Зелье (счастья?)

***

— Я не хочу вас огорчать, но у меня плохие новости, — он указывает рукой в сторону лестницы, на которой всё ещё виднеются два белых силуэта. — Как считаете, обрадуется ли Орден Бездны бесценной находке в лице нашего Альбедо? Заданный вопрос будто бы растворяется в воздухе, не получив не то что ответа, но даже хоть какой-то реакции. Дилюк обеспокоенно оглядывает девушек с ног до головы и слегка ужасается: одежда магистра Джинн почти вся опалена, а где-то и прожжена насквозь, являя взору красные вздувшиеся ожоги, а с рук Амели продолжает сочиться кровь, которая уже давно бы запеклась, не пытайся девушка постоянно шевелить пальцами. Чувство вины комком застревает в горле, заставляя смущённо отвести взгляд, который упирается в парящий красный ключ. Ключ… «Если представить, что та невидимая стена — это дверь, то должен быть и ключ, отпирающий её?» Каждое неверное действие здесь может оказаться летальным, поэтому Дилюк, подходя к ключу, сразу же призывает меч, и, удерживая его одной рукой, другую тянет к красной фигуре. — Неужто так надоело жить? Странный рычаще-шипящий голос звучит так близко, словно владелец его стоит прямо за спиной и шепчет виноделу на ухо. Он оборачивается и мгновенно производит атаку, которую пришедший блокирует, не совершив ни единого движения. Фигура выше Дилюка на полторы-две головы, светится красным и держит что-то в руках… Пиро Чтец. — Не делай резких движений, клеймёный. Желай я твоей смерти — ты уже был бы мёртв. Я здесь по приказу от… Очередной удар двуручного меча прерывает речь Вестника и вонзается в плечо, из-за чего тот раздражённо шипит, и огненный столб, вырвавшийся прямо из-под пола, сбивает винодела с ног и подбрасывает вверх. — Не важно, глуп ты или глух. Мне велено доставить вас живыми, но это не значит, что целыми! После этих слов по всему периметру круглого поля вспыхнули столбы пламени, от которого Амели и Джинн едва успели увернуться, запрыгнув внутрь пылающего кольца. Когда огонь стал слишком ярким, Дилюк закрыл глаза и открыл их всего спустя пару секунд, однако от прежнего зала не осталось и намёка. Здесь всё так же мрачно и темно, однако в отличие от тусклого синеватого света в прошлом зале, здесь факела светят заметно ярче. Стены с каменной кладкой потёртые, местами даже покрыты мелкой паутиной трещин; пахнет сыростью и пылью. Справа от Дилюка — согнутая пополам Амели, удерживаемая двумя странными чёрными силуэтами, похожими на доспехи, но… словно бы без человека внутри. Слева — упавшая на колени Джинн со связанными руками. — Интересно… Единственные, кто могут здесь, в теории, говорить — те рыцари-доспехи, однако голос явно женский, даже девичий, довольно звонкий, но спокойный. — Здесь давно не было… людей. Странная заминка в речи говорящего несколько смущает, однако все мысли вышибает клином, когда винодела сгибают так же, как согнута Амели, но, в отличие от неё, ещё и связывают руки за спиной. Всё, что видит Дилюк — белые сапоги, шагающие от одного из них к другому. В конце концов, стук каблуков прекращается, когда пара обуви останавливается напротив лучницы. — Хмм, хорошо… Уведите тех двоих. Два-один и Два-два подойдут. Толчок в спину — и ноги сами начинают двигаться к лестнице, ведущей вниз. Попытка воспротивиться, остаться и спасти Амели — удар под рёбра, обжигающий горло кашель и потемнение в глазах. Лестница ещё более потрескавшаяся, чем стены, и воздух становится заметно прохладнее. Длинный коридор, освящённый такими же факелами, разделяется на несколько проходов в разные стороны. Какое-то количество металлических дверей остаётся позади, а вот первая деревянная с фиолетовыми прожилками открывается, стоит только одному из доспехов поднести к ней что-то вроде руки, больше похожей на бур. Дилюка бесцеремонно заталкивают внутрь, и проход запечатывается так быстро, что тот не успевает даже вдохнуть, чтобы что-то сказать. Испуганное лицо магистра растворяется в громком хлопке, оповещающим, что дверь заперта. Стоит ли пытаться выбить дверь? Возможно… …но не в его положении. От недостатка еды, сна и даже воды Рагнвиндр буквально физически ощущает полное отсутствие сил так, как не чувствовал в том зале с ключом. Слабость поселяется в мышцах, заставляя их мучительно ныть, и попавшая в поле зрения каменная кушетка с наброшенными поверх тряпками кажется чересчур привлекательной. «Нельзя, нельзя сдаваться…» «Она там одна, совсем одна». Узор на двери, о которую опёрся Дилюк, светится всё ярче и ярче, а парень чувствует себя всё хуже и хуже. В конце концов, ноги просто отказываются держать на себе вес тела и колени сгибаются, идя против воли хозяина тела. Тошнит. Неприятный скрежет доносится, кажется, прямо из стен небольшой комнатушки, делая всё только хуже. Гудит в голове. Гудит так назойливо, что хочется свернуть себе шею, только бы избавиться от звука. И веки всё тяжелее. Возможно ли бороться с физиологическими потребностями? Ответ на вопрос вполне очевиден, но Дилюк, вопреки ему, пальцами цепляется за ручку деревянной двери и тянет тело вверх, пытаясь напрячь обмякшие ноги, отчего фиолетовый узор разгорается ещё ярче. И он падает, ударяясь затылком о стену.

***

— И что Вы с ними сделаете? — осмеливается Кэйа задать вопрос тонкой спине. — Хм? — девушка в белом одеянии разворачивается, являя взору аккуратное личико с широко распахнутыми золотисто-песочными глазами. «Будем строить из себя белых и пушистых?» — Ты о… — она показывает пальцем вниз, туда, куда увели Джинн и Дилюка. — Нет нужды беспокоиться. Я всего лишь дам им немного отдохнуть. Ведь это не самая худшая мука? Несмотря на откровенную издёвку, голос её звучит нежно и спокойно, будто бы она всерьёз интересуется мнением собеседницы. «Ты меня за дурака держишь?» Она громко вздыхает, после чего кладёт руки в тёмных перчатках без пальцев на спинку одного из стульев и пододвигает его к Амели, освобождённой от цепкой хватки доспехов, но продолжающей оставаться на месте, садясь прямо напротив неё и опираясь локтями на собственные сведённые коленки. — Лучше расскажи мне, что с тобой случилось. Или мне стоит обращаться к тебе на «Вы», принц Чёрного Солнца? …Что? — Как-как? Принц? — капитан недоверчиво щурит глаза, продолжая разыгрывать комедию, хотя внутри всё переворачивается вверх-тормашками. Конечно, он никогда не забывал слова родного, бросившего его отца о том, что Кэйа — последняя надежда Каэнри’ах. Но чтобы быть принцем? Кажется, у бедняги, сказавшей это, поплавились здесь мозги. Особенно учитывая то, что Альберих сейчас даже не в своём теле. — Конечно, титул Короля будет уместнее, учитывая, что сейчас на престол можешь взойти лишь ты… но за тобой всё ещё закреплён именно титул принца, — несколько задумчиво протягивает, судя по всему, владелица этого места. Девушка встаёт со стула, убирая с лица светлые волосы, и подходит к Амели, после чего совсем панибратски кладёт руку ей на талию. — Хэй… — голос срывается и хрипит, вынуждая Кэйу прокашляться. — Метка наследника, — озвучивает светловолосая так, будто бы говорит о сегодняшней погоде. — Только вот почему она теперь здесь? Была же… Её лицо приближается к лицу капитана, опаляя щёку горячим дыханием. Песочно-золотые глаза вглядываются в глаза… нет, глаз лучницы, после чего щурятся, и она отходит. — Да и на принца ты слабо похож… Тогда она кладёт руку на лоб Амели, машет головой и перемещается на живот. — Ах, чудесное искусство Кхемии… — на лице девушки пляшет лёгкая как вуаль улыбка, настолько расслабленная и одобрительно-довольная, что Кэйе становится неловко. — Не имею ли я чести знать, с кем говорю? — Альберих поднимает голову в горделиво-пренебрежительном жесте. — Ох, как нетактично с моей стороны. Взмахом ноги девушка роняет стул, на котором совсем недавно сидела, разбивая его на несколько отныне отдельно существующих частей, садится на край стола и скрещивает руки на груди. — Принцесса Затмения. Рада иметь возможность познакомиться с Вами, — зловеще-игривая ухмылка оскверняет милое и безобидное на вид личико, явно не предвещая ничего хорошего, когда из-под пола начинают доноситься скрежет, грубые крики и царапанье. — Кажется, твоими друзьями кое-кто заинтересовался… Она закрывает глаза и тихо смеётся, оставляя Кэйу наедине с накатывающим страхом. — Любая иллюзия со временем рассеивается. Мне даже интересно, сколько потребуется времени, чтобы вернулся твой истинный облик. Народ Чёрного Солнца будет просто в восторге! — уже гораздо веселее заявляет светловолосая, закинув одну ногу на другую. «Почему я не могу пошевелиться?»