Хищная Орхидея

      Мысль, резкая, будто удар, пришла неожиданно: теперь я никогда не буду в безопасности. Я до сих пор лежала на земле, чувствуя землю на языке, мокрые песчинки уже скрипели на зубах, но это было не так омерзительно, как осознавать свое плачевное положение. Я, буквально только что, без зазрения совести провела нескольких взрослы мужчин (времени, чтобы посчитать сколько их точно у меня не было), а сейчас лежу довольная, смотрю, как Хирию приставил меч к горлу Вэла. Король всегда эту штуку с собой носит? Какая подозрительность. Но мне лишь оставалось спокойно наблюдать за сей сценой. В другом углу сада Сю-тэн уже прижал двоих бугаев, которые намеривались скрыться да не успели. Теперь все приобрело совсем другие габариты, это вам не незнающая простушка-девица, я буквально вопила на всю Коуку, что не буду убивать Хирию. Конечно, существовал мизерный шанс, что он этого не услышал, но слуги? Стража, наконец? Вэл не мог убрать всех солдат. Я попала, поэтому предпочла и дальше валяться на земле, прижимаясь лбом к успокоительной сырости. Болели заломанные руки, да и спина помнила тяжесть генеральского колена, но в остальном я чувствовала себя до неприличия хорошо. Еще бы провалиться сквозь землю. Как в той книге: пустите меня в шахту, а?       — Принцесса Хоа Лан? — я лениво открыла один глаз, повернув голову в сторону говорившего. Оказывается, Хирию уже передал Вэла материализовавшемуся рядом Гуэну, и теперь со всей своей серьезностью глядел мне в глаза. Аж мурашки прошибли от мысли, что сейчас будет. — Вы в порядке?       Серьезно, и это все? Я фыркнула, разминая руки и стараясь не смотреть на опустившегося на колени короля. В полутьме его растрепанные красные волосы отливали странным мистическим цветом, будто бокал вина изнутри пронзили лунные лучи. Красивым это не назовешь, скорее, необычным. Я мотнула головой, наконец, сев на землю и оглядев собственные запястья. Их ломило, поэтому не удивлюсь, если назавтра останутся синяки. Исподлобья глянула на Хирию, который продолжал меня изучать, и скривила губы. Выглядел он уставшим и сонным, явно не ожидал, что посеред ночи придется соскакивать и спасать непутевую наложницу. Ну уж извините. Тут же, правда, одернула саму себя за излишнюю раздражительность и осторожно кивнула, с опаской глядя на Вэла — мало ли что он сейчас выпалить может.       — Все хорошо, Ваше Величество. Вам не о чем беспокоится. Спасибо за Вашу заботу.       — Позвольте.       Я только лениво скользнула по его протянутой руке и, решив, что хуже уже быть не может, цепко ухватилась за нее, вставая с сырой земли. Только сейчас почему-то осознала, что Хирию был в простой ночной рубахе и наскоро наброшенной цветастой юкате — даже забавно непривычно видеть первого короля Коуки в таком виде. Мангака его рисовала то в доспехах, то в парадных одеждах, а здесь, нате — ночнушка. Я подавила хихиканье, почти что вырвав руку из его ладони и застыла в ожидании дальнейших указаний. Я просто надеялась, что это заботливое выражение исчезнет с его лица, и король со всей серьезностью объявит о моем суде за ложь и измену. Не успела я подумать о том, что буду делать в таком случае, как Хирию тряхнул красными волосами, отводя взгляд и смотря куда-то в сторону.       — Я провожу Вас до Ваших покоев. Позабочусь о том, чтобы слуги немедленно привели Вас в порядок. Прошу прощения за то, что не обеспечил Вам должную охрану, больше такого не повториться.       Наверное, было глупо стоять с широко раскрытыми глазами и ртом. У меня даже руки перестали дрожать от удивления. И это все? Почему в его взгляде не читается злость? Почему он тут же не кинет меня в темницу, как полагается? Я ведь буквально призналась во всех смертных грехах, так в чем же дело? Я смяла подол темного кимоно, сделав попытку посмотреть ему в глаза, но король вдруг сам отвлекся от созерцания далекого пейзажа.       — Принцесса Хоа Лан, теперь определенно в Ваших же интересах рассказать нам все, но завтра. Идемте, — Хирию сорвался с места, но вопреки всего мягко ухватив меня за плечо. — Разберитесь с нарушителями, — бросил он оставшимся позади драконам.       — Ну да, а сам миловаться побежал, — я только и услышала, что ворчливое бурчание Сю-тэна, как вновь оказалась во дворце. А я ведь грезила унести отсюда ноги пять дней подряд.       Вот в чем дело — просто так от меня не отвяжутся. Какая неожиданность. Я мрачно усмехнулась, следуя за Хирию. Но, возможно, я еще долго не признаюсь самой себе, но в эту ночь я была благодарна первому королю Коуки.

***

      Он оставил меня у седзи, даже не взглянув на прощанье — унесся в призрачные дали. Наверное, разбираться с пленными, а меня поручил страже и мигом примчавшейся Нуме. «И змеи вьются в моих распущенных волосах», — я прямо слышала голос солистки одной из своих любимых групп, пока служанка с ужасом и непониманием изучала меня и мое испачканное кимоно. Как я ее понимала — в моих глазах читалось такое же удивление и непринятие этой идиотской ситуации. Ну, что ж, подруга, выпутываться нам с тобой из нее как-то все равно придется. Поймав себя на далекой мысли, что к Нуме я привязываться никак не собиралась, я устало опустила руки, склонив голову на бок.       — Идемте, принцесса Хоа Лан, — наконец очнулась Нума, цепко хватая меня за локоть и заводя в комнату, шикнув солдатам, чтобы принесли нагретую руку. Кажется, она пользовалась у них уважением. Я даже попыталась хмыкнуть, только вот вышел какой-то странный булькающий звук. — Я позабочусь о Вас, госпожа.       — Спасибо…       Слов не было. Запоздало пришел шок от всей этой произошедшей ситуации, и у меня задрожали руки, пока я думала о том, что бы случилось, если бы Хирию не пришел, не услышал. Я бы уже была на пути в Золотое Ханство, где загадочный Хулан ждал бы меня с распростертыми объятиями и наточенным мечом. А, может, и не наточенным, и от этой мысли становилось еще хуже. Долго бы болталась моя голова, если бы по шее рубанули тупым лезвием?..       — Позвольте Вас переодеть? — Нума тронула мое плечо, а я, как бешеная, дернулась, неимоверно испугав бедную девушку. Опомнившись, только молча кивнула, все еще видя перед собой болтающую на жилах (или что там в шее?) голову, как у Почти-Безголового-Ника из книжек про мальчика-волшебника.       Цепкие пальцы служанки медленно стянули с меня кимоно, а я, как податливая кукла, только сидела на полу с раскинутыми в разные стороны руками. Я все еще не могла принять тот факт, что избежала нечто ужасного, нечто… необратимого. А завтра мне предстоит обо всем рассказать Хирию, рассказать о своей причастности к плану хана. А будет правильным сдать собственного отца? Эта мысль меня позабавила, а в сердце что-то всколыхнулось, да и разум какой-то зыбкий, будто не мой. Я устало скривила губы, моргнула, прогоняя неприятное наваждение, в котором перед Цэрэн лежал мертвый брат в окружении черных цветов ириса. Это она так напоминала, что Хирию сломал ее семью. Но не мою же? Как чертовски сложно!       Шурхнули седзи, и я резко вскинула голову, наблюдая за тем, как Нума приняла у солдат лохань с горячей водой и поднесла ко мне, обмокая чистую тряпку в ароматном настое. Я втянула запах носом, узнавая ромашку и что-то еще терпко-сладкое, такое приятное. Снова захотелось плакать, но я лишь послушно закрыла глаза, позволяя служанке обтереть мне руки, лицо, шею, смывая землю и сырость сада. Все еще чувствую прикосновения Вэла, такие грубые, страшные, опасные. Вижу перед глазами его оскал. Глупышка Цэрэн, а ведь она верила в то, что третий генерал и правда ее любил. Как жесток обман.       Нума коснулась моих волос, расплетая тугие косы, а я вздохнула с облегчением.       — Вы хотели бежать?       Я не сразу откликнулась, даже голову не повернула, только услышала, как громко бахнуло сердце, сотрясая грудную клетку.       — Вы заплетались явно не для сна. Я заметила связанные одеяла, — продолжала служанка, нежно расчесывая пальцами мои пряди. — Я не знаю, что случилось, госпожа, и это не мое дело…       — Вот именно, — слишком резко отозвалась я и тут же прикусила язык. — Меня хотели вернуть домой, поэтому я хотела сбежать. Прошу, больше ничего не спрашивай, — я просто надеялась, что мой умоляющий тон подействует как надо, и меня просто оставят в покое.       — Конечно, принцесса, — легко отозвалась служанка, заплетая легкую косу из черных волос Цэрэн. Меня так тяготило это тело. — Просто знайте, что я рада быть Вашей горничной.       — Но доверять я тебе не могу, — снова не сдержалась я, дернувшись. Так хотелось, чтобы этот день закончился. И следующий, и следующий…       — Но я могу выслушать, — мягко отозвалась Нума, а я подивилась смелости этой девушки. Она ведь служанка, я думала, они вечно молчат. — Меня тоже оторвали от семьи, я Вас немного понимаю.       Не в наложницы ли Хирию ее продали когда-то? Но думать о том, что и сама, возможно, стану служанкой при королевском дворе, я не успела, она продолжила:       — Моя семья разорилась, когда Коука снова погрязла в войнах, а король предложил нам работу. Нам и еще нескольким семьям.       — Ваш король заслуживает уважения, — качнула головой я, наконец, взглянув в черные глаза служанки. — Ты ведь восхищаешься им?       — Я верна нашему королю, как и любой житель Коуки, — готово отозвалась Нума, хитро сверкнув глазами. — Я слышала отцовские сказки о том, что раньше он был драконом, а теперь я живу под одной крыше с четырьмя божественными воинами.       — Ты знаешь, сколько ему?       — По-разному говорят, — туманно отозвалась Нума, явно довольная тем, что удалось отвлечь мои мрачные мысли. — Кто-то верит, что Его Величеству больше тысячи, кто-то — больше сотни. Во дворце говорят, что не больше двадцати пяти.       — И ты так легко об этом говоришь…       — А чему удивляться? — искренне не поняла служанка, снова обмакивая импровизированную мочалку в лохани. — Я ежедневно вижу драконьи когти господина Гуэна. Все в Кууто их видели, так что, нечему здесь удивляться, принцесса Хоа Лан.       Я задумчиво пожевала губы, неожиданно подумав о том, что Нума стала бы хорошей королевой. Я так и не поняла, почему пришла такая мысль, но в ее голосе, движениях, умении держать себя сквозила высокородная стать, и это было поразительно. Кто знает, может, мне и королевскую свадьбу удастся застать, сидя в темнице?       Нума закончила, переодев меня в чистую рубаху, развязав одеяла и внимательно проследив за тем, чтобы я улеглась на футон. Закрыла окно, походив туда-сюда, вопросительно посмотрела на сумку с заколками, но я предпочла не отвечать, только получше укуталась в одеяло, а потом неожиданно даже для самой себя сказала:       — Посидишь еще? Нума. Расскажи про дворец… и короля.       К совету «засыпай сразу и все у тебя будет ок» я решила не прислушиваться.

***

      Меня разбудил щебет птиц и лютая уверенность в том, что сегодня случится что-то из ряда вон выходящее. Я лениво потянулась, щурясь на яркое солнце, и раздраженно выдохнула сквозь зубы, осознавая, что все еще нахожусь в этом клятом дворце. События прошлой ночи немного притупились в сознании, но я все равно отчетливо помнила злые слова Вэла и обещания Хирию, что все будет хорошо. Но неприязнь по отношению к королю, право, немного приутихла, осталось лишь слабое желание больше никогда его не касаться, а лучше — не видеть, чего, к сожалению, не избежать.       Я протяжно зевнула, садясь на футон и сонно моргая. Нумы еще не было, но по ту сторону седзи явно царило оживление — утро во дворце Хирию всегда начиналось одинаково. Пока я не была под стражей, то иногда шныряла по ближайшим коридорам, слушая веселый смех служанок и громкие голоса стражников. Мне нравилось наблюдать за оживленной деятельностью местных обитателей, я будто бы была сторонним наблюдателем, читателем манги. Вот и в это утро я слышала такой же галдеж — в эти коридоры снова допустили прислугу, а то последние шесть дней царила гробовая тишина, я даже успела соскучится. Резво откинув одеяла и нацепив на ноги сандалии, я прошлепала к седзи, осторожно раздвигая их в стороны, но не успела налюбоваться на ловких служанок, как столкнулась нос к носу с Нумой.       — Доброе утро, принцесса Хоа Лан. Ваш завтрак, — она кивнула на поднос, который я едва не выбила из ее рук, и мне пришлось вновь вернуться в комнату, послушно усаживаясь возле трапезного стола. В моих покоях он был небольшим, словно журнальный из IKEA. У одной из подруг я видела подобный там, в далекой Перми.       — Спасибо, Нума.       Я вдохнула пряный аромат, невольно облизнувшись. Что-что, а от хорошей еды я никогда не откажусь. У Хирию почти получилось манипулировать меня тем пресным рисом. Я заулыбалась, принимаясь за еду, а служанка зашуршала кимоно позади меня. Видимо, готовила одежду на сегодня, хотя, какой от этого прок — дальше комнаты я все равно носу не кажу. Если честно, то я очень надеялась, что моя жизнь станет такой же, как была шесть дней назад, пока не вернулся Хирию. Сидишь себе целый месяц, никого не трогаешь, и тебя, слава богу, никто не трогает. Эх, не жизнь, а сказка. Я мечтательно зажмурилась, жуя умопомрачительно вкусный завтрак. Нума и сегодня принесла персиковый чай, должный уже приесться, но мне он никак не надоедал. Еще бы попробовать тот цветочный чай с плантаций Юн-хо… Снова вспомнила, что ошиблась временем, фыркнула и продолжила трапезничать, вполуха прислушиваясь к копошениям Нумы. Где-то на пятой минуте меня это начало настораживать.       — Я не собираюсь сегодня выходить из комнаты, Нума, так что оставь.       — Вы обедаете с королем, — бесстрастно отозвалась служанка, продолжая свои манипуляции, а я от возмущения чуть ли не подавилась и резко развернулась, только шлепнулась о спину толстая коса.       — Меня никто не приглашал, Ну…       — Приглашение на подносе, — раздраженно мотнула головой она, даже не посмотрев на меня. Я гневно выдохнула через нос, кинув взгляд на поднос.       Правда, рядом с чашкой чая лежал аккуратный свиток, перевязанный лентой, я сначала даже приняла его за салфетку. Слишком резко для особы голубых кровей я метнулась к нему, цапая рукой, и рывком развернула. Почерк был не таким торопливым, как у Вэла на том клочке бумаги, и я даже немного успокоилась, пробежавшись глазами по короткому письму, в котором Хирию писал о том, что будет рад видеть меня на «мирном» обеде. Так он это называет? Я мрачно ухмыльнулась, даже не опасаясь, что Нума могла услышать. А ведь он говорил, что продолжит разговор. Как же прескверно. Как он там сказал? «Расскажете нам все, но завтра»? А деваться тебе некуда, Данка.       Я устало прикрыла глаза, откладывая приглашение в сторону и бездумно глядя на свой завтрак. Теперь он не казался таким уж и вкусным. «Сопротивление, мой друг, бесполезно, поверь бесполезно. Мне жаль», — заверила Хелависа, а ее жалости я не поверила. Прямо как Китнисс слезам Цезаря. Я повернула голову в сторону Нумы, которая уже выложила на футоне белое, расшитое золотом кимоно. Вроде символа чистоты и непорочности? Я прищурилась, разглядывая, что золотыми узорами были свирепые морды драконов. Не красные — на том спасибо. Я качнула головой, доедая свой рис и в пару глотков осушила чашку с горячим чаем. Злилась и торопилась, обожгла язык, едва скрывая страх и раздражение.       Я очень боялась встречаться с Хирию во время этого несчастного обеда. Чую, ничем хорошим это, в который раз, не закончится. А Нума продолжала шуршать роскошными тканями, тоже взволнованная предстоящей встречей. Хотелось бы верить, что это самый обычный «мирный» обед.

***

      В назначенный час мы с Нумой уже стояли на изготовке возле расписных седзи. Я то и дело порывалась повоевать с слишком длинными рукавами, попутно закрываясь тем же веером, что и в первый раз. Вряд ли он мог изменить тот факт, что и драконы, и Король видели меня без него, но попробуй горничной сказать хоть слово против — себе дороже. Я смиренно вздохнула, переглянувшись с Нумой, а она, в свою очередь, дождавшись моего кивка, громко объявила:       — Ваше Величество Хирию, принцесса Хоа Лан прибыла по вашему приглашению.       От ее слов я непроизвольно вздрогнула, припоминая первый раз, когда я оказалась возле этих седзи с изображением красного дракона. Затеплилась слабая надежда, что, возможно, сейчас все будет по-другому, что мои слова не сыграют против меня самой, что Хирию признает меня невиновной, оставит во дворце в качестве служанки… Но ни в коем разе не отошлет обратно в Золотое Ханство. Я сглотнула, а по ту сторону дверей раздался приглушенный, но потому не менее властный голос, разрешающий войти. Нума раздвинула седзи, а я перешагнула, упрямо глядя в пол.       — Как Ваше самочувствие, принцесса Хоа Лан?       — Давайте без официоза, — не выдержала я, мигом растеряв все свое смирение. Этот лицемерный тон выводил меня из себя. — Вы же хотели услышать всю правду, верно?       — Вообще-то я…       — Так вот, — грубо прервала я, входя в раж. Что называется — накипело. — Мой отец не собирался заключать никакого мирного договора, он послал меня убить Вас. Глупо, как по мне, потому что Четыре воина-дракона так или иначе где-то поблизости. Даже сейчас, — я намеренно оглянулась, хмыкая под веером. — Так вот, те восстания в горах — дело рук Хулана, Вы правы. И напали мятежники на мой экипаж, только чтобы отвести подозрения от ханской семьи. Я все знала с самого начала, но признайся я — это бы ознаменовало мою казнь, я права? И вот — Вы все знаете, — я шумно выдохнула через нос, с ужасом глядя на сведенные к переносице красные брови. Но, как ни странно, о сказанном я не пожалела, будто бы камень с души упал. Конец бесконечной лжи. Ура… наверное.       — И Вы решили ослушаться приказа отца с самого начала?       — Да. — Хотя Цэрэн считала иначе.       — Мы не можем обвинять хана Хулана в нарушении договора так бесцеремонно, — задумчиво, будто для себя произнес Хирию, чуть отвернувшись. — Я подозревал обо всем этом с самого начала, принцесса Хоа Лан, не сочтите за грубость. Но, признаться, ваши речи заводили в тупик, — он вдруг добродушно улыбнулся, а я застыла в недоумении. — Это все похвально, но, если позволите, я вернусь к более важным вещам, — тут он сел за стол, и я последовала его примеру. Сливовые глаза излучали мудрость и драконью стать. — Следующим наследником по мужской линии стал ваш младший брат, принц Акил, после смерти принца Батара, верно?       Я нахмурилась. Да, обрывки я видела, воспоминания Цэрэн о младшем шестнадцатилетнем, кажется, брате, который после смерти Батара стал наследником титула Великого хана. Женщины, как давно повелось, наследовать его не могли. Но это все, что я знала о загадочном Акиле, втором сыне Хулана.       — Приношу свои извинения, — неправильно истолковав мой хмурый вид, тут же вскинулся Хирию, обеспокоенно глядя мне в лицо. — Я не смею напоминать Вам о смерти Вашего старшего брата, но…       — Все в порядке, — я мотнула головой, тщетно пытаясь вытянуть из Цэрэн хотя бы парочку намеков о том, что можно выболтать. — Отец недолюбливает Акила, ведь мой младший брат одержим легендами о Красном драконе. Хан боится, что он будет слишком терпим к Коуке… ну точно! — я даже привстала, напугав при этом короля Хирию. — Если Акил станет ханом, то все будет просто прекрасно. Но если третий сын… Мирах, он точно пойдет войной, хоть ему всего пятнадцать… А Хулан может отдать предпочтение ему…       Воспоминания и мысли были хаотичным, будто пестрый хоровод цветастых артистов на каком-нибудь городском празднике. Я металась от одного к другому, радуясь неимоверной щедрости со стороны Цэрэн. Если я сейчас помогу, то меня оставят в покое, верно? Я победно взглянула на Хирию, но вот его лицо не выражало восхищения, наоборот, он был очень хмур.       — До того, как хан выберет себе наследника, он найдет много причин, чтобы объявить нам войну. Слухи о том, что арестовали приближенных дворца Золотого Ханства, разлетятся быстро. Он потребует Вашего возвращения, несмотря на традиции, ведь сошлется на опасность, грозящую непосредственно Вам, принцесса Хоа Лан. Единственный выход — это скрепление отношений между двумя державами брачными узами.       Где-то недалеко отсюда скрипнула доска, где-то прошуршали чьи-то осторожные шаги, стукнулся о стены снаружи ветер, и вновь стало слишком тихо. Я слышала, как колотится сердце или не колотится, может, я давно валяюсь в обмороке. Он сейчас на свадьбу намекает? Невовремя пришла мысль, что это белое кимоно было совсем не зря. Какая-то глупая игра-симулятор, как выйти? Как закончить сеанс… Бежать. Как можно дальше. Я срываюсь с места, чуть ли не выбивая седзи, несусь по коридору куда глаза глядят. Выбегаю в сад, дальше, дальше, дальше…       — Принцесса Хоа Лан? — голос Хирию вывел меня из омута мыслей, и я прогнала смутно наваждение, тупо уставившись на него. — Это неожиданно, понимаю, но в Ваших же интересах согласиться на этот брак. Когда принц Акил станет Великим ханом, я расторгну все узы, и вы сможете вернуться в Золотое Ханство.       — Я… не могу… стать вашей женой…       — Выбора у Вас нет, — неожиданно резко оборвал мои мямли король, тряхнув копной красных волос. Я вздрогнула, даже веер отняла ото рта. Это дурацкий сон. Да этого просто не может быть. Почему мангака не писала о том, что у Хирию, оказывается, был временный брак с принцессой кочевников? Я неожиданно со всей злостью взглянула в сливовые глаза, такие холодные в этот момент. Так вот на что он готов пойти ради своей страны. Мне стало жутко, а Хирию смотрел бесстрастно, почти равнодушно. А вот с драконами он улыбается.       В голове упрямо вертелись строки про жену смотрителя маяка, а я беспомощно смотрела на Короля, мрачно усмехаясь про себя, что я сейчас почти такая же заложница системы, как любимая мною Китнисс. Только вот если девушка из книжки со всем справилась, то я, скорее всего, просто швырну веером в эту непроницаемую физиономию.       — Тогда не смею больше Вас задерживать, — прорычала я, намереваясь встать, но меня остановили взмахом руки.       — Прошу прощения, ничего личного. Завтра днем я объявлю о помолвке перед народом. Прошу Вас присутствовать в это время на площади, — король устало прикрыл глаза, а я только молча кивнула, уже не отображая происходящее вокруг себя. Мне вновь было очень жаль будущую королеву Коуки, которой придется мириться с подобным лицемерием.       А потом до меня дошло, что я и стану первой официальной королевой Коуки.