Подари мне это лето

      Раннее утреннее солнце опаляло своими тёплыми лучами степные просторы. Бутоны диких цветов раскрывались, а с их листочков скатывалась прозрачная роса, образовавшаяся из-за сырости ночью. Букашки также просыпались и начинали трудиться; пчёлы уже собирали пыльцу для будущего мёда, бабочки летали невысоко над травой и хвастались своими крыльями, а вот гусеницы им завидовали и не могли дождаться момента, когда станут такими же красивыми и свободными. Мелкие зверушки, по типу, полевых мышей и бурозубок, повылезали из своих норок в поисках пищи и очередной работы.       В лесу тоже жизнь не стояла на месте. Не смотря на то, что лучи солнца туда плохо пробирались, птицы всё равно уже не спали, а распивали свои красивые песни, да так громко, что будили близ стоящие дома со скотом. Какие-то шорохи, треск веток, определённо это были белки, которые перепрыгивали с ветки на ветку, а внизу по земле скакал заяц-беляк в своей серенькой шкурке и искал чем бы полакомиться с утра.       В такое же прекрасное утро, когда солнце уже достаточно поднялось и люди в поселении начали браться за работу и труд, Сэмюэль разглагольствовал насчёт красоты природы в ранние часы нового дня. Он поставил деревянный самодельный стол неподалёку от дома, но рядом с картофельным полем, на котором под лупой рассматривал разные растения. А вот Йоэль уже впахивал не покладая рук. Парень спокойно, даже с удовольствием, вызвался помочь местному садовнику с грядками. Хокка выкапывал прямоугольной формы углубления, а работник ставил туда деревянную дощечку, засыпая землёй её с двух сторон. Это было сделано для того, чтобы из-за долгожданных ливней не растеклась вся грядка, да и урожай не затопило.       — Фух, — вздохнул Йоэль и вытер рукой со лба пот, так как солнце уже начало припекать. — Долго ещё?       — Нет, три метра и всё, это, примерно, пять дощечек, — ответил мужчина лет под пятьдесят.       — Что, уже устал? — улыбаясь произнёс Сэм, продолжая что-то записывать в свой блокнот.       — Да нет, просто рассчитываю за какое время я расплавлюсь, — усмехнулся блондин и воткнул лопату в землю.       Он посмотрел вдаль и увидел чёрного коня за полем с картофелем. Тот грациозно поднимал одну ногу и опускал на землю, делая шаг, затем поднимая другую. Его короткая шерсть сияла на солнце, а угольного цвета грива отблёскивала немного синеватым. Внимание Йоэля привлёк наездник, а именно Алекси, который сидел на коне с идеально прямой спиной и держался руками за седло. Несильный ветерок обдувал его личико и развивал лёгкие волоски, также как и гриву лошади.       Парень выглядел необычайно обворожительно. Настолько наделённый естественной красотой юноша приманивал к себе внимание, заставлял запомнить его образ и обречённо выдохнуть, ведь таких людей единицы во всём необъятном мире.       — Я надеюсь, вы не против, — Йоэль начал расстёгивать лёгкую рубаху цвета слоновой кости, а Сэмюэль лишь махнул рукой, как бы понимая парня.       Алекси аккуратно забрался двумя ногами на спину своего коня и сидел на корточках, пытаясь поймать равновесие. После чего он взял поводья и потихоньку начал вставать, уверенно опираясь на ноги. Лошадь терпеливо ждала указаний своего наездника, да и не пыталась как-то его с себя сбросить, ведь была приучена к этому с момента встречи с темноволосым. С тех пор они действительно были лучшими друзьями.       Как только парнишка твёрдо встал на ноги, он прикрыл глаза, чтобы полностью сконцентрироваться, а главное не упасть. Конь потихоньку начал двигаться, а Алекси уже разглядывал пейзаж. Это продолжалось до тех пор, пока животное не развернулось мордой в сторону дома. Парень заметил своего отца, который разговаривал со своим бывшим студентом.       Резко в груди забилось сердце; Алекс заострил своё внимание на Йоэле, который расстёгивал свою рубаху и уже её снимал. Линии сильных и крепких плеч так и манили к себе, а подтянутые бока и живот, так ещё и видны были кубики пресса. Старший определённо держал форму, хоть и был немного худ. Капельки пота стекали со лба по шее, падая в ямку ключиц, скапливаясь там, а потом стекая по грудной клетке, торсу и впитываясь в ткань шорт.       Волосы Йоэля были заплетены в небрежный хвост с некой петелькой. Когда он взял в руки лопату и снова начал копать яму, то дыхание Алекси становилось прерывистым. Мало того, что по белоснежной коже блондина стекает каплями пот, так ещё и все мышцы напряжены и он оказывается куда сильнее, чем казалось в начале.       — А ты уже начал писать книгу? — спросил Сэмюэль Йоэля, который приостановился и выдохнул.       — Да куда там! Ручка благополучно закончилась, а карандаш источился. Представляете? Прямо безвыходная ситуация, — усмехнулся Хокка, а мужчина посмеялся.       — Да уж, давно я не встречал подобной ситуации. Но всему есть решение. У нас в городе есть отличный магазин, там сможешь купить любую ручку и карандаш на любой вкус, — махнул рукой Сэм.       — На чём же я до туда доберусь? Не уж-то хотите меня пешим отправить? — пошутил парень.       — Эх, придётся дать тебе свою машину. Водить-то умеешь?       — А кто в наше время не умеет? Даже женщины лучше мужчин водят машиной, а то как отлично в них разбираются... я промолчу.       — Здесь ты прав. Захватишь с собой моего сына. Он тебе покажет этот магазинчик, да и в целом экскурсию проведёт. Сам-то он это место как свои пять пальцев знает, — продолжал улыбаться мужчина, а потом услышал, как что-то упало.       Как оказалось, Алекси всё-таки не удержал равновесие и с грохотом упал на землю. Конь опустил голову к парню, дабы узнать, жив ли его хозяин или нет.       — Хэй, малец! Ты там жив, цел? — крикнул Сэм своему сыну, который поднял руку вверх и крикнул:       — Пока ещё орёл! — мужчина посмеялся. — Собирайся, покажешь Йоэлю окрестности центра нашего города!       Алекси поднялся на ноги и смотрел на гостя, который как раз заканчивал с работой на грядках и, захватив рубашку, направился в дом. Лошадь до сих пор стояла рядом и ткнула своего наездника в живот, отчего вернула его в жизнь из мира мыслей. Тот лишь погладил коня и повёл его в конюшню.       Йоэль сменил рубашку и на нём уже была обычная белая с разноцветными цветами. Когда он вышел на улицу, то увидел как Алекси пытается открыть дверь, дёргая за ручку, но так ничего и не получилось.       — Консервная банка, а не машина, — проворчал парень, а потом услышал кашель позади себя и обернулся. — Тут это... — он почесал затылок и показал на дверцу.       — Я вижу, вот только с машиной нужно ласково, — Хокка чуть поддел ручку двери, приподнял её, а там дверца уже сама открылась. — Прошу.       — Это незаконно.       — Полностью с тобой согласен, — усмехнулся Йоэль и прошёл к водительскому месту, дергая за козырёк, откуда выпали ключи от машины. — Водить ты видимо тоже не умеешь, да?       — Я лучше на лошади год скакать буду, чем сяду за руль этого недотанка.       Йоэль улыбнулся и завёл мотор машины, выезжая за территорию поместья. Громкий звук двигателя глушил все звуки за пределами автомобиля. Дорога была такой же пыльно и, из-за гравия, который попадал под колёсные арки, был слышан бесконечный стук.       Как только рассыпчатая дорога сменилась на дорогу из плотно уложенного камня - это значило, что они приехали в центр города. Чистые аккуратные улочки с яркими вывесками, абсолютно немноголюдное место, да и к тому же спокойное. Здесь не было той живой обстановки, которая присутствовала в поселении рядом.       Алекси указывал пальцем, куда нужно ехать, а Йоэль послушно поворачивал руль. Остановились они около канцелярского магазинчика со стеклянными дверями и большими прозрачными витринами, на которых, кроме ручек, тетрадей и альбомов, были также слесарные инструменты и приборы для рукоделия. Хокка, когда вышел из машины, оглядел здание, в котором был магазин. Это оказалось обычное бетонное невысокое здание в нежно-жёлтых тонах.       — Так вот, где я могу приобрести ручку и карандаш, — произнёс блондин, а Алекс только кивнул головой, не выходя из машины. — Ты здесь останешься?       — Думаю, да. Или вас нужно сопровождать?       — Нет, — посмеялся Йоэль, — я и сам справлюсь.       Помещение оказалось довольно маленьким; вокруг стояли небольшие деревянные витрины, а вдоль стен были расположены шкафы с разными книгами и инструментами. На кассе стоял седоволосый мужчина лет так шестидесяти. Он что-то записывал в свою клетчатую тетрадь и пересчитывал пару купюр. Этот человек ведь и являлся владельцем магазина и знал всех, кто к нему приходит, но заметив Йоэля, он немного нахмурил брови, пытаясь вспомнить покупателя.       — Здравствуйте, я вас впервые здесь вижу, — улыбнулся старичок, а Хокка подошёл к кассе.       — Да, я бывший студент Сэмюэля Каунисвеси, приехал, чтобы помочь ему с книгой, — также приветливо улыбнувшись, объяснил блондин.       — Ах, точно! Помню, пару недель назад Сэм был безумно рад тому, что вы решились приехать. Здесь все это и узнали, так как почта находится рядом, да и он особо не скрывал своего счастья, — немного посмеялся мужчина. — Чем могу помочь?       — Мне нужен хороший грифельный карандаш. Желательно твёрдый, но жидкий, — своей просьбой Хокка поставил владельца магазина в тупик.       — Ох, ну и задача. Я принесу все возможные варианты, а вы выберите, что вам больше подходит, хорошо?       — Конечно!       На поверхности деревянной витрины, которая была высотой примерно до живота старичка, мужчина разложил пять видов грифельных карандашей, а также по дополнительной просьбе принёс несколько синих ручек. Йоэль тщательно выбирал то, чем ему удобно писать, прописывая на отдельном листке одно и тоже слово, а после рисовал ромашку. Таким же образом он выбрал и ручку, после чего оплатил свою покупку и вышел на улицу, попрощавшись с владельцем магазинчика.       Заметив блондина, Алекси радостно выдохнул, так как ему было ужасно скучно сидеть в машине, так ещё и без музыки, так как магнитола была сломана.       — Заскучал? — спросил Йоэль, стоя перед открытым окном в салон.       — Да, здесь даже музыки нет.       — Согласен. Предлагаю, выпить кофе в местном кафетерии. Ты не против? — игриво произнёс Хокка, а Алекс немного задумался.       — Хорошо, но у меня нет денег.       — Брось, — блондин махнул рукой, — я плачу. Не переживай.       Кафе оказалось поблизости. Внутрь парни даже не стали заходить, так как решили остаться на прелестной веранде. Круглые деревянные столики, накрытые белой скатертью, а на поверхности стояли солонка и перечница, вместе с салфетницей. Подувал лёгкий ветерок, который шевелил края скатерти; вокруг стола стояло три стула со спинкой - они были сделаны из пластика.       Алекси сидел за столом и ждал, когда Йоэль придёт, ведь тот сказал ему - сидеть и не двигаться, что собственно темноволосый и делал. Хокка вышел из кафетерия с двумя белыми чашками с ароматным кофе и поставил на стол, садясь на стул. Паренёк взял сахарницу и высыпал в напиток около пяти ложек, чтобы он был не таким горьким. Блондин снова улыбнулся, но добавлять подобную сладость в свой кофе не собирался. Ещё с подросткового возраста он привык пить эспрессо без сахара, что ж, привычка осталась.       Йоэль внимательно смотрел на мальчишку, который взял чашку двумя руками и понемногу отпивал, так как напиток был горячим. Такие детские движения, детский взгляд и в целом Алекси смахивал на ребёнка, что умиляло старшего, но было в этом дитё то, чего не было ни в ком, кого раньше встречал Йоэль. Алекс был умён не по годам. Во время поездки мальчик не сильно поддерживал разговор, но иногда выдавал очень интересные мысли, над которыми Хокка ещё очень долго думает.       Алекси был сущим талантом. Кроме великолепной игры на рояле, он отлично исполнял различные трюки на лошади, не боясь разгоняться до немыслимой скорости. Парень определённо получал множество травм, но вставал и, не опуская руки, продолжал идти к своей цели. Йоэль был почти на сто процентов уверен, что у этого самоуверенного и целеустремлённого мальца получится добиться таких успехов, которых он не ожидает сам.       ***       Через несколько дней после поездки в центр города, Йоэль серьёзно занялся написанием книги Сэмюэля в научном стиле. Парень изучал множество материала, исписал три тетради, вырывая листки из них и кидая на пол в скомканном виде. Милая девушка, которая прибиралась в доме, горела желанием собрать весь этот мусор и выкинуть его, но Хокка настрого запрещал. Дело было в том, что бывали моменты, когда он срывался с места и начинал перебирать все эти мятые листки, ища то, что ему нужно. Поэтому он запрещал убираться в своей комнате.       Парень ложился спать только под утро, когда по всей долине раздавались громкое пение петухов, что означало - восход солнца. Йоэль наматывал круги по своей комнате; время от времени, хотя в основном ночью, он выходил на балкон и закуривал сигарету, всматриваясь в тёмное небо, усыпанное звёздами.       В одну из таких ночей он застал Алекси, который вышел на улицу обмотанный в одеяло, удобно ложась на немного мокроватую траву. Тот также смотрел на ночное небо, поднимая руки вверх, что-то рисуя ими в воздухе. Йоэль предполагал, что это созвездия, в общем-то, он не ошибался. В такие моменты ему становилось очень интересно наблюдать за таким спокойным и молчаливым парнем.       Алекси его манил. Он манил его своей юношеской красотой и возможностью пообщаться с человеком, который его будет понимать и поддерживать, чтобы тот не рассказывал. Но больше Йоэль любил разговаривать с людьми, которые противостоят его мнению. Ему нравилось слушать их точки зрения, переосмысливая некоторые моменты или вовсе опровергать, чего Хокка делал очень мало. Блондин был ярым фанатом критики; она его смешила, удовлетворяла и давала поучительные уроки, хоть и не всегда.       В один из солнечных дней, после пятичасового сна Йоэль соизволил выйти из своей комнаты с мыслью, что стоит прогуляться, иначе он так и задохнётся в пыли, которая поселилась почти в каждом уголке его спальни. Он спустился вниз и вышел на улицу, сталкиваясь с яркой улыбкой Мэри, которая сообщила, что Сэмюэль пару дней не будет появляться в поместье, так как ушёл на поиски какого-то необычного растения или вдохновения.       Хокка не знал чем себя занять, но ноги, включив автопилот, сами привели его к конюшне, откуда был слышан милый тоненький голосочек парнишки, что напевал себе под нос. Ворота деревянного строения были открыты, поэтому ещё из далека можно было увидеть Алекси, который вычёсывал гриву коня. Йоэль смотрел на стройного парня, который старательно проходился расчёской по длинным волосам лошади. Мальчишка же это заметил, поэтому замолк, но блондин не собирался младшего заставлять продолжать петь.       — Красивый конь, — старший погладил чистое и вымытое животное по спине и брюху. — Как зовут?       — Нокс, — ответил темноволосый, убирая гребень в карман и заводя лошадь в денник, закрывая за ней дверцу.       — Нокс, красиво звучит, статно и победоносно. Ты ведь знаешь латинское значение? — Йоэль взглянул на парня, а тот кивнул головой, беря вилы в руку и направляясь к стогу сена.       — Нокс с латинского ночь, так как он весь чёрный, без единого пятнышка, а ещё он не любит спать ночью, — пояснил Алекси, перебрасывал сено с одного места на другое для того, чтобы оно хорошенько просушилось от ночной сырости.       — Твой отец говорил, что у вас две лошади.       — Два коня, второй пасётся на поляне. Его я назвал Либер, потому что...       — Потому что он любит свободу? — предположил Хокка, немного улыбаясь.       — Да, именно так, — усмехнулся парень, продолжая работать с сухой травой, иногда разбирая её руками.       — Может я тебе помогу? — почему-то отдыхать резко расхотелось и блондин посчитал, что умеренная доза труда тоже не помешает, может даже вдохновит.       — Нет, с сеном я сам справлюсь. А вы если так рвётесь помочь, то перед входом стоят железные вёдра, в них бы воду из крана набрать и сюда принести. Кони ещё те водохлёбы.       Йоэль кивнул головой и вышел из конюшни, беря все четыре ведра, и направился к уличному крану, откуда постоянно наливали воду для поливки сада и огорода, ну и, конечно, для животных. Набрав девять литров в одно ведро, Хокка попытался его поднять и понял, что таскать придётся по одному, так как уж очень тяжело было, а надорвать спину не хотелось. Дотащив одно ведро до конюшни, Алекси сказал ему, что эти вёдра нужно поставить вдоль стен денника. Второе и третье ведро блондин дотащил уже с отдышкой, так как расстояние от крана до конюшни было не малым, так ещё и тропинка не ровная. Но вот с четвёртый железным сосудом Йоэлю не повезло - ручка уж слишком хлипко была закреплена, поэтому в любой момент могла вылететь из дырочки.       Родившись рискованным парнем, и с годами эта жажда к риску не исчезла, парень набрал в ведро воды и аккуратно, но быстро понёс его в конюшню. Предмет немного покачивался, а из-за трения двух железных деталей был слышан скрип, и к счастью он не сильно резал слух.       — Алекс, у меня ощущения, будто это ведро сейчас упадёт, — крикнул Йоэль, когда заходил в конюшню, а темноволосый, который закончил свою работу, подошёл к старшему.       Именно в этот момент ручка с обоих концов ведра отрывается и сосуд с водой падает на землю, приземляясь исключительно на дно. Но вся жидкость в нём, по закону физики, выплескалась и облила что Йоэля, что Алекси. Парни стояли в полном шоке, а вода стекала с них ручьём, при этом промокли все до нитки.       Хокка взглянул на мальчишку, а тот на него. Первым смешок издал блондин, а за ним уже и Алекс, после чего они оба залились в смехе, чуть ли не падая на землю. Такую ситуацию невозможно было представить, но она оказалась довольно весёлой.       ***       На зелёной, мягкой и свежей траве лежал Йоэль, подложив руки себе под голову. Его длинные светлые волосы растеклись и где-то даже запутались в лепестках полевых цветов. Он был гол, разве что в трусах, так как они были сухими, а вот вся остальная одежда висела на бельевых верёвках на улице и сохла под солнцем, так ещё её обдавал лёгкий летний ветерок. Парень смотрел на небо и разглядывал белые разводы, подразумевая, что это следы облаков.       Рядом с ним лежал худощавый мальчишка, который также был только в трусах, но чувствовал себя умиротворённо. Было ощущение, что эта внезапная ситуация и вода, которая вылилась на них, смыла всю усталость и какой-то ком, нагружающий их изо дня в день. Чёрные волосы Алекси были осыпаны синими лепесточками васильков, которые делали и без того красивого парня ещё прекраснее. Его глаза были прикрыты, а каждый раз когда он вдыхал, его лёгкие увеличивались, а живот становился плоским.       Мальчишка удобнее сел на траву, а лепестки и сами цветки остались впутанными в его волосы, которые спадали немного на лицо. Йоэль перевёл свой взгляд на Алекси и приподнялся на локти, не стесняясь его разглядывать. Лучи солнца пробирались сквозь локоны тёмных волос, пытаясь коснуться бледного личика. Парень поставил руки позади себя и откинул голову назад, прогибаясь в спине как кошка, демонстрируя свою девственно красивую шею и острые ключицы. Йоэль видел, как двигался кадык парня и глотании, но подняв взгляд он и увидел немного приоткрытый ротик с видными белыми ровненькими зубками, особенно были заметны верхние посередине. Глаза Алекс так и не открыл, зато реснички чуть-чуть трепетались. Хокка было не подвластно оторвать взгляд, это было невозможно и невообразимо бестактно, потому что темноволосый заслуживал такое внимание.       — Ты безумно красив, — прошептал блондин, чуть ли не задыхаясь в том, за чем он сейчас наблюдает.       Уголки ровных розовых губ Алекси поднялись, но ротик всё также был приоткрыл, чем манил старшего ещё сильнее. Эта улыбка не делала из него ребёнка, эта улыбка делала его привлекательным парнем, который мог завоевать своей неземной красотой даже бога. Он являлся юнцом, который приманивал к себе почти взрослого мужчину. Да, Йоэля можно было назвать парнем, но уж точно не юношей. Он внешне выглядел очень взросло для своих лет, поэтому не редкость, что ему давали двадцать пять или больше лет. Хотя этой осенью ему должно было исполниться всего двадцать три. Но он не расстраивался, ведь во время, когда ему не было восемнадцати, ему спокойно продавали пиво или вино.       Йоэль не смог удержаться; он невесомо коснулся пальцами подбородка Алекси, проводя ими вниз по нежной коже шеи и останавливаясь на ключицах. Темноволосый открыл глаза и посмотрел на старшего, который глядел на него как заворожённый.       — Зачем вы это сделали? — спросил Алекс, садясь перед блондином.       — Прости, не удержался. Ты похож на ангела, не удивлюсь если бог завидует твоей красоте, которую сам даровал.       Мальчишка смотрел за ладонью Хокка, которая приближалась к его лицу и коснулась щеки, при этом большой палец огладил нежные губки парня. Почему-то Алекси не мог найти в себе силы оторваться от старшего; они лежали довольно далеко от дома, их точно никто не видел, что ещё больше навевало младшему в голову всякие дурные мысли. Йоэль посмотрел в глаза небесного цвета и признался себе, что готов в них утонуть.       — Ты случайно не состоишь в шабаше? — поинтересовался Хокка, шутя, но мальчишка лишь отрицательно помотал головой, всё ещё не в состояние нормально подвигаться. — Ведьмаки - это начальники ведьм определённой местности; могут действовать заодно с ними или, наоборот, защищать людей от проделок ведьм и заложных покойников, заговорами лечить болезни людей и животных. Но также они могут преображаться, становиться настолько красивыми, что равных нет.       — Вы хотите сказать, что я ведьмак? — немного улыбнулся парень.       — Иначе я не вижу другого объяснения, почему ты меня так приманиваешь, — прошептал Йоэль, опуская взгляд на губы Алекси.       Всего за пару секунд внутри темноволосого зародилось что-то иное и незнакомое. Его сердце стало биться сильнее, а дыхание прерывистым; он всё ещё ощущал палец старшего на своих губах, хоть его там и не было. Что управляло ими двумя неизвестно, но Алекс неосознанно приблизился к лицу Йоэля, который готов был, как змея, впиться в губы младшего, но сдерживал себя.       Но, если Хокка себя сдерживал, то голова мальчишки была полностью одурманена. Преодолев пару сантиметров, блондин почувствовал на своих губах нежные и мягкие губы парня. Поцелуй же был коротким и трепетным; Алекси будто чего-то боялся, хоть и сам это сделал.       Отстранившись от чужих губ, младший взглянул в глаза Йоэля, а тот не собирался на этом заканчивать. В нём словно разыгрался огонь ярким пламенем, опаляя сердце и все другие органы. Он проскользил ладонью с щеки по шее, ключицам, быстро вздымающейся груди, заводя руку под спину темноволосого, придвигая его ближе к себе. Им овладели лишь чувства и желание, поэтому Хокка прислонился своей оголённой грудью к грудной клетке Алекса и поцеловал его. Мальчишка неумело отвечал на действия блондина, ощущая, как рука старшего, находясь тем временем на пояснице, прижимала чистое и девственное тело к сильному и немного мускулистому. Йоэль нежно, но настойчиво целовал парня, оттягивая нижнюю или верхнюю губу, в то время как тот уже задыхался от эмоций и чувств, которые были в нём.       Алекси прижимался грудью к горячему и крепкому телу, а его бледная кожа покрывалась мурашками от того, что происходило между двумя парнями. Прошло лишь пару минут неловкого поцелуя, как темноволосый начал отвечать с такой же настойчивостью, отчего Хокка улыбнулся и второй рукой взял мальчишку за подбородок, ненадолго отстраняясь.       — Ты можешь пожалеть об этом, — прошептал старший прямо в приоткрытые губы Алекса, обдавая их тёплым дыханием, а тот лишь пытался отдышаться.       — Это ведь будет потом, — как бы с намёком произнёс парнишка, а Йоэль усмехнулся и притянул его за подбородок к себе.       Блондин углубил поцелуй; его ловкий горячий язык проник внутрь рта младшего и сцепился с его языком, затем проходясь им по зубам и снова возвращаясь к нежному и трепетному поцелую. Алекси держал свои руки у старшего на плечах, немного их сжимая, так как скромность в нём ещё присутствовала.       Через минуту Йоэль отстранился от губ мальчишки, хоть и очень сильно этого не хотел, но он посмотрел в его глаза и увидел насколько чёрные зрачки были расширены, словно у зверя, правда взгляд всё равно оставался юношеским с неким смущением.       — Это был твой первый поцелуй? — предположил Хокка, а тот кивнул головой, уделяя своё внимание траве и цветам, на которых они лежали и сидели. — Тебе понравилось? — Алекси снова кивнул головой, чем вызвал небольшой смешок со стороны старшего. — Значит, я не испортил твой дебют.       Внутри себя темноволосый метался из стороны в сторону. Он никогда ничего подобного не ощущал и определённо хотел почувствовать большее. Ему было некомфортно, даже странно осознавать, что первый его поцелуй произошёл не с девушкой, как этого хотели его мать и отец, а с парнем, который на четыре года старше него. Алекси чувствовал себя грешником, испорченным, и так бы посчитал каждый, если бы их увидел, но... в их время и не такое происходило.       ***       Йоэль продолжал работать над книгой. Сэмюэль время от времени помогал парню, подкидывал новые факты растения и открытия. Не сказать, что они были такими масштабными, но для лекарей информация была полезной. Хокка писал книгу в разных местах: то в доме, то на свежем воздухе, где-то в саду или на поляне, иногда на веранде, а когда-то уходил к реке, находящаяся вблизи от дома.       Всё больше и больше его голова была забита молодым парнишкой, который тренировал трюки на своём коне и делал опасные движения, отчего Хокка смотрел с беспокойством в сердце. Алекси выглядел очень приторно, да так, что от этого невозможно было оторвать взгляд. Йоэль во время работы часто отвлекался и наблюдал за темноволосым, смотрел как тот скачет на лошади или же её тренирует. Это было неправильно, но от того, что это не по правилам, блондина к этому тянуло.       ***       Алекси с детства зависал в библиотеке отца, где находил много обучающих книг, а также сборники трюков на лошадях. Сэм специально во время командировок в другие города покупал их как можно больше, чтобы сын ни в чём не нуждался и спокойно тренировался. Мальчишка прочитал всё, но время от времени возвращался к сборникам и вычитывал заново.       Именно этим сейчас и занимался парень, выискивая нужную книгу в бордовой обложке. Библиотека выглядела богато; широкие шкафы из красного дерева до потолка, полки которых были полностью забиты бумажными информационными носителями. Также в помещение стоял большой длинный стол с лампой, у которой был стеклянный зелёный абажур. Именно на этот стол Алекси скидывал нужные книги... да и лишние, в прочем, тоже.       По счастливой случайности Йоэль застал темноволосого в библиотеке. Тот пытался дотянуться до необходимой ему книги, но низкий рост не позволял мальчишке это сделать. Когда он всё же решил, что стоит взять стул, как его обняли со спины, кладя ладонь на живот, растопыривая пальцы, из-за чего ладонь казалась ещё больше. Алекси не мог не отреагировать; сердце начало биться быстрее, а дыхание прерывалось. Он почувствовал как кто-то прислонился всем телом к его спине, рукой притягивая к себе. Парень поднял голову и увидел Йоэля, который уже протягивал ему нужную книгу.       — Всё в порядке? — спросил старший, немного приподнимая уголки губ.       — Д-да, вроде... бы, — мальчишка понятия не имел, как ему нужно реагировать на подобное. — Что вы делаете?       — Тебе неприятно? — томным голосом произнёс Хокка, заправляя волосы парня за ушко, чуть наклоняясь, обдавая его своим дыханием.       — Я... я не понимаю... зачем?       — Просто так, — блондин приблизился к нежной коже за ухом Алекса, а тот немного дёрнулся и отодвинулся, но Йоэль снова притянул его к себе, поднимая руку к вздымающейся грудной клетке. — Не двигайся, — прошептал он и коснулся губами сладковатой кожи мальчишки.       Алекси словно повиновался, поэтому и не смел двигаться. По спине пробежались мурашки, отчего стало ещё приятнее, а губы блондина продолжали целовать место за ушком темноволосого, опускаясь ниже, осыпая благостными прикосновениями бархатную кожу на шее. Тот прикрыл глаза, закусывая губу и полностью доверяя парню позади себя, прижимаясь спиной к его телу и откидывая голову на плечо Йоэля. Хокка улыбнулся и продолжал приносить удовольствие своими действиями младшему. Он положил книгу на ближайшую полку и опустил ладонь на бедро Алекса, из-за чего тот дёрнулся.       — Тише, тише, всё хорошо, — шепча и успокаивая говорил Йоэль, начиная поглаживать ладонью худое, но крепкое, бедро парня.       — Ах... — вырвалось из груди Алекса, когда старший чуть надавил рукой на низ живота, отчего в том же месте стало очень приятно.       Хокка изумительно знал, что делает, поэтому продолжил целовать уже не шею юноши, а его ключицы. Проходясь по коже языком, он чувствовал как на кончике остаётся непонятная сладость. Возможно, это от мыла, которым моется темноволосый, а может и одеколон. Что бы это не было, блондину это безумно нравится. Он поднимал руку с бедра, касаясь тазовой кости, проходясь по боку живота, немного задирая футболку, а потом пальцами забрался в копну волос младшего и начал делать постепенные движения, как бы массаж. Алекси же боялся представить, как это выглядит со стороны, но ему было так приятно, что все посторонние мысли улетучивались вмиг.       Йоэль приостановил все свои действия и развернул парнишку к себе лицом, вглядываясь в прикрытые глаза того. Мальчишка распахнул свои веки с прекрасными чёрными ресницами и два синих сапфира смотрели в глаза Хокка, который сделал шаг вперёд и заставил Алекса прислониться спиной к полкам с книгами. Старший положил свою тёплую ладонь к бледной щеке и немного приподнял голову, аккуратно, словно к снегу, что вот-вот растает, прислонился своими губами к губам темноволосого. Йоэль мгновенно углубил поцелуй, на что младший не постеснялся ответить, что получилось даже неплохо. Хокка уже успел заметить, что Алекси целуется не хуже него, скорее, наоборот.       Руки младшего сжимали плечи блондина, а тот одной рукой держал парня за талию, а вторая находилась на нежной порозовевшей щёчке. Йоэль притягивал темноволосого к себе вплотную, особенно тазовую часть тела. Алекс сквозь поцелуй начал постанывать, тихо и, казалось бы, не придавая значения. Но Хокка всё же прекратил; он оставил последний влажный и сладкий поцелуй на нежных немного опухших губах, внимательно смотря на парня перед собой.       — Кто-то раскрепостился, — усмехнулся старший, продолжая обнимать за талию парня.       — Я... вы... если родители узнают...       — То ничего не будет, — почти тихо пропел Йоэль, снова целуя мальчишку в губки. — Твой отец нормально к этому относится, уж поверь мне.       — Что вы имеете ввиду?       — Когда он преподавал у меня были недлинные отношения со своим одногруппником, Сэм отлично мне помог справиться с пережитым расставанием, — в голове парня всплыли моменты того времени, но он сразу же отвлёкся. — Алекси, тебе восемнадцать и ты ни разу не был в отношениях с девушками, даже не целовался с ними, но охотно отвечаешь на махинации двадцатидвухлетнего парня. Что думаешь по этому поводу?       — Думаю, что так не должно быть. Извините, — младший выскользнул из объятий Йоэля и, забрав книги со стола и ту, что лежала на полке, вышел из библиотеки.       Хокка не умел состоять в длительных отношениях, это ему показал опыт, поэтому, если что-то и получится с Алекси, то это будет лишь трёхмесячный летний роман, но не больше. Блондин хотел настроить парня на лучшее, чтобы тот достиг своих целей, дабы однажды увидеть того в роли победителя соревнований по конным скачкам. Именно это он считал своей целью и своим долгом. Он вряд ли успеет влюбиться в это голубоглазое чудо с чёрной копной волос на голове и с безумно красивым телом. В этом был весь Алекси Каунисвеси.