Now Or Never

      Душно. Нет жарко. Сон не идет. И это бесит. Злит. Простынь неприятно липнет к потному телу. Раздражает. На часах едва ли показывает пять утра. У нее снова тяжелый день, а она не может уснуть. Страдать от бессонницы, смешно, да и только.       Зло отбрасывая покрывало, девушка поднимается, с тяжелым вздохом и легкой головной болью. Холодный душ не избавляет от тяжелых мыслей, но тело бодрит. Недовольно ворча, Усаги заходит на маленькую кухню, отделанную в приятные серые тона. Панорамное окно открывает потрясающий вид на небольшой палисадник у дома в нежно-розовой дымке рассвета. Именно сейчас на улице идеально, но уже через несколько часов будет пекло.       Чайник кипит, вырывая из своего мира. Быстрорастворимый кофе шипит в кружке, наполняя кухню приятным ароматом. По-хорошему, Усаги лучше сделать себе полноценный завтрак, но она устала и бунтарский дух в ней бушует. Она не хочет, просто-напросто ни один кусочек не сможет проглотить. Чи-сама будет опять ругаться, но она причем? Никак не может приучить себя завтракать с утра.       Из-за постоянных переживаний, насыщенных и утомленных дней, неугомонных мыслей, Усаги с трудом смогла уснуть вечером. Перед глазами в красочном танце сменялись картины прошлого, а точнее их странного знакомства с Харукой. Тогда они все были очарованы им и его манерами. Мамору еще долго обижался на девочек, ведь, по сути, все внимание было уделено теперь новому юноше, а он отброшен на второй план.       Проводя рукой по волосам, дабы убрать мешающие пряди в свободную косу, девушка удивленно ойкает. Подстава пришла оттуда, откуда не ждали, за ночь кончики очень сильно спутались, а все потому, что Усаги поленилась заплетаться. Прикусив губу, не мешкая, златовласка уверенно отстригает несколько сантиметров, собирая волосы в длинный хвост, про себя же хныча, и пусть привычной длины нет, и нет смешной и детской прически, но волосы то жалко.       С большим нежеланием девушка принялась собираться на работу, изредка бросая косые взгляды в свой телефон. С минуты на минуту должно подъехать такси, утреннюю давку в метро молодой хирург явно не перенесет. А так хоть с комфортом доедет до больницы.       Едва переступив порог своего кабинета, как златовласку уже ждала привычная рутина дней: осмотр больных, градусники, назначения и осмотры. Но до своих больных, Усаги так и не добралась, ее вызвали на операцию у профессора Акияма, что срочно просил свою ученицу помочь. Отказать было невозможно.       И даже не успев подумать о составе коллектива, девушка кинулась в сторону операционных, убирая золотую копну под сеточку. Страх пересечься с Харукой замаячил на горизонте, волнами тошноты накатывая на песчаный берег спокойствия. Успокоиться Усаги смогла лишь в ординаторской, анестезиологом на операции был давний друг и коллега профессора - господин Икэда. Тучный мужчина лет пятидесяти. Если своего профессора златовласка боялась, то этот мужчина всегда пугал ее, а каждая вторая молоденькая медсестра убегала в слезах. Личная жизнь на время снова отошла на задворки, помахав ручкой.       Время спасать чужую жизнь.       Исчисление времени в операционной шло совсем по-другому, не так как во всей больнице. Тут каждая секунда была на вес золота, а слаженность коллектива ценилась едва ли не дороже самых дорогих драгоценных камней. Минуты уплывали одна за другой, сменяя друг друга так быстро, что, едва смахнув пот тыльной стороной руки, как операция была почти завершена, вот только бодрость улетучилась, стоило переступить порог двухстворчатых дверей и посмотреть на переживающих родственников пациента.       Внутренняя лампочка переключилась автоматически на режим «OFF». В голове гудело, перед глазами плыли цветные пятна, а в горле пересохло. Операционная медсестра помогла снять одноразовые халаты и перчатки, ободряюще похлопала по плечу, и скрылась за поворотом. Стоило освободиться от оков неудобной одежды, Усаги села на пол, организм настойчиво требовал передохнуть. - Коллеги, не забывайте о планерке, в три часа, - голос профессора Акиямы, словно сквозь вату, раздался где-то уже очень близко. – На повестке дня очень много событий. - Да, профессор, - в разнобой проговорили врачи, стараясь не показывать своей усталости. - Хорошо, - тихо отозвалась Усаги, про себя же добавила: «Издевательство!»       Вытерев тыльной стороной руки пот со лба, Усаги нетвердой походкой двинулась в сторону терапевтического отделения, желая, как можно скорее скрыться в своем кабинете. В маленьком уголке счастья, где заботливая Чи-сама приготовит кружечку кофе и даст отдохнуть, хотя бы полчаса. Место, где можно быть самим собой – запутавшимся и усталым человеком.       Но с утра все шло не так. Пусть утром Усаги удалось избежать встречи с Харукой, то сейчас, увы, и ах. Он стоял у одной из стоек регистрации, забирая, судя по всему, карточки пациентов, или возможную корреспонденцию. Бог в белом халате, что скорее потерялся, нежели в действительности работал врачом. Молоденькие медсестры ужом вились вокруг блондина, флиртуя и стреляя глазками направо и налево. Кто знает, может, повезет?       События вчерашнего вечера и скорая встреча, заставили Усаги, во-первых, споткнуться на ровном месте, а, во-вторых, ее щеки заалели, а в коридоре показалось невыносимо душно. Отступать было поздно. Она видела, что дамочки ее заметили, стушевавшись от своего поведения, а вот сам Тено пока не видел ее. Да, он даже внимания на девушек не обращал, отмахиваясь от них, как от назойливых мух. - Спокойно! – приободрила себя Усаги, на всех парах пролетая по направлению к своему кабинету. Если делать все быстро, Харука не заметит, ну не побежит же он за ней и не станет выяснять отношения? На глазах у всех. - Какая же она странная, - тихо зашептались девушки, стоило златовласке скрыться с их поле зрения. Женскому коллективу дай волю кому-нибудь поперемывать косточки, своего они не упустят, тем более, если этот кто-то выше по карьерной лестнице. - Постоянно торчит в больнице, удивляюсь ей, пока молодая –красивая нужно на свидания бегать, а она карточки заполняет, да обходы… - А мне кажется, она может стать для нас примером, чтобы мы были лучше, - неуверенно отозвалась пухленькая медсестра, закусив губу. Иоши вот уже несколько лет с восхищением смотрела на девушку, и короткие совместные вечера вселяли в нее надежду на более тесное общение. Может, когда-нибудь они смогу стать подругами, ну или хорошими знакомыми. Среди больных постоянно шли одобрительные комментарии в ее сторону, а выдержка и работоспособность вызывала восхищение, возводя в ранг «айдола». Невольно став эпицентром всего общего внимания, Иоши залилась краской, напоминая спелый томат, очень редко она позволяла себе так резко высказываться в кругу медсестёр, где у нее почти не было авторитета из-за своей внешности. - О ком это вы говорите, леди? – Харука, опомнившись, обворожительно улыбнулся, прекрасно зная, как работает его улыбка на девушек. Просматривая истории болезней, он и не увидел, как Усаги рысью пробежала мимо, но прекрасно мог слышать, как зашептались за его спинами, словно клубок змей. - Доктор Цукино, любимица всех и вся. За ней все отделение бегает, а она игнорирует всех, тоже мне принцесса! – вспылила Эйко, стараясь избавиться от конкурентки, избирая все доступные способы и средства, при этом демонстративно закатывая глаза, будто рассказывала самую очевидную в мире вещь. И плевать, что накануне вечером они все вместе проводили время в игровом клубе. – Исихара из «скорой помощи», говорит, что она продинамила его приглашение, хотя обещала прийти в кино. Парнишка страдал. - А тебе, откуда это знать, Эйко? – приподняв одну бровь, спросила Иоши, с интересом поглядывая на Тено. В отличие от своих коллег, она не страдала ложными мечтами, о прекрасной любви с красавцем-доктором, шестое чувство подсказывало ей, что сердце блондина отнюдь не свободно. У юноши на лице застыла странная гримаса, а глаза смотрели с холодным прищуром на Эйко. - Не пропадать же билету было. Она младше меня на пару лет, а уже доктор, по любому связи! С ней постоянно возиться профессор, уж я точно могу сказать, что это все не просто так! - А может, просто госпожа Цукино усердно училась и работала? – тактично вклинился в разговор Харука, сдерживая свой пыл и стараясь не грубить. Уж он-то знает, как тяжело пришлось его принцессе. Из глупой и плаксивой девчонки превратиться в прекрасного и сдержанного лебедя. И в обиду всяким недоучкам он не даст златовласку. Эти две девушки были знакомыми на лицо, но где он их видел, так и не смог вспомнить. – Прошу простить меня, леди, но у меня много работы.       Подмигнув на прощание Иоши, Харука направился прямиком в конференц-зал. Скоро должна начаться планерка. А в голове вертелась картина вчерашнего мимолётного молчаливого боя взглядами. Тено рисовал картину того, как сегодня они встретятся и поговорят за чашечкой кофе, хотя еще несколько лет назад он бы блеванул от таких розовых соплей. Мичиру была не в счет, сколько раз он появлялся под ручку с ней, он ни разу не чувствовал того, что испытал вчера за несколько минут.       Звонок от Мичиру, он сознательно проигнорировал, наплевав на последствия. Харука запутался. Запутался в себе, в своих чувствах. Но он точно знал две вещи: 1) С Мичиру все кончено. 2) Чувства к Усаги были изначально, и никуда не делись. 3) Усаги тоже испытывала к нему что-то похожее.       Конференц-зал встретил холодом и парочкой одиноких врачей, что занимали дальние ряды, мечтая урвать, несколько минут сна, лишь бы только не слышать нудные лекции, которые надоели еще в университете. Планерка в больницах мало походила на увеселительные программы. Череда бесконечных списков на операцию и ответственных врачей, списки на выписку, отчеты и кипы объяснительных. От неловких мыслей вывела вибрация телефона. Смс. Время и место.       Его менеджер, как всегда, краток. Очередной прием, на котором ему нужно быть. Сразу после таких встреч, обычно следуют гонки. Через месяц-полтора. Ему предстоит тяжелая подготовка и состыковка графика работы с профессором.       В толпе врачей мелькнула знакомая золотоволосая макушка, что села впереди блондина на несколько рядов, и, видимо, Усаги не видела Харуку, иначе уж точно бы покраснела. Зато сам Тено мог без какого-либо стеснения рассматривать свою принцессу. Рядом с ним подсели несколько девушек, радостно прощебетав приветствия. В нос ударила целая волна спектра парфюмерного магазина. От чего Тено не сдержался, раздраженно чихнув. Краем глаза, он уловил, как в его сторону быстро посмотрела златовласка. - Коллеги, всем добрый день, - поздоровался профессор Акияма, величественной походкой проплывая в центр зала. Большинство молодых специалистов замерло, переставая разговаривать, как нашкодившие студенты.       Ну, еще бы старый профессор преподавал на одной из кафедр университета. Именно, он видел будущих звездочек и светил медицинской науки. Его боялись и боготворили, а его выходцы считались самыми лучшими и высокооплачиваемыми врачами города. - У нас с вами много работы, поэтому буду предельно краток. Начну не с очень хорошей новости. Нам не хватает врачей на скорой помощи. В ночную смену. Коллеги, это беда, - сокрушённо отчеканил мужчина, с сожалением оглядывая собравшихся. – Нам нужны добровольцы. Я не могу отпускать карету скорой помощи с фельдшером и младшим медицинским персоналом, но без врача. - Что делать, если у всех врачей ненормированный график? – поинтересовался один из врачей, язвительно улыбаясь. - Господин Накасима, могу, заверит вас, что это временная мера. Как только наши коллеги вернутся из поездки, все встанет на свои места. Вы будете первым, кто подаст пример. - Но…я…не могу! – пропищал мужчина, заливаясь пунцовой краской под дружный смех коллег. - Я могу! – еще одна рука взметнулась вверх, под звонкий аккомпанемент голоса. «Глупая! Только не она!» - мысленно простонал Харука, скатываясь под сиденье. Его принцесса рвалась в бой, совсем не слыша или же умело игнорируя злобное шипение девушек.       Сам же Харука не мог последовать благородному жесту Усаги. Анестезиолога не пустят в скорую, ну, точнее его не отпустят, ибо дефицит. Бросая со своего места тяжелые взгляды, Харука призывал ко всем силам, дабы Цукино забрала свои слова назад, ну, или на запрет от профессора. - Господин Накасима, не станете же вы отказываться и пасовать перед юной леди? – голос профессора потеплел, а ситуация, откровенно говоря, начала забавлять. - Как, я могу, - процедил мужчина, злобно сверля златовласку ненавидящем взглядом. – Тогда уж берите госпожу Эрику. Посмотрим, насколько хватит молодежи на такой собачьей работе.       С последних рядов раздалось недовольное шипение. Судя по всему, госпожа Эрика сыпала проклятиями в сторону мужчины, но сказать вслух свое мнение не решалась. Не хотелось ударить в грязь лицом. Такой подставы от Накасимы она не ожидала, и еще припомнит ему. - Коллеги, буду ждать вас в кабинете для инструктажа. А теперь к более приятным новостям. В нашем коллективе пополнение – прошу любить и жаловать – Харука Тено, наш новый врач-анестезиолог.       Скривившись словно от зубной боли, Харука все-таки встал, улыбаясь белозубой улыбкой. Слыша в ответ тихие перешептывания, кокетливые взгляды, робкие улыбки. И лишь одна девушка не ведется на его вежливую улыбочку. Она демонстративно закатывает глаза, вся ситуация настолько банальна, что кажется уже смешной. Харука расплывается в довольной улыбке чеширского кота, но теперь уже действительно, искренней, подмигнув Усаги прежде, чем она отвернется и сделает вид, что не знает его.       От большинства девушек не укрылась мимика блондина, и они, как опытные ищейки, принялись сканировать каждую девушку на предмет соперничества. Глупая игра. Каждый раз одни и те же правила. Отыскать нужную девушку не представляется возможным. Ведь она не ведется на простые жесты внимания и легкий флирт. Игнорирует.       Плюхнувшись назад, Тено, с большим сожалением, окинул взглядом девушку. Видеться теперь они будут куда как реже, ибо дополнительные смены будут отнимать все силы. Но не было еще ни одного раза, чтобы принц Урана трусил перед первой трудностью, возможно, именно эти препятствия помогут им, наоборот, сблизиться. Усаги будет уставать, а это значит, что ослабит свою холодную и неприступную крепость, которую возвела вокруг себя. А Харуке придется брать ее штурмом, но так даже интересней. У нее не было близких подруг, ближайший человек, кому могла доверять блондинка-это ее милейшая тетушка-медсестра.       От былой девчонки не осталось и следа, изменилась до неузнаваемости. Что случилось с той жизнерадостной девочкой, что вечно носила нелепые розовые комбинезоны и кофточки, вела себя в основном, как малое дитя и бесила этим всех? Повзрослела. Перестала верить в сказки. Стала истинной принцессой, похожей на свою королеву-мать, да так, что и на хромой кобыле не подъедешь.       Харука примерно знал ответ. Он искренне, всей душой, ненавидел Мамору. Ненавидел его трусливость и не способность найти в себе силы и признаться о новых отношениях. В какой-то степени блондин ненавидел и себя за то, что не мог помочь в трудную минуту, потому что был за границей, на соревнованиях. Именно с того момента вся связь с Усаги была прервана, а найти ее не представлялось возможным. Сетцуна каждый раз отказывала в поиске, но всегда знала, что с принцессой Луны все хорошо.       Под общий гул толпы, Харука не спеша направлялся в свой кабинет, обдумывая сложившуюся ситуацию. Ему срочно нужен был глоток свежего воздуха, и желательно, двухчасовая езда на мотоцикле, чтобы привести чувства и мысли в порядок. Но вместо этого его ожидало две операции и стопка отчетов. И только потом долгая и изнуряющая тренировка. Звонки от Мичиру, блондин игнорировал, предчувствуя скорую катастрофу, но сейчас ему было не до капризов бывшей подружки, на горизонте маячили новые цели, куда как привлекательнее.

***

      Восьмая бригада показалась Усаги, с первого взгляда, очень чудаковатой, но весьма дружелюбной и уютной. Исихара от радости, чуть не выпрыгнул из рабочей формы, стоило только девушке появиться в ангаре машин скорой, пытаясь найти нужную. Такого рода деятельность была в новинку, покинув родные стены кабинета, девушка с тяжелым сердцем пошла на смену. Чи-сама заботливо накормила Усаги перед уходом, как заботливая мама, уложила в дорожную сумку термос с травяным чаем и несколько бутербродов. Взрослая медсестра жалостливо смотрела на бедную девушку, аккуратно заплетая волосы в длинную косу. - Ночь длинная, работы много, - кудахтала женщина, изредка цокая языком. Ее план свести милую Усаги с молодым и красивым анестезиологом горел синем пламенем. Ее юная подопечная снова вляпалась в приключения, по собственной воле. А зная дружный женский коллектив их больницы, то уже в скором времени красавчика охмурит какая-нибудь медсестра. Лишь бы только не эта Эйко!       Сидя на переднем сиденье, возле водителя, в огромной, не по размеру, куртке Усаги чувствовала себя неловко. На заднем сиденье весело переговаривались Исихара и женщина средних лет, обсуждая нелепые случаи из повседневной жизни. Как, например, ложные вызовы или же температура 37,7 у двадцатипятилетнего лба. - Господин Сакамото, вызовов больше нет? – тихо спросила Усаги, заливаясь румянцем до самых корней волос. Всю смену кататься по городу было непривычно и тяжело, как и проводить быстрые осмотры на дому.       Наконец на город обрушились проливные дожди, чем несказанно обрадовал население. Утренняя предрассветная дымка тумана скрадывала очертания домов, делая город призрачным, почти, как в фильме ужасов. Мокрый асфальт после дождя. Свинцовые тучи. И одинокая машина скорой помощи, что рассекает тишину улиц, редко по встречке ехала машина-другая. Фонари вот-вот должны были отключить. Ночь отдавала свои права новому дню. - Это были последние на сегодня, госпожа, - добродушно отозвался пожилой водитель, ласково потрепав по руке девушку. – У вас сегодня была длинная смена, не так ли? - Вы правы, - улыбнулась Усаги, стараясь замаскировать свой зевок под улыбкой. Этот мужчина ей понравился, наверное, именно поэтому она подсела к нему. Хотя Исихара не раз предлагал ей свое общество, утомляя свои обществом и бесконечными рассказами. - А ведь метро еще не открыли… - Ничего страшного, я пойду пешком, - устало выдохнула златовласка, в уме подсчитывая через, сколько же она тогда окажется дома, и сколько часов на отдых у нее останется.       Тихий шепот успокаивал, создавая свою незабываемую колыбельную, успокаивающую атмосферу. Позволяя раствориться и забыться на некоторое время. Дорога за окном расплылась, исчезая, позволяя погрузиться усталому девичьему организму в недолгий и беспокойный сон.       В комнате царит полумрак. Свет не горит в коридоре, но это и неважно. До боли родная обстановка навивает плохие мысли. Она это точно знает. Но отчего-то не может унять свое быстро бьющееся сердце. Справа, на комоде стоит букет алых роз. Ее любимых роз. В горле застрял неприятный ком, именно из-за него она не может ничего сказать, мучительно наблюдая, как опадают кровавые лепестки. Холодный взгляд синих, как море перед бурей, глаз. Отчужденность. Именно сейчас он скажет то, что разрушит их любовь навсегда. - Я больше тебя не люблю! Мы должны перестать встречаться!       Она должна бежать, ну или, во всяком случае, заплакать. Но слез нет. Уже каким-то шестым чувством Усаги поняла, что все это нереально. И самое важное – все это уже когда-то было.       Усаги вздрогнула и проснулась от того, что кто-то аккуратно похлопывал ее по плечу, пытаясь разбудить. Страх отпускал, убирая свои липкие щупальца, его уловка не сработала, и в удушающие сети кошмара не попалась златовласка. Перед Цукино стоял господин Сакамото, ласково улыбаясь. Машина стояла в ангаре, а она бессовестно уснула. - Извините, - проговорила Усаги, неуклюже покидая салон автомобиля. Сейчас девушка больше походила на взъерошенного воробья. - Может все-таки вам такси вызвать, Усаги-сама? - Не стоит, я хорошо по спала, - солгала девушка, быстренько скрываясь за дверями лифта. Домой хотелось неимоверно, но нужно было отчитаться в регистратуре и переодеться.       Все последующие действия были как в тумане, и какими-то чужими, неестественными. Отчитавшись за смену и сдав коробочку с опиумом, Усаги почти не помнила, как переоделась в свою одежду, аккуратно сложив рабочую в шкафчик. Медленным шагом, выйдя из больницы, почти до самой набережной добралась без приключений, несколько раз пожалев, что не заказала такси. Но внутреннее упрямство не позволяло достать сотовый и зайти в приложение.       Услышав знакомый трек, доносившийся с ближайшего кафе быстрого питания, Цукино остановилась, сама не зная почему. На узкой дороге опасно было стоять вот так, но шестое чувство молчало, а может, его не было слышно из-за усталости. Вдалеке послышалось грозное рычание мотоцикла, но почему-то и это не испугало златовласку, не придав этому никакого значения, подумав, что он едет совершенно по другой стороне. Но нет, мотоцикл стремительно приближался. Именно к ней. Он ехал по узкой дорожке, на которой стояла она, совершенно не находя в себе силы, чтобы отойти назад на пару шагов. Мотоциклист не сбавлял скорости, мчался прямо на Усаги, не видя пешехода, а вот девушка уже рассматривала белый шлем незнакомца.       Секунда. Две. Три. Опомнившись, словно от наваждения, Усаги делает пару шагов вперед, запинаясь об бордюр. И летит на асфальт, выставляя руки в защитном жесте, как будто ее это спасет. Слышится визг тормозов, что ужасно режет по ушам, и мотоцикл круто разворачивается, у ее ног, а сам шумахер заваливается вместе со своим железным конем. Защитное стекло ярко блеснуло на солнце.       На эмоциях, гонщик рывком снимает шлем, собираясь наброситься на нерадивого пешехода с гневной тирадой, но удивленно замирает, смотря в синие глаза-океаны. Быстро ставит своего железного коня на подножку, но перед этим поднимает мотоцикл, оказываясь рядом в мгновение ока, проглатывая гневный ком, но сотрясаясь от страха, что чуть не переехал любимую.       Улицы в это время суток пустынны, и он уверен, что никого не было на этом участке, но такое Харука Тено вряд ли сможет забыть в ближайшее время. Он чуть не сбил человека. В ушах до сих пор слышится ужасный режущий перепонки скрежет металла и чувствуется запах жженой резины. — Усаги, ты цела? Не поранились? У тебя нигде не болит? - приятный хрипловатый голос юноши, заставил содрогнуться всем телом и появиться мурашкам.       Его жертва сидит на асфальте, хлопая глазами, совершенно не понимая в какой реальности она находится. Все что может сделать Усаги – это судорожно открывать и закрывать рот, на ее глазах наворачиваются слезы. Его рука непроизвольно потянулась к золотоволосой макушке, и не сдержавшись, Харука крепко прижал к себе девушку, вдыхая едва уловимый аромат малины. Мозг начал активно подкидывать картинки катастрофы, что им удалось избежать. - Я задумался, не думал, что кто-то появится. Это моя вина. Я честно не хотел. Ты не поранилась? Прости меня, – девушка заторможено кивает, пытаясь утереть слезы, но цепкий взгляд улавливает небольшой порез на руке и разбитую бутылку из-под кока-колы. Тено продолжал свой монолог, судорожно вдыхая. – Я не справился с управлением. Это моя вина, не плачь, пожалуйста. - Я думала, мотоцикл едет по другой стороне, - шепотом отозвалась Усаги, чувствуя, как по щекам текут теплые слезы. – Я шла домой после ночной смены, не думала, что смогу попасть в такую ситуацию, от усталости мое тело не слушается меня.       Из кармана юноша вытаскивает платок с выгравированными инициалами. Он быстро, но как можно аккуратнее, осматривает пострадавшую руку на предмет осколков, и тут же перевязывает, завязывая аккуратный бантик. Как жаль, что у него нет с собой антисептика, становится совестно. Усаги не шипит оскорбления, смотрит боязливо, молчит. А его руки все еще держат ее маленькую ладошку, и так-то плевать, что они уже довольно долго сидят на проезжей части. Им глубоко все равно, не хватает только розовых лепестков. - Все хорошо, не волнуйся, - ее голос дрожит, забавно срываясь на тон выше. Нервничает. Ее губы растягиваются в робкой улыбке, а в полет срывается одинокая слеза, сверкая на солнце. – Я в порядке, не переживай.       Харука помогает подняться на ноги, так же собирая по асфальту несколько апельсинов, что выкатились из сумочки златовласки. Его щеки пылают румянцем. Тено еще раз быстро осматривает на предмет повреждений свою принцессу, удовлетворительно хмыкнув. Яркая улыбка озарила лицо юноши, Цукино не убегает от него, стоит рядом с ним, неловко переминается с ноги на ногу. Усаги чувствует приятную волну одеколона воина Урана, что-то древесное, с нотками бергамота и шалфея. - Я отвезу тебя домой, иначе ты уснешь по дороге! – растягивая слова, проговорил Харука, при этом его голос звучал ниже, чем обычно, заставив девушку с интересом склонить голову на бок. Не сдержавшись, Тено все же быстро поцеловал Усаги в щеку, и прежде чем на него польются обвинения надел на голову защитный шлем, опустив визор вниз. – Садись, и держись крепче, котенок, - весело хохотнул Харука, его план приходит в исполнение сам собой.       И Харука Тено никогда в жизни не расскажет этот кошмар – в нем он не успевает затормозить, и сбивает Усаги Цукино.