Цветочек

Доставая из пачки уже третью сигарету, Торд свернул с дороги домой. Он шел в парк. Его никогда никто не отчитывал за позднее возвращение. На самом деле Торд поражался доброте Гоулда и наивности Мэтта. В плане, он же не был им другом. По крайней мере его никто не знал до момента, как они съехались. Эдд был знаком с Томасом с детства, Мэттью затесался в их компании где-то в подростковые годы, а Торд, ну, а что Торд, Торд спонтанно познакомился с Риджуэллом может чуть больше года назад, затесался в его компанию, его спонтанно приняли и начали называть другом, а он этого вообще не планировал. Переезд. "Признание". У Ларссона редко поворачивался язык назвать друзей Тома своими друзьями. В какой-то момент они казались ему совершенно чужими людьми. Да, признаться, в моментах плевать он на них хотел. Это Тому никогда не нравилось. "Торд мог относится херово ко всему миру, но не к Эдду с Мэттом" гласило правило Томаса. Ларссон этого не понимал. Он не понимал этих дружеских взаимоотношений. Волнения. Изредка когда они с Томом гуляли допоздна, Эдд мог их набрать и спросить все ли в порядке. Своим друзьям Торд никогда не звонил, узнать все ли в порядке. Торд знал, что если что-то будет не в порядке, он уже будет на месте. Торд никогда и не спрашивал, все ли в порядке у Тома, если долго его не видел. Тяги выходили какими-то слишком горькими. Парков в этой округе было не много. Ларссон свернул в самый адекватный. В том смысле, что он больше остальных и здесь регулярно убирают мусорники, по этому он еще и чистый. Где-то в конце есть маленькая детская площадка. Искусственное озеро с домиком для уток. С этим парком связано несколько забавных ситуаций. Торд не любит долгих разговоров о чем-то обыденном. Ему неинтересно слушать истории из детства или мысли о космосе, та чушь, которая не имеет смысла ему до лампочки. Но когда-то они свалились на детские качели и что-то дернуло Тома поговорить. Выговориться. И он слушал. Пытался запомнить каждую деталь. Это было важно для Тома. Торд не такой ублюдок, как кажется. Проходя мимо озера Ларссон вспомнил еще одну ситуацию. Как-то Торд кинул хлеб утке в лицо. Утка смотрела на них слишком косо. В какой-то момент он подумал, что Томас опять скажет, что это слишком грубо. Лицо рогатого надо было видеть, когда Том попытался сделать также, но промахнулся. Обозвал утку тупой, а та в ответ крякнула на все озеро. Это не самая милая и романтичная ситуация. Не стоит ждать слишком романтичного от этих двоих. Русый потрепал черноглазого тогда по волосам, улыбнулся и взял за руку. И это та самая парочка, один который чрезвычайно жесток и имеет манию величия, а второй повинуется только нескольким хорошим принципам. Остальные... не очень. Ларссон не хотел возвращаться домой раньше Томаса. Не хотел, уже лежа в кровати, слышать как он открывает входную дверь. Если Томас пьян, то обязательно неправильно поставит ботинки, и они свалятся, издав грохот. Если трезв, то не сможет нормально закрыть дверь изнутри ибо промажет мимо замочной скважины. Он очень неаккуратен. Когда они возвращались вдвоем, дверь всегда закрывал Торд. Потому что делал это максимально тихо и попадал в замочную скважину с первого раза. Томас еще потом возмущался, лежа с ним в кровати, как он так делает. И Ларссон показывал. Также тихо и с первого раза входя в него. Сделав еще одну тягу, Торд усмехнулся. Том слишком милый. Интересно, что за урод стоял напротив. Наверное клиент. У Тома всегда просят визитки. Или показать каталог с эскизами. Или его номер телефона. Чтоб записаться на новый сеанс. Какие-то парни и девушки постоянно ошиваются вокруг него. Зная его номер. Торд вообще не ревнивый. На самом деле ревность и Торд это вообще не состыковывающиеся вещи. С его-то либидо и уверенностью, что он самый адекватный среди всех существующих... Дело в том, что бросить Торда, это предать Торда. И то, что он развернулся, дело не в том хлюпике, что жал руку черноглазке. А в самом Томе. Который за весь день ни разу своей тонкой ручонкой не написал ему и смс-ки. Хотя Том любит присылать смс-ки. Торда никогда не ждали в смс-ках милые словечки. Риджуэлл в письменном диалоге вообще не многословен. Но порой он присылал фото какого-то заведения со знаком вопроса. Как дальше Торд узнал, знак вопроса обозначает "Как тебе?". В последующие разы Риджуэлл присылал фотографию с вопросом "Подойдешь?". И не дожидаясь ответа скидывал геолокацию. Самым любимым за всю историю смс-сок было смс в пятницу, в часов 11. Рабочая компания Тома собралась выпить и они засели в каком-то пабе. А Том и отказаться от выпить это что-то нереальное. "Торд, (адрес бара) здесь мудаки хвастаются какие у их девок большие сиськи. Мне нужно похвастаться твои большим членом, дуй сюда." Торд обожал это сообщение. Подтянув сигарету к губам, Ларссон скривился от привкуса горелого фильтра. Он потушил сигарету и выкинул ее в мусорник. Засунул обратно руки в карманы и оглянулся. Да уж, а он мог идти по парку вместе с Томасом. Хоть не за руку, но просто рядом. Порой осознание било по гордости. Ларссону всегда сложно бороться с самим собой. Если бы Том только знал, как он ради него старается. Торд понимал, что хочет поговорить. Просто еще раз поговорить на счет них, на счет всего. Конечно, рогатый осознавал, что его умение показывать настоящие эмоции и мысли подвело бы его в первую же секунду, но он правда пытается. Хоть с уст Торда никогда не вырвется "прости, я был не прав", он готов просто заткнуться и прекратить спорить. Томас бы его понял. Он понял, если бы поговорил. Но он не хочет. Ужасно жестоко. У Торда зазвонил телефон. Увидев на дисплее имя того, о ком думал, невольно усмехнулся, и фыркнул, и возмутился и все одновременно. - Да? - Ларссон поднес телефон к уху и резко свалился на ближайшую лавочку. Он был одним из тех редких людей, которые при диалоге по телефону не могут двигаться. - /Заебал обо мне думать, я чихнул и чутка закосил человеку тату. Торд прыснул в улыбке. - Надеюсь это был не единичный случай. - /Ты дома? - А ты пьян? - /Что? - Ты бы не позвонил мне, будь трезв. - /Торд... - раздраженный вдох и выдох. - Может немного. Ларссон тихо посмеивается. - /Заткнись. - Ты что-то хотел? - /Мне нужно проветриться прежде чем зайти домой. - Где ты? +++ Странный факт. Риджи позвонил ему, чтоб протрезветь, но шли они вдоль дороги и Томас продолжал заливать в себя какой-то алкоголь. Торд не разбирается, вообще не смотрит на полки алкогольных напитков. Они притупляют. Хотя, он знает любимый напиток Тома. И это не то, что он пил. Как они встретились, Томас обнял его. Обнял поверх его рук, что Торд даже не успел среагировать. Положил подбородок на его плечо. Такой мелкий, так близко. У Ларссона тут же сбилось дыхание то ли от паники, то ли от нервов, то ли... А черт его знает. Это было очень жестоко. - Я всегда говорил, ты когда выпьешь, становишься туповат. - Ларссон кое как отчеканил и отвернул голову в сторону, нечаянно краснея. - Мне так похуй. От Риджуэлла несло будто за километр. Торд не переносит алкоголь и то, что он делает с людьми. Они превращаются в что-то безумное и непредсказуемое. Том неистово раздражал Ларссона, когда пьет. Но сейчас он был так благодарен этой его вредной привычке... Как только Том отлип, у них завязался диалог. Кажется, внутри Риджуэлла был спрятан обогреватель, Торда так расплавило от этого дурного поступка, что он не обронил за всю прогулку ни одной скверной фразы. Ни одной издевки. Все, о чем думал Торд, это что рука Томаса время от времени цепляла его ладонь, пока они шли рядом. Кажется, где-то подсознательно он хотел его убить. Но просто не мог даже подумать об этом в этот момент. Внутри все так радостно ликовало от того, что Том улыбается, глядя в его сторону. Посмеивается от шуток. В один момент, от одной из шуток, Риджуэлл легонько толкнул его плечом о плечо. Торду плевать на всех и все. Кроме него. Он не уважает ничьи личные границы, кроме его. Потому что это важно. Это блятски жестоко, Томас. Не сорваться и не схватить за запьястье, ужасно сложно. А чего он вообще этим добивается? Лишь бы Торд знал. Когда они подошли к двери, оба смеялись с какой-то шутки, которую будто никто из них не запомнил и смех был от смеха друг друга. Торд как обычно открыл дверь и пропустил Тома вперед. Желание подтолкнуть его вперед, легонько ударив по пятой точке оборвалось здравым мышлением. Торд глубоко вдохнул и выдохнул воздух. Он зашел следом и закрыл дверь. Риджуэлл поднял одну ногу, чтоб расшнуровать ботинок. Начал терять равновесие. Ларссон подхватил его со спины, еще и закрыв ему рот рукой, чтоб тот не крикнул на весь дом. Дыхание заставило ладонь вспотеть. Торд из всех сил нервно выдохнул и поставил Томаса ровно. После, усадил его на стул. Риджуэлл наблюдал за всем происходящим с дурной легкостью в голове и теле. Как Ларссон жестами попросил его сидеть и не двигаться. А потом присел на колено и стал расшнуровывать ему обувь. - Может еще и стопы мне помассируешь? Черноглазый проговорил это так сладко, что у русого мог уже случится припадок. Хотя, за место припадка, еще и появилось возмущение. Такое, игривое. При этом чертовски озабоченное. Будь все немного иначе, он бы уже заставил Томаса оказаться в кровати, голым, и чертовски возбужденным. И далеко не он вот так бы с издевкой разговаривал. Следует еще один тяжелый вздох. Ларссон встает и быстро снимает свою обувь. - Спасибо. - хрипло буркнул Том, после чего пошел в свою комнату. Жестокий нахал. И это Ларссон жестокий. Да чтоб тебя, Томас. Пару секунд Ларссон сверлил спину еле плетущегося Риджи, переваривая все, что было в голове. Он пьян. А Торд пообещает, что будет сегодня капельку нежнее. Догнав Тома, Ларссон резво прижимает его к стене двумя руками. Глаза Томаса округлились, будто испуганно. Но Торд поцеловал его раньше, чем Риджуэлл это осознал. Нежно. Не напористо. Стоило соприкоснуться губами, как Торд чутка отстранился, томно дыша и глядя в черные глаза с таким навязчивым вопросом, которого никогда не задавал. Было немного страшно. Его губы оказались сухими. Но мягкими как обычно. Торд медленно приблизился, думая, как долго еще сможет наслаждаться этим мгновением. Как скоро Том оттолкнет его? Русый провел языком по его губам, вновь заключая в поцелуй. Уже более навязчивый. Страх, что тебя оттолкнул разбился и затерялся далеко, как Риджуэлл ответил. Этот клятый поцелуй был пожарче любого порно, найденного в интернете. Торд сжимал его волосы, прижимал к себе, обрывал дыхание Тома, как только он отстранялся, снова целуя. Вновь прижимал к стенке. Гладил по щеке. А потом ладонь медленно спускалась к горлу. Торд почувствовал как Риджи накрывать ладонью его руку и прижимает. Черноглазый постанывал, задыхаясь ему в губы. Дыхание сбилось. Стало дурно и жарко. Ларссон прикусил нижнюю губу Томаса и слабо потянул. Сжал его волосы и наклонил головой к себе, чтоб он уткнулся в плечо. - Я могу продолжить? Настойчивый шепот прямо у уха. Пару секунд тишина, в которой слышно только тяжелое дыхание. В какой-то момент Том подымает голову и отводить взгляд в сторону. Все внутри замирает и сжимается. +++ Клубы дыма густые и обьемные. Ларссон делал глубокие и будто слишком тяжелые тяги. Наклонившись в открытое окно, тот стоял с опустошенным выражением лица. Сейчас бы Том уже мог без задних ног с голой задницей лежать в его кровати, накрытый одеялом. Ларссон бы сам накинул на него это одеяло. Утром бы эту "непоправимую ошибку" пришлось бы как-то решать, вот они бы и поговорили... Жаль Ларссон так не мог. Он сам понимал, что Томас его за эти черты и любит, по этому не мог оплошать. Пьяный, возбужденный, живут в одном доме, конечно это легко. Но Том этого бы не хотел. Он хотел бы потрахаться, но не хотел бы проснуться в его кровати. Томас его любит. Торд знает, что все еще любит. Это не расставание, это ссора. Он считает, что это очень объемная ссора. А так, он считал, что они вообще не ссорились. Честно. Для Торда любая мелочная перепалка это не перепалка. Это такой диалог. А сейчас именно ссора. А Том еще передумает. Еще будет просить прощения. Торд хочет в этом верить. Еще один объёмный клубок дыма вылетает в окно. Внутри едкое и неприятное чувство. Давит и знатно так раздражает. Чтоб Ларссон да и убивался по парню? Да ни в жизни. Но он сам понимает, что завтра на работе пойдет стрелять не для проверки оружия или контроля своих работников, а просто чтоб избавиться от стресса. Он выкидывает сигарету. Сжимает себе волосы. В горле что-то так неприятно першит. Тихий кашель. Он кашлянул сильнее, ибо показалось, что что-то сидит в горле. Еще один порыв и Торд чувствует как это что-то попало на язык. С чем-то скользким. Металлического привкуса. Ларссон пошел в ванную, прихватив свои вещи. Закрылся. Сплюнул в раковину и ненадолго замер, смотря на странный мелкий лепесток в слюне и крови. Синего цвета. Как те цветочки, что сегодня были у него в руках.