Воплощением безмятежности

My love came down like holy rain. And she became my God that day.

Обычно дождь нагоняет тоску. Тяжёлое серое небо, стук холодных капель по крыше и шелест листвы. Но Сяо любил дождь, тихо барабанящие по крыше капли успокаивали. Их равномерный звук заставлял глаза смыкаться в полудрёме, прохладный ветер ласкал лицо и перебирал пряди чёрных волос. Юноше нравилось сидеть на терассе под деревянным навесом и сонно наблюдать за раскачивающимися от ветра верхушками деревьев. Тёмное пасмурное утро. Сяо и Итэр находились в одном из номеров Ваншу, только этот номер уже давно был для Адепта личной комнатой. За окном слышались тихие раскаты грома, предвестника начинающейся грозы. В помещении прохладно и пахнет лавандой, которая, видимо, служила ингредиентом для чая от бессонницы. Слева у окна небольшой стеллаж с книгами, их, кстати, было совсем немного. Итэр насчитал девять штук. Справа кровать и шкаф, на маленьком стеклянном столике стоит горшочек с тремя цветками цинсинь. Больше ничего особенного, всё по делу. — Я прилягу отдохнуть, – Сяо действительно выглядел измотанным, Итэр заметил синяки, залегшие под его глазами, – Напротив свободная комната, там есть всё необходимое. Можешь пользоваться и восстанавливать силы. — Конечно, большое спасибо, – Итэр начал выходить и взялся за дверную ручку. — Стой, не закрывай до конца... – в глазах Сяо прочиталось напряжение. — Как скажешь, — Итэр вышел, оставив дверь немного приоткрытой. Комната, куда его отправил Адепт, мало чем отличалась. Но тут явно было менее уютно. Впрочем, Итэр сразу обессиленно свалился на белую кровать, глядя в деревянный потолок. Юноша закрыл глаза, но вместо сна видел лишь мелькающие картинки прошедших событий, главным героем которых был Сяо. Его бледное лицо и пронзительные янтарные глаза. Признаться, Итэр с замиранием сердца слушал его серьёзный, бархатный голос, в котором так редко, но всё же проскальзывали мягкие нотки. Сяо с самой первой их встречи казался ему особенным. Человек, никогда не просивший о помощи, но всегда готовый его защищать. Сяо хотелось узнавать. Хотелось его понимать и делать всё, чтобы видеть улыбку на его лице как можно чаще. Итэр открывает глаза, так и несумевши заснуть от переизбытка мыслей. Он садится на край кровати. За окном хлестает сильный дождь, иногда слышатся глухие раскаты грома, после которых тёмная комната на мгновение освещается вспышками молнии и вновь гаснет. На этаже мёртвая тишина. Юноша протирает глаза и тихо выходит. Дверь в комнату Сяо всё ещё приоткрыта, Итэр, боясь сделать лишних движений, медленно подходит к постели Адепта и тихо садится на самый край. Глаза Сяо сомкнуты, Итэр замечает чёрные длинные ресницы и маленькую родинку под левым глазом. Из приоткрытых губ доносится еле слышное дыхание. Сейчас Сяо казался Итэру как никогда беззащитным, но таким же живым человеком, которому свойственно уставать. Которому на плечи взвалилось слишком много для него одного. У юноши сжималось сердце, представляя, сколько боли держит в себе это столь небольшое тело. Шум дождя и запах трав заставляют глаза Итэра невольно смыкаться. Но он не может заснуть. Нет, только не сейчас. Пока есть возможность быть рядом с Сяо и считать еле заметные родинки на его лице и шее пока он спит.  Царство снов – страшное место. Сяо долгие годы не мог заснуть без кошмаров. Ни расслабления ни покоя от сна он не чувствовал. Он не видел людей в своих снах, не видел солнца и не ощущал травы под ногами. Одна сплошная и непроглядная тьма. Юноша видел бесформеннные силуэты. Ощущал присутвие нечто ужасного, то, что можно было бы назвать воплощением самой ненависти. Здесь было ужасно холодно и пахло кровью. Сяо не мог двигаться, не контролировал своё тело. Лишь оцепеневши наблюдал за надвигающимся ужасом. Он издаёт крик, но его голос никто не слышит. Никто не может ему помочь. Сяо резко открывает глаза, его дыхание тяжёлое, сердце бешено стучит, а по лбу скатывается капелька холодного пота. Первое что он видит перед собой – это испуганные золотые глаза Итэра. — Почему ты здесь? – Адепт садится и обнимает себя за ноги, ещё не отошевши от кошмара. — Сяо... Что случилось? Кошмары? — Неважно, – Итэр замечает как юноша слегка дрожит, – Всё как обычно. Наступает молчаливая пауза. Грозы уже не слышно, дождь заметно ослабел и тихо крапал. Итэр снимает перчатки и мягко касается оголённого плеча юноши. Сяо слегка вздрагивает и приходит в себя. Пальцы Итэра тёплые, почти горячие. Адепт чувствует, как его сердце приходит в норму, а дрожь прекращается. Он поднимает на Итэра глаза и смотрит так, как люди обычно смотрят на солнце, что появляется после бури и приносит с собой долгожданный покой. Итэр отвечает ему лёгкой улыбкой и полностью заключает в объятия. Сяо делает глубокий вздох и прикрывает глаза. От Итэра пахнет цветами и миндалём. От Итэра пахнет домом. — Я же не просил тебя помогать мне... — Мне не нужны слова. В твоих глазах есть всё, что нужно слышать, — рука Итэра зарывается в чужие пряди волос. Спустя долгие десять секунд осмыслений Сяо ответно прижимается к юноше, упираясь носом ему в грудь. Больше никаких слов не нужно. Итэр размеренно гладит юношу по спине, уперевшись подбородком в чёрную макушку. Сяо лежит на его груди и лениво перебирает золотую косу, слушая тихий крап дождя за приоткрытым окном. Кошмар улетучился из головы. Сяо казалось, что вся его боль заглушается теплом, исходящем от чужого тела. Итэр начинал засыпать. Сяо почувствовал, как рука на его спине остановилась. — Итэр? – Адепт поднимает голову, – Спит. Сяо укладывает его на кровать и садится рядом. Итэр выглядел самим воплощением безмятежности. У Сяо было много вопросов и поводов задуматься. Но сейчас эти мысли блекли на фоне испытываемых чувств: столь новых и незнакомых ему. Сквозь тучи пробивались рыжие лучи солнца, они падали на волосы спящего юноши и заставляли их светиться. Сяо завороженно распускает его косу, пропуская волосы расплавленным золотом сквозь пальцы. Юноша рассматривает руки Итэра, в мазолях и ссадинах. Аккуратно убирает с его лица упавшую прядь волос и, подперев подбородок рукой, смотрит в окно. Морось совсем закончилась и тучи сменились ясной синевой, солнце зашло в зенит. После дождя воздух пахнет совсем по другому – свежестью и свободой. Сяо начинает чувствовать ломоту в теле, короткого утреннего сна было явно не достаточно. Он ложится рядом с Итэром, уткнувшись в сладкопахнущую шею и тут же засыпает. Сегодня был последний раз когда он видел кошмары. Боль – уродлива, совсем некрасива. Она словно проклятье разъедала Сяо изнутри. Но юноша считал, что вполне заслуживает её. Всё, что он должен делать в этом бренном мире – вести вечную борьбу с демонами, исчадьями падших богов. Никакой мирской жизни, он был обречён на одиночество, дабы не ранить своей тьмой простых людей. Но с последними событиями Сяо убедился – Итэр не был простым человеком. Он был кем-то выше, чем простой смертный. Адепт чувствовал особую ауру, исходящую от юноши. Верно, тогда Сяо подумал, что Итэр мог быть богом из другого мира. Впервые за столько столетий Адепт встретил того, кто невосприимчив к его карме, кто из раза в раз продолжает ему улыбаться. И самое главное – заглушает его боль. Сяо хотелось задать ему много вопросов, хотелось взять за тёплые руки и прислонить к своей щеке. Вечером этого же дня Итэр нехотя разлепляет глаза и чувствует на своей шее размеренное дыхание Адепта. Юноша аккуратно привстает и слышит за спиной сонное: "Выспался?" — Прости, разбудил? — Нет, я давно проснулся просто дремал, – Сяо садится и протирает глаза. — Ой, кажется волосы расплелись, – Итэр крутит головой в поисках резинки, смахивая длинные локоны с плеч. Сяо протягивает искомую вещь, украшенную белыми перьями с голубым светящимся камнем: — Тебе очень красиво с распущенными. Итэр покрывается лёгким румянцем, убирает волосы за ухо и надевает резинку на запястье. — Спасибо... Всего на мгновение Сяо улыбается и смотрит на юношу. Взгляд Адепта выражает незнакомую Итэру мягкость и надежду. — Прошу, останься ещё ненадолго.