Patchwork

С момента их небольшого несчастного случая прошло два дня, и Пол начал чувствовать себя лучше — к большому облегчению Джона. Он боялся, что Пол еще не достаточно крепко спал, как ему казалось, когда он очень, очень, очень легко коснулся его губ своими. Это был даже не поцелуй, просто чмок, который очень быстро оборвался. Достаточно быстро, чтобы спасти свой зад, когда Джим внезапно вошел в комнату, чтобы проверить своего сына. Джон опасался, что Пол может спросить его об этом инциденте и о том, какого хрена с ним не так, но почему-то этого так и не произошло. Однако если бы Пол все же спросил его, Джон, наверняка бы все отрицал, так как и сам не мог точно сказать, какого хрена он это сделал. Наверное, это был просто импульс, момент замешательства на поразительно женственные черты лица Пола. Но парень все равно бы ему не поверил, не так ли? На второй день пребывания Пола дома Джон меньше всего ожидал, что к тому придет посетитель, так как никто еще не слышал о несчастном случае. И это был не просто кто-то. Это был не Айвен и не тот парень Харрисон, нет. Это была блондинка по имени Вэл, и она стояла прямо перед Джоном, похожая на испуганного оленя. — Здравствуй, — сказала она через несколько секунд после того, как Джон открыл дверь. — Пол дома? — О, я не знаю… — ответил Джон, пожав плечами, и оглянулся через плечо. — Пол? Ты дома? — крикнул он, а в ответ донесся смех Пола из гостиной. — Чего тебе? — крикнул он. — Не мне, а Вэл. Молчание. Судя по всему, как и Джон, от удивления, Пол потерял дар речи — что в последние дни случалось не так часто. Раздался тихий звук — осторожно ступающие шаги по полу — и вот уже Пол оказался рядом с Джоном, широко раскрыв глаза, когда увидел, что тот не шутит. — Привет, — сумел сказать он, теперь его голос зазвучал гораздо увереннее… внезапно. — Привет… — ответила Вэл, слегка покраснев. Они уставились друг на друга, просто смотрели друг другу в глаза, улыбаясь — и Джон не мог сдержать раздраженного хмыканья. — Может, поднимемся наверх? — предложил Пол, и застенчивая девушка кивнула, поигрывая с прядью своих длинных волос. Она помогла Полу, который вдруг не смог идти без посторонней помощи, подняться по лестнице. Через пару минут тихих проклятий и явно наигранных стонов боли Джон услышал, как закрылась дверь их комнаты. Он попытался прислушаться к любым звукам, что могли доноситься из комнаты, но до его слуха не доносилось ничего, кроме раздражающей тишины. Он начал жевать губу, расхаживая перед лестницей, как беспокойный зверь в клетке. Прислушавшись еще раз, он решил пошпионить за ними. В два шага он практически подскочил к двери. Заглянув в замочную скважину, он увидел, что они оба сидят на кровати Пола и тихо разговаривают. Если бы только эти гады говорили чуть… Наблюдая за ними с любопытством, он разрывался между своими чувствами. С одной стороны, Джон надеялся, что Пол сейчас не сделает ничего странного и не облажается, а с другой — он думал, что, ради Бога, он в ней такого нашел. Откровенно говоря, она не была такой уж хорошенькой. Совершенно обычная, да и то, что она была блондинкой, еще не делало ее второй Бардо. Во всяком случае, не с такими крошечными сиськами. Внезапно оба замолчали, заставив парня за дверью впасть в истерику. Ноздри Джона начали раздуваться и дрожать, когда он наблюдал, как Пол взял руку девушки, погладил ее своими прекрасными пальцами и поцеловал тыльную сторону. Он слышал, как эта тупая девка начала хихикать, и, Боже, как глупо она звучала. Как слабоумная. Как гребаная гиена. И хотя Джон был слеп, как летучая мышь, без очков, его глаза внезапно начали видеть отлично. Он заметил это в ее глазах — эту неприкрытую страсть к его другу. Пол наклонился вперед, готовый сократить расстояние между ними, когда Вэл слегка приподняла голову и встретилась с его губами. Все было тихо; из комнаты не доносилось ни звука, и Джон слышал только свое собственное прерывистое дыхание. Они не прервались, нет. Вместо этого Пол обнял девушку за плечи, притягивая ближе в свои объятия, заставляя ее слегка застонать, когда он углубил поцелуй. Наверное, засовывает свой язык в ее уродливую глотку. Вэл обняла Пола, позволила своим рукам блуждать по его спине, останавливаясь на ягодицах. Как она посмела... — Пол! Ты видел мой блядский альбом для рисования? Похоже, я его где-то посеял. А может, этот ублюдок Стью украл его, когда мы встречались в последний раз. Такое уже бывало прежде. Он без колебаний ворвался в комнату, не обращая внимания на испуганную пару на кровати. Джона более чем устраивало, что он заставил их оторваться друг от друга и убрать жадные ручонки этой девицы от Пола. — Не мог бы ты, пожалуйста, стучаться в следующий раз?! — сердито зашипел Пол. Джон обернулся, чтобы посмотреть на него, и, Боже милостивый, это зрелище следовало запретить. Припухшие красные губы, пунцовые щеки, слегка растрепанные волосы и стеклянные глаза, потемневшие от возбуждения. Джон не смог вспомнить ни единого раза, чтобы он видел Пола в таком состоянии, и поэтому позволил себе насладиться этим зрелищем еще в течение доли секунды, прежде чем невинно поинтересоваться: — Вы были заняты? Взгляд и застенчивая улыбка, которыми Пол обменялся с чертовой девкой, не укрылись от ястребиного взора Джона, но он притворился, что ничего не заметил. — Вроде того, — теперь Пол улыбался ему, и это почти заставило Джона броситься вперед и впиться в его восхитительный рот… — О, понял. Ну что ж, веселись тогда, — коротко сказал он и все же попытался изобразить свою лучшую хитрую ухмылку, прежде чем развернуться на пятках. — Мне тоже пора, — вдруг тихо сказала Вэл, заставив Леннона остановиться как вкопанного; Джон не мог поверить своей удаче. — Так скоро?! Почему? — а Пол не мог поверить, что судьба явно сыграла с ним злую шутку. — Я няня, и мне нужно присмотреть за племенником. — Ясно… — разочарование в голосе Пола только придало ему еще более отчаянный вид, почти как у побитого щенка. — Ты тоже можешь пойти… Как-нибудь, если ты захочешь… — предложила Вэл, и все внутри Джона закричало: «Тревога! Тревога!» Он прекрасно знал, что «няня» — это просто гребаный эвфемизм для «Эй, может, нам потрахаться, молясь, чтобы мои родители не вошли к нам?» Она была умна, признал Джон. Обычно ему нравились умные люди, но не тогда, когда они пытались украсть то, что принадлежало ему; Джон и прежде демонстрировал людям, что произойдет, если они заберут у него игрушки без спроса. Девушка мельком взглянула на него, застенчиво и несколько испуганно его присутствием. — Тогда увидимся, — сказала Вэл, но затем Пол взял ее за руку и нежно притянул к себе. Глаза Джона расширились, увидев, как тот запечатлел на ее губах последний сладкий поцелуй, прежде чем она, спотыкаясь, вышла из комнаты с безумно раздражающим хихиканьем, под воздействием гормонов и бабочек в животе. Джон медленно повернул голову к Полу, который откинулся на спинку кровати, закинув руки за голову, и самодовольная улыбка расплылась по его хорошенькому личику. Джону захотелось врезать ему. — Зачем она приходила? — он услышал свой вопрос и возненавидел требовательный тон в своем голосе. — Затем что я болен? — ответил Пол, так же раздраженно, как и Джон. — Как она узнала? И какого хрена она знает, где ты живешь? Боже, Джон, просто заткнись! мысленно упрекнул он себя, внутренне съеживаясь от собственной ревности. Блядь, блядь, блядь... Пол дразняще долго смотрел на него, прежде чем решился дать ответ. — Она случайно увидела, как ты нес меня домой. Вэл сказала, что шла за нами, но побоялась поздороваться. Вот и все. — Вот же шлюха, — пробормотал Джон себе под нос, слишком тихо, чтобы Пол мог расслышать. — И поэтому она решила сама засосать тебя по самые гланды, то есть решила навестить тебя? Пол посмотрел на него в полном замешательстве. — Да что с тобой? Почему ты не рад за меня? Это ведь было частью нашего плана. Джон поджал губы в тонкую линию, пытаясь сдержать поток оскорбительных мыслей и слов. Сжав кулаки, он подошел к прикроватному столику, открыл первый ящик, достал альбом для рисования, и с силой захлопнул его, так что лампа наверху начала раскачиваться. — Нашел его, — прошипел он сквозь стиснутые зубы и вышел из комнаты как раз перед тем, как гнев, закипающий внутри него, заставил бы его сделать и сказать то, о чем он мог пожалеть позже. И Джон, и Пол с этого момента избегали слова на «В» и просто наслаждались последними днями летних каникул. Джон иногда выходил на улицу, чтобы встретиться со своими друзьями, особенно с теми, с кем Пол еще не был знаком, но о которых много слышал, и имена которых он вполне успешно забыл. Несколько раз его навещал Джордж, и они просто играли на своих гитарах и единогласно не хотели возвращаться в школу. Но довольно часто Джон прерывал их болтовню и игру, врываясь в комнату или на задний двор, так что в какой-то момент они просто попросили его присоединиться к ним. Пол не возражал; на самом деле, он был даже рад, а Джордж был благодарен за то, что их больше не прерывали. Раз или два остальные участники Куорримен приходили навестить их, а так как Полу еще не разрешали выходить, так получилось, что они провели первую репетицию в качестве группы. Даже Джулии и Майку разрешили наблюдать, а иногда и присоединяться. Полу нравились остальные парни, и они неплохо ладили — к большому облегчению Джона. Это была последняя суббота перед тем, как снова начинались занятия в школе, и Джону только что позвонил его друг Пит, Пит Шоттон. — Пол, готовься! Мы выходим! — крикнул он снизу. Несколько мгновений спустя он услышал шаги босых ног Пола по полу, мягкий звук «пат-пат-пат», который всегда заставлял его думать, что его друг на самом деле был уткой. — Куда? — спросил Пол, выглядывая из-за перил. — Мы идем к Найджелу. Пит только что позвонил и спросил, не хочу ли я прийти. Пол нахмурился. — Но позвали только тебя… И Джулия не разрешала мне выходить, пока мне не станет лучше. — Знаю, — лукаво улыбнулся Джон, — И именно поэтому я попросил разрешения у Джулии и сказал Питу принести для тебя еще один стул. — Джон, тебе правда не стоило… — Уже слишком поздно, так что заткнись и надень рубашку. Ты же не хочешь выглядеть неряшливо, так? — Да что это за вечеринка? Еще слишком рано! Но Джон только дерзко ухмыльнулся ему в ответ и ушел, снова оставив слишком большое количество вопросов Пола без ответов. Его любопытство не утихало, а теперь и вовсе стало еще сильнее. Во время поездки на автобусе атмосфера, окружавшая Джона, была все такой же раздражающе таинственной. Он отказался отвечать на какие-либо вопросы, только улыбнулся про себя и похлопал Пола по ноге, заверив, что это не будет ритуальной церемонией, во время которой они должны принести в жертву девственницу. Девственницей, конечно, будет Пол. — О, так ты не сделаешь мне ничего плохого? — пошутил Пол, и Джон ухмыльнулся в ответ, легонько ткнув его в бок. — Нет, дорогой.