Сексуальная катастрофа

У Антона в отношениях с девушкой все не очень хорошо. Настолько не очень хорошо, что она фигурирует в его речи исключительно как «девушка»: никаких имён, прозвищ, обзывательств — ничего. Даже в ситуациях, когда к ней нужно обратиться, он просто сразу начинает говорить: и так поймёт, что к ней обращаются, они все-таки вместе живут. А если надо позвать, то он даже с дивана поднимется, пойдёт к ней и скажет, что хотел. Он неплохой парень, он даже пытается починить эти отношения. Хотя чинить то, чего нет, сложно. Невозможно. Они просто два человека, которые живут в одной квартире, которую оплачивает Антон. Два человека, которые трахаются, когда не хотят, ну потому что это отношения и вроде как надо и давно не было, ну да. Антон — терпила. Антону страшно вот так её бросать, ну, она ведь не виновата ни в чем, это в нем проблема ведь. А ему страшно, что вот годы потрачены, он не молодеет, и как вообще без неё потом быть? Он уже привык. Ну и он потерпит ещё, перетерпит, переживёт, прикипит, привыкнет. Они даже пошли к семейному психологу, и главное: говорить между собой, говорить, что не нравится, обсуждать, находить компромисс. Пока что Антон соглашается на все, потому что это ведь в нем проблема, это ведь ему надо починить себя и эти отношения. Его девушке вот нормально. Антон закрывает глаза на то, что ему домой возвращаться не хочется, что ему неприятно сексом с ней заниматься, и она его вообще раздражает в последнее время, но ведь это его девушка. Он ведь её такую полюбил. Ну как он её бросит? Не будет ли он последней скотиной потом за этот поступок? Антон этого всего психологу не говорит, Антон старается максимально мягко, описательно донести все, что его не устраивает. То есть, льёт воду и ничего толкового по сути. Потому что Антону страшно, и взять яйца в кулак не получается, получается пук-пук хлюп-хлюп. Именно поэтому Антон уже второй месяц ходит со своей девушкой на полденс. Совершенно не мужское занятие, совершенно не Антоново занятие, но девушке нравится. Парный полденс выглядит красиво. Да, на видео других парочек прям вообще заебись, как порно, только не порно. У Антона с девушкой не так, у них на видео как дуб с осиной. Дуб, потому что Антон не гнется и не может вообще ничего, только кряхтит как дед, а он не дед и даже не дед инсайд (хотя, наверное, все-таки дед инсайд, если он не ощущает ничего кроме апатии уже вот столько дохуя времени). Осина, потому что девушка чуть плавнее Антона, гибкая в меру и у неё получается лучше, чем у Антона. Но в конкурсе для парочек по полденсу они вряд ли даже последнее место займут: дисквалифицируют раньше, чем на сцену выйти успеют. Но Антон терпит, он же терпила, он старается, это ведь для его будущего. На Антона в студии уже даже не косятся — привыкли к нему. Некоторые девушки даже пытаются к нему подкатывать, потому что «ну какой ты дуб, ты чего, и ты такой классный, разделяешь увлечение девушки, эх, мне бы такого парня». Антон только мэкает в ответ и тупит взгляд в телефон, потому что это Антон и ему хочется, чтобы ему было алмазно поебать и кристаллически похуй. На деле его это ебет настолько сильно, что скоро начнёт дёргаться глаз. Ему эти комплименты и внимание других девушек не нужны, ему это и от своей не надо, его это отчего-то раздражает до чёртиков, но он работает над собой, да. Это раздражать не должно и с ним что-то не так, но обсуждать мы это с кем-то, конечно, не будем. Листать меню со стороны в сторону будем. Антон привык заниматься у тренера Марины: красивая девушка, гибкая, весёлая и очень дружелюбная. И одна из тех, от кого Антон не раздражается. Но Марина опаздывает. В зале все начинают разминаться без неё, а Антон стоит, оперевшись на пилон (это ты шест, Антон, а это пилон, мы тут не стриптизом занимаемся, да; а Антон и не спорит, это все ещё шест, а он все ещё Шаст, и Шаст на шесте выглядит странно). Антон культурно ахуевает, когда в зал заходит мужчина, потому что: во-первых, этот мужчина в обуви для стриптиза (это стрипы, Антон, и они не только для стриптиза), во-вторых, это очень красивый мужчина, в-третьих, почему вообще мужчина в стрипах, и где Марина? И Антон уже готов как курица в тиктоке выбежать из зала с криками «Марина, Марина». Потому что к Марине он уже привык, а к мужику на каблуках — нет. — Марины сегодня не будет, я вместо неё. Меня зовут Арсений, — он улыбается приветливо и осматривает зал. — Марина сказала, что сегодня будет группа по экзоту, у всех есть стрипы? Девушки кивают, а Антон все ещё не выхуел обратно. Потому что, во-первых, его девушка тоже кивает и радостно обувает это изобретение сатаны — иначе Антон назвать это не может, во-вторых, этот Арсений выше него в этой обуви, в-третьих, Антон это обувать не собирается, он и на своих ступнях порой устоять не может, в-четвертых, че этот Арсений в красных лосинах такой… такой. У Антона столько эмоций мужики не вызывали ни разу, а этот стоит такой самодовольный, с хитрым прищуром, и обтянутый весь. Лосины эти ублюдские, футболка телепается и слезает с плеча, но даже в ней все мышцы тренера выглядят весьма соблазнительно. Арсений светится весь, но это все подсветка синяя у него за спиной, которая ему ни разу не придает еще плюс сто к сексуальности. Несите тряпки, девки затопили студию. Антон с ними, если честно, но Антон не признается. Нет. Никогда в жизни. — Хорошо, у кого есть, обувайте сразу, разминку начнём в них. — Я это обувать не буду, — говорит Антон и косится на свою девушку. Она цокает и закатывает глаза. — Я тебе и не покупала, — говорит она, обуваясь. — Но может у вас есть, которые не жалко ему дать? — она смотрит на Арсения с любопытством. — Стрипы не презервативы, я ими не делюсь, напрокат не даю, — Арсений пожимает плечами. — А презервативами значит делитесь? — Антон вскидывает бровь. — С тобой бы поделился. И можно на ты, — он улыбается хитро и подмигивает. А Антон только сглатывает, потому что это Арсений, он странный. А Антон как все — течёт и плавится под взглядом этих голубых глаз, давится слюной, потому что лежит алмаз, ни дать ни взять. Как булка с маком в столовке, в которой много мака и мало теста, а денег на неё не хватает. Антон романтик, вы не знали? Девушка Антона обувается и становится в полный рост рядом с ним, все ещё ниже него. Она немного пошатывается и едва не падает. Благо Антон рядом, который её успевает придержать. С Арсением вот такой беды нет — он ходит в стрипах уверенно, виляет бёдрами лучше любой шлюхи на проспекте, лучше Кендалл Дженнер или Беллы Хадид на подиуме Виктории Сикрет, лучше вообще всех женщин на планете, с которыми Антону довелось столкнуться (в жизни или с картинкой в инстаграме, разве это важно?) — Девочки, тренируем подъёмы, ножки чуть шире чем на ширину плеч, вот так, — Арсений становится перед пилоном и показывает как нужно правильно встать. Антон смотрит на задницу, обтянутую красными лосинами, как Арсений её выпячивает и как потом приседает, оставаясь только на скосах, каблуки в воздухе. Антон этого всего не видит, Антон видит только задницу, которая медленно опускается вниз, а потом поднимается вверх. — Тридцать раз, поехали, — Арсений отстраняется от пилона и наблюдает как делают девочки. — А я не девочка, — выдаёт Антон. Потому что он не девочка и его обделили, а хочется, чтоб не обделяли. Если бы Арсений продолжил приседать со всеми, Антон бы и слова не сказал, пялился бы на задницу. Это чисто для понимания как делать правильно, никакого скрытого подтекста. — А на тебя у меня другие планы, — хмыкает Арсений и пальчиком подзывает Антона к себе. Антон идёт, как завороженный, как щенок, которого позвали кушать. Девушка Антона перестаёт приседать и плетется за ним. Плетется, потому что идти ей сложно — на такой высоте непривычно, и кроссовки ей ближе, и стрипы какие-то неудобные, стоять невозможно, что-то в них делать тем более. Она с завистью смотрит на то, как Арсений в них чуть ли не порхает, да и другие девушки тоже справляются получше неё, но до Арсения им как до Киева раком. А из Москвы раком до Киева не близко, хотя и девушкам ещё дальше до Арсения. — У меня на него другие планы, а не на вас, встань на место, — бросает Арсений, когда девушка до них все-таки доходит. Антону от этого немного смешно, но он делает вид, что увидел что-то интересное. На самом деле увидел — задницу Арсения в отражении зеркала. Девушка растерянно хлопает ресницами и только поджимает губы, возвращаясь на свое место и пыхтя. Неудобно. Ей не нравится. Арсений та ещё сучка. — Каблуки от пола отрываем, стараемся держаться только на скосах, — говорит он не кому-то конкретно, а всем сразу. Девушки пыхтят, они тут практически все новенькие, им сложно, а Арсений не Марина, сюсюкаться с каждой по отдельности не намерен. — Как зовут? — Арсений улыбается Антону во все тридцать два. — Антон, можно Шаст, — говорит Антон, обнимая себя руками. Не потому что ему неловко или он стесняется, ему их просто деть некуда. Это не защитный механизм, психологи и псевдопсихологи идите куда шли, да. Антон лучше разбирается в себе. Наверное. — А можно шест? — Только если вместо, — шутит Антон в ответ раньше, чем успевает сообразить. — Заманчиво, я подумаю. Хорошо, Антон. Руки сильные? — Арсений, игнорируя напрочь какие-либо личные границы, хватает рукав футболки Антона и задирает по плечо. — Не особо, — бурчит Антон. Хотелось бы сильнее, конечно, но Антон может только работать работу и спать, когда не ходит с девушкой к психологу и на танцы. Ходить в зал или хотя бы на турники у него времени нет, и сил тоже нет, да и желания, если честно, тоже нет. — Будем работать, значит, — Арсений пожимает плечами. — Ты давно ходишь? — С октября. — Зная Марину, она должна была тебя этому научить. На руках стоять можешь? — Уже могу, — кивает Антон. Потому что Марина хоть и сюсюкалась с ними, пощады тоже никому не давала. Она из задохлика Антона сделала «ну уже получше чем было» Антона. — Уже хорошо, — улыбается Арсений. — Сделай пока тридцать приседаний и отжиманий. Лучше пятьдесят. Я к тебе скоро вернусь. Антон тяжко вздыхает, потому что если с приседаниями ещё куда ни шло, то отжимания — это адовый адок, спасибо не надо, заберите, я не хочу. Но Марина правда над ним хорошо поработала, за эти два месяца Антон стал ощутимо сильнее, и хоть разминку он не любил, давалась она ему уже не с таким трудом, как в первые дни. В первые дни он хотел бросить все и остался только из-за девушки, потому что а как иначе отношения исправлять? Надо заниматься чем-то, что нравилось бы им обоим. Антону пиздец как нравился полденс, ага. Антон только свое фе не мог сказать нормально, по-человечески, ртом: пыхтел, закатывал глаза, страдал, пялился в искреннем недоумении, но фе сказать не мог, поэтому делал вид, что все окей. Арсений включает музыку, пока девушки делают последние приседания. — А как приседать-то? — Антон косится на девушек. Так он с Мариной тоже приседал, ноги болят пиздец, жить не хочется, но ради отношений-то, ради себя же, получается, он старался, позорился и приседал. — Да как хочешь, это чисто мышцы разогреть, — отмахивается от него Арсений. — Главное — качественно. Антон приседает по-обычному, не будет он тут выебываться, если можно не выебываться, Антон вообще простой. — Хорошо, теперь делаем волну, — говорит Арсений. Он снова становится рядом, ноги на ширине плеч, руки укладывает на бедра и медленно склоняется вниз, прогибаясь в спине. Зрелище не для слабонервных, не для Антона уж точно. Где там тряпки? Где ковчег? Несите, тут потоп. Антон приседает и старается не пялиться. Получается плохо. Арсений выпячивает задницу, прогибается, плавно поднимается, эффектно дергая головой, если бы были длинные волосы, было бы ещё эффектнее. Вперёд, вправо, влево. Ох уж этот Арсений. Девушки повторяют, хотя ни у одной из них не получается настолько же хорошо, как у тренера. Осина и та осина, почти как Антон, может потому они и встречаются. — Коленки ровные, девочки. Арсений подходит к одной из девушек и поправляет её, показывает как надо. Антон послушно приседает пятьдесят раз и переходит к отжиманиям, рассматривая рисунок дерева на ламинате. Так проще, хотя бы Арсений со своей задницей перед глазами не маячит, хотя через время слышится стук каблуков — и он снова рядом с Антоном. — Теперь бедра, раз, два, три, четыре. Антон благодарит всех богов, что он этого не видит, а видит только высокие тонкие каблуки, платформу и лодыжки, скрытые под красной тканью. Не мог чёткие спортивки с полосками надеть? Или тренерам полденса и экзота не положено? Антон выжимает из себя все силы и просто расслабляется на полу, когда с его упражнениями закончено. Он смотрит в зеркало, в отражение, и лучше бы не смотрел. Арсений, выйди. Они перешли к «кошечке». Он стоит на четвереньках совсем рядом с Антоном, склоняется грудью вниз, в который раз прогибается в спине и оттопыривает свою задницу, проскальзывает плавно по полу грудью и выпрямляет руки. Смотрит в зеркало и снова подмигивает Антону, который собирает остатки воздуха в лёгкие. Антон красный, как те же лосины Арсения, но это из-за упражнений, не из-за того, что перед ним тут порно-которое-не-порно разворачивается, и не из-за его подмигиваний. У Антона проскальзывает мысль, может ему секс с девушкой его не нравится, потому что он по мужикам? Антона не пугает эта мысль. Антон старается изо всех сил не представлять, как он прижимается пахом к этой заднице, как он вдавливает это гибкое тело в пол под собой, как забирается руками под футболку. Не представляет вот этого всего, да. — Продолжаем, — Арсений садится на колени, развернувшись к Антону. — Вижу, что живой. Вставай. — Их ты отжиматься не заставлял, — бурчит в ответ Антон, нехотя поднимаясь. — На них у меня другие планы. — А я особенный, значит? — Значит. Девушку поднять можешь? — Могу, — фырчит Антон, он же не настолько слабак, особенно после Марины. Его девушка там с чего-то радостно улыбается, продолжая выполнять упражнения. Антон смотрит на неё, а кого ещё ему поднимать? Она небольшая, стройная, не совсем худышка, но и не полненькая. Ну, нормальная. Обычная. Среднестатистическая, сказал бы Антон. — А меня? — отвлекает его от размышлений Арсений. Антон как-то слишком резко отвлекается от девушки и смотрит на тренера, который сейчас вообще-то выше. Антон не привык смотреть вверх. Арсений не кажется слишком тяжёлым, но и пушинкой его точно не назовёшь. Во-первых, это мужик, они в принципе по статистике так-то тяжелее девушек будут, во-вторых, этот мужик плюс-минус ростом с Антона, если без всех этих каблуков, и комплекция у него такая, статная, он хорошо сложен, пропорционально, то есть килограмм 80 должно быть. — Смотря как, — Антон пожимает плечами. — Думаю, смогу. Тут Антон выебывается, потому что хочется ему вот сейчас повыебываться. Хочется впечатлить Арсения. Арсений ему кивает, а Антон надеется, что поднимать его не придётся, потому что он будет кряхтеть и пыхтеть как дед, покраснеет весь. Таким не впечатлишь. — Ладно, смотри и запоминай. Арсений с лёгкостью становится на руки и медленной плавной волной спускается вниз, выходя в ту же кошечку, бедра прижаты к полу, грудь вверх, оглядывается на Антона. А Антон ахуел и стоит с открытым ртом. Потому что это было красиво и эффектно, девочки оценили, Антон тоже оценил, а еще потому что Антон никогда в жизни так же не сделает. Вы Антона видели? Он же противоположность Арсения в этом всем — дайте поле в котором дубом стоять, а извиваться вот так, будто костей нет, это не к нему. Арсений поднялся, усмехнувшись, и, снова не стесняясь никого, приложил пальцы к Антоновому подбородку, захлопнув его рот, так что зубы стукнулись. — Я так не смогу, — Антон покачал головой. — Сделай пока просто волну, как девочки делали, я посмотрю, — он развернулся к тем самым девочкам и строго обвел взглядом зал. — Махи ногами вперёд, назад и вбок, по двадцать раз. Антон состроил недовольную моську, но все-таки сделал, что просили, под заинтересованный взгляд Арсения. Тот молча наблюдал, пока Антон делал. Он правда старался и смотрел на себя в зеркало, а получается ли? Как у Арсения не получалось, как у дуба в поле — вполне. — Надо немного ещё поработать с растяжкой, — кивнул Арсений сам себе. — Давай, теперь вставай на руки, я помогу. — Да ну, я так не смогу. — А ты смоги. Я рядом, не шлепнешься ты на пол. Антон закатил глаза, но с Арсением спорить не хотелось. Он послушно встал на руки, даже без кряхтения, спасибо Марине, но вот что делать дальше — загадка века. — Хорошо, медленно опускайся на руках как в отжиманиях, — прозвучал голос сверху, а на лодыжки Антона невесомо опустились чужие руки. — И тяни носки, че это за топорики? Антон поджал губы. Тянуть носки и медленно опускаться на руках было сложно, а контролировать одновременно и руки, и ноги Антон не мог, потому либо тянул носки, либо опускался на руках, но с топориками. — Давай, молодец, теперь плавно опускаешь одну ногу, за ней другую, но плавно, аккуратно, пока не коснешься пола. — И надо не ебнуться? — пропыхтел Антон. — Желательно, — хмыкает Арсений. — Но ебнуться я не дам. Смотри в пол и не верти головой по сторонам. Пробуй. Натяни носки. — Я в носках. — Ещё одни натяни. — В двух будет жарко. Антон как стоял на руках, так и продолжал на них стоять, а говорить было в таком положении сложно. Арсений только цокнул языком недовольно, закатив глаза. — Тогда сними один, если в двух жарко. Ладно, юморист, спускайся, переведи дыхание и попробуем снова, — Арсений отпустил его ноги и отошел в центр. Антон сел на колени и дёрнул головой. — Делаем циркуль. Марина вас учила? Отлично, — кивнул сам себе Арсений. — А я? — подал голос Антон. — А ты дыши, — сказал Арсений, поворачиваясь вокруг пилона и выполняя тот самый циркуль. Он в очередной раз обвел зал взглядом и начал пошагово объяснять, что нужно делать. Шаг ближней к пилону ногой, вторую держим ровно, поворачиваемся вокруг пилона и приходим в исходную точку. Ему пришлось походить по залу и помочь девушкам, чтобы все делали правильно. — И на другую сторону пробуйте. Антон, я снова весь твой. Поднимайся на руки. Пошутить Антону не удалось, он только состроил моську кота из Шрека, но ему это мало помогло. Арсений был непреклонен. Антон старался изо всех сил, и на третий раз у него все-таки получилось сделать что-то хотя бы отдаленно похожее на ту волну, которую делал Арсений. — Так, хорошо, теперь делаем стойку, — обратился Арсений к девушкам. Арсений опустился перед пилоном на колени, поставил голову на пол и с лёгкостью поднял ноги в воздух, а после раскрыл их в шпагате. — А че я на руках, а и им облегчённый вариант? — Потому что на тебя у меня другие планы, — повторил Арсений, опускаясь. — Да и шпагат ты не сделаешь. Делаем, не отдыхаем, — Арсений повысил голос на девушек, чтобы было слышно через музыку. — Ещё раз? — буркнул Антон. — Нет. Флажок делать умеешь? — Умею. — Показывай. Антон поднялся с колен, подошёл к ближайшему пилону и, схватившись рукой за пилон, нагнулся, упёрся второй рукой за нижнюю часть пилона, поднял себя в воздух, а потом выровнял ноги. И снова без кряхтения, прогресс. — Молодец, — кивнул Арсений. — Делаем, делаем, девочки. Это будет в связке, — снова обратился он к другой части группы. Антон спустился и снова сел рядом с пилоном. Пока девушки делали стойку, Арсений показал то, что должен будет сделать Антон. Большую часть времени ему предстоит просто стоять — уже хорошо. Плавненько подойти к пилону — это он может попытаться (потому что плавненько и Антон это не совсем совместимые понятия), затем выйти во флажок. Хорошо. Прокрутиться, спрыгнуть на руки и сделать волну. Не хорошо. Спасибо, Арсений, что веришь в Антона, но так Антон точно не сделает. — Потренируй пока волну, — сказал Арсений, поднимаясь. Он снова встал в центре и начал показывать, что будут делать остальные, а Антон завис, потому что как тут не зависнуть, когда такой как Арсений перед тобой танцует у пилона? Все эти по-кошачьи плавные движения, прогибы, виляния бёдрами, широко раздвинутые ноги, томные взгляды в его, Антона, сторону, махи головой и круточки вокруг пилона. Антон был бы не против, будь он этим самым пилоном. — Ну и чего прохлаждаемся? — спросил у него Арсений, не останавливая свое представление. — Да ну, я так не сделаю. — Сделаешь. Я с вами надолго, так что давай. Тренируйся. Антон только тяжко вздохнул. Он пытался. Без поддержки Арсения было сложно, но и Арсений не лично его тренер, у него ещё целая группа девушек, которым нужно было показать связку. Под конец тренировки Арсений выбрал самую способную ученицу и подозвал к себе (спойлер: ею оказалась не девушка Антона). — Ты танцуешь то, что я показывал, — сказал Арсений девушке, даже имя её не спросил. — А ты смотришь, что делаю я, — обратился он к Антону. Арсений снял стрипы, включил музыку и встал в сторонку, дожидаясь своего часа. Вот девушка ложится на пол на спину, Арсений плавно подходит к пилону, делает тот самый флажок и прокручивается вокруг пилона, девушка прогибается в спине, сгибая ноги и раздвигая их в стороны, а Арсений спрыгивает над ней на руки и плавной волной спускается, устраиваясь аккурат между раздвинутых бёдер, вжимаясь пахом ей между ног. У них расстояние между лицами минимальное, и она лежит, затаив дыхание. Антон ахуевает, как и все в зале. Это что за порно-которое-не-порно? — Понял? — Арсений поднялся и посмотрел на Антона. Без стрипов он все-таки немного ниже, уже более комфортно для восприятия Антона. Антон не знает, что сказать. А что говорить? Ну, хуй. — Да я так не сделаю никогда. Ещё и девушку раздавлю. Где-то в другом конце зала на него смотрит недовольно его собственная девушка. Она бы все отдала, чтобы быть сейчас там, все ещё лежащей в шоке на полу. А она вот стоит и смотрит, как один привлекательный мужик показывает, как Антону надо сделать над другой девушкой. — Ой, да ладно тебе, я тебя подтяну, и сделаешь все как надо. И под тобой буду я, меня не раздавишь, — хмыкает Арсений. Антон только закидывает голову назад. Главное, не представлять, как он опускается вот так Арсению между ног, как нависает над ним. Девушка Антона недовольно фыркает, и выходит из зала, громко стуча каблуками. Антону бы пойти за ней, ему ведь надо починить отношения, он же фиксик ебаный, но Антон не хочет и не идёт. Остаётся рядом с Арсением, переводя дыхание. — Ещё один крайний раз и занятие окончено, — говорит он девушкам. — А ты попробуй пока проделать это все без меня, я буду рядом и, если что, придержу. Антон кивает, потому что полденс — это, оказывается, интересно. С Арсением интересно, с девушкой Антона — не очень. И Антон слушает музыку, делает, как показывал Арсений, тот следит внимательно, правда поддерживает, помогает плавно опуститься на пол, а Антон так и остаётся на нем лежать. Он устал. А ещё усиленно старается не представлять ничего пошлого, получается плохо, и Антон рад, что на нем длинная безразмерная футболка, которая прикрывает пах и скрывает его лёгкое возбуждение. — Молодцы, на поклон, — командует Арсений и становится рядом с пилоном. Он даже кланяется с выебонами: задницу выпятил, ушёл в волну, резко выпрямился и махнул головой. Арсений, выйди. — Все, всем спасибо. Следующий месяц у вас тоже буду вести я. Все медленно расходятся, а Арсений хватает свои стрипы, телефон и что-то задумчиво в нем клацает. Антон тоже выходит из зала переодеваться. Девушка его уже ушла, ну им и не по пути. Она домой, он на работу ещё. При мыслях о работе становится нехорошо. Антон выходит на улицу и закуривает, вспоминая занятие. Он запал на мужика, на привлекательного, высокого мужика на каблуках. — Иди нахуй, Арсений, — бормочет он себе под нос, пытаясь выгнать мужчину со своей головы. — Это предложение? — слышится за спиной смешок. Антон вздрагивает, оборачиваясь. Арсений стоит рядом, уже не в своих блядских красных лосинах, спасибо и на этом, хотя менее сексуальным он от этого не стал. В обтягивающих джинсах с дырками, в кожанке нараспашку, будто на улице не зима, ну хоть шапку надел. — Эм… ну, это… фигура речи, — оправдывается Антон. — Мм, — Арсений пожимает плечами. — Жаль. Знаешь, у тебя есть потенциал. Я бы с тобой отдельно позанимался, нечасто к нам парни заглядывают. — Это предложение? — Ага. У меня вечером окошко есть. Если в семь свободен, приходи. Оформим тебе индив по скидке. — Сегодня? — Понедельник, среда, пятница. — Ладно, — слишком быстро соглашается Антон. — Тогда до вечера, — Арсений ему снова подмигивает и уходит. А Антон тупо пялится ему в спину, переваривая их разговор и совершенно забыв о дымящейся сигарете в пальцах. Он только что согласился на личные занятия с Арсением. По экзотик полденсу. Арсений сказал, что ему жаль, что посыл нахуй не предложение. Карта как зайти в ахуй у Антона есть, он туда уже дорогу и без неё знает, а вот карты или инструкции как выхуеть обратно у него нет. Скиньте ссылку с картинками. Очень надо.