Patchwork

Запах земли был влажным и тошнотворным. Запах цветов был слишком сладким, слишком сильным, чтобы выносить, и воздух уже не казался таким свежим, как раньше. Пол почувствовал, как что-то коснулось его лица; мягкое поглаживание по щекам, нежное пожатие руки и обеспокоенное «Ты в порядке?..» Он медленно открыл глаза и увидел покрытое ссадинами лицо Джона, смотрящего на него сверху вниз, его нахмуренные брови и глаза, полные беспокойства. — Пол? Ты меня слышишь? Он слегка наклонил голову, поддаваясь мягкому прикосновению Джона. — Ты ранен… — Я в порядке… Но как ты? — спросил Джон охрипшим голосом — Полу показалось, что он вот-вот треснет. Пол моргнул, пытаясь вспомнить, что произошло. — Мы что, разбились? Леннон нервно рассмеялся. — О, еще как, сынок. Ты наехал на гребаный корень. — Ах… Кажется, я это припоминаю, ага… — Хорошо, хорошо. А теперь скажи мне, ты можешь двигаться? — Думаю, да… — Пол слегка пошевелил руками и ногами, радуясь, что его не парализовало. Джон осторожно приподнял его, обнял одной рукой за талию и закинул руку парня себе на плечи, убедившись, что такой поддержки хватит. — Давай! Раз, два, три… — он поднял Пола, но как только тот встал на ноги, тот издал болезненный крик и снова рухнул на землю, ощущая легкую тошноту. — Нога болит, — пожаловался он, пытаясь побороть позыв к рвоте. — И мне нехорошо. Джон опустился перед ним на колени, не зная, что теперь делать. — Ты хочешь немного передохнуть? — спросил он, нахмурившись, но Пол покачал головой, морщась от боли. — Нет, я просто хочу домой. Пара тихих всхлипов вырвалась у него изо рта, потому что боль в голове и лодыжке не прекращалась. Но когда Джон обнял его и успокаивающе погладил по спине, он заметил, что боль немного уменьшилась. — Мне так жаль… Ты даже не представляешь, как сильно я сожалею об этом долбаном пари, — тихо прошептал Джон в волосы Пола. Он взглянул на убитого чувством вины парня и с удивлением обнаружил, что Джон выглядел даже более несчастным, чем чувствовал себя Пол. Он не стал ничего говорить, вместо этого легко, ободряюще сжал руку Джона, показывая, что не так все плохо. Джон слабо, нерешительно улыбнулся и свободной рукой погладил Пола по грязным волосам. — Давай отвезем тебя домой. — Но я не хочу снова садиться на эту адскую машину! Джон разразился смехом. — Все равно он сломан. Нам придется сначала починить этого ублюдка, прежде чем наткнемся на нем на следующий неподвижный объект. Пол взглянул на велосипед и почувствовал укол вины, осознавая, что он только что уничтожил велосипед своей матери. К счастью, Джон не дал ему достаточно времени, чтобы задуматься над этим; он встал спиной к Полу и посмотрел через его плечо. — Запрыгивай! Пол поколебался и, нахмурившись, посмотрел на Джона. — Ты… Ты хочешь нести меня всю дорогу домой? — Ну, другого способа я не знаю. Ты же знаешь, летать я пока не умею, но не стесняйся вносить предложения, Пол. Маккартни только усмехнулся, забираясь на спину Джона, который крепко обхватил его за бедра, прежде чем пойти. Пока они шли домой, Джону каким-то образом удавалось тащить еще и сломанный велосипед, а Пол закрыл глаза и прислонил голову к плечу парня. Тошнота не проходила, и боль в лодыжке, пульсировала во всей ноге, не давая возможности сосредоточиться на более приятных вещах. — Не смей засыпать на мне! — пошутил Джон с едва заметной серьезностью в голосе. — Почему? — Потому что у тебя может быть сотрясения мозга. — Сотрясение мозга? Откуда ты знаешь? Ты медсестра? — Пол хихикнул в шею Джона, уткнувшись носом в мягкую кожу под линией роста волос. Его действия не остались незамеченными, отчего дыхание Джона слегка участилось, а губы Пола изогнулись в улыбке. — Нет, — ответил Джон, — но однажды у меня было сотрясение, и это было совсем не весело. — Как это произошло? — Любопытно, да? — усмехнулся Леннон, прежде чем продолжить. — Не знаю… Я был ребенком и играл с друзьями на улице. Каким-то образом я наткнулся на гребаный камень и поцеловался с асфальтом. — Ой… — На самом деле все было не так страшно. Но ощущение после ушиба было просто отвратительным. — Мм… — протянул Пол, чувствуя сонливость. Он прижался сильнее к Джону и вдохнул его запах. Хотя в основном это был аромат Джона, он также смешивался с запахом дома. По мнению Пола, это было не только божественное сочетание, но и очень успокаивающее. Когда его губы коснулись шеи Джона, едва заметное прикосновение, однако Пол мог бы поклясться, что дрожь пробежала по всему телу парня. — Моя мама была медсестрой… Акушеркой, но ты и так знаешь… — в конце концов пробормотал он едва слышно. — Она бы знала, что теперь делать… Джон промолчал. Да и что он мог сказать, чтобы Пол почувствовал себя лучше? Ничего. Он мог только представить, каково это — навсегда потерять свою мать, никогда больше не увидеть ее, думать о ней с болью в сердце. Конечно, большую часть своей жизни он был разлучен со своей матерью, но ведь это нельзя было сравнить с полной потерей матери. Вместо того чтобы отвечать пустыми и бессмысленными фразами, которые не заставили бы его друга чувствовать себя лучше, он лишь погладил его икру большим пальцем; Пол оценил медленные, успокаивающие движения и стиснул Джона в коротких, но в то же время нежных объятиях. Вскоре Пол узнал улицу, на которой они находились, и выдохнул с облегчением, зная, что очень скоро в полной безопасности сможет лечь в свою постель. Как бы ему ни нравилось цепляться за Джона, как детеныш обезьянки за спину матери, он чувствовал себя ужасно неловко из-за того, что тому приходилось нести его на руках, словно инвалида, — удивительно то, что тот все еще не протестовал. Как только они подошли к калитке, Джон небрежно бросил велосипед на землю и бросился к двери, громко постучав по темному дереву. — Где твои ключи? — Пол с любопытством пробормотал ему на ухо. — В моем кармане, глупый. — Тогда почему ты ими не воспользуешься? — Не хочу заморачиваться, — ответил Джон, пожимая плечами. — Понятно… Голова Пола болела так сильно, что начала кружиться. Все завертелось, словно он катался на карусели, и поэтому он снова прислонил голову к плечу Джона, обнимая его и желая, чтобы адская пульсация в его голове исчезла. К счастью, Джулия уже вернулась домой и немедленно вызвала врача, пока Джон пытался отнести Пола наверх. — Отпусти меня! — внезапно приказал Пол с паникой в дрожащем голосе, когда Джон наконец добрался до второго этажа. Тот немедленно послушался, и Пол, соскользнув с его спины, спотыкаясь, направился в ванную. Он ненавидел блевать, ненавидел отвратительный привкус на языке, ненавидел слабость, которая следует вскоре после этого. Но блевать, когда Джон где-то в пределах слышимости, было просто унизительно для подростка. Все еще находясь в процессе опорожнения желудка в унитаз, Пол не заметил, как Джон подошел и сел рядом. Сначала он вздрогнул, когда вдруг почувствовал, как чья-то рука успокаивающе погладила его по спине, и негромкое «Мне так жаль…» прозвучало над ухом. Тихие рыдания сорвались с губ Пола, когда его накрыло последними волнами тошноты. Да что с ним не так, почему он сейчас готов разрыдаться, как маленькая девчонка? Возможно, события этого дня оказались для него слишком тяжелыми. Джон протянул ему полотенце, чтобы вытереть испачканный рот, и помог ему подняться и почистить зубы — на самом деле, помог ему в целом почувствовать себя лучше. Когда Пол, казалось, немного пришел в себя, Джон отвел его в спальню, взбил подушку и устроился рядом с ним, нежно поглаживая его бедную голову. Это был один из тех немногих, очень редких моментов, когда Джон проявил свою мягкую сторону, ослабив бдительность, и Пол ценил это больше, чем когда-либо. Он был счастлив, что кто-то был с ним рядом, не давал скучать и успокаивал его. В последний раз нечто подобное случалось, когда Мэри была еще жива, а Пол целую неделю страдал от сильной лихорадки. Его глаза наполнились слезами при воспоминании, и боль в сердце стала почти невыносимой. Быстро закрыв глаза, он перевернулся на бок, подальше от Джона, чтобы тот не видел, что ему хочется выплеснуть все это наружу, плакать до тех пор, пока слез просто не останется. Значительно проще сосредоточиться на медленных, мягких поглаживаниях по волосам и присутствии Джона рядом. Леннона явно мучила совесть; в противном случае его голос звучал бы сильнее, когда он приветствовал доктора, который только что вошел с Джулией в спальню. Пол видел по глазам Джона, что тому совсем не хотелось отходить от него — их близость прекратилась с неохотой, и то лишь для того, чтобы доктор мог осмотреть Пола. Как Джон уже предположил, у того действительно было сотрясение, хотя и достаточно легкое. А вот лодыжка оказалась вывихнута, и это означало, что с этого момента он должен был ее поберечь. Практически сразу же Джулия приказала, чтобы Пол оставался дома в течение следующих нескольких дней, пока не почувствует себя лучше, — другими словами, он был обречен оставаться дома в последние дни летних каникул. Пол в ответ лишь что-то взволнованно проворчал и спросил можно ли ему хотя бы свободно передвигаться в их четырех стенах. Доктор издал глубокий, вибрирующий смех. — Конечно, но не слишком много. Твоя нога заживет быстрее, если ты будешь оказывать на нее как можно меньше давления. Ты же не хочешь остаться инвалидом, не так ли? Конечно, это просто шутка, но Пол, нахмурившись, прикусил губу и кивнул. Его раздражал тот факт, что он оказался словно в ловушке дома. — Не волнуйся, милый, — сказал ему Джон, пытаясь подбодрить, после того, как Джулия и доктор ушли, — я хорошенько о тебе позабочусь. — Ты? — недоверчиво спросил Пол, тихо посмеиваясь. — Вы не доверяете моим способностям, мистер Маккартни? — серьезный тон в голосе Джона был несомненно притворным; уголки его рта заметно дернулись, почти изогнувшись в усмешке. — Ох, ну не знаю, не знаю… — Пол ответил так же серьезно, как и Джон. — Я могу быть настоящей занозой в заднице, когда болен. — Думаю, что я справлюсь, — Джон ухмыльнулся, дерзко подмигнув. Хотя Пол старался изо всех сил, но не смог сдержать румянец, покраснев как помидорка. — Тебе нужно отдохнуть, — внезапно заметил Джон, теперь уже без того игривого тона, который звучал в его голосе ранее. Он пристально посмотрел на Пола; прежнее беспокойство вернулось. — Лекарство помогает? — Думаю, да… — Хорошо. Джон встал, потянувшись, а затем наклонился к Полу, его лицо было всего в нескольких сантиметрах. — Мы же не хотим быть ответственными за серьезные психические повреждения и жутко искалеченную ногу, не так ли? — это был лишь тихий шепот, но звучащая в нем нежность не могла полностью скрыться от Пола. Они снова посмотрели друг другу в глаза, как будто обменивались словами без необходимости произносить их вслух. На долю секунды взгляд Джона опустился к слегка приоткрытым губам Пола, и его язык быстро лизнул собственные. А затем, без предупреждения, он осторожно щелкнул Пола по носу, заставив того сморщиться и захихикать. — Если тебе понадобится твой личный раб, просто назови мое имя. — Как насчет Пятницы? Тебе нравится это имя? — Мы не на чертовом острове, а ты не хренов Робинзон Крузо, сынок. Пол бросил на него хмурый взгляд, надув губы. — Я просто шучу, — пошел на попятную Джон и с дружелюбной улыбкой ущипнул Пола за щеку. — Ты можешь называть меня как хочешь. — Друг? — Брат? — Мама? — Любимый? Несмотря на странную смену настроения, последовавшую за последней фразой Джона, они оба захихикали, как непослушные мальчишки, которыми они и являлись, пытаясь избежать неловкого молчания, повисшего между ними. — Ты хотел бы быть моим любимым, правда, Джонни? — Пол улыбнулся ему, хотя его веки уже начали тяжелеть. — Определенно, да. Я местный педераст, разве ты не знал? — Я всегда знал, что с тобой что-то не так. — Сказала девчонка из нашей семьи. Чувствуя себя слишком уставшим, чтобы продолжать их шутливую перепалку, Пол просто пожал плечами. Он в последний раз зевнул, через мгновение его глаза закрылись, и он задремал. Джон все еще находился рядом, задумчиво глядя на парня сверху вниз, он убрал прядь темных волос со лба Пола. Тихий вздох сорвался с губ засыпающего парня, и внезапно Джону пришла в голову мысль, которую он так отчаянно пытался подавить в течение последних нескольких дней, может быть, даже недель. Дрожь пробежала по его спине, когда эта мысль вновь возникла и начала мучить и донимать его. Возможно, только возможно… Бросив короткий взгляд через плечо, подсознательно ожидая, что Майк снова появится в дверях, Джон пренебрежительно пожал плечами и устремил взгляд на спокойное лицо Пола. Затаив дыхание, он закрыл глаза и отключил свой разум.