая раскрытой ладонью вверх рука киборга взметнулась выше, указывая за спину охотника. Тот, лишь слегка повернув туда голову, тут же сделал резкий манёвр вправо. Желтовато-сиреневая молния, пролетев мимо него, ударила в повядший куст, и он расползся клубком червей. Стоявший рядом Грир оценил их любопытствующим взглядом, но всё же позволил им беспрепятственно продолжить движение.       — Пфе. — недовольно фыркнула Плутовка, постукивая ногтями по подоконнику. — Такой хороший шанс испоганили!       — Эгану не было необходимо это предупреждение, — объявил охотник голосом, чуть менее громким, чем его обычный, — И всё же Эган посчитает его за благородный жест. Так уж и быть, выкладывайте, что у вас на уме.       — Я лишь хотел предложить отсрочку исполнения твоего заказа на Плутовку. Скажем… — Гатлинг задумчиво почесал подбородок и опустил взгляд. Рука Дороги, выскользнувшая из её вместилища, шустро показала три пальца, — Часа на три?       Эган хмыкнул и, поднявшись на ховерцикле, развернул его так, чтобы ему было одновременно видно движения и команды, и змееголовой колдуньи (которая, заметив это, сразу же перестала делать подозрительные жесты руками). Его нервирующее молчание длилось секунд десять, после чего охотник привычно оскалился:       — Два. И Эган, уж будьте уверены, останется рядом. И будет это вам стоить… два шиллинга.       Грир слегка присвистнул:       — Вау, а ты поднял свои тарифы!       — Пока вы торгуетесь, у Эгана простаивает работа. Поэтому иных уступок не будет. — Эган осклабился ещё больше, — Только если с вашей стороны.       — Командное совещание! — громко объявил Гатлинг и, собрав остальных квестеров в кружок, продолжил уже тише, — Что думаете?       — Ну, два шиллинга это, конечно, по-прежнему не так много… — произнёс Грир, переводя взгляд с товарищей на темнеющее небо и обратно, — Но они всё ещё лишними не будут, учитывая нашу… ситуацию. Да может Эган с Плутовкой и сами тут по-быстрому между собой справятся!       — Но останутся ли следы и их несущая на месте прежнем, или поиски их иным приключением станут? — возразила Дорога, снова появившаяся из Кинжала лишь наполовину.       — Эй, посторонитесь там! — звучно оповестил Эган, и группа, подняв глаза, увидела летящую теперь уже в их сторону бледную потрескивающую комету заклинания. Анна, шустро вскинув руки, отправила ей навстречу контр-заряд, сбивший её траекторию в близлежащий фонтан. — Ну, вот мы и квиты, хе-хе.       — В любой другой ситуации я бы согласилась с Гриром. Возможно, предложила бы Эгану руку помощи. — Анна кинула презрительно-испепеляющий взгляд в сторону бормотавшей что-то Плутовки, прежде чем развернуться обратно к кругу друзей, — Но сейчас нам важнее получить хоть капельку её расположения. Как бы отвратительно это не звучало!       — Что ж, тогда, полагаю, решение принято. — кивнул Гатлинг и, достав из отсека-хранилища запрошенную сумму, кинул её Эгану, — Два часа, и больше никакого вмешательства от нас не последует!       Эган, чуть опустившись, ловко перехватил серебряные монеты и с хохотом удалился к наружным воротам:       — Сделка есть сделка!       Посмотрев некоторое время ему вослед, Плутовка, показательно фыркнув, обратилась к героям:       — Не знаю, к чему вы устроили этот цирк, но уж не ожидайте, что я сейчас рассыплюсь в благодарностях.       — Можешь и просто так рассыпаться, — еле слышно пробормотала Анна, — Только не сейчас.       — Если хочешь что-то мне сказать, мил-дурочка, то говори громче, — слащаво-ядовитым тоном процедила Плутовка, — Или вовсе молчи и освободи мир от своего писка.       Анна тихо зарычала, но резко прекратила, когда её пронзила внезапная мысль — эта паршивая старая ведьма сейчас что, исказила-?!..       — Не будем тратить эти два часа на взаимные оскорбления и перейдём сразу к делу! — выпалил Гатлинг, отвлекая Анну от размышлений и сосредоточив на себе внимание Плутовки, — Я знаю, что наши отношения далеки от дружеских-       — О-о-очень далеки. — дополнил Грир, нервно переминаясь с лапы на лапу, — Так, что ещё несколько далёк поместится…       — Но нынешние времена порой сводят вместе даже злейших врагов, — продолжил киборг, не обращая на него внимания, — Если их общий враг оказывается ещё злее и угрожает им обоим.       — А, так вот вы зачем пришли. — Плутовка закатила глаза и снова положила голову на раскрытую ладонь, — Слышала я о ваших похождениях по сбору всяких простофиль под королевские флаги, — она звонко усмехнулась, — Вы настолько скучные и наивные тупицы, что мне даже забавы ради не хочется прикидываться, что ваши слащавые речонки меня убедили.       — Как будто кто-то, кроме лорда Спайта, вообще согласится с тобой на союз, длящийся дольше одной минуты. — кинула, уперев руки в боки, Анна, — И это ещё при самом щедром раскладе!       — И всё же даже у нас могут быть взаимовыгодные предложения. — снова взял слово Гатлинг, сложив руки на груди, — И уж точно никому из нас не станет хуже, если ты хотя бы выслушаешь наше.       — А то знаешь, — будто бы невзначай добавил Грир, сведя два передних когтя и отведя взгляд в сторону, — Тут ведь к тебе и кто пострашнее Эгана заглянуть может. В дво-о-ойном размере, если ты вдруг всё же не знаешь.       Вертикальные зрачки Плутовки на мгновение расширились, прежде чем вернуться к своему привычному размеру, и её глаза сощурились. Наконец, спустя пару секунд она махнула квестерам костлявой рукой:       — Ваше счастье, что у меня всё равно не было планов на эти два часа. — напоследок с ненавистью уставившись на облепившую три соседних (два снизу и одно — сверху) окна мелассу, она развернулась и ушла вглубь помещения. Одна из крепких деревянных дверей, охранявших вход в её таунхаус, со скрипом отворилась, — И лучше будьте хорошими гостями… Потому что я хорошей хозяйкой не буду.

***

      Кофейник, приподнявшись со стола, мягко нырнул над протянутой Плутовкой чашкой, до половины заполнив её ароматным тёмным напитком.       — Значит, любитель уродищ всё-таки добрался до щуплой принцесски. — подведя итог краткому, но волнительному пересказу, ведьма сердито фыркнула и поднесла чашку к губам. — Держу пари, мелкий паршивец сейчас очень сожалеет о том, что дожил до этого момента. Если ему ещё осталось, чем думать.       Анна, которая сидела вместе с Гатлингом на диване напротив (без каких-либо угощений в непосредственной близости), шумно вдохнула и сжала лежавшие на коленях руки, но всё же благоразумно смолчала.       — Что такое? — ухмыльнулась Плутовка, наслаждаясь её сердитым лицом, — Я ведь и правду иногда говорить могу, знаешь ли. Что же тут поделать, если у тебя дурной вкус в выборе тех, с кем шашни водить?       — Тебе ли не знать про отсутствие вкуса, — процедила Анна, уставившись прямиком в её бледно-жёлтые глаза, — С таким-то гадским интерьерным нагромождением и древним порванным тряпьём.       Те в ответ широко распахнулись, и Плутовка едва не выронила чашку. Змея на её голове громко зашипела.       — Это называется «винтаж», глупая девчонка. Хотя что об этом может знать такая побирушница, как ты!       — Дамы, дамы-! — выставив перед собой ладони и смотря то на колдунью помладше, то на колдунью постарше, попытался сбить вспыхнувший накал эмоций Гатлинг, но безуспешно.       — «Побирушница»?! И это мне говорит та, что при любой возможности пытается своровать чужую силу, потому что своей у неё явно-!       — Да что ты можешь знать о силе, желторотая-! — чёрная чашка с так и не допитым кофе со звяком опустилась на фиолетовое блюдце.       — Хотя бы то, что, в отличие от тебя, я не хоронюсь-!       — О-о-о, тогда может тебе стоит пойти в Моллукс и там убиться? — у рук Плутовки заклубились лилово-белые вихри.       — А может, оттуда за тобой придут?! — глаза Анны вспыхнули светло-лиловым светом.       — Ого, это там что, — вдруг выпалил сидевший около дивана Грир, указывая когтем в сторону входных дверей, — Делегация воплей пожаловала?!       Все присутствующие, включая перешедших на повышенные тона колдуний, резко замолчали и навострили уши. Но сколько бы они не прислушивались, по другую сторону стен и окон так и не раздалось оглушительных криков, столь характерных для этих ведьмобоязных ящеролюдов.       — А, — пожал плечами грифон, когда все вопросительные взгляды упали на него, — Показалось, наверное.       — Видимо, пух внутри твоей головы начал забиваться в твои уши. — проворчала Плутовка. После чего, допив оставшийся кофе, сложила пальцы домиком и откинулась на спинку обшитого красным бархатом кресла, — А что касается того, что я якобы «хоронюсь», мелкая ты пакость, то не овладевшие искусством побега глупцы — вот такие, как ты! — не проживут и сотой доли того, сколько прожила я. Впрочем, я ничуть не возражаю. — она высокомерно фыркнула и скривила губы в насмешливой улыбке, — А ещё не тешь себя иллюзиями, что ты знаешь что-то о моих действиях или бездействиях. Или хоть что-то значимое о нашем миленьком юном выскочке.       — Это же при каком таком раскладе ты можешь знать Нестора лучше, чем я? — скептично сощурила глаза Анна, уперев руки в бока.       — Этот коронованный болван заставил поверить в то, что вокруг него мир крутится, не только лишь себя? — Плутовка закатила глаза. — Конечно же я имела ввиду Асти.       — Асти? — недоумённо переспросил Гатлинг, после чего резко переменился в лице, — Погоди, так ты знаешь, что Шедоусида когда-то звали Астерионом?!       — И старик вполне себе… старый. На юнца не очень смахивает. — почесал лапой в затылке Грир.       — По сравнению со мной вы все — лишь кучка неразумных ребятишек. Терпеть не могу детей. — Плутовка щёлкнула пальцами, и к её правой руке плавно подлетела тарелка с круассанами, один из которых она подцепила кончиками длинных ногтей, — И звёздный зануда может называть себя как угодно — будто бы люди меняются от одной лишь смены имени и гардероба, ха!       — Ну, вообще говорят, что однажды он вернулся совсем другим человеком. — приподнял бровь Гатлинг, — Или, вернее сказать, не человеком вовсе.       — Нахлебался новых сил и возомнил о себе невесть что. — небрежно махнула рукой Плутовка. — Снаружи весь из себя владыка теней и страшный ужас, а внутри всё тот же гордый мальчишка-доброхот, несгибаемый настолько, что даже зло превращает в рутинную скукоту.       — Я, конечно, всякие прозвища в адрес Шедоусида слышал, — включился, странно улыбаясь, Грир, — Но вот «доброхот» — это что-то новенькое!       — И перемирие у вас потому, что такая великая ведьма, как ты, решила над ним сжалиться? — поинтересовалась Анна голосом, пронизанным сарказмом.       — Мы с Асти враждуем больше лет, чем ты на свете живёшь, и соперник из него тоже был получше. Даже если он был таким удушающе-правильным, пфе. — фыркнула Плутовка, скривившись. — Но тем веселее было выводить его из себя. Он так забавно злился.       — Ладно, услышать слова «злился» и «забавно», стоящими рядом друг с другом, в его адрес я тоже не ожидал. — пробормотал Грир, кажущийся совсем сбитым с толку.       — Жаль, что этой своей черты он лишился. Такой преисполнившийся и собранный. — ведьма полувздохнула-полупрошипела. — Ну хоть поинтереснее стал, когда свой облик сменил. Весь в белом самоотверженный герой уже успел порядком приесться. Крайне иронично, что, потеряв человеческую внешность, он стал больше на человека похож, не правда ли? — она противно, не обнажая зубов, улыбнулась.       — Но он также стал гораздо опаснее, так? — спросил Гатлинг, решив пропустить более сомнительные утверждения мимо ушей. Всё же не стоило сбрасывать со счетов, насколько личность, сидящая напротив них, «славилась» своей ненадёжностью.       — …Не без этого. — очень и очень нехотя выдавила из себя Плутовка. — Но вот задаваться он точно стал не в меру сильнее. А уж страх… — она сделала паузу, и её змея несколько раз «обнюхала» воздух языком, — Страх он и вовсе потерял. Каков наглец.       — Сомневаюсь, что он думает так же. И считает, что ты — всё ещё его главная соперница. — Анна, с редким для неё выражением ехидства, усмехнулась, — Тебе обидно, что Шедоусид про тебя даже и не особо вспоминает?       Змея перешла на шипение, а узкие зрачки Плутовки сузились ещё больше.       — Анна. — произнёс Гатлинг, стараясь держать свой голос спокойным, но твёрдым. Дело было не в том, что он был в чём-то с ней не согласен… Но если всё и дальше так продолжится, их переговоры имели все шансы сорваться раньше, чем до них дошли.       — Да ладно тебе, — прошептал, склонив клюв к его левому уху, Грир, — Пусть веселится, поживее хоть стала!..       — Как я тебе уже и говорила, Недоколдованна, — меж тем ядовито процедила Плутовка, — Не тешь себя иллюзиями, что ты хоть что-то обо мне знаешь. Особенно когда они и близко не твоя стезя.       Анна, которая после замечания Гатлинга встрепенулась, будто отходя от наваждения, кинула на него быстрый взгляд, после чего, сложив руки обратно на колени, откинулась на спинку дивана и сделала глубокий вдох:       — Как скажешь.       — Теперь, прежде чем нас может прервать Эган, — громко начал Гатлинг, становясь новым центром внимания, — Мне хотелось бы перейти к цели нашего визита.       — Неужели? — Плутовка фыркнула. — А я уже начала думать, что вы пришли в мой дом просто потявкать.       — Лорд Шедоусид представляет угрозу для всех нас, а значит, мы делим и заинтересованность в остановке его планов. — продолжил Гатлинг, проигнорировав её издёвку, — И если Его Высочество играет в них важную роль, мы должны вернуть его обратно.       — А то, неровен час, он и твой милый домик когда-нибудь поджечь может. — вставил свои пять пенсов Грир, нерешительно подняв коготь.       Плутовка, в глазах которой, кажется, промелькнула искра интереса, тут же скривилась:       — «Вернуть»? — она разочарованно вздохнула. — Уверена, что куда проще будет его просто прикончить. Это даже посчитается за акт милосердия, если таким мягкотелкам, как вы, это важно. И по такому случаю я, так уж и быть, могу дать вам в краткосрочное пользование что-нибудь из моего арсенала, за соответствующую плату-       — Мы. Его. Вернём. — резко отчеканила Анна, сверкая зелёными глазами.       — Мы вообще только плохих ребят добиваем. Наверное. Ну, я надеюсь. И не всех. И не своих. — развёл лапами Грир, — А это уже какой-то дружественный огонь получится. Хоть малец, конечно, и первый начал им швыряться…       — И помимо этого, — присоединился к ним помрачневший Гатлинг, — Госпожа Элгионора, подославшая к тебе Эгана, также хотела избавиться от принца Нестора. Я не знаю все подробности ваших отношений, но, очевидно, вы не ладите, и тебе не захочется оказывать ей услугу. Особенно после бурлящей мелассы.       — Ну конечно же, следующие указаниям Кинжала Дороги не будут искать лёгких путей. — Плутовка вздохнула и подобрала один из бисквитов, лежавших на другой половине тарелки с круассанами, — И чего же вы тогда от меня хотите? Если вы надеетесь, что я помогу вам расколдовать вашего королевского болвана, то вы стираете свои костяшки об ошибочную дверь.       — Нет, мы этого и не ожидали. — продолжил Гатлинг, — Но мы подумали, что ты можешь отправить нас к порогу нужной. И гораздо быстрее, чем мы сами туда доберёмся.       — Это что же, — приторно улыбнулась Плутовка, переводя взгляд на Анну, — Мисс Юное Дарование сама не может справиться?       Анна выпустила изо рта горячий воздух, злобно, но молча уставившись на неё в ответ.       — Нам нужен портал в Пристань Хоупвелла. — Гатлинг устало потёр висок стальной рукой, — Ты ведь сможешь его сделать?       — Может и смогу. — улыбка Плутовки стала ещё противнее, — Но всему есть цена.       — А просто устранения сильного враждебного чёрного мага будет недостаточно? — неловко оскалился Грир.       — Мне совершенно всё равно, кто из вас о кого убьётся — вы об Асти с его несносным отпрыском, или они о вас. Я всё равно останусь в выигрыше. — доев угощение, ведьма снова щёлкнула пальцами, отправляя прочь и десертную тарелку, и кофейник с чашкой. После чего поставила левую руку на подлокотник и опёрлась о неё головой. — Но мне ведь для этого и что-то делать-то необязательно.       — И что же ты тогда хочешь? Речь ведь не о деньгах, да? — холодным тоном произнесла Анна, осторожно касаясь висящего на шее самоцвета фокуса.       По правде говоря, к подобному моменту она морально готовилась заранее. Или, по крайней мере, пыталась. И пусть ей всё ещё совсем не хотелось отдавать мерзкой злой ведьме подарок Нестора (её первый за много лет днерождественский подарок)… Если такова цена за шанс его спасти, то так тому и быть. Памятная вещь, в конце концов, никогда не сравняется в важности с человеком, её оставившим.       Слова Плутовки, однако, сумели стать для неё неожиданностью:       — Конечно же нет, Анна. — каким-то образом даже её имя умудрялось звучать в устах старой колдуньи ругательством. На пару секунд Плутовка приняла наигранно-размышляющий вид, — У вас ведь совершенно случайно не найдётся волшебной книги, посвящённой чёрной магии?       Удивление, отразившееся на лице Анны, затронуло и всех остальных её друзей.       — Откуда ты знаешь про-?!.. — выпалил, наконец, Гатлинг, и тут же осёкся, осознав, что уже сболтанул лишнего.       — О, на это я вам могу предоставить даже несколько вариантов, — довольно ухмыльнулась Плутовка, — Например, только потому, что вы меня не видите, это не значит, что я не вижу вас. Или, может быть, мне птички прочирикали. Или я просто удачно предположила, а вы, как последние простофили, сами себя и сдали. Или, возможно, я всего лишь использовала голову и сделала простой и логичный вывод, что познаниям вашего новоиспечённого чернокнижника нужно было откуда-то взяться, при том, что учить его явно бы никто не стал. Только для вас это сейчас никакого значения не имеет.       — Лишь то, что ты хочешь присоединиться к рядам заклинателей запретной магии? — настороженно процедила Анна.       — Пфе. Как будто бы не все знают, что обычно с ними случается. — отмахнулась Плутовка. — Своих врагов полагается узнавать получше, только и всего. В любом случае, вот такие мои условия. Вы, конечно, имеете право на них не соглашаться, — она обнажила легка кривоватые зубы и сложила руки поверх спрятанных под чёрным балахоном коленей, — Однако теперь, когда я точно знаю, что она здесь, я ведь могу и сама эту вашу книжонку достать. И совершенно никак вам при этом не помочь.       Квестеры переглянулись между собой. Ситуация снова взывала о серьёзном командном обсуждении, и желательно непрослушиваемом, однако предоставить им последнее было бы не в характере хозяйки дома. К которой, как им напомнил и сегодняшний день, было к тому же опасно отворачиваться спиной или иным образом ослаблять бдительность. А снаружи, лишь слегка за пределами её территории, поджидал своего часа Эган, который, вернувшись в игру, и вовсе не оставит пространства для переговоров и связанных с ними решений.       Грир, побродив взглядом по украшавшим стены большим жукам, кивнул первым. За ним, поколебавшись и сжав и разжав пальцы, нерешительно кивнула Анна. Кинжал Дороги остался таким же безмолвным, каким был с момента пересечения ими порога таунхауса.       Гатлинг, звучно выдохнув, повернул голову обратно к Плутовке и кивнул уже ей:       — Мы согласны на такой обмен.       «В конце концов, ещё не факт, что для неё строчки из Безымянного Фолианта не обернутся такими же нечитаемыми, как и для всех, кроме принца Нестора».

***

      Анна отодвинула панель в сторону, обнажив спрятанное за ней хранилище. Среди спрятанных в нём вещей, к которым уже почти месяц как никто не прикасался, вперёд подавался потрёпанный рюкзак. На секунду задержавшись на застёжке, она решительно его открыла, другой рукой выудив из его недр объёмный том в кожаной обложке. Золотые узоры и чёрный кристалл, находившийся в её середине, ярко и будто бы несколько зловеще блеснули, попав под пробивавшийся в кабину свет. Возле её ног упала какая-то бумажка, и Анна, поразмыслив, подняла её и вернула обратно в рюкзак, не заглядывая внутрь. Если там было что-то важное, то, когда Нестор вернётся, он сам им всё расскажет. Ну, а если нет… То со своим мусором он тоже сам разберётся. Главное, чтобы было, кому разбираться.       — Ты там долго ещё возиться собираешься, копуша? — послышался снаружи недовольный голос Плутовки, — Я ведь и передумать могу успеть.       Пробормотав под нос кое-что нелицеприятное в адрес вредной шельмы и прижав к груди Безымянный Фолиант, Анна вышла наружу. Туда, где, столпившись у самых садовых ворот, её ожидали остальные члены команды и Плутовка. Альберт, недоверчиво оглядев и обнюхав последнюю, убрал хвост с кабиной по другую сторону своих могучих боков.       — Ну наконец-то. — выдохнула Плутовка и протянула руку за книгой.       Анна сделала резкий шаг назад, одарив её пылающим взглядом:       — Сначала портал.       Змея Плутовки снова сердито зашипела, лицо же самой ведьмы стало непроницаемым.       — Ну и ладно. — ровно ответила она. После чего резко выкинула и вторую руку вперёд, устремив в сторону Анны тянущуюся полупрозрачную конечность.       Вот только «дорогу» ей внезапно загородило огромное белое крыло:       — Не сегодня, подруга. — не очень-то и весёлым тоном произнёс Грир, с усилием отбрасывая загребущие магические пальцы обратно.       Плутовка, коротко прорычав, вернула себе спокойный вид и развела руками в стороны:       — Ну вы же понимаете, что я должна была хотя бы попытаться?       После чего она отвернулась, вскинула руки над головой и, зашептав заклинание, прочертила ими в воздухе две разводные дуги. Светло-голубой шар меж её пальцев завис посередине, исторгая из себя такие же сияющие лучи, а затем перед группой возникла подрагивающая воронка портала. По ту сторону не было видно ничего, кроме переливающейся разными цветами черноты.       — Вот и всё. — Плутовка повернулась обратно к квестерам, уперев одну руку в бок, а другую снова протянув в требовательном жесте, — А теперь оставьте книгу и валите с моей собственности.       Из Кинжала, висевшего на бедре Гатлинга и чуть им придерживаемого, чёрно-золотым всплеском появилась Дорога:       — Пути искривлены тобою, и в усеянного шипами лабиринта тупик лишь ведут они.       — А, так ты всё ещё здесь и даже не разучилась говорить. — ядовито процедила Плутовка, теперь складывая руки на груди, — И по-прежнему треплешь ерунду.       — Если портал действительно ведёт в Пристань Хоупвелла, тебе не составит труда зайти туда вместе с нами, ведь так? — спросил Гатлинг, приподнимая одну тёмную бровь.       — Может, вас ещё и за ручку проводить?! Или вы заходите, или я-!       — Или ты проводишь нас в Пристань Хоупвелла, и никуда иначе, — громко перебила Плутовку Анна, отстраняя от себя Безымянный Фолиант, — Или такая желанная тобой книга превратится в угли.       В её второй, теперь свободной, руке зажглись небольшие, но весьма яркие язычки пламени, которые она незамедлительно поднесла прямиком под книжный корешок.       — Эган желает напомнить всем собравшимся, — прогремел вдруг откуда-то сверху усиленный рупором голос охотника, — Что оплаченная отсрочка подходит к концу. И продлению не подлежит.       — Опускаешься всё ниже и ниже. — прошипела Плутовка, прожигая свою соперницу прищуренным взглядом. После чего, хлопнув в ладоши в сторону портала, заставила его «моргнуть». Картинка внутри него прояснилась, и теперь по ту сторону стали видны знакомые квестерам окрестности и дорожный указатель. Состроив на лице само воплощение оскорблённой невинности, старая колдунья отлевитировала внутрь, отобразившись по ту сторону размытым пятном, и вернулась обратно, — Ну что, теперь довольны?       Гатлинг, после короткой задумчивой заминки, подошёл ближе и просунул в портал руку, а затем, поколебавшись ещё на мгновение, голову. Вернувшись обратно, он показал так и оставшийся целым большой палец:        — Похоже, что всё чисто.       — Знаете, я тут вдруг подумал, что мы не подумали, что будем делать с Альбертом-… — почесав перья на затылке, начал Грир. Его размышления вслух резко прервались, когда Анна, шустро сунув Фолиант Гатлингу, повернулась к бастиониту и, произведя такие же быстрые пассы и произнеся скороговоркой заклинание, заставила его вспыхнуть лиловым и молниеносно сжаться до грифоньих размеров. После чего тот, выполняя её же команду, стремительно заскочил в портал, где, судя по огромному зелёно-фиолетовому пятну, тут же вернулся к своим прежним габаритам. — Ла-а-адно, тогда у меня ещё один вопрос — так что же вы такое с Элгионорой не поделили-то?       — А, да так, просто какая-то сопливая девчонка-иллюзионистка обижается, что более выразительное имя было занято ещё до неё. — усмехнулась Плутовка, но тут же сменила выражение на более раздражённое, — Отдавайте книгу и проваливайте уже.       Грира не нужно было долго уговаривать, и он зашёл в портал вслед за Альбертом. После него последовала Анна, напоследок полуобернувшись и кратко кинув:       — Надеюсь, увидимся с тобой нескоро.       — Пха. Нужна ты мне, как лошади — пятая нога. — фыркнула Плутовка и, получив, наконец, чёрномагическую книгу от замыкавшего Гатлинга, прошептала над ней заклинание. Промерцав с мгновение, Фолиант ничуть не изменился, — В твоей птичьей голове даже и мысли про маскировку не проскользнуло, да?       Её последние слова столкнулись о гладь тут же захлопнувшегося портала.

***

      Рука, кропотливо отмеряющая капли для лечебной микстуры, резко вздрогнула одновременно с настойчивым стуком во входную дверь, и по столу расплылись карминовые пятна экстракта крапинковых водорослей. Обычно визиты в столь поздний час не несли с собой ничего хорошего.       — Кто бы это мог быть? — раздался следом обеспокоенный голос Розалии, — Может быть, кто-то из сегодняшних рыбаков подхватил морскую трясучку?       Амонд Мейкер резко выпрямился и, едва не сложившись обратно из-за боли в спине, подхватил посох и торопливо распахнул дверь своего кабинета:       — Роза, не открывай без меня! — выпалил он, прежде чем спешно прошептать слова опостылевшего исцеляющего заклинания.       — Ой, подожди, кажется, это заблудившиеся путники! — продолжила меж тем свет его очей, которая, подхватив одной рукой полы вышитого платья, подбежала к двери и заглянула в сферу одностороннего глазка, — Хотя… как будто бы я их уже видела! Где же, когда же…       Плохое чувство, охладившее его внутренности, осело там большим острым камнем, когда Амонд, доковыляв до неё, взглянул на гостей сам. После чего, сглотнув и обречённо уставившись вперёд, с отречением провернул замко́вую ручку и позволил двери отвориться.       На пороге их уютной и столь дорогой сердцу обители стояли старый капитан королевской гвардии, юная талантливая колдунья и их быстрокрылый друг-грифон. Однако присутствия другого их товарища, могучей живой легенды, видно не было. Как не было видно и Его Высочества.       Амонд выпустил тяжёлый вздох, вцепившись в посох, будто за спасительную соломинку, обеими руками:        — Любовь моя, не оставишь нас с гостями наедине?       Он ведь знал, что когда-нибудь этот визит неотвратимо состоится. Знал с того самого про́клятого дня.

***

      Вопреки просьбе своего мужа, хозяйка дома неуклонно настояла на том, чтобы угостить странников, «очевидно по их мрачным лицам, с дороги очень уставших и притомившихся!». И уже после того, как в ходе одного из самых неловких в жизни квестеров ужинов ими были освобождены тарелки с картофельным пюре и жареной рыбой, Розалия, напоследок разлив по кружкам чай, удалилась из кухни.       — Прежде, чем вы начнёте, я бы хотел сказать, — надтреснутым голосом произнёс Амонд, едва только сверху закрылась дверь второго этажа, — Что в случившемся виноват только я, и ни моя жена, ни кто-либо из жителей Пристани ничего не знали и не принимали в этом никакого участия.       — Мы ещё даже ни в чём тебя не обвинили, а ты уже признаёшься? — усмехнувшись, но как-то совсем невесело, Грир осторожно отпил из стоявшей перед ним кружки. От чая веяло приятным ягодным ароматом. — Ты уж как-то совсем плох в этих своих нечистых делишках.       — И к тому же, — добавил мрачный Гатлинг, оперевшись об обеденный стол стальной рукой, — Нам хотелось бы узнать, что именно и как произошло, до того, как кого-либо обвинять.       — Не услышаны Вами ноты катастрофы были, чтобы инструмент их произведший открывать. — промолвила Дорога, которая покинула свой Кинжал сразу же после тёплого приёма гостей Розалией, и теперь сидела за столом вместе со всеми.       — Вы знали о планах Шедоусида? — с блестящими от сдерживаемых слёз глазами спросила Анна, вцепившись за края расписанной цветами скатерти. На следующем вопросе её голос практически перешёл на повышенные тона, — Вы знали, что Нестор превратится в его подобие?!       Амонд, и без того бледный и будто бы постаревший на несколько лет, побелел ещё больше, его серые глаза широко распахнулись:       — Его Высочество стал шейдом?! Пресвятая Одиссия и столпы мироздания… — его испуганное бормотание перешло в совсем неразличимый шёпот.       Гатлинг сцепил руки в замок (насколько ему это позволила сделать их асимметричность) и сделал быстрые вдох и выдох, пытаясь не терять самообладание:       — Шейд? Кажется, когда-то я уже слышал этот термин в отношении лорда Шедоусида. — но насколько бы он ни старался, его подрагивающий тон не выходил спокойным, — Что он значит?       — Кроме чертовски плохих новостей и страшных рож, ты имеешь ввиду? — приподнял бровь Грир.       — О сущности шейдов известно немного, а то, что есть, пришло от того, кто в итоге пополнил их ряды. — Амонд, всё же взявший себя в руки, понуро хмыкнул. — Астерион говорил, что это мистические существа, насквозь пронизанные чёрной магией, способные управлять ею с мастерством, недосягаемым для обычных чернокнижников, и обладающие незаурядной устойчивостью к магии обычной. И последнего видели ужасно, ужасно давно… Ровно до того момента, как Шедоусид не явил миру себя, разумеется. Один шейд уже был равен стихийному бедствию, а теперь, когда их двое-       — Но… Как Нестор смог настолько пропитаться чёрной магией меньше чем за год? Да даже и полгода не прошло! — громко перебила его Анна, вскинув руки кверху, после чего опустила их на стол, придвинувшись ближе к сидевшему напротив целителю, — Что такое Безымянный Фолиант на самом деле?!       Не выдержав её взгляда, Амонд опустил глаза, проводя пальцем по ручке чашечки с чаем, к которому так и не притронулся:       — Это была рабочая книга, куда он… Астерион… записывал свои заклинания и магические исследования. И он, действительно, так и не дал ей никакого имени. — он слегка ухмыльнулся. — Даже тогда, когда она ещё была ему нужна, а самоцвет в её обложке ещё был зелёным.       На пару мгновений воцарилась потрясённая тишина, сквозь которую можно было услышать мягкие шаги на втором этаже и неровное стрекотание насекомых за приоткрытым окном.       «Интересно, знала ли об этом Плутовка. И как много она вообще знала, — подумала Анна, — Если она действительно была знакома с Шедоусидом так долго…»       — Книга… самого… чего-о?!.. — выдавил, наконец, из себя с трудом Грир.       — Но как мог путь её у Вас окончание найти? — спросила, звонко моргнув, Дорога.       — Разве же это не очевидно? — произнёс Амонд со странной, отчаянной насмешкой, — Мне отдал её сам Шедоусид.       — Погодь, погодь… — вдруг продолжил Грир, сморщив лоб и приложив когти к вискам, — Но если это книжка Астериона, а не Шедоусида… То откуда ж там взяться чёрной магии? Он же тогда ещё с катушек не съехал! Или старик уже потом туда дописал?..       — Нет. — отрезал старейшина, продолжая смотреть на то, как в его кружке кружится чайная заварка, — Она была там ещё задолго до того, как его несчастная, обречённая экспедиция по уничтожению источника Чумы Чудовищ покинула стены Андара и сгинула в неизвестности.       — То есть, Вы хотите сказать, что почтенный королевский канцлер практиковал запрещённое колдовство?! Но он же-!.. — воскликнул Гатлинг, уставившись на Амонда неверящим взглядом.       — …Возглавлял множество охот за заклинателями чёрной магии? Был инициатором законов, полностью запрещающих её использование? — закончил за киборга старейшина, подняв на него потемневшие глаза. — Разве же то, что запрещено простым смертным, запрещено вернейшему слуге короны и нашей путеводной звезде? Что изучает чернокнижие лишь ради изучения своих врагов, и никогда не использует его против нас?       — Вы ничуть не удивились связи Астериона с Шедоусидом, — вдруг внезапно вклинилась Анна, откинувшись обратно на спинку плетённого стула и сложив на груди руки, — И определённо знаете куда больше, чем мог бы знать придворный белый маг, пусть даже и один из величайших в Одиссии. Насколько вы были… близки?       — Когда-то я считал Риона своим лучшим другом. — Амонд кинул на неё быстрый взгляд, прежде чем снова его отвести. — Так что, полагаю, довольно близки. Но всё ещё не достаточно, чтобы увидеть его истинное лицо. — он поджал губы, — Лицо надменного чудовища.       — Кажется, во дворце считают, что лорд Астерион стал Шедоусидом и перешёл на сторону зла из-за захватившей его тёмной ворожбы… — всё с таким же недоумевающим видом сказал Гатлинг.       — Или, может быть, это лишь то, во что королева и король предпочитают верить. — сухо произнёс Амонд, — Ведь куда проще смириться с тем, что твоего близкого подчинили силы тьмы, чем даже допустить мысль о том, что, быть может, он пошёл по этому пути по собственному желанию. — его поднятый на квестеров взгляд стал странно холодным, — Можете ли вы быть уверенными в том, что с Его Высочеством не произошло то же самое?       Семь округлившихся глаз вытаращились на него в ответ.       — Дорога его не вела сквозь отходы те, в какие мысли Ваши превратились. — изрекла Дорога, прижав руки к себе и оставив от круглого визора лишь нижнюю половину, — Пусть и была она порою рытвинами и ухабами усеяна.       — Ну слушайте, я точно не буду говорить, что малец хоть в какой-то степени идеален, я с ним для этого слишком долго прожил. — нерешительно начал Грир и возвёл очи горе, — Он иногда тот ещё грубиян и зазнайка…       — …И горячая голова, и командует куда больше, чем слушает… — подключился, перебирая пальцами и тоже отведя взгляд, Гатлинг.       — …Порой слишком безответственный и совсем не умеет оценивать опасность… — печально вздохнула Анна.       — И в выборах направлений сломан компас его. — звучно моргнула Дорога, расправляя руки по подлокотникам своего стула.       — Но-о-о чтоб он, да был плохим парнем, да ещё и в секрете? — снова заговорил Грир, сначала склонив голову набок, а потом быстро-быстро ей покачав, — Да не-е. У него ж сердце на рукаве так болтается, что, того и гляди, совсем отвалится.       — И оно у него действительно доброе. — без малейшего сомнения отчеканила Анна.       Амонд тяжело вздохнул, а затем наконец-то отпил немного чая, к этому моменту хорошенько поостывшего, и потёр свободной рукой морщинистый лоб:       — Мы ведь всегда ищем для них оправдания, не так ли. «Ну и что, что он высокомерен и своенравен? Он ведь заслужил гордиться своим мастерством». «И что такого в том, что он не терпит, когда в его действиях выражают сомнение? Он ведь ещё ни разу нас не подводил». «Он распустил всех людей, что занимались поисками источника Чумы Чудовищ вместе с ним? Что ж, он достаточно умён, чтобы заниматься этим и в одиночку». «Он перешёл от исследования магии и методов чернокнижников к их использованию? Кому, как не мудрейшему знать, когда их можно применять». «Тебе кажется, что он от тебя закрылся и совсем не учитывает твоё мнение? Наверное, он просто заработался в эти тяжёлые времена! Ведь он всегда рядом, когда ты в этом по-настоящему нуждаешься. Он всё делает во благо страны. Он всё делает тебе во благо». — оборвав неожиданно длинную речь, превратившуюся в разгорячённую тираду, он с резким звоном опустил чашку на блюдце, едва не разлив её содержимое и заставив некоторых из своих слушателей подпрыгнуть. — Мне… нам стоило быстрее осознать, что всё, что он делает, он делает в первую очередь во благо себе. А тебя? Ну а тебя, дурака, он для этого использует.       — То есть, Вы предполагаете… что Шедоусид спланировал всё это с самого начала?.. — поражённо, но всё же с изрядной долей скептицизма спросил Гатлинг.       — Когда дело заходит о нём, я уже боюсь что-либо предполагать. — хмыкнул Амонд. — Но то, что мы послужили инструментами для достижения его эгоистичных целей? О, в этом я не сомневаюсь. Как и в отсутствии разницы в этом для его старых и его нынешних союзников.       — А снова стать инструментом для исполнения его планов Вы не побоялись? — Анна звучала нехарактерно отречёно, а в устремлённом на теперь, пожалуй, бывшего кумира взгляде сквозило разочарование.       — Страх увидеть гибель тех, кто мне доверился, был сильнее. — несмотря на то, что старейшина по-прежнему избегал её лица, его голос стал твёрже, — Вы должны знать, что случается с теми, кто противится требованиям этого чудовища!       — Но отправить на заклание Нестора Вам это не помешало. — тон колдуньи резко сменился с презрительно-холодного на эмоционально-обжигающий, — Того, кто бросился к вам на выручку, даже не задумываясь!       Практически погасшие глаза Амонда сверкнули белой сталью:       — У Его Высочества есть вся страна. У него есть вы. — он наконец-то набрался сил выдержать взгляд юной колдуньи своим. — У этих людей есть только лишь я. И хотя я глубоко сожалею о том, что случилось с ним и другим вашим другом, могучим Квестом, меня лишили варианта, где не пострадает никто. И даже варианта, где страдания закончатся на мне.       — Другой наш друг… уже не Ваша заслуга. — притихшим голосом процедила Анна, опустив глаза на стоявшую перед ней полную ароматного напитка чашку и поджав губы.       — Погодь, но мы ж вроде отбили твою деревеньку от зверюшек Шедоу? — вдруг разбил накалившуюся обстановку недоумевающий Грир, — Мог бы за это нас хотя бы предупредить, старик.       Амонд шумно вздохнул, положив жилистую руку на приставленный к стулу посох:       — Они были здесь лишь для отвлечения вашего внимания… И как лишнее напоминание и надсмотрщики — для меня. — он переложил свободную руку себе на плечо, поморщившись так, будто бы прикоснулся к гнойнику, — А ещё использовал на мне свои смрадные чары и сказал, что если я посмею бросить дело на полпути, то мне и всем, кто вокруг меня, совсем не понравится результат. Если честно, я отчасти ожидал, что они подействуют, стоит нам только начать наш с вами разговор. Но, полагаю, я выполнил свою долю сполна. — он горько усмехнулся.       — Судя по Вашей реакции на то, что Нестора превратили в шейда, Вы даже не знали, какому делу помогаете. — снова подала голос Анна, — А потому и о дальнейших планах Шедоусида нам ничего не скажете?       — Он никогда никому не рассказывает свои замыслы полностью. Даже его вернейшие слуги получают лишь кусочек, который им требуется выполнить. Почти как пазл. Только вот из-за того, что выполняющие волю Шедоусида раскиданы по всей стране… — Амонд вздохнул. — Собрать его воедино очень проблематично, и королевским войскам так и не получилось это сделать. Так было пятнадцать лет назад, и так остаётся сейчас.       Гатлинг не глядя поднёс кружку ко рту и, вдруг осознав, что она уже пуста, потянулся к стоявшему в середине стола бело-розовому чайнику — в голове мимолётно пронеслась мысль, что сейчас он бы не отказался и от чего покрепче:       — Но что именно должны были сделать наложенные им чары?       — Этого он не сказал. Но за период нашей дружбы я видел достаточно, чтобы не подвергать эти его слова сомнению. — чуть выпрямившись, Амонд устало откинулся на спинку стула. — Вы ведь были знакомы с заклятьем преданности, верно?       — Ну, можно сказать, кое-кто из нас был знаком поболее прочих… — протянул Грир, отводя взгляд в сторону.       — И какое же оно имеет отношение к лорду Шедоусиду… или Астериону? — спросил Гатлинг, — Насколько я знаю, в королевской сокровищнице существовал единственный и некопируемый экземпляр!       — А откуда же он там, по-вашему, появился? — старейшина медленно переложил посох к себе на колени, — Это ведь был наш с ним общий проект. Одна из последних вещей, над которыми мы ещё работали совместно. И довольно долго — и всё ради того, чтобы Рион назвал его в итоге пустой тратой времени.       — Но почему? Ведь если контроль над другими — это то, чего он жаждет, — вскинулась Анна, — То он должен использовать его на всех, кого видит!       — О, в той своей тираде он был недоволен много чем. — Амонд слегка улыбнулся, будто бы приятному воспоминанию, но тут же помрачнел обратно, — У нас ведь не получилось сделать так, чтобы оно на всех работало, видите ли. Да и без согласия, хотя бы номинального, его наложить не получится — тому, на кого оно накладывается, заклятье следует дочитать вслух и до конца. Прервётся в любой момент — и «фух»! — он щёлкнул перед собой пальцами, — Оно уже не сработает. И работает оно по заранее прописанным условиям, причём тем, которым оно выбрало само, а не которые хотели мы. Как бы мы ни пробовали, никакого запрета нанесению вреда, кроме уж совсем тяжкого, управляющему… Или обязательного участия в крестовых походах навязать ему не удалось. Как и внушения того, что носящему вообще стоит выполнять честные указания, если честь для него — лишь пустой звук. Вот и вышло, что на того, кому бы ты воистину хотел навязать свою волю, заклятье не очень-то и подействует… А того, на кого оно подействует, скорее всего, и не нужно будет ни к чему принуждать. И это ещё не говоря о прочих лазейках. — он пожал плечами, — А потому, с точки зрения Астериона, оно было бесполезно.       — Ну, это он, конечно, маху дал… — всё так же отстранёно прокомментировал Грир, и было непонятно, имел ли он ввиду создавшего заклятье колдуна или своего попавшего под него товарища.       Дорога, поднёсшая чашку к идущей от глаза светлой полосе, беззвучно опрокинула в неё порцию чая, после чего произнесла:       — Плетущий канву видит, куда идут пути нитей, её составляющих. Разве не способен он обратить вспять её узлы?       — Она спрашивает, разве вы не можете снять заклятье преданности, раз сами его и создали? — почти что нехотя перевела Анна, заметив на лице старейшины замешательство.       — О. Конечно, если бы в том возникла такая необходимость. — кивнул тот, и тут же опустил голову, — Вот только источник нынешних чар моего бывшего партнёра лежит в той же мерзости, что отравляла тех несчастных злобных существ во времена Чумы Чудовищ… И которая сейчас питает его армии. И эта чёрная гниль не имеет никакого отношения к моей собственной магии.       Колдунью, уперевшую щёку о подставленный кулак, вдруг будто осенило:       — Среди сказаний о Вашей славе мне попадались те, что рассказывали о Ваших обрядах очищения, после которых ужасные монстры превращались в обычных зверей. Значит ли это, что Вы всё-таки умеете рассеивать чёрную магию? — её энтузиазм неожиданно пропал так же резко, как и появился, и она упёрла взгляд в скатерть под локтями, — Или же это были лишь обычные преувеличенные слухи. Снова.       — Я уверен, что там обо мне говорится лучше, чем я есть на самом деле, — Амонд устало прикрыл глаза рукой, — Но после ухода Астериона и по указу Их Величеств я погрузился в поиски способа изгнания чёрной магии из затронутых ею существ. Пренебрегая людьми, что ждали моей помощи в столичном госпитале. — его лицо осунулось, и покрывающие его морщины стали ещё глубже. — И после долгих кропотливых дней, полных неудач, у меня действительно получилось вытащить эту дрянь из пары приведённых ко мне чудовищ. А затем и из одной слёзно умолявшей меня об этом бедолаги, ослабевшей, еле говорящей и готовой на любые риски — пусть даже она и не стала прежней до конца.       — Но это же значит… — выдохнула Анна, и её глаза, как и глаза её товарищей, снова засияли, — Это значит, что Вы можете помочь нам вернуть Нестора! Почему же Вы сразу об этом не сказали?!       «Вот, значит, почему чутьё Дороги привело нас именно сюда!»       Амонд вскинулся, будто бы ему отвесили сильную пощёчину, и, прижав посох уже к груди, побледнел:       — Нет. Только не снова. Даже если бы у меня были все необходимые для ритуала вещи, — его голос принял почти панические интонации, — Я больше никогда не разменяю жизни многих ради миссии, обречённой на провал!       — Да ты, приятель, ещё оптимистичнее меня будешь, я гляжу. — пробормотал чуть ощетинившийся Грир.       — Но Вы же целитель! — выпалила Анна, резко соскочив на ноги, — Разве Вы не должны спасать всех?!       — Как целитель я знаю, что всех спасти невозможно! — вдруг повысил голос Амонд, — Сколько бы слёз не было пролито и сколько бы пальцев не было содрано в кровь!       — И поэтому Вы даже не попытаетесь, — продолжила напирать колдунья, сжав руки в кулаки, — Исправить свою же ошибку?!       Гатлинг поднялся следующим, но, вместо того, чтобы попробовать примирить спорщиков, занял место подле Анны, опустив стальную руку на спинку её стула:       — Вынужден согласиться. Его Высочество на нашем месте бы тоже не отступился.       — Слушай, я бы и рад никуда не идти, ничего не делать и головой почём зря не рисковать, — развёл передними лапами Грир, тоже придвинувшись поближе, — Но, во-первых, мне Пэн и Керейн при таком раскладе всё ещё спуску не дадут. А во-вторых… ну, малец вроде нам какие-то знаки о помощи подавал, будет совсем уж паршиво их игнорировать…       — Тогда помогите ему быстрым и решительным ударом. — неожиданно твёрдо ответил Амонд, окинув их таким же жёстким взглядом, — Если его действительно обратили против его воли, вы вырвете добрую душу из хватки тьмы и избавите её от страданий. Если же он явил вам свои настоящие цвета, которые когда-то были явлены нам его дедом… Вы избавите мир от зла, едва только пустившего корни.       — К-как… Как Вы можете..! — дрожащим голосом выдохнула Анна, сердито вытерев тыльной стороной ладони выступившие слёзы.       Дорога же, в отличие от остальных товарищей, осталась неподвижна. Медленно и беззвучно моргнув, она задумчиво произнесла:       — Как задушены были души благородные порывы, чтобы после себя лишь призрак-оболочку оставить, что преграждает другим дорогу?       — …Вы спрашиваете, что же случилось в тот день, когда мы попытались спасти лорда Астериона? — пробормотал Амонд после нескольких молчаливых секунд, не перебитых скорым переводом. Он тяжело вздохнул и, сгорбившись будто от непосильной ноши, опустился обратно на сидение. — Тогда позвольте и мне начать с вопроса: Вы знаете, что случилось с прошлым капитаном королевской гвардии, сэр Гатлинг?       — Да. В общих чертах. — скорбно кивнул киборг. — Мы никогда не встречались лично, но о капитане Мелличе хорошо отзывались во дворце. Её гибель, вместе с гибелью бо́льшей части офицерского состава, стала для гвардии воистину тяжёлым ударом.       — Тётка, конечно, хитрая была. Глаза прикрытые постоянно, а как что происходило — так всегда всё видела. И, как я слышал, в карты не проигрывала, а на шулерстве так и не попалась никогда, — Грир несколько тоскливо вздохнул, — Я всё у неё поучиться мечтал, да в гвардию записываться не хотелось, а во дворец меня тогда ещё не взяли…       — Я полагаю, что тем «заданием особой важности», с которого они не вернулись, и была ваша попытка превратить Шедоусида обратно в Астериона? — продолжил Гатлинг, оглядывая Амонда с ещё бо́льшим интересом.       — Именно так. Окрылённый своими исследованиями, я предложил Её Величеству шанс вернуть её отца и одновременно завершить Войну Теней одним очистительным ритуалом. Задача, безусловно, нелёгкая, и требующая участия лучших воинов королевства и крупных затрат, но разве она того не стоила? — Амонд опустил голову, и выбившаяся седая прядь опала на его лицо подобно вуали, — Не стоила. Наивный самонадеянный дурак.       — Так вы просто вломились в Моллукс, или?.. — вопросительно приподнял бровь Грир.       — Пресвятая Одиссия, конечно нет! — вскинулся целитель, — Даже тогда мы не были настолько безрассудны, чтобы пытаться загнать Шедоусида в угол его же твердыни. Или настолько сильны. Нет, мы несколько недель подгадывали момент, когда он выйдет наружу в сопровождении как можно меньшего количества своих чудовищ и злобных слуг. И он представился — когда шейд вышел на охоту за гигантом Серых Пещер.       — Лично? — недоумённо нахмурилась Анна, также присев обратно. — Разве Шедоусид не предпочитает отправлять на задания своих шестёрок, и посылать с ними свои проекции?       — Не только мы когда-то были более беспечными. Тогда Шедоусид появлялся в миру куда чаще, и даже не только когда очередной город обращался в часть его владений. — Амонд чуть дрожащей рукой заправил непослушные волосы обратно за ухо, — Мне выдали все нужные ингредиенты, люди из Архива Червия предоставили свитки с древними чарами, а капитан Мелличе выбрала дюжину своих самых блестящих гвардейцев. Её Величество Керейн лично настояла на том, чтобы последовать с нами. Пять бравых воинов отдали свои жизни, но мы смогли ослабить Шедоусида и заманить его в сеть ловчих заклинаний, и я приступил к ритуалу… — на секунду он сбился, после чего, пару раз открыв и закрыв рот, заговорил тише, — С какой надеждой они все на нас смотрели. А он… он, ничуть не изменившись, лишь ухмыльнулся над моими потугами и над моими словами, путы закончили своё действие, и-… — Амонд снова замолчал, его дыхание стало заметно сбивчивым. Наконец, он сделал глубокий вдох и продолжил, — Я никогда не был хорошим бойцом, атакующая магия мне не поддавалась, а мой ритуал оказался бесполезной пустышкой. Полагаю, именно поэтому мой лучший друг посчитал достаточным сломать мне спину. Я не знаю, почему он решил пощадить королеву. Остальные же… никого больше не осталось.       У закончившего свой рассказ старика был настолько несчастный вид, что на один момент у Анны дрогнуло сердце. Но даже несмотря на это, к ней не пришли ни слова для утешения, ни желание их произносить.       — У нас был идеальный шанс, один на миллион, покончить со всем этим. Уничтожить шейда и предотвратить все его будущие злодеяния. Спасти множество жизней… и даже принца от уготованной ему участи. — Амонд поднял на квестеров затуманенные глаза. Его лицо напоминало почти безжизненную маску. — Вместо этого мы протянули ему руку помощи, а он раздавил цвет королевской гвардии. Ему даже не потребовалось самому строить планы. Мы принесли ему всё на блюдечке с голубой каймой. Я… не знаю, почему меня не казнили.       Кухня снова погрузилась в тишину, на сей раз давящую. В окне показался большой красный полумесяц, смотревшийся как никогда зловеще.       — Но ведь… Ваш ритуал вовсе не пустышка. — произнёс, наконец, Гатлинг, неловко прокашлявшись, — Он ведь до этого срабатывал, так? Значит-       Амонд несколько раз сжал и разжал обхватившие посох руки, прежде чем вцепиться в неровное дерево необычайно твёрдой хваткой:       — Я знаю, что я не смогу вас остановить. Даже если я применю силу, вы одолеете меня без особого труда.       — Тогда просто расскажите нам про ритуал и всё, что для него нужно. — хмуро сказала Анна, уперев ладони в подлокотники, — Если Вы боитесь совершить то, что правильно, то это сделаю я.       — Во-о-оу. — непроизвольно вырвалось у Грира и, словив на себе её сердито-вопросительный взгляд, он замялся, — Эй, я не то чтобы в тебе сомневаюсь, но-о… Просто мне кажется, что это не твой профиль… Да и вообще если профессионалы знают, как делать, то пусть сами и делают…       — Ты уверена, что справишься? — встревоженным тоном спросил Гатлинг.       — Хоть кто-то же из нас должен оправдывать веру людей в себя. — её опущенные глаза сверкнули.       — После удара каждого клинок острее лишь становится, отбрасывая форму без предназначения. — кивнула ей Дорога, слегка уполовинив визор вверх, — И твой остёр воистину.       — Вам может быть вполне по силам воспроизвести мой ритуал. И даже, возможно, собрать всё, что для него требуется. Самоцвет фокуса у вас уже есть — и, в отличие от сломанного кристалла в обложке книги Астериона или моего, — Амонд отстранёно постучал пальцем по украшавшему навершие посоха камню — затуманенному и белёсому, в котором едва-едва можно было разглядеть зелёные прожилки, — Он сможет выдержать необходимый поток магии.       — Хорошо всё-таки, что старая злая Плутовка попросила зашифрованную книжку, а не твой кулон, а? — прошептал, наклонившись к уху Анны, Грир.       — …Но готовы ли вы жить со знанием того, что вам сулит провал? — сухо и почти что шёпотом продолжил Амонд.       — Ну… Если так задуматься… У нас, кажется, никогда и не было иначе. — закинул руку на затылок Гатлинг и пожал плечами.       — Так вы нам поможете? Или нам придётся самим изобретать новый ритуал, пока Нестор находится в рабстве у безумца, а Одиссия пылает в огне? — с еле сдерживаемым раздражением процедила Анна.       Амонд вздрогнул и ещё больше согнулся, после чего угрюмо промолвил:       — Было глупо ожидать, что вы прислушаетесь к предостережениям отступника. Тогда нас они бы тоже не остановили. Да будет так. — он сделал глубокий вдох, одновременно вместе с тем выпрямляясь. — Я расскажу и покажу юной мисс Махт всё, что нужно знать для исполнения ритуала очищения. Но…       — Но? — приподнял бровь Гатлинг в ответ на несколько затянувшуюся паузу.       — Я знаю, что у меня нет никакого права просить вас об ответной просьбе. — продолжил Амонд, вернув посох в вертикальное положение и тихо стукнув им о дощатый пол. — Но я всё же вынужден на ней настоять.       — Ты, типа, хочешь нас попросить замолвить за тебя доброе словцо перед королевичами? — на клюве Грира возникла неловкая улыбка, — Боюсь, тут не пособим, тут бы и за нас кто похлопотал…       — Нет. Я готов принять любое их решение. — твёрдо ответил старейшина, — Меня волнует вовсе не моя судьба, а судьба Пристани Хоупвелла. Каковы бы ни были результаты вашего ритуала, Шедоусид догадается, откуда вы его узнали. И тогда он вернётся сюда. — он снова ударил об пол концом посоха, а потом ещё раз. — Я знаю заклинание барьера, гораздо большего, чем тот, который вы видели при первой нашей встрече. Способного длится так долго, как того пожелает его поставивший, и достаточно крепкого, чтобы его разрушение заняло слишком много времени даже у шейда.       — Желание Ваше лежит в замыкании своих дорог. — промолвила Дорога.       — Никто не войдёт, но и никто и не выйдет. — кивнул Амонд. — Нам понадобится пара недель на заготовку всех припасов и сбор жителей, что сейчас находятся в Бескрайнем Море или других поселениях, но мы сможем это выполнить. Чего же я не смогу… так это в одиночку подготовить магические якоря барьера.       — Так, селяне останутся за барьером. — Анна поставила голову на упёртые о стол руки и посмотрела на целителя прищуренными глазами, — А что же будете делать Вы?       — Я останусь с ними. Только потому, что мы отгородимся от опасностей снаружи, не значит, что моим людям не понадобится моя помощь внутри.       — То есть, Вы просто-! — выпалила Анна, вскинув руки, но тут же сложила их на груди и прижала к себе. — А, ладно, поступайте, как хотите. Помогите нам, и я помогу Вам.       Амонд глубоко кивнул:       — Спасибо. — после чего, отодвинув стул в сторону, начал медленно с него подниматься. — Сейчас уже поздний час, поэтому позвольте проводить вас до мест вашего ночлега. А завтра… я выполню свою часть.       — Я очень на это надеюсь. — пробормотала Анна, резко отодвигая своё сиденье и быстрыми шагами покидая пределы кухни.       — Эй. — на самом её краю на плечо колдуньи вдруг опустилась тяжёлая лапа, — Ты сегодня прямо на нервах целый день. С тобой всё… нормально?       — Я… не знаю. — еле слышно ответила она, мягко отстраняя от себя конечность Грира, и продолжила свой путь дальше, — Что, в конце концов, такое ещё одно разочарование?

***

      Сколько бы он не ворочался, сон отказывался к нему приходить.       Амонд подумал, что, должно быть, он это заслужил. Устало вздохнув, он как можно тише, чтобы не разбудить посапывающую рядом Розалию, выскользнул из постели и, наскоро одевшись и накинув на плечи песочно-жёлтый плащ, вышел на свежий прохладный воздух. Там он, втянув полной грудью ароматы ночи, опустился на скамью возле дома и, приткнув посох о её спинку, сгорбился и обхватил голову руками:       — Пресвятая Одиссия, что я-!       — О, не ожидал тебя тут тоже увидеть, старик! — перебил его отчаянный шёпот звучный оклик. — Вам, старейшинам-целителям что, настолько рано на работу вставать надо?!       Быстро приняв хоть мало-мальски достойный вид, Амонд повернул голову на остановившегося в нескольких футах от него грифона:       — Так же, как и я не ожидал увидеть здесь Вас, почтеннейший.       — Да я просто в ночной дожор… — его собеседник перехватил выползшего из клюва толстого светляка поудобнее и громко его заглотил, — Ой, то есть дозор, выйти решил. Ты сегодня такие страшные истории рассказывал, что кажется, будто Шедоусид за нами в любой момент прилететь может.       — Вам очень повезло, если он действительно считает вас мёртвыми. Это чуть ли не единственный способ скрыться от его слежки и преследований. — Амонд вздохнул. — Немногие могут похвастаться тем же.       — Да-а, просто залечь на дно и ни о чём не париться было бы хорошо. — Грир мечтательно поднял глаза к звёздному небу. — Только, хах, полагаю, что в этот раз такой вариант у нас не прокатит. Да и у тебя тоже.       — Что? — будто бы не расслышав его до конца, переспросил Амонд.       — Чуйка моя так твердит, а я привык ей доверять. Вот ты поступишь как-то не так, а в голове потом скрести будет, аппетит портить, да спать мешать. Во веки веко-ов! И именно поэтому я не сделал ничего неправильного за всю свою жизнь. — грифон улыбнулся, обнажив покрытые раздавленными жуками зубы и, не дожидаясь его ответа, отвернулся, — Ну да ладно, не буду тебе мешать заниматься… Чем ты там занимаешься. Бывай! И смотри, чтобы ведьмочке завтра всё рассказал и ничего не забыл из-за недосыпа!        После чего беззаботно зашагал в ближайшие заросли, густо усеянные светлячками, оставив озадаченного Амонда позади.