Patchwork

— Доброе утро, принцесса! — поприветствовал Джон Пола, когда тот вошел в их спальню, с раскрасневшимися щеками и ненавистью во взгляде. — Ты! — крикнул он, внезапно бросившись к горлу Джона. Он опрокинул его, оседлал бедра и попытался задушить дрожащими руками. — Ты нарисовал член у меня на щеке! Ты что, блядь, совсем чокнулся?! Джон, у которого к этому времени возникли проблемы с дыханием, начал сдавленно хихикать, но звучало это так, словно его вот-вот стошнит. — И, — продолжал Пол, повышая голос, — ты использовал чертов перманентный маркер, так? Так?! Пол дал ощутить всю силу своего гнева, пока лицо Джона не начало синеть. — Пол… Дай мне!.. — сумел выдавить Джон, хватая Пола за руки. К счастью, Пол ослабил хватку, но все еще удерживал Леннона на месте; он только позволил ему снова нормально дышать. Едва ощутив, что к нему вернулось достаточно сил, Джон воспользовался беспечностью младшего парня и оттолкнул его, высвобождаясь из-под его тела. — Мне жаль, ладно? — он захрипел, дотрагиваясь до пострадавшего горла. — Мне казалось, это будет забавно. — Забавно?! — выкрикнул в ответ Пол, указывая на свою изуродованную щеку. — Ты думаешь, это забавно? — Ну, теперь ты в буквальном смысле членоголовый… Прежде чем Джон успел закончить свою остроумную реплику, Пол схватил ботинок из шкафа, с силой швырнул его в Джона и выбежал из комнаты, все еще кипя от злости. Возможно, лишь возможно, Джон немного переборщил с шуткой. Но что еще ему оставалось делать? Невинное лицо Пола было слишком соблазнительным, слишком манящим. И Джон был удивлен, насколько хорошо получалось рисовать на лице Пола — с точки зрения холста и глубины сна. Возможно, перманентный маркер тоже был не такой уж хорошей идеей. Джону пришлось признать, что член на лице Пола это уже перебор. Особенно чересчур волосатые яйца, которые выглядели особенно отвратительно, даже для его не столь чуткой натуры. Однако пизда на лице Маккартни ничего бы не изменила, размышлял Джон. Он быстро надел чистую одежду и вышел из комнаты, уже слыша раздраженные проклятия Пола. Он осторожно заглянул в ванную комнату, так как не хотел, чтобы его снова чуть не убили. Пол сидел на краю ванны, Джулия стояла перед ним на коленях и пыталась оттереть его щеку скипидаром. Ужасно воняло, и Пол выглядел неважно, когда Джулия внезапно схватила его за подбородок. — Пол, ты должен сидеть спокойно. — Он воняет! — пожаловался он, с отвращением сморщив нос. Джулия вздохнула и потерла глаза чистой от скипидара рукой. — Послушай, если ты хочешь, чтобы я тебе помогла, ты должен сделать то, о чем я тебя прошу. — Но ты не моя мать! Лицо Пола покраснело от гнева, ноздри затрепетали. За этим очень случайным и очень резким замечанием последовало неловкое молчание. Джулия ничего не сказала; она лишь продолжала ошеломленно смотреть на Пола. Джон прикусил губу. Он практически слышал, как утекают секунды… Пол выглядел встревоженным и смущенным, когда поднимался со своего места. — Мне жаль… Правда, — пробормотал он почти неслышно. Джулия кивнула; ее лицо ничего не выражало, превратившись в каменную маску. Поскольку Пол собирался выйти из ванной, Джон, который все еще стоял за дверью, начал паниковать. Уже было поздно бежать обратно в спальню, хотя бы потому, что его мозг реагировал слишком медленно. Когда Пол открыл дверь, выражение его лица сменилось с удивления на шок и окончательно застыло в злобной гримасе. Он протиснулся мимо Джона, намеренно толкнув его в плечо. И это Джон всегда думал, что агрессивен. (Пусть и не в такой пассивно-агрессивной манере.) Он провожал Пола взглядом до тех пор, пока парень не исчез в их комнате и не захлопнул дверь. Взгляд Джона метнулся обратно к Джулии, когда она глубоко вздохнула. Она выглядела несчастной, обиженной. Очевидно, она не могла справиться с ситуацией так легко, как думала. Совсем как Джон. Чувствуя себя немного неловко, Джон нервно провел рукой по своим растрепанным волосам. Он направился прямо к своей матери и утешительно обнял ее. — У тебя все еще есть я. Не слушай этого идиота, — прошептал он в ее рыжие волосы, оставив легкий поцелуй на макушке. Джулия кивнула и прислонилась лбом к его груди, глубоко вздохнув. — Пол, не ешь слишком много сладкого. Это вредно для твоих зубов. — Но, папа! Я уже несколько недель не ел шоколад. — Ты же только вчера пил, — вмешался Майк, нахмурившись. Джим надул щеки и быстро выхватил коробку со сладостями из рук своего старшего сына. — Никаких больше сладостей до конца дня! Пол положил голову на руки, надулся и бросил на отца яростный взгляд. — Ты, похоже, любишь шоколад, не так ли? — внезапно спросил Джон со здоровым любопытством — он молча наблюдал за происходящим. Прошло несколько дней с тех пор, как он в последний раз подшутил над Полом, но тот все еще отказывался с ним разговаривать. Когда однажды пришел один из его друзей — его звали Джордж, — Пол сказал ему «не обращать внимания на Джона», потому что он «того не стоит». Джордж бросил на него довольно испуганный взгляд. Одному богу известно, какие ужасные вещи Пол рассказывал ему о Джоне. — Любит? — переспросил Майк с дерзкой ухмылкой, взглянув на своего брата. — Да у него зависимость! — Неправда! — сердито ответил Пол, все с той же тоской глядя на коробку в руках Джима. — Правда! — Нет! — Да! — Нет! — Скажи это своему животу, Жиртрест. Пока Джон наблюдал за подшучиванием между братьями, не в силах скрыть своего веселья, ему пришла в голову мысль о том, как он мог бы извиниться перед Полом, не говоря напрямую «Прости». Пол лихорадочно бегал по всем комнатам дома, когда Джон вернулся с «репетиции группы» со своими друзьями. Он поставил свою гитару прямо перед дверью гостиной, и Маккартни едва не споткнулся об нее, но вовремя заметил. — Будь осторожен, придурок! — крикнул он и побежал на кухню. — Смотри под ноги, ты кусок идиота! — крикнул Джон в ответ. Для посторонних, небрежный тон их оскорблений был бы одной из самых загадочных вещей на свете. Но на самом деле эти грубые обзывания стали дурной привычкой для обоих — тайная страсть. Это была их личная маленькая игра, и ни один из них никогда бы добровольно не признался, что втайне наслаждался ею. Сначала они хотели задеть чувства друг друга, одно оскорбление было более грубым и неприятным, чем другое, но очень скоро оба парня привыкли к резкому тону, и теперь можно было сравнить оскорбления с небрежным «Привет, как ты себя чувствуешь сегодня, старина?» Однако Джон и Пол старались быть осторожными, когда дело доходило до обмена оскорблениями. Например, когда их родители или Майкл были рядом, они просто смотрели друг на друга, как коты по разные стороны улицы. Джон слышал, как Пол быстро открыл и закрыл пару дверок, бормоча «Дерьмо, дерьмо, дерьмо!», находясь в крайнем возбуждении. Джон последовал за ним в маленькую кухню и с любопытством посмотрел на него. — Что ты делаешь? — спросил он и прислонился к дверному косяку. — Я ищу… — Пол замолчал, переходя от шкафа к шкафу. — Что именно? — Кошелек Джулии. Она попросила меня кое-что купить. Джон съежился при слове «кошелек». Он начал грызть ноготь и посмотрел вниз на свой ботинок. — Думаю, я знаю, где он может быть… Пол не заметил, как парень исчез, пока тот не вернулся через несколько минут, размахивая маленьким коричневым кожаным кошельком перед лицом Пола. Заметив это, он сразу же попытался отобрать его. — А-а-а! — Джон упрекнул его: — Я не отдам его тебе. — Почему?! — Кто знает, что ты будешь с ним делать? Может быть, ты солгал мне и на самом деле планируешь купить сигарет и выпивки. — Как ты сделал однажды? — возразил Пол с саркастической ухмылкой. Джон насмешливо посмотрел на него и быстро уклонялся всякий раз, когда младший пытался завладеть кошельком. — Кстати, где Джулия? — На работе. Это такое место, о котором, вероятно, ты никогда раньше не слышал, — проворчал Пол. Он уже начал подумывать, пнуть Джона в пах, чтобы заполучить нужную ему вещь. — А я должен купить продукты из списка, который она мне дала, прежде чем она вернется домой. Что произойдет примерно через час, так что не мог бы ты быть так любезен, перестать быть эгоистичным придурком и помочь мне? Джон, не торопясь, обдумывал эту просьбу — Полу показалось, что Джону потребовалось слишком много времени, чтобы решить, следует ли ему помогать или нет. Но в конце концов Джон решил, что постоянные препирательства довольно скучны, утомительны и могут вызывать серьезные тревожные сны… И поэтому он сдался. — Хорошо. Бери этот чертов список, и пошли. И хотя Пол сказал «Спасибо!» с самой невинной и ангельской улыбкой, какую только мог изобразить, он не удержался от того, чтобы хорошенько и болезненно ткнуть Джона под ребра. — Так и где же этот магазин, в который мы идем? — заскулил Джон после двадцати минут ходьбы. — Мы почти пришли, — ответил Пол. — Он прямо за углом. Джон пробормотал еще несколько проклятий по поводу собственной глупости. Зачем, ради всего святого, он согласился помочь Полу? Зная свою мать, она наверняка попросила купить кучу кирпичей или любого другого тяжелого дерьма, которое переломило бы ему спину на две половины. — Вот он, — наконец сказал Пол и вошел в маленькую бакалейную лавку. — И что нам нужно купить? — спросил Джон, следуя за Полом. — Добрый день! — Пол поприветствовал женщину за прилавком, прежде чем снова обратить свое внимание на Джона. — Она дала мне список, как я уже говорил, — пробормотал он, нащупывая в кармане листок бумаги. Джон стоял прямо за спиной Пола и смотрел через его плечо на записку. Он прищурился, но буквы были слишком расплывчаты, чтобы он мог их распознать. — Черт, я не могу это прочитать. Я забыл очки дома. Пол слегка повернул голову, чтобы взглянуть на Джона, весело улыбаясь. — Может, мне зачитать это тебе, слепой крот? — Это было бы слишком мило с твоей стороны, моя принцесса, — раздраженно возразил Джон. Вместе они обошли магазин и сложили все необходимое в корзину, которую Пол принес из дома. — Ты выглядишь как настоящая домохозяйка, сынок, — Джон хихикал, пока они с Полом шагали по проходу. — Заткнись, — проворчал Пол и толкнул Джона плечом. Старший парень оттолкнул его, продолжая смеяться. Они прошли мимо полок с конфетами, и Пол не пытался разглядывать свои любимые конфеты и шоколадные батончики, решив, что лучше всего будет побыстрее уйти. Он прикусил губу, проходя мимо полок, молясь, чтобы не поддаться сладкому искушению. — Ты ничего из этого не хочешь? — с любопытством спросил Джон, приподняв одну бровь. — Ну... Нет, — Пол вздохнул. — Папа не хочет, чтобы я ел слишком много сладостей. Он запрещает мне практически все, что доставляет удовольствие, — последовал еще один тяжкий вздох. — Хм… — глубокомысленно ответил Джон, наблюдая, как Пол еще раз с тоской взглянул на конфеты, затем развернулся на каблуках и направился к кассе, чтобы оплатить их покупки. — Пооол, не мог бы ты, пожалуйста, понести картошку? Я итак уже несу большую часть продуктов! — Это неправда, и ты это знаешь! — Я заплачу тебе! — Я не твой слуга, Джон, — Пол усмехнулся старшему парню. — Да и чем бы ты мне заплатил? Камушками и непристойными рисунками? — Ну, я мог бы нарисовать что-нибудь для тебя, конечно, — задумчиво произнес Джон, нахмурившись, — но на самом деле я хотел поделиться с тобой этим… Он потянулся за спину и слегка приподнял рубашку. Пол в замешательстве поднял брови, но как только он увидел, что Джон вытащил из-за пояса, его губы сложились в беззвучное «Ох». — Когда… Как ты?.. — Я взял его в том магазине, ну ты знаешь… — он многозначительно взглянул на Пола, прежде чем снова перевести взгляд на батончик. — Так ты?.. — Пол беззвучно зашлепал своими пухлыми губами. Джон кивнул и небрежно пожал плечами. Он делал это миллион раз прежде. — Либо ты хочешь часть этого батончика, либо молчишь об этом. Пол обдумал оба варианта… Батончик действительно выглядел восхитительно. И он не ел шоколад уже почти неделю… Но это было неправильно, не так ли? Его рот наполнился слюной, похожей на гребаный водопад, пока он наблюдал, как Джон начал распаковывать шоколадку. Волна этого восхитительного запаха ударила Полу в нос… И это так приятно пахло… — Эм, Джон? — нерешительно спросил Пол, ковыряя ногой в пыли. В этот самый момент он чувствовал себя по-настоящему глупо, но все же ждал, когда Джон поднимет глаза. Когда их глаза встретились, Пол вдруг начал заикаться, продолжая говорить. — Может… Могу я тоже… Ну знаешь… Могу я… э-э… укусить немного? К удивлению Пола, Джон снова одарил его своей теплой, искренней улыбкой и разломил батончик на две половины. — Держи. Их руки соприкоснулись на долю секунды, и оба постарались не обращать внимания на искру, которая проскочила между ними. Пока они в тишине шли домой, Джон наблюдал, как Пол ел свой шоколад, явно наслаждаясь, смакуя его. Всякий раз, когда Пол оглядывался на него с дурацкой ухмылкой и с уголками рта, покрытыми шоколадом, Джон быстро отводил взгляд. Он улыбнулся про себя, а Пол размышлял, в чем могла быть причина этого молчаливого веселья. Чего он, однако, не знал, так это того, что Джон украл батончик только для него.