Flower fantasy

Одно из лучших качеств Джэхёна по мнению Хуна была его постоянность. Пока все друзья Хуна взрослели вместе с ним, у них менялись интересы и они уходили, но не Джэхён. Наверное поэтому они и дружат так долго, ведь пока менялось абсолютно всё вокруг, Джэхён оставался таким же, максимум менялся лишь его рост и возраст. Но именно сейчас, это качество не нравилось Хуну больше всего, ведь что бы он не делал, он знал, что Джэхён всегда будет видеть в нём лишь лучшего друга, и как бы он хотел думать, что ему достаточно любить Джэхёна, и младшему совсем не обязательно никак на это реагировать, он всё же иногда мечтал о том, что когда нибудь, тот полюбит его в ответ. Но конечно же, этого не станет, и Хун уже был готов принять этот факт совершенно спокойно, зная что дальше дружбы они точно не уйдут, да и дружбу портить как-то жалко. — Ну и как вы погуляли? — спросил Сынхёб, сразу после признания Хуна, как только тот вернулся домой с прогулки. Парень выглядел уставшим, и не особо счастливым, поэтому ответ его был весьма предсказуем, что не сильно радовало Сынхёба. — Погуляли нормально. Опозорился, но это же Джэхён, ему пофиг, попозорюсь и дальше гулять пойдем, как всегда, — грустно ответил Хун, закатывая глаза. — Так что он сказал-то? — уже с нетерпением спросил Сынхёб. — Да ничего не сказал. Как будто этого всего не было, — тяжело вздохнул младший. Тут наступила немного неловкая пауза, и какое-то время, Сынхёб даже не знал, что ответить, ему просто было безумно жалко мальчика рядом с ним. — Ну как это ничего? — возмутился собеседник, — быть такого не может, что-то точно ответил. — Да так! Подумал, подумал, и такой «а ладно пойдём гулять». Я так и знал, если он меня не пошлёт, то просто проигнорирует. Так всегда бывает. — Дай ему время, пускай подумает, — предложил Сынхёб, — наверное не ожидал от тебя такое… — Не будет он думать! Что тут думать-то? Какой я идиот, что принёс ему цветы, рассказал вот эту длинную речь, сказал что люблю его… Ну конечно, что я идиот он давно знал. Я для Джэхёна лучший друг, и всё. Бедный Хун, просто подумал Сынхёб, уже осознавая, что хоть ситуации и похожи, Хуну, возможно, гораздо сложнее чем ему с Юной, ведь помимо того, что они лучшие друзья, которые так привыкли к тому факту, что они друзья, да ещё и то, что они оба мальчики, а как не крути, это, в их обществе, достаточно редкий вид любви, о котором никто не говорил. — Да почему сразу идиот? — возмутился старший, — ты очень умный мальчик, и ты большой молодец, что сказал ему всё это. Это очень смело с твоей стороны. У вас с ним всё будет хорошо, я обещаю. — Что будет хорошо, Сынхёб, что тут хорошего? — Ты куда торопишься? У вас с ним вся жизнь впереди, подумает и всё тебе скажет. Проблема в том, что Джэхён, если и правда думал, думал слишком медленно. Уже второй месяц как думает. Но тут, понятное дело, не до любви — скоро выпускной, скоро лето, они наконец заканчивают школу, слишком много всего происходит. Было бы это в любое другое время, и может быть у Хуна была бы причина нервничать, но тут её по сути нет, он просто нетерпеливый. Второй раз позориться он не стал, и оставил эту тему в прошлом. Они гуляли как ни в чём не бывало, только теперь, когда они в очередной раз держались за руки или обнимались, Хун как-то странно себя чувствовал, но видимо, для Джэхёна, это было не заметно. Как выяснилось, Джэхён не особо обращал внимания на Хуна, и лишь иногда говорил «ты что-то красный, что с тобой? Заболел что-ли?» на что Хун отвечал «да видимо жарко тут, вот и всё». На улице было совсем не жарко, но Джэхён, наверное, в это верил, так как дальше его не допрашивал. Но, тут Хун был не прав. Джэхён — достаточно умный мальчик, и он прекрасно всё понимал. Он знал, что Хун его любит и он замечал как старший неловко ведёт себя вокруг него. Теперь ему оставалось лишь самому разобраться со своими чувствами. Но одно оставалось очевидным: Джэхёну определённо нравилось быть любимым. Ему нравилось когда Хун на него смотрел таким заинтересованным взглядом, когда он с ним говорил. Ему нравилось что Хун теперь за ним ухаживает, многое для него делает, как он всегда старается защитить его. Но любил ли он Хуна? Любил ли он того, кто всегда приходил к нему в гости; всегда защищал его, когда родственники осуждали его; говорил ему, что скоро они закончат школу и будут жить вместе; того, кто обещал ему, что никогда и ни за что не отпустит его, что всегда останется рядом; того, кто терпел все его выходки на протяжении двенадцати лет, и прижимал крепко к себе, когда он плакал из-за какой-то ерунды. Хун никогда не считал его идиотом, хоть часто называл его так, но они оба знал, что это в шутку. Он всегда был готов поддержать его, и всегда ставил его проблемы вперёд, хотя они оба знали, что у Хуна всё гораздо серьёзнее. Но даже когда самого Хуна буквально били и выгоняли из дома, он бежал помогать Джэхёну спрятать очередную двойку от мамы, ведь из-за неё, его не отпустят гулять на неделю. Так же как Джэхён для Хуна был единственной причиной жить, так и Хун для Джэхёна. Ну и как такого не полюбить? Хун был странным, очень странным. Именно поэтому Джэхён с ним и дружит. Его никто не интересовал, кроме Хуна, ведь только Хун был достаточно интересным, чтобы привлечь внимание маленького, гиперактивного Джэхёна много лет назад на детской площадке. Хун, хоть он сам считает, что сильно изменился, был точно таким же маленьким мальчиком, что двенадцать лет назад, когда Джэхён впервые встретил его. Он сидел один, что показалось странным для маленького дружелюбного Джэхёна, и он сразу же побежал выяснять в чём дело. — Мальчик, тебе не с кем играть? — спросил когда-то Джэхён у пятилетнего Хуна, спокойно сидящего в песочнице. — Я сам играю, — совершенно спокойно ответил Хун, после чего продолжил игнорировать всё вокруг него, включая на первый взгляд назойливого собеседника, но ответ явно не устроил Джэхёна. — Так не интересно, давай вместе играть. Но что порадовало Хуна в этой ситуации, это то, что Джэхён не потащил его с собой к незнакомым ребятам, которых он, честно сказать, боялся, а сел с ним и поделился своими игрушками. — Как тебя зовут? — спросил Джэхён. — Хун. — Крутое имя, вот у меня скучное, — ответил мальчик, — я Джэхён. Так и началась многолетняя дружба. Если задуматься, зная то, что у них идеальная дружба, Хун был бы идеальным спутником жизни, напарником, членом семьи… Мужем… На данный момент, Джэхён сидел в своей комнате, и медленно осознавал, что он влюбился в мальчика с красивыми, острыми глазами, у которого губы бантиком и мягкие щёки, который живёт недалеко от него, на первом этаже в коммунальной квартире, так же сильно как тот мальчик влюбился в него. Хун Ча, тот самый влюбленный мальчик, который лежал в своей кровати, так как сегодня Сынхёба с Юной не было дома, повернувшись к ковру на стенке, и думал о нём. И в отличии от его обычных мыслей о том, что Джэхён ни за что его не полюбит в ответ, он лишь улыбался и думал о том, какой Джэхён прекрасный лишь за то, что не убежал в тот день, когда он признался ему в любви. Он его выслушал, и не осуждал, а пока, этого ему было вполне достаточно. В конце мая, всем далеко не до этого, кроме одного важного момента: выпускной вечер, который уже совсем не такой, каким его всю жизнь представляли наши герои. Мама Джэхёна на протяжении всего мая говорила ему о том, как правильно позвать девочку на танец, и даже научила его нескольким несложным движениям. Джэхён сам давно знал, что танцевать он ни с какими девочками ни за что не станет, да и вообще планировал вместе с Хуном сбежать и провести вечер вдвоём, вдали от всех, и теперь эта идея приобретает какой-то новый смысл для них обоих. Именно такой выпускной вечер наиболее символичен для них, ведь школа для них — просто место встречи, такое же как те, где они гуляли. Наверное только в этом плане можно было считать школу вторым домом, ведь они оба друг для друга как семья, да и живут они практически вместе. Но теперь, у них была одна общая цель — как-то сделать из этой идеальной дружбы что-то более, как бы это не выглядело.