Хищная Орхидея

      От пыли не видно ни зги. Кажется, под моими ладонями сухая земля, рассыпчатая и горячая. Откуда в Питере земля в середине-то зимы? Слишком тепло для января, слишком ярко для шести утра, слишком легкая одежда для моего пуховика. Я дергаюсь, и тело пронзает жуткая боль, слышу кто-то стонет, и не сразу понимаю, что я. Кто-то кричит, а я морщусь, зачем так верещать? Я снова предпринимаю попытку подняться, закусив губу и пытаясь сфокусироваться на чем-то одном, но смутные образы клонит куда-то в сторону, и я снова давлю стоны, вонзая ногти в сухую землю. Я же говорила Сашке, чтоб она вытащила свои ушные затычки и хотя бы раз оценила ситуацию на дороге. В том, что меня сбил автобус, я даже не сомневалась. Судя по воплям, Санька уже вызвала скорую. Вот она получит, когда я оправлюсь, придется ей за меня лекции весь оставшийся месяц конспектировать.       — Принцесса Хоа Лан!       Фига себе имечко. Это что, автобус сектантов, что ли? Я на пробу вытягиваю ногу, с удовольствием замечая, что двигать я ей все-таки могу. Да почему же так тепло, неужто жар? Я кашляю от пыли, а горло сводит судорогами. Глаза привыкают, и я, наконец, вижу картину целиком, но это нисколько, к слову, не помогает оценке произошедшего, только добавляет вопросов. Я замечаю смуглое мужское лицо — водитель? Казах, не иначе… Чувствую, как меня подхватывают на руки, только вот возмутиться сил не хватает — внезапно понимаю, что даже сиплое «отпусти!» я выдавить из себя не могу.       — Принцесса Хоа Лан, все будет хорошо       — Гуэн! Разберись с остатками восставших. Аби видел их в ближайших лесах.       — Вас понял.       — Одни проблемы с этими женщинами. Если она сдохнет, то никакого мира нам не видать.       — Сю-тэн, не будь таким грубым. Кажется, она ранена.       — Закройся, мелкий. Пусть глупый король сам с нею развлекается. Его ж подарочек.       Я замираю в чьих-то руках, бездумно глядя в чистое небо. Сколько сейчас? Уже десять утра, наверное. Но ведь мы с Сашкой выскочили из общаги буквально в шесть, чтобы успеть на автобус до университета. Менты со скорой четыре часа сюда добирались? Ничего не понимаю. Болят руки и тело целиком, нехило же меня приложило, раз такой бред слышится. На ночь глядя перечитывать мангу — не самая хорошая идея, это явно. Люблю историю первородных Драконов, но, кажется, пора приходить в себя и молиться, чтобы Сашка уже написала старосте, в какую историю я вляпалась. Точно, Сашка! С ней ли, дурехой, все в порядке?       Я болезненно кривлю губы, не сдержав сиплого стона — адски зажгло левую ногу. Товарищ, продолжавший меня держать, тоже ожил, заголосил, чтобы подали лошадь. Ну что за бред, какая лошадь? Это он про скорую так говорит? Нервно хмыкаю, прикрывая глаза. Ладно, разберусь со всем позже, а сейчас бы не двигаться и просто замереть. Ой, Сашка, хоть бы ты додумалась написать старосте.

***

      Я помню тишину. Она окутывала мое тело, мягко лаская слух. Лежать бы в этом вакууме как можно дольше, слышать только собственное дыхание, да и про него временами забывать. Но удовольствие рано или поздно должно закончится, и я открыла глаза. Свет от свечей слепил, хотелось пить, а от пестроты убранства болела голова. Я словно в чайхане какой-то очутилась: какие-то расписные стены, пологи с вышитыми драконами, бумажные фонарики… А, точно. Память начала возвращаться, и я не удержала безнадежного стона — это комната в западном крыле дворца Хирью принадлежала старшей и единственной наложнице короля Коуки. Все эти вырви глаз подушки принадлежали мне, принцессе Хоа Лан, которой не повезло родиться дочерью Великого хана. Прошел уже месяц, а я все никак не могу привыкнуть к этой нелепой комнате. Ненавижу эти подушки. Не сдержалась и швырнула ближайшей в дверь, зарычав сквозь сомкнутые зубы. Ненавижу это тело, эту одежду и этот дворец.       В тот день я очнулась уже здесь в окружении встревоженных слуг, но первого, кого я увидела, был Хирью. Он сидел рядом, улыбаясь своей дурацкой никому не нужной улыбкой, и будничным тоном говорил, что любую мою просьбу исполнят. Я ни в чем не буду нуждаться, буду жить в статусе королевской наложницы. Мне пообещали все, тогда я еще думала, что это сон, ну а сейчас практически уверена, что кома. Я читала фанфики с попаданцами, манхвы про перерождение, но на деле это выглядит не так волшебно, как должно бы быть. Про меня просто забыли. К слову, против этого я ничего не имела, просто в какой-то момент осознала, что это тело раньше принадлежало принцессе Цэрэн, она же Хоа Лан, той, кто должна убить короля Хирью.       — Принцесса Хоа Лан, вы уже проснулись? Я принесла ваш завтрак.       — Заходи, Нума.       Я глубоко вздохнула, сладко потягиваясь и лениво поглядывая в сторону окна. Кома, смерть, что бы то ни было — но завтрак всегда по расписанию. Жизнь королевской наложницы не знает бед, но жизнь внедренной шпионки вражеского государства — та еще карусель. Эта Цэрэн, чьи воспоминания я вижу то во сне, то на яву, всецело предана своему одержимому победой над Коукой отцу. Не то, чтобы я разделяла ее рвение, но если я не убью Хирью — меня убьет присланный в качестве телохранителя Цэрэн генерал, ведь предателям защита не нужна? Не выполню приказ — все, я уже изменница. А покушение на короля из японской манги равносильно суициду. Да я знаю каждого Дракона, будто облупленного, могу миллион эссе написать на тему: «Верность Божественных Драконов Алому королю». Я ненавижу этот дворец, потому что мечтала увидеть его воочию лет с четырнадцати, когда впервые посмотрела красочное анимэ про смелую принцессу Йону. Я увидела, но счастья никакого от этого не испытываю — только страх и неопределенность.       Похоже, я из всего этого давно выросла.       Бойтесь своих желаний, как говорится. Я до сих пор отказываюсь верить, что все это происходит со мной, но Цэрэн, кричащая о том, что я должна убить Хирью, явно не хочет, чтобы ее игнорировали. Мы будто сиамские близнецы — делим и тело, и душу, но если разум кровожадной принцессы кочевников жаждет мести за брата, то я просто хочу позавтракать и уже не думать о том, чтобы вернуться в университет и объясниться перед старостой. Месяц прошел, Дан, пора смириться и подумать над тем, как тебе выжить в мире любимой манги.       Служанка осторожно раскрыла седзи, поставив поднос с горячей едой на стол и отточенным движением взяв в руки расческу. Я привыкла к ней, будто к телефону или сумке — как только я оказалась во дворце Хирью, Нума всегда была рядом, безоглядно преданная присланной из далекого Золотого Ханства принцессе. Еще был Вэл — тот самый водитель-казах, очень озабоченный моим самочувствием. Он был прислан вместе с Цэрэн и, кажется, был ее любовником. Такое себе удовольствие, кстати, потому что этот смутно знакомый по фреймам в манге товарищ не упускает момента пошептаться со мной в каждом углу. Вроде, удалось его отшить замечанием, что, мол, теперь я принадлежу Хирью, это мой долг… Не знаю, на сколько этого хватит, но пересекаться с третьим генералом Золотого Ханства у меня желания не было. Ну что за дела? Почему я не попала в Коуку через две тысячи лет после всей этой заморочки с Хирью? Жила бы себе в любимом мной Клане Земли…       — Принцесса Хоа Лан.       Я встрепенулась, усевшись на кровати в позе лотоса и посмотрела на Нуму, сонно улыбаясь. Были в жизни во дворце Хирью и свои прелести — уже как месяц хозяина замка не было в столице. Как только я прибыла сюда, король Коуки лишь раз навестил меня со словами, что здесь обо мне позаботятся, и был таков. По словам Нумы, его и Драконов не было во дворце с того самого дня, как мятежники напали на экипаж, следующий из Нуур. По Кууто бродили слухи, что недовольные заключенным миром подняли свои головы, желая подорвать доверие между Коукой и Золотым Ханством. Я уже догадалась, что и Цэрэн они хотели прикончить по этой же причине — как никак, но она была своеобразным залогом этого мира, любимая дочь Хана, засланная убийца, великолепная наездница и искусная мечница. И я, Данка Малафеева, первокурсница филфака, фанатка Кусанаги Мидзухо и всех Синих Драконов, умеющая только в режиме ошпаренной кошки учить записанные Сашкой конспекты перед самой сессией. Цэрэн плачет от унижения где-то в глубине души.       — Сегодня прибывает Его Величество король Хирью и Четыре Дракона, — тем временем поведала Нума, принимаясь мерно расчесывать смоляные пряди длинных волос. Вообще эта Цэрэн была хороша собой — крепкая, высокая, стройная и ладная, с копной черных волос, которые я решила убирать в небрежную шишку, подкалывая деревянными заколками. Глаза у принцессы кочевников и вовсе были синими-синими, даже не такими — льдистыми, скорее, как чистый лед в горах, который я, к слову, никогда не видела. Отчего-то, когда я только взглянула на новую себя в зеркало, создалось впечатление, что я смотрю в колючий холод, таким злым был мой взгляд. Злым и пугающим.       — Да? — рассеянно переспросила я, всецело увлеченная разглядыванием горячей еды, что так заманчиво испускала пар в нескольких метрах от меня. — Тогда принеси мне сюда и обед, и ужин, Нума. Пожалуйста.       — Вы не собираетесь выходить из комнаты? — скорее не спросила, а уточнила она, скручивая волосы в жгуты и закрепляя их где-то на затылке. — Не думаю, что король Хирью будет находиться в этой части замка сегодня, поэтому нет смысла скрываться.       — Я просто неважно себя чувствую, — нахмурилась я, припоминая все нелепые отговорки из миллиона прочитанных манг. Кажется, Нума читала меня, словно открытую книгу. — И вовсе я не собираюсь от него скрываться…       — Как пожелаете, принцесса Хоа Лан, я принесу обед и ужин в ваши покои.       В основном из этого и состояли короткие разговоры с Нумой. Подружками в первые дни, как потребовал бы того сей жанр, мы не стали, да я и не хотела этого — давно потеряла интерес к новым людям. У меня ведь одна Сашка и была, после того как я уехала из Перми, и ею я была вполне довольна. Скорее бы уже выйти из этой комы, такой поразительно идиотской. Каждая девочка мечтает попасть в мир любимой истории, влюбить в себя красавчика-персонажа и жить долго и счастливо. Хотя бы раз этим грезила каждая, и я не была исключением. Только вот из наряда аля-розовая-принцесса я давно выросла, и надобность в принце пропала. Хотелось просто писать книги, учиться рисовать, круглосуточно читать мангу и…       — Генерал Вэл просил встречи с вами, — словно вспомнив, вдруг сказала Нума, наконец, приглашая меня к накрытому столу. — Мне вновь передать ему ваш отказ?       Я раздраженно фыркнула, беря палочки и неуклюже подцепляя ими пряный рис. И отослать-то этого товарища нельзя — Хан заподозрит неладное, и тогда плакала моя спокойная жизнь, которую я себе напланировала, но и целыми днями избегать встречи с ним — тоже. Так или иначе я должна решить вопрос с миссией принцессы Цэрэн, только в чем была соль: рассказать Хирью я не могу — сочтут предательницей, а сообщить Хулану, мол, я не буду исполнять ваш приказ, и того страшнее, войне не миновать. Вэл, конечно, вряд ли поднимет руку на свою обожаемую госпожу, но кто знает этих кочевников-фанатиков. В общем, спокойной житухи мне не дадут. Месяц уже прошел, пора было действовать.       — Я встречусь с ним в библиотеке, — пытаясь не делать страшное лицо, сказала я Нуме, агрессивно жуя завтрак. — Сегодня в полдень.       — Как пожелаете.       Цэрэн, принцесса Хоа Лан — у этой женщины много имен, много лиц. Одни ее знают как правительницу западной провинции Минь, другие как старшую дочь Хулана, третьи как беспощадную убийцу. Когда хан отправлял ее в Коуку, то нарек Цэрэн другим именем — Хоа Лан, под стать девушкам этой страны. Он считал, что, мол, Цэрэн должна остаться дома, а Хоа Лан отправиться в стан врага, чтобы отомстить за погибшего брата. Воспоминания были не моими, но такими же припекшимися, как и те, что остались о родном мире. «Хоа Лан — цветок орхидеи. Пусть Хирью сгинет от ее дурманящего запаха», — так сказал Хулан в день отъезда дочери. Ну что, папаша? Плакал ваш хваленый план. И моя надежда на роскошную жизнь — тоже.       В моих планах был побег.       — Когда возвращается король Хирью? — тем временем спросила я, пока Нума стелила мою кровать. Опять эти пестрые подушки.       — Сегодня ближе к полудню, принцесса Хао Лан. Вам сообщить о его приезде?       — Да, пожалуйста, — я кивнула, задумчиво глядя на чай. Лепестки персика плавали в чашке, словно бы кораблики.       В какой-то манхве я читала, что такая же попаданка грезила собрать побольше денег и бежать из клетки-дворца. У нее не получилось, но выйдет у меня. Я кинула быстрый взгляд на пестрые заколки, что были небрежно разбросаны по всей поверхности туалетного столика — это я вчера проводила ревизию. В Кууто наверняка полно таких, как Оги, которые любят женские побрякушки и неплохо за них дают. Благо разум Цэрэн работал, как встроенный переводчик — азиатский говор я понимала исправно, но вот с чтением и письмом приходилось сложнее, стоило потренироваться. Не беда, прорвусь.       А пока стоило сообщить Вэлу все, что я о нем думала.

***

      Дворцовая библиотека была по-своему великолепна. Я была падка на огромные скопления книг, будь то книжный магазин в центре Питера или лавочка с антикваром. Да-да, я читала не только манги, какая неожиданность. Солнечный свет лился прямо на высокий стеллаж, освещая тесненные корешки и аккуратно сложенные свитки. Чем-то напоминало кабинет Су-вона, который мангака рисовала в последних вышедших томах, разве что здесь было намного чище. Я хмыкнула, ведя кончиками пальцев по книгам, таким чудесным и почти что сказочным. Я всегда гадала, как попаданцам представляется мир, куда они попали — в той же рисовке? Но на собственном опыте я поняла, что это определить невозможно, просто все видишь так, как и должно быть, не замечаешь разницы между мангой и реальностью, как бы поэтично это ни звучало.       — Принцесса Хоа Лан, приветствую вас, — я вздрогнула, медленно обернувшись на оклик. Моя одежда, которая была на Цэрэн во время поездки в Коуку, совсем пришла в негодность после того, как перевернулась повозка. Нума в первый же день принесла мне невероятное количество пестрых кимоно и цветастых юкат, заколки, сандали… Я до сих пор гадаю Хирью ли приказал или королевским наложницам положено преподносить дары в виде дорогих вещей? Но так или иначе полы роскошного платья зашуршали в такт моим резким движениям.       — Генерал Вэл, — голос мой дрожал, а сознание упрямо выдавало странные воспоминания, больше похожие на ощущения — божечки, да эта Цэрэн без ума от своего телохранителя. Какая ирония. — Вы хотели меня видеть?       — Да, принцесса Хоа Лан.       Вообще не ясно, почему все используют это обращение по отношению к моей персоне, ведь по сути я дочка хана, а не короля. Но если по логике, то после смерти Батара наследницей Золотого Ханства стала я, и по сути являлась принцессой. Возможно, этот титул использовали в угоду культуре Коуки, ведь особ голубых кровей у них принято было именовать так. Тот же Ю-хон был принцем во время правления своего брата. Уйдя в мысли, я не сразу заметила, что третий генерал армии Ханства сделал пару шагов ко мне. Ощетинившись, я вздернула подбородок, едва сдержавшись, чтобы не отшатнуться.       — Я спрошу по-другому — зачем вы хотели меня видеть?       — Извините мне мою бестактность, принцесса Хоа Лан… Цэрэн.       Глаза его зажглись. Темные, почти черные, они поразительно смотрелись вкупе со светлыми выгоревшими словно на солнце волосами. Этот тип определенно мне кого-то напоминал. Я прищурилась, впервые за месяц позволяя себе вдоволь на него наглядеться. Если он сейчас начнет заливать всякую чушь про то, что верность — не порок, и Хирью не может встать между нашими чувствами, меня стошнит.       — Вы внезапно так охладели…       «Делай выводы», — захотелось ляпнуть, но я вовремя прикусила язык.       — …Я согласен, что поручение Великого хана превыше всего, но…       — Отлично, что вы меня поняли, генерал Вэл, — я выдохнула сквозь сжатые зубы, поднимая ладонь в знаке замолчать. — Это не моя прихоть — это долг перед моим народом. Не принимай это близко к сердцу и продолжай служить на благо Золотого Ханства, — я несколько лет работала в школьной газете, и не такие речи писала. Надеюсь, проканает.       — Вы правы, принцесса Хоа Лан, но я не понимаю.       Да с фига ли он не понимает? Что мне, прилюдно признаться в верности Хирью и целомудрии собственного тела? В последнем я, кстати, сомневалась. Но не суть важно. Я с самым грозным видом двинулась к генералу, судорожно соображая, что бы такое сказать, чтобы соответствовать образу. Ничего дельного, конечно, на ум не приходило, только отборные ругательства, потому что мне чертовски хотелось избавиться от этой обузы в виде непонятливого генерала. Если бы Цэрэн могла выдавать что-то помимо воспоминаний и собственных чувств, то наверняка тоже бы высказала все, что думает на счет меня и моих идей. И ей бы никто не помешал наплевать на этикет.       — Просто оставьте меня в покое и исполняйте свой долг, я понятно изъясняюсь?       На самом деле смелой я не была. На самом деле мне хотелось зарыться в идиотские пестрые подушки и больше никого не видеть. Но почему-то я продолжала пепелить своего, наверное, единственного союзника в этом дворце, сжимая кулаки. Не факт, что Цэрэн смогла бы себе позволить такой тон при разговоре со своим ненаглядным, но я не Цэрэн — это, кстати, единственное, что я поняла за минувший месяц.       — Понятнее некуда, — сквозь зубы процедил Вэл, согнувшись в учтивом поклоне. А потом неожиданно приблизился к моему лицу, опалив дыханием шею. Слишком близко! — Сегодня я отправляю гонца вашему отцу с отчетом, который составлял весь месяц.       Я сглотнула. Пахнет угрозой, мол, с отчетом, в котором я написал о том, что вы ничегошеньки не сделали для осуществления отцовского плана. Вот поганец. Я натянуто улыбнулась, даже не отшатнувшись. Захотел поиграть? Так что ж, сейчас и начнем.       — Отлично, генерал Вэл. Как раз с минуту на минуту должен вернуться Его Величество король. А вот, кстати, и он.       Вэл, казалось, отпрыгнул метров на пять, а я, не будь дурой, рванула прочь из библиотеки, едва сдерживая смех. Ну и рожа у этого недоумка! Это ж надо, повестись на такую глупость. Но тон у меня был что надо, это факт, я сама почти поверила в то, что увидела Хирью за спиной третьего генерала. Скорее всего, я пожалею об этой шалости, ведь явно Цэрэн так себя не вела, но проверить очень уж хотелось. Так, ладно, сейчас куда важнее шмыгнуть в свою комнату и провести там остаток своей жизни этого дня.       И то ли кара за неудачную шутку настигла меня слишком рано, то ли звезды клином не сошлись, но только вывернув в нужный коридор, я наткнулась на тот самый объект, лишь парой минут назад мною упомянутый. Вот это я попала.       — Принцесса Хоа Лан? Какая неожиданная встреча, — а взгляд такой доброжелательный, аж бесит. Я ж знаю, что тебе на меня наплевать, все это знают. До третьестепенной героини манги никому нет дела, в этом, собственно, и вся прелесть. — Я хочу, чтобы вы составили мне компанию во время обеда.       Ишь, чего захотел!       — Буду весьма признательна за оказанную честь.