Свидетели

_______ Понедельник _______       — Господи, надеюсь, этот старый дед вскоре скукурузится, — Наоми швыряет школьную сумку на скамейку у стола, садясь рядом. — Достал.       — Ты про мистера Кельсона? — интересуется Джуничиро, макая картошку в соус — у них обед перед последними уроками, наверное, только плотный желудок поможет отсидеть две истории подряд.       — Очевидно, что про него, — девушка достает из сумки два листа А4. — Просто посмотрите — D за 11/20 вопросов, с каких пор такие критерии?       — Мистер Кельсон довольно строг в преподавании, — соглашается Митсуки, когда младшеклассники проносятся мимо к кафетерию, едва не поскальзываясь на блестящем кафеле. — Чего стоит его принцип в зачёт только с 90% посещений.       — Он просто старый дурак, — фырчит девушка, брезгливо отодвигая порцию омлета. — Ну и дрянь эти столовые обеды. Кстати, что у вас за тест?       — 18/20, A       — 15/20, B       — Дазай?       — 20/20, очевидно же, — усмехается Танизаки, не дожидаясь ответа, пока Осаму, погруженный в свои мысли, листал новостную ленту. — Ты видела хоть раз не идеально решенный тест у Дазая? Он бы не был любимцем всех учителей, если бы не знал их предметы лучше них.       — Эх, мне бы так…       — Тебе уже ничего не поможет. Учиться нужно, а не с мальчиками гулять.       К слову, о гулять с мальчиками. Дазай едва ли подавил глупую улыбку, поднимая телефон с открытым чатом — Чуя ему написал. Причём сразу, на следующее утро, ещё и в инстаграмм.

@fuckingsvin:

«Хэллоууу, ты свободен в пн? У меня дела в выхи,

если занят, то могу ещё в среду»

      Профиль был закрыт, но количество подписчиков для личного аккаунта переваливало за тысячу, как и у Дазая. Запрос на «подписаться в ответ» был кинут сразу, как и сообщение, потому что планов в скучной жизни Осаму не было, а даже если бы были — подвинул:

«Привет. Да, могу после школы.

Во сколько тебе удобно?»

«Часов в 16 закончу.

Напиши адрес, я заеду за тобой»

      Дазай уже не знал сколько раз посмотрел его профиль. Постов было не много, в основном фотографии мотоцикла в разных локациях и видео с друзьями, то с каких-то тусовок, где слизывают текилу с солью с живота, то с поездок за город на самокатах, то просто какая-то повседневность, типа снимков заката. А ещё умилительное актуальное с животными, по которому создавалось впечатление, что Чуя фоткал и тискал каждую дворовую собаку в городе.       — Дазай, ты слушаешь? — Наоми возмущенно помахала рукой перед лицом, когда юноша заинтересованно поднял голову, убирая телефон в карман. — Я для кого рассказываю?       — М?       — Что ты там смотришь постоянно?       — Ничего, — Осаму невинно поднимает руки, всеми силами стараясь не выдать свою глупую, предвкушающую улыбку. — Просто отец написал.       — Что написал? — не отстаёт Танизаки, сверля его взглядом.       — Просто сказал, что будет поздно.       — Ну да, конечно. Ещё раз, для тех, кто летает в облаках, — четко выделяет слова девушка. — У Ацуши день рождения в четверг, а у нас нет ничего от слова…       — Ничего нет, — заканчивает за неё Джуничиро. — Даже подарка, мы поняли. Дазай, ты же общаешься с ним ближе всех? У него есть какие-то пожелания к др?       — Ну, вообще... — вопрос сложный. Ацуши из тех людей, которые радуются пенке на кофе и божьей коровке на стекле, а на вопрос что бы хотел на день рождения ответил бы «чтобы вы все пришли». — Ему бы понравилось что-нибудь, связанное с творчеством или там, аниме. Но второе нужно было заранее заказывать, в городе мы вряд ли что-то найдём… У него, кстати, есть камера, может подарить какой-то объектив или принтер для печати?       — А он разве печатает их? — уточняет Джуничиро, кусая трубочку от колы.       — Печатает тоннами, — Осаму как-то приходил в гости к Ацуши, и они часа два точно смотрели все разные снимки на кровати в его комнате — такой уютной, украшенной гирляндами и горой мягких игрушек.       — Может, подарим ему альбом? — предлагает Митсуки ребятам, когда звенит первый звонок на урок, и оставшиеся школьники медленно покидают заполненную доверха столовую. — Можно напечатать совместные фотографии и вложить туда.       — Идея супер! — тут же соглашаются в один голос Танизаки.       — Мне тоже нравится, — Дазай, улыбнувшись Митсуки, поднимается из-за стола. — Я сегодня свободен на часик после истории, — где-то нужно было подождать кое-кого, если он закончит раньше. — Планировал зайти в тц.       — Слушай, я бы тоже хотела по магазинам, — Митсуки тут же встаёт рядом, заправляя аккуратно уложенные волосы за уши. — Ты не против?       — Можно... Тогда встретимся после истории?       — Отлично, — победно хлопает в ладоши Наоми. — Значит на вас подарок, а вечером подумаем над организацией в чате.

________

      Дазай плюхается рядом с Митсуки, откидываясь на твердое сидение — успели. Автобус полный, все-таки, остановка возле школы и все хотят добраться домой. Вот, даже Ацуши, виновник сегодняшней поездки, тут — беседует с одноклассниками на первых рядах. К слову, он в очень знакомой куртке с отклеивающимся значком АС/DC. Осаму улыбается ему, придерживаясь за нагретое солнечными лучами сидение спереди, когда автобус наконец-то трогается с места к главной улице.       Город маленький, так что достаточно каких-то двадцати минут, чтобы объехать его полностью и оказаться на предпоследней остановке у небольшого универмага. Большая часть людей выходит именно тут, оставляя ребят, пару бабушек и Ацуши с его одноклассницей на первых сидениях.       Дазай слушает какой-то рассказ Митсуки, отвернув взгляд к открытым дверям, когда внутрь автобуса заходят две девочки, дама с пакетами марки универмага и… мужчина. Ростом под сто восемьдесят, охотничья жилетка, джинсы, темные волосы, заколотые в пучок на затылке. Лица не видно из-за кепки.       Он кладёт долларовую купюру водителю и неспешно двигается в конец автобуса, задерживая взгляд на свободных сиденьях. Статная фигура медленно проходит ближе, когда Дазай, вжимаясь в сидение, опускается ниже, складывая напряженные руки на груди. Мужчина проходит совсем рядом, глядя под ноги, но стоит ему приподнять закрытый кепкой взгляд к окну, вдоль позвоночника пробегают мурашки.

Карие, в темно-красном отливе, глаза.

Дазай в жизни бы не перепутал того лица, что видел в ту ночь.

Это он…

Это он убил трёх человек в домике в лесу неделю назад.

      В горле пересыхает, когда мужчина садится у задних дверей, а автобус, тарахтя двигателем, резко дергается вперед. Осаму прохрустывает поочередно всеми пальцами, сдавленно опускаясь с сидения ещё ниже, стараясь скрыть даже собственную макушку.       — Все хорошо? — юноша вздрагивает, когда Митсуки неловко кладет руку ему на плечо. — Ты побледнел как-то… Все в порядке?       — Да, — рвано выдыхает Дазай, мониторя пустым взглядом сидение впереди.

Все не в порядке.

Он вышел.

Это точно он.

Он видел его лицо.

Человек, застреливший трех мужиков в хижине в лесу сидит в двух метрах от него.

      Выйти сейчас или на конечной? Побежать в тц или притвориться обычным прохожим? Он запомнил его вообще? Он видел лицо Дазая? Как он вообще узнал о том, что он сядет в этот автобус?       — Нам через одну, — тихо сообщает юноша.       — Угу, — Митсуки кивает, как ни в чем не бывало — ну конечно, не по её душу явились. — Хорошо, что я с тобой поехала, одна бы точно потерялась. Кстати, там есть….       Накаджима, поправляя куртку, вместе с одноклассницей поднимаются к входным дверям, когда автобус резко тормозит у следующей остановки. Может им выйти с Ацуши? Он не захочет расправляться с компанией. Хотя, хилые подростки ему на один зуб, по сравнению с тем, как он жестоко расправился с теми тремя из наркобанды.       Но думать уже поздно — Ацуши уже выходит вслед за подругой под хлопок дверей тронувшего дальше автобуса.

Ну вот и все.

Они остались один на один с ним.

Это конец. Он убьёт обоих.

      Если честно, Дазай уже сам не уверен в том, что это действительно он. Возможно, его воображение разыгралось и это всего лишь очень похожий мужчина? Он явно занимал высокую должность в своих кругах и мог позволить себе ездить не на общественном транспорте. Только, если нарочно решил искать свидетелей. Но на это тоже следовало нанять профессионалов из его группировки… Это странно.       Сейчас есть только один способ проверить. Осаму достает из кармана пальто студенческую карточку и незаметно, абсолютно случайно, роняет ее рядом. Парень наклоняется за ней, косясь из-под челки назад, но…

его нет?

      Дазай вскакивает на ноги, уставившись на пустые сидения. Автобус пуст — он вышел. Но когда? Неужели он проехал только одну станцию?       — Дазай? — изумленная Митсуки встает следом за ним, напряженно косясь на одноклассника.       — Нам пора выходить.       Закинув сумку на плечо, Осаму подходит к дверям, глядя на мелькающий за окном лес. Он пришёл не за ним? Тогда за кем? На предыдущей остановке вышел только Ацуши с подругой. И… получается, он? Но зачем они ему?       Ребята выходят на конечной, где останавливается всего пара автобусов, ездящих по пригороду — прямо-трасса вдоль поля, к которому они ехали, и съезд в соседний город, Саксман. Не очень практичное расположение торогового центра рядом с нежилым лесом, ведь крайние дома были и вовсе на предыдущей остановке. Прямо там, где живет Ацуши.       — Наконец-то! — улыбается Митсуки, двигаясь к огромному зданию через дорогу, когда Дазай, шаркая кедами по сухим камням, медленно идёт следом. Это точно был он или ему показалось? Если это не он, то все нормально, а если он, то зачем вышел на предыдущей остановке? — Кстати, тут есть какая-то кофейня, зайдём?       — Может лучше сперва в фототехнику за альбомом? — неохотно предлагает юноша, косясь на новое уведомление на часах.

@fuckingsvin:

«Я закончил, куда ехать?»

      Они поднимаются вверх по ступенькам торогового центра к небольшому магазину со стеклянными витринами, заполненными фотоаппаратами, объективами и всевозможным оборудованием для съёмки. Над головой шумит кондиционер, пока Дазай, погруженный в свои мысли, осматривает полки. Вокруг так много фильтров, вспышек, всего такого интересного и необычного, но одновременно неважного в связи с внезапно возникшей проблемой.       — Как тебе этот? — Митсуки вытягивает со стеллажа темно-синий альбом с белыми перьями и надписью "Freedom".       — Думаю, что ему подойдёт что-то более…. — Дазай, водя пальцами по полкам, старается сосредоточиться. Ацуши, Ацуши, Ацуши. Кто был в автобусе? Школьный рюкзак с корги, аниме фигурки главных героев на полках, булочки с тофу, которые он всегда берет в кафе. — Милое?       — Милое? — девушка прикладывает длинные ногти к губам, листая разноцветные альбомы. — Что насчёт этого? — она останавливается на альбоме с играющими тиграми и какой-то оптимистичной цитатой.       — Подойдет.       — Интересно, — Митсуки поворачивается к засмотревшемуся на объективы Дазаю, задумчиво улыбаясь. — Так здорово, что ты запомнил такие мелкие детали об Ацуши. Ты очень внимательный, это ценно.       — Спасибо, — обыденно пожимает плечами Осаму, подбирая выбранный альбом. — Я оплачу.       Ацуши, Ацуши, Ацуши. Дазай идет к кассе, терроризируя мысль о чертовски очевидной, но одновременно невидимой связи между мужчиной из автобуса и его другом. Они вместе зашли на одной станции у школы. Мужик зашёл у универмага, где вышли почти все. Как он узнал, что Дазай может быть именно в этом автобусе, именно в это время? Неужели... все то время, что он спокойно ходил в школу — он мог следить за ним? Либо это был не он и это снова случайность? И вышел он не с Осаму, а с Ацуши и той девчонкой. Кроме них не было никого!       Накаджима на него совсем не похож, перепутать действительно сложно — у Дазая темно-каштановые вьющиеся волосы, а у него прямые белые, Дазай почти под 180, а тот едва ли под сто шестьдесят семь, Дазай придерживается классики в одежде, как сегодня, а Ацуши… Юноша едва не роняет пакет с альбомом на сверкающий от света пол.

В автобусе Ацуши был в его куртке АС/DC. Возможно, убийца мог не увидеть лица Дазая, но запомнить куртку. Значит он думает, что в ту ночь в хижине был Накаджима.

      Консультант предлагает что-то ещё, но Осаму не отвечает, убирая подрагивающими руками пакет в сумку. Сколько времени прошло с того момента? Минут десять? Пятнадцать? Он уже должен был вернуться домой, если его все же не...       В глазах слегка темнеет от одной мысли, что могло случится с Ацуши по глупой случайности, когда Дазай едва не вылетает из магазина, споткнувшись о порог. Методичные, отдающие тревогой гудки на повторе у уха — автоответчик уже третий раз просит перезвонить, но смириться с тишиной и принять ситуацию он определенно не готов.       — Важный звонок? — без злобы интересуется Митсуки, догоняя его у лестницы.       — Слушай, — неохотно тянет юноша, с треском сжимая телефон. — Боюсь, что мне срочно нужно домой. Кажется, у меня перенесли регистрацию на экзамен и мне нужно сделать это с ноутбука, — он разворачивается к обескураженной девушке. — Хочешь куплю тебе кофе или что-то в кафе?       — Да нет, спасибо, — Митсуки слабо улыбается, пожимая плечами. — Просто хотела, чтобы мы посидели там вместе, пообщались. Так что… с тебя поход повесомей, идёт?       — Хорошо, — тянет юноша, спускаясь по ступенькам на первый этаж, едва задумываясь о том, что может значит это "повесомей".       — Напишешь мне?       — Да… Ты домой?       — Пойду гляну косметику, — она разворачивается к парню, сверкнув зелёными глазами. — До встречи?       — Да, давай… — Дазай, не успевая опомниться, неосознанно делает шаг назад, когда к нему подходят и некрепко обнимают за плечи. Так… это вообще не по плану. Осаму хочет вырваться или хотя бы дернуться, но, словно не в силах пошевелиться, неуверенно кладёт девушке одну руку за спину, похлопывая. — Пока?       Митсуки отстраняется и, мило улыбаясь, уходит куда-то в сторону магазинов одежды, оставляя парня нервно потирать вспревшие ладони в одиночестве. Ладно, это нормально, они друзья. Пускай о таком лучше спрашивать.       Дазай так и стоял бы у лестницы, игнорируя толкающихся у входа людей, если бы не мелодичный свист где-то справа. Он резко оборачивается на звук, едва не роняя с плеча рюкзак — Чуя подпирает плечом двери торогового центра, скрестив руки на груди. Судя по задорной улыбке — он все видел, отчего Дазай лишь машинально убирает волосы за уши, быстрым шагом сокращая расстояние между ними. Отлично, я давно это хотел!       — Привет…       — Привет, — Чуя слегка наклоняет голову, показательно осматривая Осаму снизу вверх. — Не знал, что вы встречаетесь.       — Что!? — Дазай давится вопросом от столь неуместного и нелепого вопроса. — С чего ты взял? — Накахара отводит взгляд, собираясь что-то сказать, как Осаму, не сдержавшись, просто выходит на улицу. — Не хочу ничего слышать.       — Ой, как мило, — тянут где-то сзади, когда юноша сжимает кулаки, забывая, что вообще-то они вдвоём тут по рабочему делу. И ещё одному вопросу. Злость мгновенно стихает — Ацуши. Ацуши, где ты сейчас, твою мать? Осаму снова звонит, не поднимая телефон к уху, слепо надеясь на ответ. Уже полчаса прошло, Накаджима уже должен был быть дома и поставить телефон на зарядку, так какого черта?!… — Кому звонишь?       Дазай оборачивается на Чую, прижимая телефон к сухим губам — с того дня, с их похода в полицию, с их последней встречи — они ни разу не поговорили о деле в хижине в лесу. Да, тема не из приятных, та, которую хочется просто стереть из памяти, будто ничего не было, пока она, как сейчас, не настигнет тебя сама. И черт, это так несправедливо. Несправедливо, что они обычные подростки, ставшие жертвами обстоятельств, должны вариться в подобном. Без информации, без доказательств, без поддержки, наощупь ступая по минному полю, без права на ошибку.       И сейчас из всего нахлынувшего волной на них, ясно только одно — Чуя верит в слова о том, что убийца мёртв. И, возможно, окажется… что это ложь? Что Дазай соврал ему. Причем ни один раз.       — Ты не торопишься сегодня никуда? — издалека начинает Осаму, косясь на парковку под боком.       — Вроде нет.       — Мне нужно тебе кое-что рассказать.       — И что же? — спокойно интересуется Накахара, запрокинув голову к солнечному небу.       — Это… — Дазай зеркалит его движение. — Насчёт дела в хижине в лесу, — сейчас главное, не сказать ничего лишнего, «не спугнуть», ведь они только немного наладили контакт и было важно не прервать его. Нужно быть острожным, внимательным к словам, но... «мягче» — Дазай не смог бы преподнести. — Это не точно, всего лишь теория… но, возможно, тот мужик выжил…       — Что?! — Чуя тут же меняется в лице, резко опуская голову вниз. — Ты же сказал…       — Да, сказал… — кивает Осаму, отодвигаясь в сторону, когда женщина с пакетами выходит из магазина. — Но я не знаю точно… — стоит парню развернуться, как Чуя тут же подлетает к нему вплотную, едва не хватая за тиски:       — Ты сказал, что он мёртв!       — Сказал… — Дазай теряется от грубой смены в голосе, отступая назад к стеклянным дверям.       — Так это правда или нет?       — Это…       — Эй! Без драк, пожалуйста! — парни синхронно оборачиваются на выглядывающего из будки охранника, замечая, что не только он смотрит на них — прохожие также оглядываются на внезапную перепалку у торгового центра.       — Извините! — рявкает Чуя, переходя на шёпот. — Я жду объяснений.       — … — побелевший юноша кивает. Если быть честным, Дазай по жизни свыкся с тем, что все проблемы следует решать в одиночестве, но сейчас... без чужой помощи он попросту не справится. — В общем, сегодня мы с Митсуки ехали в автобусе, куда зашёл один очень… странный мужчина. Высокий, с щетиной и глаза… — Осаму погружается в воспоминания, в точности описывая человека.       — Ты думаешь это был тот психопат из хижины?       — Нет… То есть да. Или нет? Я не знаю… — Дазай оглядывается по сторонам. — Я точно видел его, когда в ту ночь он наклонился за мной.       — Он видел тебя в автобусе?       — Вряд ли, но он проехал одну остановку и вышел с Ацуши, — Осаму, поочередно хрустя пальцами, косится вниз на Накахару — враждебность, вроде, испарилась, только… кажется, что он не особо то ему и верит.       — При чём тут Ацуши?       — Он был в куртке, в которой я был в ту ночь, — Чуя критично выгибает бровь, отчего Дазай начинает чувствовать себя полным идиотом в выдуманной им же сказке.       — То есть, — уточняет Накахара. — Ты хочешь сказать, что ты видел «мертвого» убийцу в автобусе, который пришёл за тобой, но спутал с другим парнем, надевшим твою куртку?       — Нет, все не так... — черт, со стороны это действительно кажется глупо и комично, но нет, это серьезно.       — А как?       — Не знаю, — Дазай устало садится на бордюр у торгового центра — ситуация набирала какой-то сюрреалистический оборот. — Только не говори, что у меня глюки после случившегося.       — Я и не говорю, — Чуя пожимает плечами, подсаживаясь рядом. — Но ты действительно меня напугал, сказав, что он мог выйти.       Дазай сам напуган. И гарантии, что он не вышел не давал. Или давал? Все так резко произошло — возвращение домой, вечеринка, перестрелка, отец, школа, полиция, бейсбол, камера, автобус — Осаму сам не поспевал за этим темпом. Казалось, что мир крутился без него, не давая ни единого шанса догнать настоящий момент.       — Если хочешь, — Осаму чувствует, как его слабо тянут кончиками пальцев за край рубашки, — то можем сейчас сходить к твоему Ацуши и проверить как он там.       — Ага, чтобы найти еще один труп?       — Или обеспечить себе спокойный вечер, — Чуя мягко улыбнулся ему. — Нам же сегодня снимать, да?       — Да...       — Где он живет?       — Он... — кажется, это и вправду единственный способ повлиять на ситуацию. Или же опять влезть в проблемы. — Живет совсем рядом, у Вильнюского разъезда.       — Через десять минут будем там.       Наконец поднявшись, парни неспешно переходят на другую сторону торгового центра, спускаясь к вытоптанной лесной тропинке. Сухие листья шуршат под ногами, нарушая тишину вместе с тихим щебетанием ещё не улетевших на юг птиц. Дазай тяжело выдыхает, осматриваясь по сторонам — конечно, лес невероятно красив в своём осеннем одеянии, особенно в сентябре, днём, когда яркое солнце пробивается сквозь высокие кроны сосен. Ветра нет, но в округе приятно веет мхом и грибами. Правда, концентрироваться на таких вещах в сложившейся ситуации — безумно сложно.       Внезапно, по верхушкам деревьев мчится пушистая белка, отчего Осаму, устало задирает голову, щурясь от солнца — прыткий зверек скачет с ветки на ветку, случайно задевая шишку, приземлившуюся прямо на лоб засмотревшегося Накахары. "Ауч!" — шипит юноша, потирая место удара и провожая недовольным взглядом удаляющуюся все дальше и дальше белку, пока Дазай силой сжимает губы, стараясь сдержать смех. Боже, этот "бамц" и не менее милое "ауч", многого стоили.... Стоили и тихого хохота в кулак, когда Осаму все же шагает дальше, искренне стараясь успокоиться, а в затылок прилетает что-то твёрдое:       — Эй!       — Белка, — игриво усмехается Чуя, подбрасывая в руках ещё одну шишку.       — Очень смешно.       — Да что ты? — язвит юноша, двигаясь к виднеющимся вдали домам. — Вообще-то, смех продлевает жизнь.       — Хочешь сказать, что нам недолго осталось?       — Блядь, — Дазай тоже тихо смеётся, косясь на проступившие ямочки на чужих щеках. — Просто убийственная шутка. По идее, это тут… — Чуя указывает пальцем на сектор хаотично расположенных между собой домов. — Какой наш?       — Вот тот, с красной крышей.       — Смотри как нам повезло, — подойдя ближе, Накахара подсаживается у места, где слегка отходил забор, отодвигая рукой железку для двоих. — Машина стоит, наверняка родители дома...       — Стой, — мигом подсев рядом, Дазай хватает юношу за запястье, опуская вниз. — Вдруг там кто-то стоит, а мы так подглядываем.       — Вообще-то, мы за этим и пришли, разве нет?       — Да, но нужно быть тише.       Дазай переходит на шёпот, уже самостоятельно заглядывая внутрь — машина действительно стояла возле просторной, заросшей завядшими тюльпанами веранды. Но из-за скудного обзора в их положении — неясно есть ли кто-то на участке. Пускай окна не задернуты, нельзя слепо верить, что Ацуши дома.       — Ну что там? — спрашивает Накахара, подсаживаясь ближе к плечу снова шикнувшего на него Осаму — кажется, что Чуя и тишина несовместимы совсем.       — Пока ничего.       Дазай готов взять свои слова обратно, когда кто-то, хлопнув дверьми, выходит на веранду. Кто именно — не видно из-за машины. Накахара, черт его дери, все же подталкивает парня щекой, не в силах унять любопытство, отчего Дазай только стискивает пальцами штанину от мешающей сосредоточиться близости. Оба еле держатся в неудобном положении на корточках, прислушиваясь к шагам, когда у Накахары незаметно выскальзывает из кармана зажигалка. Дазай уже тянется поднять ее с земли, чтоб сменить стесняющее положение, но…

— Ребят?

      Осаму резко оборачивается, подскакивая на ноги, отчего Накахара, придерживающийся все это время за него, плюхается в пыльную листву у забора. Это Ацуши. Ацуши с полным пакетом из магазина. Живой! Он в том же, в чем был сегодня в школе и… в куртке.       — Привет.       — Привет… — стопорится Накаджима, глядя на них по очереди — ну да, всего лишь двое парней подглядывают за его участком, перешёптываясь между собой. — А что вы тут делаете?       — … — Дазай, сжимая губы, жалобно косится на чихающего от вздымающейся пыли Чую. Не говорить же прямо — мы пришли проверить не убил ли тебя маньяк, который до тебя прикончил ещё троих человек, а мы никому не рассказали. Осаму понимает, что стоит слишком долго и уже открывает рот, чтобы сказать правду про куртку, как Накахара выдаёт:       — К вам на участок ёжик залез, — Дазай ошарашено приоткрывает рот, когда Ацуши, с той самой детской радостью, подносит свободную ладонь к груди:       — Ёжик? Серьезно?!       — Угу, — Чуя поднимается, отряхиваясь. — Но, боюсь, он уже уполз в лес.       — У нас только в одном месте отходит забор. Давайте посмотрим!       Юноша мигом скрывается за калиткой, оставляя парней в одиночестве. «Какого?» — разводит руками Осаму, сверля взглядом заворачивающего во двор Чую, получая в ответ лишь задорное: «Подыграй мне».       Боже, они в правду «преступники неудачники». А если бы это были родители? Или соседи? Прокатила бы с ними история с ежом? До такого ещё додуматься надо. Пускай в Чуе и есть какая-то загадочность, но… он абсолютно непредсказуем в своих действиях!       Осаму осторожно прикрыл калитку, оглядывая двор. Участок небольшой — прямо двухэтажный деревянный домик с верандой и столиками, по правую руку весьма удивительные для северного климата клумбы, по левую машина. Уложенная по всему участку каменная тропинка слегка заросла травой, но, в целом, очень уютно.       — А молоко давать можно? — Осаму скрещивает руки за спиной, наблюдая за интересной картиной — Накахара, словно опытный гид-экскурсовод, распинался о чём-то перед замеревшим от изумления Накаджимой.       — Не стоит. Можешь мясом вареным прикормить, но лучше в интернете почитай, более информативно будет.       — А большой ёжик был?       — Маленький, — усмехается Чуя, продолжая вести выдуманную историю. — Можешь поискать ещё на участке, наверняка спрятался где-то.       — Может посмотрите со мной? — жалобно строит глазки Накаджима, глядя на парней по очереди.       — Боюсь, нам нужно уже идти, — качает головой Осаму. Что ж, раз сказка действительно сработала, то и вопросов к ним больше не должно быть. Главное побыстрее уйти, чтобы родители парня случайно не приметили их. Хотя, Ацуши наверняка расскажет им об этом. — Нужно кое-куда зайти.       — Куда? — Накаджима с интересом наклоняет голову к плечу, отчего Дазай неловко стопорится, не в силах внятно обьяснить их планы.       — Мы просто гуляем, — прерывает Накахара, разворачиваясь на носках к калитке, на что Осаму лишь кивает, следуя за ним. Да уж, «просто гулять с Чуей» звучало весьма... приятно? — Кстати, классная куртка.       — Спасибо! — Ацуши улыбается, махая рукой. — До встречи!       Не успевают они выйти, как Накахара останавливается у забора, поворачивая задумавшегося Осаму обратно. «Ничего не забыл?» — шепчут одними губами, отчего юноша сперва тормозит, но все же, опомнившись, возвращается во двор. Накаджима уже успел занять себя какой-то клумбой, копошась в земле, словно стараясь оживить уже завядшие растения. Дазай тянется к сумке, чтобы вернуть камеру владельцу, но останавливается, замирая. Им же сегодня… снимать. И если они поменяются сейчас, то их «прогулка» с Чуей закончится. Осаму убирает руки от сумки, сжимая кулаки — и что делать?       — Забыли что-то? — Ацуши поднимает лучистый взгляд на переминающегося с ноги на ногу юношу.       — Да нет… Хотел спросить, можем ли мы ещё на день другой поменяться?       — Ты про что? — не понимает Накаджима, вставая с колен. — Ааа, камера и куртка? Конечно, — он улыбается, поправляя инициалы группы на плече. — Нашёл применение фотику?       — Типа того... — кивает Дазай, косясь на забор — отличное применение. — Слушай, у меня просьба…       — Какая?

«Не носи ее никогда больше»

«Сожги на костре»

«Верни, пожалуйста, я сам избавлюсь от неё»

Дазай, столько вариантов того, как ты мог ответить.

Столько вариантов, как ты мог бы предостеречь…

      — Да никакая… — Осаму сдавленно усмехается, отводя взгляд к клумбам. — Надевай пальто сверху, а то прохладно в ней.       — Есть чуть-чуть, — Ацуши искренно смеётся. — Спасибо за заботу! Надену ее только на день рождения и сразу верну. Кстати, вы прийдете?       — Мы? — не понимает Дазай, уже развернувшись к выходу.       — С Чуей. Не знал, что вы дружите.       — Да... конечно... Увидимся завтра? Родителям привет.       — Угу, как вернутся, передам.       Вернутся? Значит показалось… Он закрывает калитку с тяжелым выдохом — так глупо вышло. И зачем приходили, спрашивается? Чтобы убедиться, что у Осаму глюки на фоне случившегося? Неудивительно, собственно — такие вещи, как в ту ночь, навсегда меняют человека, оставляя нестираемый отпечаток на прошлом, настоящем и будущем.       — Забрал? — Чуя закуривает у забора, откидывая в сторону использованную спичку.       — Попросил не носить больше, — прикрывает глаза юноша. Но если он все же ошибся, если обознался, если...       — Супер, — Накахара выдыхает сизый дым, легонько толкая парня плечом. — Считай, дело в шляпе. Нет психопата — нет проблем, — и Дазай слабо улыбается в ответ.

— Куда дальше?

____

_______