Твой черёд умирать: операция Аргус

      — Мхххх… — голова трещала так, словно я уснул в шестом часу ночи, а занятия снова решили поставить в восемь. Я спал? У меня ведь всё ещё незаконченные отчёты есть, которые сдавать в выходные. И спина до ужаса затекла. Как же можно так заработаться? Ещё и глаза не получается продрать — вокруг только тьма.       Стоп…       Я не закончил работу и точно не вырубился. Резкая боль в висках стала катализатором, и я вспомнил. Вспомнил ломающую боль в кистях и всём теле. Как в офисе отключили электричество, меня схватили. После этого всё как в тумане. Но одну вещь можно сказать точно.       То нападение не было случайностью.       — Долго ещё будешь дрыгаться? — где-то слева от меня раздаётся голос. Кажется, девичий. Я пытаюсь осмотреться, найти источник звука. Тщетно. Либо в этой комнате нет источника света, либо что-то намеренно мне его блокирует. Понять сложно, ощущения в теле всё ещё весьма… Смутные. — …Х-хэй. Я знаю, что ты там ещё живой, вроде как… Живой ведь?       В горле сохранялось неприятное чувство, похожее на глотание иголок. Что-то конкретно так его изодрало и мешало говорить. Явных причин для этого я не мог найти, так что предполагаю, виной служил наркотик, которым меня вырубили. Она же говорит намного спокойнее. Проснулась раньше или уже привыкла? Неважно. Сейчас тебе надо собраться.       — …Д-да… — одно это стоило мне резкого кашля. В попытках сдержаться, я попытался притянуть ладонь ближе ко рту, и только тут до меня дошло, почему моя спина затекла.       Мои руки оказались намного выше меня, привязаны… Нет, прикованы к чему-то металлическому. Если ощупывать, похоже на трубы. Что, чёрт возьми, происходит? Я попытался дёрнуть сильнее и сильнее — безрезультатно. Значит… скорее всего, я прикован к этому месту, чтобы не двинуться?! Так, стоп.       Если похищение рассчитано на это, то почему не связать тело полностью? И, тем более, зачем размещать меня в комнате с кем-то? Не хватило места или.?       — Х-хэй… Прости, но… Ты где? — прокашливаясь после каждого слова, я медленно повернул голову в сторону, откуда голос раздался в прошлый раз. Небольшая догадка, а вместе с ней и крупица надежды, теплилась в груди, но, чтобы быть абсолютно уверенным в своей догадке, я должен узнать…       — Где-где… Знать бы самой, — ответив подобным образом, голос шмыгнул. Впрочем, этого вполне хватило, чтобы разобраться в ситуации: она расположена ниже меня, причём достаточно. А также чуть ближе к стене. Если учитывать тот факт, что положение совершенно не изменилось, можно предположить одно.       — Ты тоже связана?       — Ха?! — реакции вполне достаточно, чтобы понять степень моей правоты. Делало ли это обстановку легче? Нет. Однако это позволяло развернуть мысли далее.       — Не переживай, ладно? Я… Мы выберемся. Что-нибудь придумаем. Идёт?       — …как скажешь… — кем бы она ни была, прозвучало это не очень доверительно. Рядовое обращение, за котором каждый человек скрывает свои переживания и тревоги. Очевидно, что в нашей ситуации это нормально. Проблема возникала в том, что подтвердить свои слова я никак не мог. Лишь глупыми и безосновательными догадками. К моему счастью, на сей раз я не один. — И как мы это сделаем?       — Во-первых… Здесь темно, так? — глазами вновь стараюсь зацепиться хоть за один источник света. Неудачно. Попытки покрутить головой результата тоже не дают — темно, как в бочке. Что из этого можно извлечь? Ну-у, немного. Что мы в тёмном помещении. Зачем? Депривация ощущений?       — А-а-а-а, ты не видишь? — я не видел её выражения лица, но если судить по голосу, то с её позиции можно увидеть нечто настолько очевидное, что я кажусь глупцом. Хах. Может быть, так и есть.       — Ничего не вижу, — однако в этом есть хорошие новости, мы понемногу продвигаемся вперёд. Обмен информацией, пускай и небольшой, всегда служит способом продвижения любой дискуссии. Этому меня ещё на месте работы научили. Если кому-то не нравятся твои правки, зайди издалека. Покажи, что такие незначительные изменения способствуют развитию и улучшению текста. А затем начни указывать на самые глупые и неточные детали. — Если… Если тебе надо было бы описать, где это расположено?       — Если бы я ещё что-то видела, — девушка фыркнула, тем самым поставив меня в крайне сконфуженное положение. Разумеется, без визуального ориентира сказать о точном положении объекта нельзя.       …Нельзя ведь?       — Но ты ведь меня слышишь? — повернув голову в её сторону, чтобы звуку точно ничего не мешало, я довольно растянулся в улыбке. — Вот и скажи, выше или ниже моего голоса.       — …А! — контакт налажен. — Выше! Я бы сказала, на… Ну, на руку целую, наверное.       — … — тут пришёл мой черёд доходить. Зачем лишать нас источника света и оставлять при этом в паре? Нелогичное, с одной стороны, действие обретает смысл, как только ситуация представляется под иным углом. Изначально мы предположили, совершенно естественно, что это похищение. Причины могут разниться, мысль остаётся одной. Вот только типы похищений бывают разные: от выкупа до экспериментов. И под первый случай наши обстоятельства не попадали. Зато второй… — Погоди секунду, я постараюсь нажать.       — Погоди, чего, зачем? — похоже, мы не пришли к одному умозаключению. Ничего, время пояснить будет, если я окажусь прав. Если же нет… То всё равно поясню, в извиняющемся тоне.       Объект под пальцами и вправду имел форму кнопки. Полностью его ощупать мне не хватало немного расстояния, что совсем не мешало нажать. Одинарный щелчок, и через пару секунд нашу тёмную обитель освещает жёлтый свет, слепящий с непривычки глаза. Это, разумеется, такая мелочь в сравнении с тем, что я прав!       Возможно, я рано радуюсь. Ради «хороших» и «человечных» экспериментов людей не похищают из офиса. Своя тёмная сторона могла представиться у него совсем скоро. Теперь ситуация уже не такая радужная…       Всё равно! Ведь теперь, хотя бы, я могу оценить своего… партнёра по… комнате…       А?       Пару раз резко зажмурившись, я снова и снова открывал глаза, смотрел в левый от себя угол и, честно, не мог поверить тому, что видел. Это… Шутка. Так?       На кровати — мне где-то по пояс — лежала девочка. И нет, не девушка — девочка. От силы лет двенадцать. Короткие волосы чёрного цвета связаны в два хвостика, торчащих по бокам. А чёлка жёлто-розовая свисает, закрывая полностью лобик. Маечка с оранжевым бантиком, шортики… Передо мной детсадовец. Ладно, младшеклассница. Третий год обучения, не больше. И её маленькие ручки и ножки, словно в садистском эксперименте, связаны крепко верёвкой и прикреплены к столбикам кровати.       Данная мысль, наверное, поддержала бы меня в состоянии шока и больше, если бы что-то не зашуршало в противоположном углу. Там, словно вылезший из старых военных фильмов, висел громкоговоритель. Похожий на колокол, вёл он себя также, раздражая слух. Вот и представьте подобный шипящий звук, раздающийся эхом от стен, когда у тебя нет возможности закрыться. Очень неприятно.       «Мы рады приветствовать вас. Добро пожаловать на Первое испытание», — говорил мужской голос, явно искажённый в какой-нибудь любительской программе. Иронично, что именно это придавало ему свой ужасающий шарм. Скрип, неестественный для людей. Паузы, которые не делает никто. — «У вас с вашим напарником есть пятнадцать минут, чтобы выбраться из комнаты. Если вы не сделаете этого вовремя, то вам придётся повстречаться с особой формой нейротоксинов. Так или иначе, время пошло».       — Э? — у нас была одна реакция на двоих. Предположить, что нас будут использовать для эксперимента — одно. А вот услышать его требования и… условия провала — совсем другое. На некоторое время мой мозг даже ушёл в полную прострацию, несмотря на то что ситуация из разряда тех, когда позволить себе такую промашку нельзя.       — И что делать будем? — раздался жалобный, едва не хныкающий голос слева от меня. Лицо, полное страха. Глаза, мечущиеся по комнате в поисках какого-либо способа отвязаться и просто сбежать отсюда.       А что я могу сделать? Я нахожусь в положении не лучше. Да, я понимаю, какой кошмар она может испытывать прямо сейчас. Это как-то умаляет тот факт, что сейчас я сам… Мне самому ужасно страшно?       Нет. Конечно, сколько бы я не твердил себе, что этот страх нормальный, факт оставался фактом — я боюсь. Боюсь заступиться за неё, боюсь сделать неправильный шаг. Но если стоять на месте, нам точно придут кранты. Так что в этот раз, хотя бы в этот раз, надо воспользоваться возможностью и…       — Для начала — осмотримся. Должен быть метод, как нас отвязать! — голос сказал, что у нас есть шанс выйти отсюда. В свою очередь это должно значить, что мы должны как минимум избавиться от пут. А дальше решить остальные загадки.       Кстати, какое состояние у комнаты? Шокированный возрастом своей «подруги» по несчастью, я совсем забыл о необходимости проверить помещение на ловушки или нечто подобное. Впрочем, даже повторный осмотр ничего не дал — здесь ничего нет! Кроме несчастных труб у стен, к которым привязан я; кровати, к которой привязали девочку и комода, стоявшего по правую сторону от меня, ничего более не присутствовало.       Ах, да, дверь чуть ближе к спинке кровати. Не сильно обнадёживает.       — … — прикусив губу, я ещё раз постарался дотянуться до кнопки. Возможно, повторное нажатие что-то решило бы? Нет реакции.       Хм… В тот момент, когда я свесил руки, на цепях что-то зазвенело. Можно предположить, что это другие цепи, однако звук… Был словно приглушён. Если слегка извернуться и достать это кистью левой руки… Есть! Цилиндрическая форма, по центру три каких-то кружащихся механизма. С нижней части торчит небольшая металлическая дужка. Если не обманывает интуиция, это должен быть замок. Вот, как меня связали! Руки перетянули цепями, а их, чтобы они не слетели с труб, закрепили замком! Причём с кодом.       — Нашёл что-нибудь? — спрашивает девчушка, увидев моё воссиявшее от счастья лицо. Жаль, что для разговоров времени не так уж много. Для начала бы освободиться. Мне нужен трёхзначный код. Любые цифры, любой порядок. И они обязаны находиться здесь!       Может, мне спросить у неё? У неё другой угол обзора. Вполне вероятно, что ключ мне придётся спрашивать у неё.       — Хэй. Хэ-эй! — вытянув ногу в направлении кровати, я попробовал дотянуться до её плеча, однако сумел лишь до края. Что интересно, однако, вместо того чтобы не отреагировать, основа пошатнулась, будто качели. — Ты… Гхм. Ты ведь чувствуешь, что постель покачивается, когда ты двигаешься, да?       — … Да, — состроив недовольную мину, она медленно повернулась ко мне. Значит, прекрасно догадывается, как устроена её кровать. — Чего ты хочешь?       — Прости, но нам нужно узнать, есть ли что-нибудь на стене. Если её удастся повернуть в ту сторону, мы сможем сбежать! — пускай я говорил весьма уверенно, одного взгляда хватило бы, дабы понять — я лгу. Никаких гарантий того, что я прав или что там находится подсказка к выходу. Там сейчас лишь наша надежда… И это единственное, что нам поможет.       — Мххх… У меня может голова закружиться… — девчушка прикусывает губу, видимо нервничая от подобной перспективы. Решение, впрочем, принимает практически сразу. Видно, обстоятельства нашего нахождения здесь ей ясны. — Хорошо, давай.       — Мхм! — уверенно кивнув, я стал понемногу смещать корпус ближе к основанию кровати. Цепи стягивались на запястьях ещё сильнее, но мне явно придётся помочь ей, пускай и немного. Да, она старалась перевернуть кровать одна, раскачиваясь из стороны в сторону, однако при всём желании сил бы ей не хватило. Тут пригодился небольшой пинок, пришедшийся на мою левую ногу — основание стало резко прокручиваться. Раздался небольшой визг, прекратившийся вместе с процессом движения. Очень быстро, к слову.       Наклон градусов под шестьдесят, не более. Всё равно должно быть неприятно, особенно когда ты привязан и собственное тело оказывает давление на верёвки. Как минимум, будет жечься.       — Так… Тебе цифры нужны, да? — отзывается наконец девочка, повернув голову вверх, дабы я точно услышал. — Четыре восемь один.       — Понял! — теперь пришёл снова моё черёд чувствовать дискомфорт. Итак, извернуть руку, зацепиться за замок. — «4…8…1»       Вместо лязга открывшегося замка я лишний раз ощутил его прохладу. В чём проблема? Код ведь верный. Может, она что-то не так прочитала? Да нет, стена же буквально перед ней. Очевидно, что-то не так сделал я. А что можно было сделать не так? Скорее всего…       …Я держу замок вверх ногами. Если дужка снизу, то он явно перевёрнут! Так что я ввёл неправильный код, очевидно. Так, надо прокрутить его обратно и ввести заново. 1…8…4       Щелчок. Оковы стали более податливыми, позволяя наконец развязать себя. Лязг металла, падающего на пол, слегка меня обрадовал. Жаль, что времени отпраздновать это нет. Сначала стоит осмотреться и понять, как освободить мою партнёршу. А учитывая, что у нас есть только одно место, которое надо осмотреть…       — Ничего не забыл? — недовольный голос? А-а-а-а, перевернуть постель обратно. Так, она защёлкнулсь, значит зафиксировалась? — Спасибо.       Так. На чём я остановился? Ах да. Есть только одно место, которое стоит осмотреть. Я сразу же ринулся к комоду, принявшись открывать его ящики. Всего их было четыре, растянутые во всю ширину. И верхние три оказались полностью пустыми, чем весьма сильно ввели меня в состояние лёгкой паники.       «Ну, остался последний», — мысль эта пронеслась уже без особой надежды. Квест комната? Какая наивная мысль. Возможно, это просто метод для проверки человеческого отчаяния. Здесь нет практически ничего… Несчастные три объекта и дверь. С чем предлагается работать?       Но внутри оказался приятный подарок — бритва. Обычное лезвие, которым в офисе часто обрезали бумаги. Наверное, она должна быть достаточно острой, чтобы перерезать верёвки. А это уже хорошее начало! Считайте, что вера в успех восстановлена.       — Осторожнее! — произнёс я, склонившись над правой рукой девчушки и начав перерезать верёвку. Не такое простое задание, как кажется: бритва мелкая, ухватиться не за что. Самому бы ещё в процессе не порезаться, а то кровотечение остановить не выйдет. Хотя, галстук… — Дальше справишься? — подняв взгляд на свою спутницу, я вложил лезвие ей в ладонь. Она кивнула без особых колебаний.       Хорошо! Продвижение, пускай и небольшое. Если внутренние часы не обманывают, у нас осталось около одиннадцати минут. В помещении подобного размера этого в целом хватит, чтобы осмотреть каждый миллиметр комнаты по нескольку раз. Главный вопрос заключается в том, найдём ли мы там что-нибудь?       — Хмм… О, ты уже? Так быстро… — девчушка уже стояла подле меня, потирая оставшиеся на руках следы. Учитывая, сколько я возился с одной, подобная скорость разбора с оставшимися тремя поражала. Или не стоит, принимая во внимание тот факт, что я ничего подобного в руках никогда не держал? Максимум нож, да и тот с ручкой. — Ты в порядке?       — Ага… — кивнув, она тут же стала потирать оставшиеся на руках следы. Насколько это неприятно, сказать я не могу, не доводилось ощущать. Оно и к лучшему. — Осмотрелся?       — Не то, чтобы здесь много мест, в первую очередь… — буквально два, не считая моих труб. Моих… Тщ, не хотелось бы свыкаться с мыслью, что это — моя собственность, пускай на оставшиеся десять минут. Как быстро люди привыкают к странным вещам, сам себе поражаюсь.       — Ну, до плитки ты даже не попытался дотянуться, — сщурив глазки, девочка подняла взгляд куда-то наверх. Я, в это же время, перевёл глаза на неё и столь же быстро стал искать, о чём она говорила. Потолок казался мне единым бетонным блоком, из-за чего я сильно не всматривался в трещины или нечто подобное. — Что, не увидел? Во-о-он, — её маленький пальчик указал мне на пространство за лампочку, куда я незамедлительно перешёл.       И вправду! Возможно, я не видел этого из-за освещения, но со стороны кровати у неё была прекрасная возможность заметить небольшую выемку. Продолжительный осмотр показывает, что она имеет форму квадрата и идёт так, словно это… плитка. Бетонная плитка, которую уложили на какую-то опору, привинченную к потолку. Приклеенную? Не суть.       Вариант достать до потолка у нас, в любом случае, один, так что я встал на колено, подставив девчонке руки. Подсадка, и та аккуратно встаёт на мои плечи, стараясь при этом балансировать. Главное самому не треснутся, иначе конец испытания будет не слишком приятным. Глаза в пол, ноги на ширине плеч, а руки… Руками, наверное, стоит придерживать девчушку, чтобы сразу не полетела вниз.       — Хэй! — прикосновению она не совсем рада была, видимо, однако и сама поняла, что делаю я это исключительно из общего рабочего интереса, не возражая далее. С осторожностью мы подошли к плитке, пытаясь удержать общую точку баланса. Проблема возникла с тем, чтобы подвинуть нашу нычку: кто бы её не делал, постарался на славу и использовал настоящий бетон. Девчачьих рук тут не хватит, не в таком положении. — А может… Как-то иначе?       Балансировка кончилась, слава богу. Что же, теперь у нас девять минут, и новая идея, которую стоит попытаться воплотить. Две пары рук впились в комод, пытаясь его сдвинуть ближе к центру комнаты. Несчастная конструкция не сдвинулась ни на дюйм, что не могло не раздосадовать. Ещё минута времени.       — Погоди… Может быть, мы сдвинем кровать, — девочка посмотрела в сторону своего прошлого заключения и дёрнула за спинку. Ей не хватило бы сил, чтобы переместить её далеко, но подёрнуть с места и заставить шелохнуться — вполне. — Вот!       — Даже, если мы её сдвинем, я не достану до плитки сам, — тяну в свою очередь я задумчиво, подбирая иные варианты. У нас нет иной мебели, сами мы, пускай дотягиваемся, не можем её никоим образом убрать. Комод — мёртвый номер. Кровать остаётся единственным вариантом, если наше совместное размещение не являлось ошибкой. — Альтернатив нет… Давай попробуем?       Скрежет металла о бетон — не самый приятный звук. А нам пришлось пострадать минуту, пока мы выполняли передвижение проклятой койки. Та, хотя бы, не привинчена к полу и действительно даёт небольшой бонус в высоте. Небольшой.       — Попробуешь со спинки? — задаёт девочка вопрос ко мне. С одной стороны, таким образом я точно дотягиваю до потолка, а за баланс можно не беспокоиться, если упираться щиколотками в верхнюю перегородку спинки. Вариант сам по себе неплохой. Хотя чутьё подсказывает мне, что идея дурная.       Воу. Такого раньше не было.       — Окей! — наверное, это просто нервозность ситуации сыграла свою роль. Ничего страшного не произойдёт, если попросту следовать плана. Наивная мысль, за которой я скрывал свой каждый божий день.       Подняться наверх было легко, как и опереться на перегородку. Баланс и вправду таким образом не терялся. Оставалось дотянуться и надавить. Не так и сложно.       Чтоб я ещё раз проигнорировал внутренний голос.       Носки соскальзывают с несчастной подставки, на которой я пытался каким-то образом не свалиться. Руки, протянутые вверх, явно не станут хорошей опорой, опустить попросту не хватит времени. Если ничего не делать, я упаду на пружины головой, и что-то мне подсказывает, что матрас здесь очень мягкий.       — Дылда! — девчонка ринулась на подмогу мне практически моментально, резко отцепив защёлки со своей стороны кровати и подняв ту. Как и в прошлый раз, она повернулась под углом к полу, позволив мне приземлиться не плашмя, а боком. Голова прижата к груди, а ладони уцепились за край, чтобы хоть как-то смягчить падение. Таким образом, в нелепом калачике, я лежал некоторое время, стараясь прийти в себя. — Ты окей?!       — … Ага, да. С-спасибо, — не обратив внимания на странную кличку, я поднялся и стал проверять, а точно ли я не развалился на части при падении? Сердце стучало просто бешено, благо обошлось. — Так не выйдет…       — Хм… Идеи?       — … — не признаваться же, что идей у меня нет! Максимум я могу предложить попробовать подняться на плечи снова. А вдруг?.. — Погоди. Ты пыталась подвинуть плитку одной рукой?       — Ну, да? Иначе я бы баланс потеряла, — кивнув, девочка ненадолго присаживается рядом. Резкие движения, видимо, ей не особо подходили. Справедливо, учитывая её физическое состояние. Наверное, мне надо бы поменьше на неё взваливать… Когда с этим разберёмся, постараюсь. Время жмёт.       — Что, если я встану на саму кровать, а тебя подниму на руках? Тогда тебе не надо заботиться о балансе, верно? — основная задача, в таком случае, ляжет на меня, чтобы я не уронил всю конструкцию (и, вероятно, бетонную плиту) на наши головы. С этим я справлюсь. …Хочется надеяться, что справлюсь.       План действий оказался согласован. Кровать вернулась в обычное своё положение, с защёлками по левую сторону. Если опираться на неё, то они не должны открыться и равновесие нарушено не будет. В крайнем случае, я буду являться подушкой для неё. Сейчас оставалось только одно — аккуратно поднять девчушку в воздух, и ждать. Чего? Хороший вопрос. Новостей?       Думаю, я буду первым, кто узнает об успехе.       Над головой раздался медленный скрежещущий звук, будто наждачку замедлили раз в сто. Пускай в данном положении девочке и было гораздо проще двигать плитку в сторону, ей всё ещё предстояло поднять эти несчастные пару килограммов, в крайне неудобном положении. За что, а за медлительность я винить её не стану.       Тем более, когда дело окажется сделано, а в руках у неё появятся ключ и набор из девяти карт.       — … — мы находимся в полном молчании по поводу первой находки, так что обращаем наш взор к комнате. Карты… Наверное, являются частью иного пазла, но ключ-то совершенно точно должен применяться где-то здесь. Вот только хороший вопрос «Где?». Единственная замочная скважина — в двери, и вставлять туда единственный экземпляр не хотелось. Это одно мнение. А другое говорило, что деваться некуда.       — Тогда пробуем? — она смотрит на меня своими розовыми глазками и хлопает, пока я в нерешительности подхожу к двери. Это должен быть правильный ход. Мы осмотрели потолок, стены и пол, не найдя нигде подходящего отверстия. Ключ узкий, замок — тоже. Они должны подходить.       …Вошёл как надо! Отлично. Поворачивается, как офисный замок — по часовой, чтобы открыть. Фух. Слава богу.       — Всё, сейчас открою, — наконец разум мой расслабился и унялась дрожь в ногах. Кто бы ни устроил это испытание, наверняка недооценил нас. Хотя пару шишек кое-кто и набил, зато сейчас шёл к выходу. Не может не радовать!       После второго поворота в скважине дверь издаёт странный хруст. Перекинувшись взглядами с напарницей, я стараюсь вытащить ключ, но тот прочно застрял в скважине! Вот чёрт! Нет-нет, это… Ключи должны вытаскиваться, если дверь открыта. Дверь?       ! Ручка не опускается! Значит, мы её не открыли?       — Что ты натворил? —малышка налетела на меня со своими кулачками, пару раз ударив в живот, что волновало меня не так сильно, как потерянная возможность. Как же так вышло? Может, сюда закралась какая-то ошибка?       «Напоминание: до заполнения комнаты нервно-паралитическим газом осталось пять минут. Надеемся, вы закончите паззл раньше», — сообщает хрипящий голос из динамиков, а освещение становится немного краснее. Значит, похитители ещё и визуально нас предупреждают? Спасибо большое, обязательно учтём на будущее, если оно у нас будет.       — И-и-и-ик! — нельзя винить её в визжании. Зато можно в потере времени. Карты… Карты… Куда девать карты? Что это вообще такое?       С одной стороны рубашка, напоминающая деревянную обработку. Увы, то лишь красиво обрисованный картон. С обратной, лицевой, стороны нет ничего. Белый лист. Нххх…       Кровать? Может, там есть отсеки или на матрасе нечто похожее по размерам? Нет…       Стены? Тоже не то.       Попробовать поддеть ими дверь?       — Мы внутри комнаты… Так дверь можно открыть снаружи… — девочка, наконец, реагирует на меня, стоит мне прислонить одну из карт в разъём щели. Я думал поддеть замок и тем самым опустить ручку без нажатия на неё. Наверное, так не выйдет. Если мы снаружи, то сейчас лицом к нам плоская часть механизма. Такую не подденешь. Гадство!       Комната становится краснее.       Стены? Может углубления есть в стенах? Глаза мечутся от серости к серости в попытках отыскать другие углубления или трещины, куда могли бы подойти несчастные. Безрезультатно.       Комната становится краснее.       Последнее место, где можно осмотреться — комод. Снова… И к нему лезут руки в попытке найти решение. Ничего заметного, на первый взгляд. Тогда, в порядке бреда, я решил положить одну карту прямо в центр ящика.       «Клик».       …       «Клик»?       При попытке убрать положенную карту, чувствуется лёгкое сопротивление, будто она чем-то закреплена. Клеем? Нет, клей бы заметили сразу, ещё на рубашках. Значит… Магниты? Пожалуй, единственное объяснение.       А что такое «Клик»? И почему сейчас?       И всего карт девять, а ящиков четыре. И каким образом это должно сработать? Поровну не разделить, а если выбирать по одной, то в каком порядке? Они же все одинаковые.       Комната становится краснее.       Две минуты… Почему они вообще решили сменить освещение, а точнее его цвет? Я невольно опускаю взгляд на карту в ящике комода, и вижу на ней камень.       Камень?!       По-быстрому перебрав пачку оставшихся карт, я убедился, что каждая из них имеет на себе один из трёх символов: камень, ножницы или бумага. И угадайте, что есть в ящике, чего не увидишь при обычном освещении? Правильно, краска! Те же иконки, что на картах: бумага, бумага, ножницы. Значит, это игра в камень-ножницы-бумага с комодом. Любопытно. И наградой, наверняка, послужит открытие двери. Осталось лишь разложить их правильно.       «Клик», — закрепилась первая карта на своём месте. Два зелёных силуэта на тёмно-сером фоне выглядели весьма выделяющимися. Правда, каким образом мы должны были обнаружить их без начала «красного свечения», непонятно.       «Клик», — разве что эта краска может светиться и в темноте. Ведь свет, так или иначе, приглушался, а потому и мог проявиться даже сейчас. Значит, нам надо было нажать на кнопку ещё раз. Мне… Ну, теперь уже никто и никогда не узнает, что я этого не сделал.       «Клик, щёлк», — за этим последовал скрежет. Словно массивный замок внутри двери сдвинулся в сторону, позволив девочке, наконец, надавить на ручку и открыть нам обычный… Ладно, не обычный, но свет. Свет свободы…       Так нам очень хотелось думать.