Зелье (счастья?)

— Проснулся! Он проснулся! — запыхавшаяся Эмбер толкает двери и заваливается в библиотеку, где Лиза тонким узорчатым ножичком проводит по предплечью Альбедо, даруя волю алым каплям, и мило улыбается зашедшему скауту. Девушка переводит непонимающий взгляд на сидящего на столе Итэра, но тот лишь безразлично пожимает плечами и продолжает сверлить взглядом чай в чашке. — Хорошо… Очень хорошо! — библиотекарь собирает немного крови в пробирку, предоставленную самим же алхимиком, и оценивающе вглядывается в яркую жидкость. — Они придут сюда? — Да, я сказала, что общий сбор здесь, — Эмбер запинается и смотрит на носки собственной обуви, — но не знаю, как скоро они, ну, будут здесь… В её глазах явственно читается что-то помимо радости за коллегу и знакомого, но Альбедо и Лиза слишком заняты, чтобы расспрашивать об этом, а Итэр слишком глубоко ушёл в себя, поэтому она позволяет себе легонько мотнуть головой и усесться за ближайший стол, переводя своё внимание: — Вы… какой-то ритуал проводите, да? — Нет, — тихо мурлычет Лиза, листая страницы толстенной книги. — Проверяем одну гипотезу. — Ну, ладно, — скаут сконфуженно и скучающе устремляет взгляд в окно, понимая, что сейчас лезть не стоит. — Что ж… могу заявить, что Альбедо знает, как достать катализатор, — неспешно проговаривает Лиза спустя несколько минут и подпирает подбородок рукой. — Не хочу спешить, пока не услышу мнение капитана. — А если у него память отшибло, а? — Итэр раздражённо вскакивает со своего стула и почти роняет чашку на пол. — Быть может, стоит хоть немного пошевелиться? Или вы, наверное, обладаете бесконечным запасом времени? — Итэр… — Эмбер медленно подходит и пытается аккуратно взять путешественника за руку, но он грубо дёргается и отстраняется от неё на несколько шагов. — Мы не можем слишком торопиться, у нас ведь всего одна попытка. — Одна, две, десять, будь их хоть сто — ничего не изменится, пока вы все сидите тут и греете стулья. — Для начала можешь сделать что-нибудь сам, а потом уже жаловаться на нас, — хрипит Кэйа, появившийся в дверном проёме одновременно с Дилюком, на плечах которого он повис. Эмбер тут же отворачивается, а вот Лиза и Альбедо спешно поднимают головы от стола и в молчаливом поединке решают, кто начнёт говорить. — Ребят, прежде, чем вы решите, что именно хотите у меня спрашивать, имейте в виду, что я сам ничерта не знаю. — Ха-ха, просто прекрасно! — Итэр нервно усмехается и покидает библиотеку, толкнув Кэйю в плечо и громко хлопнув дверью. — Что-то случилось, пока нас не было? — Не совсем. Просто наш сахарок наконец-то дал волю эмоциям, — простодушно подмечает Лиза, сверкая изумрудными глазами. — Что можешь сказать об этой записке? — Альбедо помогает Дилюку усадить Кэйю за стол и нависает над его плечом. — Мы смогли перевести надпись, но… скажем, я не совсем понимаю, что именно она означает. — Вы перевели это? Хе-хе, а старик был прав… — капитан кавалерии многозначно улыбается, прикрыв глаза. — Он сказал что-то вроде: «ученик Рэйндоттир должен знать, что разрабатывает его учитель прямо здесь и сейчас». А ещё: «ученик Рэйндоттир должен всё понять». И всунул мне эту бумажку. — Что она разрабатывает прямо сейчас?.. — Альбедо задумывается и прикладывает руку к виску. — Я не думаю, что сейчас она работает над созданием чего-либо вообще, это какая-то ошибка. — Верно, ошибка, — кивает Кэйа, касаясь огрубевшими пальцами многолетней бумаги. — Мой отец говорил о своём времени. О времени, где Каэнри’ах ещё жив. — Твой отец? — тихо удивляется Дилюк, повторяя жест алхимика и склоняясь над другим плечом брата. — Как-нибудь потом расскажу. История правда запутанная, — он машет головой, когда и Лиза поднимает заинтересованные глаза на него. — В общем, было это лет пятьсот назад, если не раньше. — Лет пятьсот назад наставница… именно тогда её прозвали Великой Грешницей за то, что она создала. — И ты прекрасно знаешь, о чём говоришь, не правда ли? — Лиза многозначительно проводит пальцами по корешку толстенной книги на краю круглого столика. — Очень мощный катализатор, способный превращать один вид энергии в другой. Светлую — в тёмную, и наоборот. — И что же, нам нужно повторить то же самое? — винодел скептично выгибает бровь и ведёт плечом. — Не думаю, — тихо отвечает Кэйа, нахмурившись. — Старик слишком уж сильный акцент делал на этих словах… «для этого потребуется ваш алхимик». Он ни слова не сказал о том, чтобы мы искали наставницу Альбедо. — И он правильно сделал. Я знаю, что за катализатор нам нужен, — Альбедо вздыхает особенно глубоко и тяжело, после чего отходит от капитана и, зажав ладонью всё ещё слабо кровоточащее предплечье, прислоняется к одному из книжных шкафов спиной. — Мне нужно вернуться в свою лабораторию на Драконьем Хребте, это займёт пару часов. Когда вы будете готовы? — Чем быстрее мы с этим покончим, тем лучше, — кивает Кэйа и тут же горько усмехается. — Правда, если для нашего «обряда» понадоблюсь я, то возникнут некоторые проблемы. Прошу прощения, не могу сам встать, — он театрально разводит руками, словно присутствующие здесь должны увидеть что-то, что однозначно растолкует, что он тут говорит. — У него ноги онемели, — в лоб заявляет Дилюк, косо глядя на брата. — Всю малину портишь, такой момент и так бездарно потерять! — вздыхает капитан, ударяя ладонями по собственным бёдрам. — И это по-твоему смешно?.. — поражённо шепчет Эмбер, до этого момента лишь тихо вникавшая в разговор. — Ты что, издеваешься?.. — Не смешно, но у меня не то чтобы есть выбор, — безинициативно отвечает он, пожимая плечами. — Играем с тем, что имеем. Скаут, явно не одобряющая философию коллеги, затупленно моргает и с хлопком прикладывает руку ко лбу. — Слушайте, а где Венти?.. — она тут же хмурится, словно позабыв о причине своего недовольства. И от этих слов в библиотеке напрягаются все. — Его не было с нами, когда мы искали словарь, — констатирует Лиза прямо перед тем, как входная дверь снова открывается, тихонько скрипнув. — Ребята, — выражение вселенского безразличия на лице путешественника сменилось ужасом, приправленным нешуточным беспокойством. — Забудьте о чёртовой бумажке. Все наружу. Срочно. Покрытое бирюзовыми волнами небо неровно и испуганно дрожит, совсем не попадая в такт редким порывам ветра. — Туда, смотрите! — Итэр выбегает вперёд и за несколько скачков преодолевает лестницу, ведущую к главной площади, ведя всех за собой. — Барбатос! — звонко кричит Эмбер, задрав голову вверх и приложив сложенные в трубу руки ко рту. — Ха-ха, друзья… вы как раз вовремя! — Архонт старательно хихикает, но напускное веселье но на йоту не перекрывает его разбитость и потерю сил. — Эта штука, кажется, устала ждать. Я пока ещё могу её сдерживать, но… — он бросает краткий взгляд на свои руки, покрытые скверной, и нервно сглатывает. — Надолго меня не хватит. Совсем. Сфера скверны, заточенная в вихрь чистой анемо энергии, мечется и разрушается, то распадаясь на отдельные волны, то собираясь вновь, стараясь пробить окружающую её защиту. Мелкие чёрные частицы пробиваются сквозь вихрь и покрывают его снаружи, разрушая с обеих сторон. — Альбедо, — Лиза многозначительно, так, чтобы понял только он сам, кладëт руку ему на плечо. — Я возьму на себя незаконченные дела в лаборатории. Действовать нужно сейчас. — Я понимаю, — он твёрдо кивает и с некоторой жалостью смотрит на Кэйю. — Я уверен, что закончить всё это должен был ты, но… — он резко переводит взгляд правее и останавливается на Дилюке. — Это будешь ты. Винокур скрещивает руки на груди и кивает не менее решительно, не имея ни малейшего понятия, что ему придётся делать и о чём вообще говорит алхимик. — Чего? — Кэйа хватается свободной рукой за красные волосы и почти кричит. — Моя каша, мне расхлёбывать! Не впутывай туда его! — Успокойся, калека, — Дилюк присаживается на корточки, чтобы усадить на скамью брата, так и висящего у него на плечах, и тепло улыбается. — Мы же семья, так? Должны друг другу помогать и всё такое… Кэйа краснеет от того, с каким смущением винодел отводит взгляд, и отпускает его волосы. — Ты бы никогда такого не сказал. Не в твоём стиле. И вообще, это ведь неправильно… — Совершенно точно, — сухо соглашается Дилюк, кивает и поднимается на ноги, в последний раз перед финальной битвой заглядывая в разноцветные глаза. По мимолётному порыву вспыхнувшего чувства то ли сожаления, то ли благодарности он хватается за воздух и цепляет пальцами рукав рубашки винокура, слабо притягивая его ближе. Но он и не сопротивляется, а мягко обнимает в ответ, позволяя устроить голову на своём плече. — Я люблю тебя, — шепчет Кэйа, зная, что его лица не видно за пышной растрёпанной огненной копной волос брата. Тот молчит и потерянно отводит взгляд. — Что ж, будем ждать возвращения наших новых героев, — уже громче заявляет он и примеряет свою привычную озорную ухмылку. Альбедо стоит, застыв статуей, пока Дилюк не подходит к нему. После сдержанного кивка алхимик жестом указывает на руки статуи и присаживается на корточки, чтобы в следующий момент они уже с небольшим толчком поднялись в воздух на золотистых цветах. — Всё хотел сказать: удобный лифт, — тихо хмыкает Дилюк, пряча руки в карманы брюк. — Обронишь хоть словечко о том, что мне делать? — Я солгал, сказав, что капитан Кэйа должен был быть тем, кто это закончит. Он бы не смог, — проигнорировав вопрос ровно и спокойно говорит алхимик. — Ты ведь можешь использовать элементальную энергию без катализатора вполне осознанно, да? — В весьма скромных масштабах. — О, этого достаточно, чтобы ты смог использовать катализатор… другого типа. — Как другое оружие? — Нет, скорее, как если бы вместо меча тебе дали недозрелый закатник. Дилюк хмурится и сходит на плечо статуи Барбатоса как раз тогда, когда и сам Архонт перестаёт парить в воздухе и приземляется на каменную макушку. — Вам лучше спуститься, — всё так же невозмутимо предлагает Альбедо, пустым взглядом скользя по тёмным пятнам на коже Божества. — Я ещё держусь, — он весело подмигивает и разводит руки в стороны, выпуская поток ветра прямо под своими ногами. Заражённые скверной участки светлеют, но не исчезают до конца, становясь похожими на синяки и кровоподтёки. — Вам ведь нужно время, да? Барбатос поднимает руки в воздух, и сгусток скверны почти теряется в ещё более интенсивных ветряных потоках, пока по молодому на вид лицу скатывается чернеющая капля пота. — Слушай, — Альбедо тянет винодела за рукава вниз и приближается к его лицу почти вплотную. — Твой катализатор — я. Противодействующая скверны — сила элементов. Всё ясно?