До этого лета

Дождь кончился, и мы обоюдно решили отправиться к морю. Ну и вообще гулять. Костя, идя рядом со мною, повествовал о том, что в Севастополе он был уже два раза, но только со взрослыми. Со смехом - о том, как всё детство "докапывался" до родителей с этим, цитирую, твоим Севастополем. Само собой, родители его ворчали исключительно для порядка, поскольку, когда появилась такая возможность, сами загорелись желанием поехать именно что в Севастополь. Потом ещё выяснилось, что сама идея этого города понравилась Косте из-за книг Командора, то есть Владислава Крапивина, и я отметил про себя ещё один наш общий интерес. - Вот, а второй раз я сюда ездил, когда мне уже пятнадцать было. С дядей Борей и дядей Артуром - это друзья нашей семьи, если что. Они соулмейты, кстати. И у них даже есть приёмная дочь - Рита, она тогда тоже с нами ездила. Костя лезет в карман рюкзака, выуживает оттуда смартфон и, полистав галерею, показывает фото рыжеволосой кудрявой девочки лет шестнадцати. - Она мне кто-то вроде двоюродной сестры. С ней очень интересно общаться. Когда мы ездили сюда, она ещё только начала Крапивина читать, а потому чуть в обморок не упала от счастья, когда ей её родители рассказали о том, что билеты взяли. У неё и заяц был, как у Славки из "Трое с площади Карронад". Он, впрочем, и сейчас есть. - улыбается Костя, предаваясь воспоминаниям. Я засматриваюсь на него. Он красивый, невозможно красивый и родной, и мне даже не верится, что мы знакомы меньше суток.