Patchwork

Было приятно снова увидеть всех своих друзей после такого долгого перерыва. Было нормально сидеть на уроках и слушать скучные слова, которые еще более скучные учителя пытались вбить в память своих учеников. Было ужасно и разрушительно для нервов так долго находиться вдалеке от Джона, не ощущая его присутствия и не видя его яркой улыбки. Дико раздражало, как медленно тянулось время. Каждые две минуты Пол поглядывал на белые часы, висевшие над доской, ожидая, что прошло еще десять минут, но был совершенно удручен, когда оказывалось, что всего две. Тик-так, тик-так… Какое ему дело до алгебры? С каких это пор биномиальные формулы стали важнее общения с его другом? И почему учеников всегда заставляли слушать самых ужасных учителей в школе, на которых даже смотреть было неприятно? Всегда одно и то же, всегда тот тип людей, что носили старую, вонючую одежду, такую же старую и вонючую, как и ее владельцы. В отличие от Джона. Мими всегда следила за тем, чтобы ее племянник носил приличную одежду, пока жил в ее доме, если не брать в расчет узкие брюки и кожаные куртки. И, прежде всего, от него приятно пахло — опыт, который Пол испытал накануне, когда большую часть дня они с Джоном лениво провалялись в постели, сплетаясь руками и ногами, и между ними царила уютная тишина, иногда мягкие прикосновения и нежные ласки. Хотя с тех пор он принял ванну, Полу все еще казалось, что запах Джона остается на нем, вызывая восхитительную дрожь и легкую волну мурашек, щекоча кожу, опьяняя чувства. — Мистер Маккартни? Пол наконец очнулся от мыслей, когда учитель бросил в него крошечный кусочек мела, который врезался ему в лоб. Его одноклассники захихикали, заставляя покраснеть от смущения. — Да, сэр? — Я просил вас сказать мне ответ на задачу под номером три! — О, хорошо… Пол поспешно пролистал свою идеальную тетрадь, тихо ругаясь себе под нос. Когда, наконец, он нашел нужную страницу, то заметил клочок бумаги, прикрепленный к одной из страниц. Он мельком взглянул на него и чуть не расхохотался, когда увидел, что это одна из грязных карикатур Джона, где они вместе в постели занимались непотребными вещами. — Итак? — нетерпеливо спросил учитель Пола, постукивая ногой по полу. — Ответ будет… э-э… икс равен пяти? — Это вопрос, мистер Маккартни, или это ваш ответ? — Ответ?.. Учитель глубоко вздохнул, потирая переносицу. — Это действительно так. Похоже, сегодня ваш счастливый день, — он бросил на Пола последний укоризненный взгляд и отвернулся, продолжая урок без дальнейших перерывов. Тик-так, тик-так… Пол поерзал на стуле, облизнул губы, провел руками по волосам, снова облизнул губы, откашлялся, выглянул в окно, затем снова посмотрел на доску, на часы, на учителя, на рисунок Джона, снова поерзал, и затем — наконец — прозвенел звонок. Он поспешно запихнул все свои вещи в сумку и выбежал из класса, игнорируя приказ учителя остаться, пока он не закончит давать домашнее задание. Они договорились встретиться во дворе художественного колледжа, который находился прямо рядом с его школой. Сначала Пол посчитал это плохой идеей, так как боялся, что его поймает кто-нибудь из учителей. Если бы это случилось, его, скорее всего, отправили бы к директору и дали бы дополнительную работу, не говоря уже о том, что оставили бы его после уроков. Но Джону каким-то образом удалось убедить его своими порочными манерами, он использовал свой самый соблазнительный голос, когда уткнулся носом в ухо Пола и коснулся губами его горла, умоляя и заставляя согласиться с его замечательным планом. Чертов Леннон. Тем не менее, Пол был в восторге от предстоящей встречи, радуясь тому, что они увидятся во время учебы. Можно было бы предположить, что его уже должны были достать странные выходки Джона, но это было не так. Ему нравилось быть с Джоном, особенно потому, что он никогда не знал наверняка, что может произойти дальше. Джон иногда был непредсказуем и к тому же немного не в себе, и это очаровывало Пола. Он любил эти моменты спокойствия, что случались между ними; совсем как вчера, когда ничто другое не имело значения, кроме них двоих. И он надеялся, что сможет как-то вернуться к этому интимному моменту, неважно, длился он весь день или всего пару минут. — Эй, Пол! Куда идешь? Вздох. — Уходи, Джордж, — проворчал Пол, когда приятель заметил его в коридоре и подошел к нему, широко улыбаясь. — Почему? Я подумал, что мы могли бы пообедать вместе. — Дело в том, что… — Пол огляделся, отчаянно пытаясь найти подходящее оправдание. Чем дольше он оставался здесь, тем меньше времени мог провести с Джоном. — Понимаешь, дело в том, что я собираюсь встретиться с Джоном, и… — Круто! Могу я пойти с тобой? Пол прикусил нижнюю губу, пытаясь сдержать раздраженное: «Нет, потому что мы хотим побыть одни! Так что отвали и никогда больше меня не спрашивай!» Вместо этого он поддался щенячьему взгляду Джорджа и закатил глаза с раздраженным вздохом. — Хорошо, но будь тихим, ясно? Не беси никого. — Я могу даже перестать дышать, если хочешь, — невозмутимо произнес Джордж, на что Пол ответил ухмылкой. — Идем. — Какого хрена так долго?! Перерыв почти закончился, Макка! Джон кипел от смертельной смеси гнева и нетерпения и выплеснул все это наружу, когда наконец заметил круглое лицо Пола в массе других учеников вокруг. — Прости, — смущенно пробормотал парень и бросил взгляд на Джорджа. — У нас гости… Джон повернулся к Джорджу, который одарил его своей самой яркой улыбкой. Джон раздраженно прищелкнул языком и повернулся, чтобы уйти. — Куда ты пошел? — обеспокоенно спросил Пол. Джон даже не потрудился взглянуть на него, когда отвечал. — В класс рисования. Там потише. Джордж вопросительно посмотрел на Пола; Пол оглянулся на Джорджа, растерянный не меньше друга. Пожав плечами, они последовали за старшим парнем в здание. В классе рисования действительно было тише, однако не совсем пусто. Там был еще один парень, занимающийся уборкой грязных кистей и испачканных краской столов. — Привет, Стью! — поприветствовал Джон парня, который только потрудился поднять взгляд. — Привет, Джон. Что ты здесь делаешь? — Да вот привел парочку друзей. Есть курить? Стью кивнул, нащупывая в кармане пачку сигарет. Бросив ее Джонау, он с любопытством посмотрел на Пола и Джорджа. — Не знал, что ты теперь увлекаешься детьми, — заметил он с усмешкой и вернулся к своему прежнему занятию. — Мы не дети, — возмутился Пол сквозь стиснутые зубы. Джордж энергично кивал, поддерживая его. Стью покачал головой с тихим, злобным смешком. — Конечно нет... Бросив взгляд на Джона, Пол — к своему огромному разочарованию — заметил, что тот сидит рядом со Стью с безмятежным и вполне веселым выражением лица, спокойно затягиваясь сигаретой. Он надеялся, что Джон скажет что-нибудь этому вычурному ублюдку, но этого не произошло. Он захихикал вместе со Стью, когда тот сделал еще одно ехидное замечание о двух других парнях. Зеленоглазый монстр взобрался по спине Пола и устроился у него на плече, нашептывая на ухо такое, от чего его сердце и разум наполнялись ревностью и паранойей. Что не так с Джоном?.. Джордж повернулся к Полу, нахмурив брови. — Знаешь, может, нам стоит уйти… Уже поздно, и мне бы хотелось успеть перекусить, прежде чем пережить еще один урок Паркера. — Да, пойдем. На этот раз уже Пол не стал смотреть на Джона, когда они с Джорджем уходили. — Пока, Джон. Мы опаздываем. Увидимся позже. Он почти вышел за дверь — Джорджем шел впереди него — но рычащий голос Джона задержал его в дверном проеме. — Почему ты уже уходишь? Вы же только что пришли! — он быстро поднялся со стула и последовал за Полом, остановившись всего в дюйме от его тела. — Я только что сказал тебе, иначе мы опоздаем. В следующий раз будь внимательнее к тому, что я говорю. — Нахуй учителей, сынок. Пол покачал головой, легко улыбаясь. — Предпочту отказаться, спасибо. Джон тихо рассмеялся, кивая. — Тогда увидимся позже, — сказал Пол и быстро выхватил сигарету изо рта Джона, сделал короткую затяжку и вернул ее владельцу, не моргая и не кашляя. Джон улыбнулся во все тридцать два зуба, впечатленный смелостью Пола, и это была именно та искренняя улыбка, к которой Пол привык и которую начал любить. — Пока… — тихо произнес Джон. Едва отвернувшись, Пол почувствовал легкое прикосновение кончиков пальцев, скользнувших по обратной стороне предплечья. Все оставшееся время в школе, прежде чем ему наконец разрешили вернуться домой, Пол не мог перестать думать о своей странной встрече с Джоном и его вычурным другом. Джон совершенно изменился из-за этого ублюдка. Как его звали? Стью? Пол надеялся, что он хороший парень, особенно после всех тех историй, что Джон постоянно рассказывал ему. Стюарт казался потрясающим человеком, но на самом деле он оказался заносчивым, самодовольным куском дерьма, безвкусно одетым. Пол просто не мог понять, за что Джон так его любил. Но — как он невольно узнал — Джон оказался не намного лучше этого хера. В конце концов, что в нем хорошего, если он считал необходимым менять свой обычный образ жизни и свое поведение только для того, чтобы произвести впечатление на одного из своих тупых друзей? Это определенно было признаком того, насколько бесхребетным он мог быть. Мудила. Пол раздраженно мотнул головой; он был зол на Джона, зол на Стью и даже зол на себя за то, что так расстроился из-за всей этой ситуации. Где был его длинный язык, когда он нуждался в нем больше всего? Пол встретился с Майком, чтобы сесть с ним в автобусе, полностью проигнорировав предложение Джона. Не знай он Джона, то подумал бы, что тот выглядел оскорбленным, когда Пол отказался сесть с ним и прошел мимо, даже не поздоровавшись. Ужин прошел спокойно. Пол вежливо ответил на все вопросы отца и Джулии и пошел в гостиную, чтобы закончить свою домашнюю работу, продолжая избегать Джона и, насколько это возможно, держась от него в стороне. В отличие от Джона, который на все вопросы отвечал угрюмым ворчанием или нерешительным пожатием плеч и, едва покончив с едой, сразу же поднялся наверх. Полу, однако, было наплевать на мрачное настроение Джона. Ему хотелось наказать его, отказываясь уделять ему хоть каплю своего внимания, и он продолжал свою маленькую игру разума, пока не пришло время ложиться спать. Пол уже был надежно укрыт одеялом, весь такой теплый и уютный, и лежал спиной к той части комнаты, где жил Джон. Его глаза были закрыты и не открылись, когда Леннон вошел в комнату, вернувшись из ванной. Даже когда Джон сумел преодолеть собственную гордость и буркнул «Спокойной ночи», Пол промолчал. Когда свет наконец погас, Пол перевел дыхание, чувствуя, словно гора свалилась с его плеч, и расслабился. Конечно, было не просто обращаться с Джоном таким скверным образом, но и ему было неприятно видеть, как Джон странно ведет себя рядом с этим полным придурком. Едва он задремал, как краем своего сознания уловил тихий шорох одеяла, а затем мягкие шаги по полу. Но когда чья-то неуверенная рука легла ему на бедро и теплое, сладкое дыхание Джона защекотало его щеку, он окончательно проснулся. — Пол?.. — прошептал Джон, почему-то в его голосе звучало отчаяние. Отчаянно хочет добиться ответной реакции? Но Пол все еще держался и ничего не ответил; Джон должен страдать. Тихий вздох парня, снова коснулся его кожи, отчего волосы на шее встали дыбом. Когда Джон убрал руку с бедра, Пол предположил, что тот собирается вернуться в свою постель, побежденный, раздавленный, безнадежный — что он и сделал. …Ну почти. Пока, приподняв одеяло, Джон забирался в постель рядом с ним, Пол изо всех сил старался оставаться спокойным и собранным, сопротивляясь желанию вышвырнуть парня из своей постели. Джон покряхтел, пытаясь найти удобное положение на крошечной кровати, пока не оказался прижат вплотную к Полу, лицом к нему. Пол слегка вздрогнул, когда Джон обнял его за талию и придвинулся ближе, устраиваясь поудобнее. — Спокойной ночи, милый… — тихо пробормотал он в шею парня и робко поцеловал кожу. Он коротко ткнулся носом в ушную раковину Пола, а затем зарылся лицом в его волосы, тяжело вздохнув. В тишине ночи, когда Леннон мирно лежал рядом, Пол начал задумываться, спит ли он уже или их отношения действительно вот-вот станут чем-то большим, чем он мог себе представить. Сомнения и страхи проникали в его разум, вызывая мысли, что если с ним что-то не так, не сошел ли он с ума. Но пока он прислушивался к ровному, спокойному дыханию друга и время от времени чувствовал неизбежные касания их тел, он больше не испытывал прежнего страха. Положив свою ладонь поверх руки Джона, которая покоилась чуть ниже его пупка, и переплетя их пальцы, Пол мысленно улыбнулся, наконец почувствовав, что может заснуть.