Глава 25.
15 апреля 2023 г., 19:29
Шум дождя перекликался с шуршанием листов бумаги, которые с особым вниманием изучал каждый присутствующий в большой гостиной с высокими потолками. Аркрес сидел в кресле около окна, закинув ноги на Антраксара, расположившегося рядом на таком же кресле, напротив них на низкой тахте устроился Адриан, время от времени поправляя круглые очки в тонкой оправе; на подоконнике соседнего окна, откинувшись спиной на подушки, заботливо подложенные Иржи, разместился Серж, складывая в стопку рядом с собой прочитанные страницы, рядом с ним на стуле, забавно болтая в воздухе ногами, примостился Иржи, который иногда отрывался от чтения и следил за собравшимися. Мераги и Ильмир сидели на большом прямоугольном ковре, разложив вокруг себя исписанные с обеих сторон листы, то и дело случайно задевая друг друга легкими прикосновениями, если необходимо было переложить бумаги. В таком положении они сидели уже несколько часов, методично изучая записи Карваны-Кайи. Она словно оживала на страницах своего же дневника, живо описывая все, что происходило с ней за определенный период времени. Делилась мыслями, чувствами, эмоциями, личной болью и переживаниями, рассказывала про дружбу с родителями Ильмира, Антраксара и Аркреса, поведала о соперничестве с Дариной, о своих успехах и неудачах. Страницы все не кончались и не кончались, повествование лилось непрерывным потоком, удивляя своим разнообразием.
— Может, сделаем перерыв? — нарушил тишину Адриан, снимая очки и потирая переносицу. — Сколько можно читать это?
— Согласен, — Серж спрыгнул с подоконника и мягко приземляясь на ковер, — я уже запарился разбираться с тем, как и когда повздорила Карвана-Кайя с Дариной. Это издевательство какое-то!
— Тогда делаем перерыв. — Ильмир поднялся с пола, разминая затекшие конечности.
— Не расходитесь! — Крикнул Антраксар, останавливая собравшихся на выход Сержа и Адриана. — Давайте сядем и обсудим то, что мы выяснили про Кайю, а то мы так еще сутки будем ее бумаги разбирать и по датам раскладывать. Мне кажется, что мы можем собрать уже хоть что-то дельное из того, что прочитали.
— Тебе кажется, — зевнула Мераги, — тут столько всего понаписано, что и не разберешь, где начало, а где конец.
— А я согласен с Антраксаром, — Аркрес подошел к некроманту сзади, обнимая его со спины, — тем более ты, Адриан, уже успел до этого почитать часть ее дневника и что-то узнал.
— Я тоже за, — присоединился к ним Ильмир, — чем быстрее мы найдем Кайю, тем быстрее мы вылечим Аркреса от проклятия и ответим на оставшиеся вопросы. Нет, ну вы можете идти, конечно, но потом сами будете все кусочки собирать.
— Ладно, уговорил, — сдались Серж и Адриан. — Давайте сюда то, что вы там успели прочитать. — Они синхронно отодвинули массивные стулья от стола, размещаясь за ним. Остальные последовали их примеру, рассаживаясь по всей окружности стола.
— Иржи, ты с нами? — обернулась в его сторону Мераги.
— Да, госпожа, я уже иду.
— Иржи, прекрати, пожалуйста, называть нас господами, — Ильмир отодвинул Стул, помогая горхину забраться, — ты столько сделал для нас, что такое обращение как-то не совсем уместно.
Иржи кивнул и смущенно улыбнулся: для него подобное обращение было непривычным и означало доверие того, кому он когда-то поклялся верно служить и ради кого он был готов практически на все. К горхинам только недавно стали относится без пренебрежения, а теперь его признали равным.
— Антраксар, ты предложил, ты и начинай рассказывать, — обратился к некроманту Ильмир.
— Хорошо. Из той части, что досталась мне, я выяснил следующее: Карвана поступила в Школу Ведьм и там познакомилась с Дариной. Они были лучшими на курсе и понравились директрисе школы — Верховной ведьме Клариссе. После инициации, которая здесь очень подробно описана… — Антраксар потупил взгляд, а на его щеках проступил легкий румянец смущения, — я не буду ее вам зачитывать. Хорошо? После инициации, когда у Кайи открылся дар ясновидения, а у Дарины способность разговаривать со всеми живыми существами на их языке, Верховная заинтересовалась ими еще больше. Как вы понимаете, эти способности не самые частые у ведьм, поэтому Кларисса готова была предложить любые условия, лишь бы те пошли к ней, а они и не думали отказываться. Потом повествование обрывается, видимо, где-то перемешались листы.
— Да, перемешались, — перебила Антраксара Мераги, — у меня были куски про обучение Кайи и Дарины уже под началом Клариссы. Ничего интересного, — пожала она плечами, — не думаю, что это как-то поможет нашему делу. Единственное, что важно — знакомство с матерью Аркреса. Кайя пишет, что на второй год работы с Клариссой ей поручили вести занятия на последнем курсе Академии Общих Магических Искусств у малочисленной группы магов, у которых открылись некоторые способности видеть будущее. Как пишет здесь Кайя, она была удивлена, что такое вообще возможно у магов, но выяснилось, что дар провидения ограничивается у них гаданием и редкими видениями в моменты сильных эмоциональных всплесков. В таких случаях приглашали ведьм-провидиц для обучения.
— Подожди! Прости, что перебил, Мераги, — Аркрес прервал рассказ великанши, — мне Антраксар рассказывал другую версию знакомства. Помнишь, ты мне рассказывал, что Кайя была знакома с моей матерью и вашими с Ильмиром отцом с первого курса АОМИ?
— Да, потому что мне это рассказывала моя мать. — Антраксар растерянно рассматривал записи Кайи в своих руках. — А я все никак не мог понять, что меня смущает в этом дневнике. Словно записи подделал кто-то. Так и где же правда?
— Кайя могла стереть память или подменить воспоминания тем, с кем общалась. — Рассуждал вслух Адриан, раскладывая перед собой листы из дневника. — Ей мог кто-то помогать. Она пишет о каком-то мужчине в той части, что досталась мне. Имени не называет, но по описанию не похож он на Аверилиана или Реттингора, но пишет она про него так, будто любит. Ксар, ты уверен, что Кайя была влюблена безответно в твоего отца?
— Я теперь уже вообще ни в чем не уверен.
— У меня тоже тут рассказывается о каком-то мужчине, — Иржи положил свою часть дневника на середину стола. — Здесь уже и имя его есть, и она описывает их знакомство. Я прочитаю: «Уже вторая неделя моего преподавания в АОМИ. Здесь не так дурно, как мне рассказывали, правда Дарине явно не нравится, что Кларисса направила меня сюда. Постоянно ворчит на магов и желает мне поскорее закончить с ними. Раньше я сама бы бежала из Академии сломя голову, но маги оказались очень даже милыми. Особенно Марианелл. Она открытая и добрая, обладает магией Огня и слабым даром ясновиденья. А еще позавчера я познакомилась с одним парнем. Как оказалось, он ведьмак, что так редко для нашего мира. Он приехал в Реган совсем недавно по распределению, чтобы вступить в должность магистра и преподавать «Азы Темной Магии» в этой Академии. Не понимаю, зачем магам нужен этот предмет. Разве только они не собираются открыть факультет для некромантов, но мне об этом все равно никто не расскажет… А было бы неплохо разбавить этих благородных и правильных магов дерзкими некромантами. Я бы посмотрела на это. Кстати, ведьмака зовут Димитрион. Необычно для наших краев, но красиво. Надеюсь увидеть его сегодня и разобраться, что и как». — Иржи закончил читать, откладывая листы. — Дальше она там уже рассказывает о личном, что явно не пригодиться нам. Главное, что теперь мы знаем, что его зовут Димитрион.
— Что-то знакомое. Ксар, тебе не кажется, что мы уже где-то могли слышать это имя? — Ильмир потянулся за листами, которые оставил Иржи, притягивая их к себе.
— Так звали нашего одногруппника, — развел руками Антраксар, — но это не может быть он. Невозможно! Он же младше ее на много лет. Да и он студент, а она про преподавателя.
— А как звали вашего преподавателя по «Азам Темной Магии»?
— У нас была преподавательница — магистресса Ергвалана. Мы первый месяц только ее имя учили, — усмехнулся Антраксар, — про Димитриона я ничего не знаю. Наверное, уволился, и все.
— Почему снова так много вопросов появляется? — Откинулся на спинку Серж. — Когда уже будет больше ответов?
— Давайте дальше разбираться. Серж, что у тебя? — Мераги успокаивающе погладила Сержа по руке.
— У меня тут про то, как Дарина доставала ее нытьем про то, какие маги плохие и как неправильно с ними связываться. Да что она про магов знает? — возмутился он. — На себя пусть посмотрит. А то морочит голову Кайе своими подозрениями нас, магов, во всех грехах. Ладно, вернемся к дневнику. Кайя здесь расстраивается из-за того, что Дарина стала отдаляться от нее и она больше не может ей доверять. Зато радуется тому, что сближается с Марианелл. Пишет о том, что магиня собирается познакомить ее со своими друзьями. Кайе явно больше нравится общество магов, чем ведьм, а, ну и Димитрион тут все больше появляется, если судить по описанию, но имени опять не называет. У меня вообще сложилось впечатление, что она стала чего-то или кого-то бояться. — Серж замолчал, потирая глаза и зевая.
— Что у тебя, Аркрес? — Ильмир потряс его за плечо.
— Здесь рассказано про нападение демонов. Мне не все до конца понятно, но демонам магический мир явно поперек горла встал, и они обозлились. Думаю, что вы и сами прекрасно знаете про это время все. Из важного: Кайя, Марианелл, Аверилиан и Реттингор к этому времени очень близко сдружились и поступили на службу к императору. Она пишет, что с Дариной совсем рассорилась и почти перестала общаться. Кларисса давно уже выпустила их «на волю», обещав Кайе место Верховной ведьмы, а Дарина должна была стать ее помощницей, что ей, естественно, не понравилось, и она даже чуть не прокляла Кайю, но вовремя остановилась. Далее тут рассказывается о начале службы в тайной полиции, но тут совсем немного записей и нет никаких данных о том, что они там делали.
— А Димитрион там упоминается? — прервала его Мераги.
— Вообще никаких упоминаний о нем. Он словно исчез куда-то, испарился. — Аркрес передал листы Мераги, отмечая, откуда читать.
— Все. Предлагаю реальный перерыв. На час, а лучше на два. — Ильмир встал из-за стола, шумно отодвигая стул.
— Поддерживаю, — присоединился к нему Антраксар, — мы только больше запутались. Аркрес, ты как?
— Я пойду и постараюсь нормально выспаться, — ответил ему Аркрес, — последние пару ночей с этим было сложно. Пойдешь со мной? Ты ведь тоже не спал нормально.
— Так, ну если вы себе занятия нашли, то мы с Сержем пойдем в библиотеке покопаемся, — твердо заявил Адриан тоном, не терпящим возражения.
— А что это ты за меня решаешь? — удивленно посмотрел на него Серж.
— А то ты против? Думаю, что мы там что-то интересное найдем. Давай, пошли, пошли.
— Ладно… — Кивнул в сторону Адриана Серж.
— Тогда встречаемся здесь через пару часов. Я пойду прогуляюсь, пока дождь закончился, — Мераги собрала все оставленные листы со стола в стопку.
— Я с тобой, — присоединился к ней Ильмир, помогая собирать записи.
Иржи тихонько выскользнул из гостиной, скрываясь где-то в темноте коридора.
***
Двадцать один год назад. Темнота ночи помогала скрыть тревогу и страх, делая их невидимыми для чужого глаза. Стараясь шагать как можно тише, не нарушая покой обитателей замка, она почти бежала, прижимая к груди ребёнка, который мирно сопел, видя чудесные яркие сны. В голове разлетались осколками сотни мыслей о неизбежности и необходимости происходящего, о том, что обратного пути нет и если сейчас не совершить задуманное, то она не сможет защитить свою семью, и тогда все годы войны между магами и демонами, все те смерти, пролитая кровь, ужас и несправедливость, беспощадность и жестокость — все зря, бессмысленно. Впереди заветная дверь. Толкнула, зажмурилась, сделала глубокий вдох и встретилась с пустой Тьмой. Тишина давила, кровь в жилах словно замедлилась, навалилась усталость, ноги слабели, и только ребёнок в руках позволял не рухнуть куда-то вниз, возвращая ощущение реальности. — Марианелл, — где-то сбоку раздался шёпот. Она обернулась на источник звука, вглядываясь в темноту. — Кайя? Ты? — она осторожно сделала шаг вперёд, ощущая под ногами холод каменного пола. Постепенно восстанавливалось дыхание, возвращалась способность мыслить и чувствовать. — Да. Я ждала тебя дольше, чем мы уговорились. Что случилось? Тебя никто не видел? Слежки не было? — шепот приближался. — Я никого не почувствовала. Чужой ауры поблизости не было. Я… мне страшно, Кайя. Что если все пойдёт не так? Если он не примет мою магию? Если она убьёт его? — она мелко задрожала, а по щекам покатились тёплые слезы, обжигая кожу, словно языки пламени, вырвавшиеся из-под её контроля. — Тише, — Кайя неслышно приблизилась, обнимая её за плечи, — у нас нет другого выхода. Они найдут тебя и заберут магию силой, привяжут тебя к себе, заставят служить и лишат воли. Ты такой конец хочешь? А с ним, — она указала на ребёнка, — с ним они не будут осторожничать. Тебе надо так поступить, дорогая, — Кайя осторожно забрала младенца из рук Марианелл, который даже не пошевелился, лишь улыбнулся во сне, — а я пригляжу за ним. Марианелл обхватила себя за плечи, сдерживая рыдания, рвущиеся наружу, воздуха не хватало, перед глазами плыло. По пальцам побежали маленькие огненные искорки, освещая её бледное лицо, они увеличивались, превращаясь в языки пламени, которые перемещались на запястья, опоясывали их на манер браслетов у восточных танцовщиц, стремились сорваться вверх к потолку, остаться на нем обугленными полосами и пятнами, как напоминание о той боли, что пережила их хозяйка. Марианелл всплеснула руками, стряхивая их, и пламя устремилось вниз, рассыпаясь снопами искр по каменному полу, отлетая к стенам и затухая. — Хорошо, что ты выпускаешь магию. Все правильно, все правильно. Собери её в мощный шар и запусти вперёд. Прощайся с ней! Марианелл закрыла глаза, вызывая к своему нутру, мысленно потянулась к магическим потокам, выставила руки вперёд, концентрируя на кончиках пальцев энергию. Чистую, без примеси заклинаний, направленную на разрушение. Вместо шара сорвался вперёд огненный столб, ослепляя, разрывая покров Тьмы, испепеляя его, ударился в стену, осыпался вниз на десятки свечей рядом с ней, зажигая одновременно все. В комнате сразу стало светлее, на камне заплясали тени, сплетаясь друг с другом. Марианелл обессилив, рухнула на пол, ударяясь коленями. Вскрикнула и затихла. — Теперь можно провести ритуал. Полчаса тебе на отдых и начнём. Будет больно, но так надо. — Кайя бережно положила ребёнка на каменную плиту, возвышавшуюся посреди комнаты. Марианелл очнулась, резко села на тахте, прислоняясь затылком к каменной стене. Перед глазами плыло, через пелену доносился голос Кайи, читающей заклинание, сердце застучало быстрее, при попытке встать кружилась голова, но магиня, опираясь руками по обе стороны от себя, встала. Медленно она приблизилась к Кайе, которая даже не шевельнулась, продолжая монотонно читать магический текст. Ребенок спал, умиротворенно улыбаясь, словно не лежал сейчас на холодном камне в ожидании ритуала. Марианелл попыталась взять его на руки, но Кайя перехватила ее за запястье и покачала головой. — Стой и жди, ему не будет больно и тебе тоже. — Марианелл кивнула, следя за ее действиями. Ведьма закончила читать заклинание, взяла длинный нож с тонким лезвием и сделала небольшой надрез на своей ладони, несколько капель крови упали в чашу с водой, стоящую около ног младенца. — Зачем это? Разве не моя кровь нужна? — И твоя тоже, и его, — Кайя кивнула на ребенка, — моя нужна, потому что я провожу ритуал. Это плата. Ты же знаешь, что все черномагические ритуалы проводятся на крови того, кто их совершает? И чем сильнее магия, тем больше крови требуется. — Марианелл снова кивнула, соглашаясь со всеми словами и действиями Кайи. Она готова была доверить ей свою жизнь и жизнь своего ребенка. Верила безоговорочно и не сопротивлялась. Порез на руке тут же затянулся и исчез, словно его никогда и не было. Кайя осторожно сжала руку Марианелл, поднося ее к чаше. Лезвие мелькнуло в воздухе и полоснуло по коже, но настолько быстро и почти безболезненно, что магиня даже вскрикнуть не успела, а три капли крови уже оказались в той же чаше, смешиваясь с водой и кровью Кайи. Никаких вспышек, треска или открывшихся порталов за этим не последовало, а от ранки не осталось и следа уже через считанные секунды. Настала очередь ребенка. — Возьми его на руки. Не переживай, дорогая, я сделаю все очень аккуратно, — успокаивала Кайя, поглаживая Марианелл по руке. Та взяла ребенка, прижала к себе и зажмурилась. Точный взмах ножа и с маленькой ладошки упали три капельки крови в подставленную чашу. — Вот и все, открывай глаза. Он не вспомнит ничего, не почувствует и не узнает, пока я ему не расскажу. — А дальше что? — А дальше тебе надо лечь рядом и положить ему руку на сердце. А после ты почувствуешь, как лишаешься магии, — Кайя говорила тихо, но каждое слово отдавало звоном в голове Марианелл. Отдавать магию даже для спасения жизни собственного ребенка оказалось непросто. Когда срастаешься с ней с самого детства, знаешь, на что она способна, когда уничтожаешь нападающих одним движением пальцев, когда осознаешь всю мощь своего дара, тогда понимаешь, какой ничтожной ты будешь без него. Это сродни тому, если лишиться рук или ног. А еще Марианелл понимала, что это последние дни, когда она видит своего ребенка. Через три дня ей придется исчезнуть навсегда, чтобы не привлечь внимание демонов, разыскивающих ее и Кайю. Марианелл легла на плиту, спина коснулась холодного камня, тело покрылось мурашками, слезы потекли по щекам, обжигая кожу. Перед глазами проносились последние несколько лет. Она вспоминала, как умирал на ее руках Авереллиан, который казался бессмертным, но коготь Брандезубра вошел в артерию на шее, что стало последним в его жизни. Демоны ликовали: они убили одно из важнейших полководцев магической армии, уничтожили сильного мага. В конечном итоге им все равно пришлось отступить, когда сын Люцифера оказался в плену у императора Паулоса. Марианелл вспомнила то, что, как ей казалось, она должна была забыть навсегда. Реттингор Макариус — ее друг, соратник, защищавший Регранд с моря, исчез в тот же день, когда демоны прислали переговорщика для заключения мирного договора. Они с Кайей пытались его искать, но ни одно поисковое заклинание не сработало. Интуиция подсказывала, что он мертв, но где и когда это случилось узнать не удалось. Марианелл помнила, как успокаивала рыдающую Люсильду — жену Реттингора, помнила полный решительной мести взгляд его сына Ильмира, его клятву найти отца — он не верил, что тот мертв. События мелькали перед глазами, пока Кайя шептала что-то на странном наречии, раскачиваясь вперед-назад, а магия постепенно покидала тело. Физической боли не было, а от душевной хотелось спрятаться, забиться в угол, сбежать, исчезнуть, но Марианелл не могла себе позволить этого. Кайя остановилась, замолчала, села рядом и взяла за руку. — Мари, бедная моя Мари, — шептала она, поглаживая холодную ладонь магини, — ты уйдешь в лучший мир через несколько лет, Мари, потому что с уходом магии твое тело быстро постареет, а люди долго не живут. С Аркресом все будет хорошо. Я присмотрю за ним, а потом он встретит того, кто станет всей любовью, кто будет заботиться о нем, подарит покой и радость. Ты все правильно сделала, — Кайя склонилась над Марианелл, лежащей без сознания, убрала волосы с ее лица, погладила по щеке, — через три дня тебе придется уехать из Саркаса, дорогая моя подруга, — она поцеловала магиню в лоб.***
Наши дни. Аркрес лежал на постели, скрестив руки на животе и смотрел в потолок. Он думал о матери, о ее тесной дружбе со странной Кайей, пытался уложить в голове тот поток информации о ней, которую прочитал из дневника. Пока выходило, что ведьма не могла намеренно причинить ему вред, но что-то пошло не так, и это не давало покоя. Хотелось поскорее разгадать эту загадку, выяснить причины и подробности, найти наконец-то ответ. Он не заметил, как прогнулась кровать под весом Антраксара, который осторожно прилег рядом, обнимая поперек груди Аркреса. — О чем задумался? — Аркрес повернулся на голос Антраксара, выныривая из своих размышлений. — Да так. Обо всем думаю, — пожал плечами Аркрес, пододвигаясь ближе, — так странно понимать, что Кайя и моя мама были подругами, да и Дарина оказывается не просто обиженная из-за зелья ведьма. Мне все больше кажется, что Кайя не хотела меня проклясть. — Этого мы уже не узнаем, к сожалению. — Почему? Думаешь, что ее не найти? — А она захочет нам рассказывать об этом? Что-то мне не верится, — Антраксар перевернулся на спину, — она прокляла тебя и исчезла, а если бы твой отец не обратился ко мне, то и все. — Но она же провидица, а значит могла все знать наперед, ведь помогала нам не просто так. Разве нет? — Не знаю, она ведь могла сама найти меня и попросить о помощи, но почему-то не сделала этого. Испугалась? Я не до конца понимаю ее намерений. — Мне почему-то она кажется хорошей, но запутавшейся, — Аркрес положил голову на грудь Антраксару, закидывая на него в добавок и ногу. — А вот кто меня напрягает во всей этой истории, так это Дарина. Ведь она стала Верховной ведьмой, а должна была быть Кайя, она стащила ее Гримуар. Интересно, есть ли про это что-то в дневнике Кайи? — Возможно, что есть, но на это уйдет столько времени. Там перепутаны все страницы и явно не хватает части, — Антраксар аккуратно водил рукой по волосам Аркреса, перебирая шелковистые прядки сквозь пальцы, от чего тот довольно жмурился. — Ты красивый и похож на свою маму. Я помню ее, когда она пришла после исчезновения моего отца. Статная, не особо высокая, но невероятно красивая, у нее ясный и открытый взгляд, она излучает такую силу и уверенность, что рядом с ней не хочется быть слабым. — Расскажи мне все, что знаешь о ней, пожалуйста, — прошептал Аркрес. — На самом деле не так много, потому что они с моим отцом почти все время были на заданиях. Помню, что она учила меня стрельбе из лука. Знаешь, а ведь она могла сбить шишки на верхушке самой высокой сосны одним выстрелом. Безупречная женщина. Она очень любила твоего отца и нередко говрила о нем, меня это удивляло даже. — Антраксар замолчал, наблюдая за реакцией Аркреса. Тот тоже молчал, улыбался, думал о чем-то. — Спасибо, — прервал Аркрес молчание, — услышать от тебя про маму оказалось гораздо важнее и правильнее, чем узнать все о Кайе. — Прости, что так мало, но это все, что я о ней знаю. Остальное тебе может рассказать отец или Кайя, когда мы ее найдем. — Ксар, — Аркрес приподнялся, заглядывая тому в лицо, — отец достаточно рассказал мне о ней, но мне просто хотелось услышать именно от тебя что-то, и этого достаточно. Спасибо, не переживай об остальном, — он нежно поцеловал Антраксара, поглаживая его по щеке. — Хорошо, — Антраксар подался вперед, целуя Аркреса, провел рукой вдоль его позвоночника, приподнялся, покрывая поцелуями шею и останавливаясь рядом с воротом рубашки, молча спрашивая разрешение на продолжение. — Не сейчас, — Аркрес покачал головой. Антраксар кивнул, ложась рядом, переплел их пальцы, поглаживая ладонь Антраксара. — Мы никогда не говорили об этом, но сейчас я хотел бы знать, — Антраксар сделал паузу, — как мы будем жить дальше, когда проклятие спадёт? — О чем ты? — Мы в браке, — выдохнул Антраксар. — Да, такое не забывается. Но я все ещё не до конца понимаю, к чему ты клонишь. Разве это проблема? — Нет, я не об этом. Все так сумбурно вышло, нас случайно поженила магия в этих кольцах, да и так быстро. Я не сомневаюсь в своих чувствах к тебе, Аркрес, да и ты тоже отвечаешь взаимностью, но все странно. — Ты ведь сам знаешь, что без нашего желания брак бы не состоялся, — Арскерс поднял правую руку вверх, высвобождая пальцы из ладони Антраксара, — эта татуировка постоянно мне напоминает, что все сложилось так, как должно быть. Да, это было неожиданно, да, можно было подождать и сделать все «по правилам», но разве это плохо? Даже проклятие меня почти не беспокоит, когда я осознаю, что оно не омрачает моё счастье. Найти друзей, узнать больше о семье, о самом себе, познать магию и полюбить — я не надеялся на это. В ту ночь, когда Жизнь и Смерть спорили на тебя, я понял, что ты слишком значимое звено в цепочке моей судьбы. — Я просто вообще не представляю совместную жизнь с кем-то, кроме родителей. Последние несколько лет я жил один, да и больше даже не жил, а постоянно был в поисках. — Тебя это пугает? — Аркрес перевернулся на живот, подтянулся повыше, чтобы заглянуть Антраксару в глаза. Улыбнулся, рассматривая его лицо. — Не знаю, отчасти настораживает. Вообще для меня это все впервые. До этого отношения были только в Академии, а там, как ты понимаешь, не думаешь о совместном быте, а потом как-то не до них было. А ты не боишься? — Нет, не боюсь. И ты не бойся, не сожгу же я тебя, — Аркрес рассмеялся, утыкаясь лбом в плечо Антраксара. — Да даже если сожгу, то ты же почти бессмертный. — Посмотрю, как ты будешь смеяться, когда толпа умертвий за тобой погонится после моих экспериментов. А такое как-то было. Мама моя тогда пригрозила выгнать меня из дома, если я всех не успокою, — последнее Антраксар произнёс тише, улыбка слетела с его лица. — Все в порядке? — Нет, понял, что уже месяц не писал ей ничего, не спрашивал даже о здоровье. Она даже не знает, что я в браке с тобой, — смутился Антраксар, краснея кончиками ушей. — Тогда самое время написать ей прямо сейчас, — Аркерс мягко коснулся антраксаровой щеки, провел по ней вниз, приподнялся, наклоняясь ближе к его лицу и оставляя на губах лёгкий поцелуй. — Думаю, она поймёт тебя. Антраксар прикрыл глаза, притягивая к себе обеими руками Аркреса, зарываясь носом тому в сгиб шеи, чувствуя биение его сердца. Спокойствие разливалось по телу, унося за собой тревоги.***
Вечерние сумерки завоевывали свою территорию, прогоняя солнце с небосвода. Последние лучи сверкнули, скрываясь за горизонтом. В той же гостиной, что и несколькими часами ранее, сидела все та же компания, но уже никто не рассредотачивался отдельными парочками: все занимали свои места за столом, на котором были разложены оставшиеся страницы дневника. Решив, что вычитывать все времени не остается, они объединили усилия и теперь раскладывали по стопкам листы в соответствии с временем описываемых на них событиях, параллельно зачитывая вслух некоторые отрывки. — Внимание! — громко крикнула Мераги. — Я тут, кажется, нашла важную деталь. Отложите, пожалуйста, все и послушайте. — Ты уверена, что это действительно важно? — со скепсисом помотрел на нее Адриан. — Уверена. Здесь про Дарину. Все, не перебивайте меня, я читаю. «Сегодня обнаружила пропажу Гримуара. Украсть его могла только Дарина, которая имела к нему доступ. Никто другой даже найти без моего позволения его не смог бы. Мерзость, гадость и подлость, но от нее ожидаемо. Сегодня мне он особенно необходим — там записи о черномагическом ритуале, который мы с Марианелл собирались провести, я полезла за ним, но не нашла, а вот Дарина куда-то пропала, и даже поисковик не нашел ее, хотя, возможно он просто вышел из строя. Насколько нужно ненавидеть меня за дружбу с магиней? Ладно, я знаю, где найти описание ритуала, да и все уже готово к нему.» — А никто не понимает, о каком ритуале идет речь? — перебил Мераги Аркрес. — Извини, что влезаю, но это касается моей матери. Ксар, ты как-то при знакомстве, когда я тебе показывал замок, спрашивал у меня про какой-то ритуал, помнишь? Может, это был он? — Может, — пожал плечами Антраксар, — я понятия не имею, о чем говорит Кайя в своем дневнике. Надо читать дальше. Мераги, продолжай, пожалуйста. — Пока вы обсуждали, я пробежалась глазами дальше по записям, но тут нет даже названия ритуала, поэтому не рассчитывайте узнать. — А за какое число хотя бы запись? — Адриан подвинулся ближе к Мераги, пытаясь заглянуть в лист. — Только год. Тысяча пятьсот восемьдесят третий, кажется. И что тебе это дает? — Это год моего рождения, — задумчиво протянул Аркрес. — Становится все интереснее и интереснее. Зачем твоей матери потребовался черномагический ритуал, когда у нее был маленький ребенок? А ведь в этот же год закончилась война между демонами и магами. — Серж быстро перебирал бумаги на столе, отыскивая нужную запись. — Да, вот здесь, — он указал пальцем в середину листа, который держал в руках, — она пишет, что война наконец-то закончилась и Марианелл вернулась в Саркас вместе со своим мужем, а она в Реган, чтобы занять пост Верховной ведьмы. Кажется, Дарина у нее не только Гримуар украла, но и должность, — усмехнулся Серж. — В каком смысле? — Мераги протянула руку за листком. — Да, действительно украла. Серж, поищи там продолжение, а то тут обрывается на потоке ругательств в сторону Дарины, а мне интересно, что дальше. — Серж, не ищи, я нашел, — Ильмир протянул небольшую стопку листов, — они вместе лежали. — Читай скорее, — поторопила Сера Мераги. — Читаю. «…отвратительная, поганая, предательница. Дарина обманом завладела местом Верховной ведьмы. Это невозможно! Оказывается, что Кларисса погибла, и Дарина воспользовалась этим, вовремя вернувшись в Реган. Теперь мне здесь оставаться бессмысленно, потому что эта ведьма давно ждала, когда я уйду с ее дороги и освобожу желанное место. Ладно, это все равно не помешает мне осуществить задуманное, но теперь будет сложнее, потому что доступа к некоторым артефактам у меня нет, но я знаю, как напоследок насолить Дарине. Ты стала Верховной, но счастья тебе это не принесет. Прости, дорогая, но предательства не прощаются так просто.» Дальше можно не читать, — Серж отложил записи на стол. — Получается, что Дарина не просто так украла Гримуар. Не каждая ведьма способна совладать с Тьмой, и раз Кайя могла, то для Дарины это было опасно. Та легко могла напомнить ей ее законное место. Интересно, почему Кайя не поборолась с ней? — Антраксар внимательно окинул взглядом каждого из присутствующих. — Думаю, что ей важнее было сохранить жизнь мне, — Аркрес слегка сжал под столом руку Антраксара, — они явно задумали этот ритуал еще до того, как я родился. В дневнике она указывает, что Марианелл вернулась вместе с мужем в Саркас, но нет ничего о ребенке, но мой год рождения тот, в который закончилась война, поэтому все сходится. Не уверен, что мы найдем ответы в дневнике на вопрос, зачем им понадобилась помощь Тьмы и что вообще произошло. Все ответы у Кайи надо спрашивать лично, а мы даже не приблизились к разгадке ее местонахождения, — Аркрс начинал злиться, но почувствовав легкое поглаживание своей ладони Антраксаром, медленно выдохнул, успокаиваясь. — А я соглашусь с Аркресом, — поддержал друга Серж, — где Кайю будем искать? Что она там написала в последнем послании? Ксар? — Написала, что остальное мы получим дома, куда придем с Аркресом, — Антраксар достал из кармана записку и осторожно развернул ее, — только я понятия не имею, о каком доме шла речь. — Может, надо вернуться в Саркас, — раздался голос Иржи, который до этого молча наблюдал за происходящим, — и поискать в ее доме? — Не думаю, — покачал головой Антраксар, — почему бы тогда сразу не оставить там пыльцу эту злосчастную? — Если она ждет вас вдвоем, то, наверное, сама явится в Саркас, — продолжал рассуждать Иржи. — И как это проверить? — Мераги устало потерла виски, пытаясь уловить ход мыслей ведьмы. — Да уж. Времени остается все меньше. Сколько у нас дней, Адриан? — горхин с надеждой посмотрел на лекаря. — Дней пять, не больше, — сухо отозвался Адриан, — чем быстрее вы узнаете, где Кайя и доберетесь до нее, тем лучше. — Я знаю, кого мы можем попросить узнать, появилась ли в Саркасе Кайя или нет! Максимилиан и Серджо! Они же могут примчаться из столицы в Саркас и все разузнать! — Аркрес подскочил со стула, смахивая со стола страницы дневника. — А ведь и правда. У них явно найдется нужный артефакт, чтобы отследить ауры всех приезжих, ведь в Саркас сейчас редко приезжают новые люди, — подхватил его идею Антраксар. — Тогда пишем им прямо сейчас письмо с просьбой и отправляем. — Ильмир достал откуда-то чистый лист бумаги, затем щелкнул пальцами и на столе появилась чернильница с пером. — Бытовая магия, — зачем-то пояснил он. Перо быстро заскрипело, выводя мелким почерком просьбу о помощи. Ильмир бормотал себе под нос текст письма, пока остальные, затаив дыхание следили за его руками. — Готово! «Дорогие наши, Максимилиан и Серджо! Необходима ваша помощь в одном несложном, но бесконечно важном деле. Нам срочно нужно узнать, не появлялась ли в городе Саркас некая ведьма по имени Кайя. Она может скрываться под личиной, но вы ее быстро узнаете, считав ауру. Еще ее, скорее всего, местные жители знают под именем Карвана. Если ее нет в Саркасе, то это усложнит нам задачу, но если мы поедем выяснять туда самостоятельно, то потеряем время. Рассчитываем на вас!С бесконечной любовью, Ильмир, Мераги, Антраксар, Аркрес, Адриан, Серж и Иржи!»
— Отправляй! — Антраксар призвал магического вестника, которой через несколько секунд стучал клювом в закрытое окно. Ильмир привязал к лапке птицы записку и выпустил ее в объятия ночи. — А не поздно мы отправили? Они могут уже спать и не ответят нам до утра, — за переживала Мераги. — Думаю, что еще не спят. Артефакторы любят по ночам творить и создавать что-то новое. Говорят, что в эти часы приходят самые лучшие идеи, — успокоил ее Ильмир, обнимая одной рукой за талию. Мераги склонила голову ему на плечо, устало улыбаясь. — Согласен с ними, — зевнул Серж, — ночь действительно лучшее время для созидания и магии, а еще для сна. Вы как хотите, а я пойду. Утром расскажете мне, что ответили артефакторы, — Серж встал со своего места, осторожно задвинул обратно стул, — спокойной ночи. Никто не возражал против такого внезапного ухода: привыкли, что для мага важен сон и лучше не пренебрегать им. — Кстати, Адриан, а зачем вы сегодня в библиотеку ходили? — спросил Аркрес, когда за Сержем закралась дверь. — Думали, что найдем что-то интересное об устройствах портала, который спрятан у Ильмира в подвале, но ничего. — Зачем вам это? — Ильмир с недоумением посмотрел на Адриана. — Он все равно не сработает, если у вас нет связи с моим Родом. — Вот это мы и хотели выяснить, — объяснил Адриан, — можно ли как-то им воспользоваться, если ты не из Рода Макариусов и не стащил у кого-то из них кольцо. Никаких данных не нашли, но оно и понятно. Ильмир, ты же сам все уже вытащил, да? — Там и не было ничего особо. Только несколько записей отца и деда, но информация о портале и его устройстве хранится в тайне. Думаю, что просто так он не активируется, только при таких условиях. Утром можем проверить, но лучше не рисковать. Стук в окно отвлёк Ильмира. В окно пытался попасть вестник, к лапке которого была привязана записка. Как только окно открылось, ворон влетел в комнату и уселся посередине стола, стряхивая с перьев капли ночного дождя. — Отпускай его скорее, а то он нам тут все зальет, — поторопил Адриан Ильмира, который осторожно отвязывал письмо. — Все, оно у меня. Лети вон, — Ильмир махнул на ворона рукой, и тот с карканьем вылетел в открытое окно, которое тут же захлопнулось из-за сильного порыва ветра. — Что там? Читай поскорее. — Сейчас, Ксар, не торопи. «Неожиданно, но приятно, — начал Ильмир, — и мы рады вас всех приветствовать. Только Серджо недавно порывался написать Антраксару, но я его отговорил, думая, что ему не до нас, как вы сами объявились. Рассказали бы хоть, что там у вас происходит, а то мы тут только догадываться и можем. Надеюсь, что вы однажды поведаете нам, почему Карвану вдруг зовут Кайя, по какой причине она должна вернуться в Саркас, но, а пока мы готовы вам помочь. С утра отправимся по вашей просьбе и попытаемся разузнать все про Карвану-Кайю. Спите спокойно и не переживайте ни о чем. Будем держать вас в курсе через магического вестника. Кстати, от вас он прилетел какой-то невоспитанный в этот раз и чуть не перевернул склянку с зельем, но мы его простили.Ждем в гости.»
— Фух, — выдохнул с облегчением Антраксар, откидываясь на спинку стула и немного сползая вниз, — я знал, что это хорошая идея. Теперь у нас есть информаторы, а утром предлагаю еще продумать варианты того, где может скрываться Кайя. Идет? — Идет, — кивнул Ильмир, — уже действительно пора идти отдыхать. — Ну раз мы все решили, то спокойной ночи, — Адриан первый встал и пошел к выходу из гостиной. — Ксар, пойдем вместе? — Аркрес протянул ему руку, улыбнулся, когда Антраксар вложил в его ладонь свою. — Я прослежу за камином, пока в нем тлеют угли, — заметил Иржи обеспокоенный взгляд Мераги, — он скоро потухнет уже. — Спокойной ночи, — Мераги кивнула ему и встала из-за стола, Ильмир замешкался, собирая все листы из дневника в одну стопку. Через пару минут и он покинул гостиную, оставляя Иржи одного. Тот сел перед камином, вдумчиво рассматривая затухающие угли. Горхин любил эти минуты, когда большой замок погружается в сон, полная тишина занимает каждый уголок комнаты, на время забирая переживания и страхи, унося проблемы и заботы, даря успокоение. В такие моменты Иржи любил медленно прогуливаться по широким коридорам, заглядывать в нежилые комнаты, проверяя все ли на своих местах, иногда позволял себе скатиться с перил, тихо посмеиваясь с этой забавы. Он уже не помнил, как давно живет в этом замке, но трепетно относился к каждому его уголку и теперь особенно радовался возвращению Ильмира. Замку нужен хозяин, который будет поддерживать дух этого места. Иржи еще не знал, что в эту ночь по коридорам захочет прогуляться не он один.***
— Куда мы идем? — шепотом спросил Антраксар, сжимая крепко руку Аркреса, увлекающего его куда-то по коридорам замка. — За время, что тебя не было здесь, Иржи столько мне рассказал про это место. Я и представить не мог, что у Ильмира столько всего скрыто в этих комнатах, коридорах, переходах. Думаю, что он и сам не знает обо всем, — усмехнулся Аркрес. — Я хочу привести тебя в небольшой зимний сад во внутреннем дворе. Ты был там? — Первый раз слышу. Ты уверен, что это надо делать именно ночью и именно сейчас? — Я понимаю, что у нас немало приключений выдалось за эти месяцы, но и побыть вдвоём нам удавалось не так часто. Утром снова соберемся все вместе, будем обсуждать мое избавление от проклятия, план по поиску Кайи, ждать вестей от Макисмилиана и Серджо. Надоело! — Махнул он рукой. — Я устал быть постоянным центром всех переживаний, обсуждений, постоянно трястись за свою жизнь и подвергать опасности тех, кто мне дорог. Подожди, не говори ничего, — остановил он Антраксара, порывающегося что-то возразить, — я давно в себе держал этот поток. Наверное, я никогда не смогу выразить ту благодарность, которая переполняет мое практически стеклянное сердце, но и хоть что-то сделать для тебя мне хочется. Просто пойти вместе в этот сад, вдыхать ароматы цветов, которые распускаются даже осенью, рассматривать звездное небо через стекло на потолке, лечь на пол, взять тебя за руку и слушать дыхание в унисон. Понимаешь? — Да, — прошептал Антраксар, впечатленный этим порывом. Никогда бы он не подумал, что тот дерзкий, вальяжно закинувший ноги на стол парень, которым предстал перед ним Акрес в первый день их знакомства, будет так открыто говорить о своих эмоциях. Антраксар сильнее сжал его ладонь, ощущая облегчение. Сегодня ночь какая-то поистине волшебная и только для них двоих. — Долго нам еще идти? — Нет, уже за этой дверью, — Аркрес улыбнулся, указывая на дверь впереди. Антраксар правильно понял его, почувствовал, услышал. Нежность окутывала невесомым покрывалом все тело, наполняя сердце. Сейчас они друг для друга, и никто больше. Он влюблен и это взаимно, он чувствует. Тихий скрип петель улетел куда-то вверх и потерялся в сводах потолка. Осторожно ступая, чтобы не шуметь и не привлечь к себе лишнее внимание, они оказались в просторной комнате со стеклянным стенами и потолком, заполоненную растениями. Здесь было все: от нескольких деревьев, которые словно атланты подпирали потолок, до всевозможных цветов, кружащих голову своим ароматом. По стеклу, цепляясь стеблями за тоненькие палочки деревянных решеток, вился девичий виноград, разбавляя буйство зелени темно-красными листьями, внизу притаился агератум, подрагивая светло-сиреневыми лепестками, на другом конце осыпались мелкими цветками огромные шпаки гортензий, напоминающие, что на улице уже осень, маленькие маргаритки усердно отвоевывали себе место, соперничая с яркими хризантемами. Колючий шиповник привлекал внимание своими яркими ягодками, пряча за ними острые шипы. Аркрес повернулся к удивленному Антраксару, внимательно следя за каждой новой эмоцией, отражающейся в приподнятых бровях, изумленной улыбке, в мелких складочках около уголков глаз. — Как тебе? — Невероятно. Знаешь, у некромантов обычно не принято восхищаться чем-то подобным, но я всегда иду против правил, и растения — моя слабость. У меня есть совсем небольшой остров во владении, куда я не возвращался с момента гибели отца. Хочу там разбить огромный сад и наслаждаться своими тенистыми аллеями, вдыхать аромат цветущих деревьев, высаживать каждую весну цветы и любоваться ими все лето. Подамся в травники. Ты бы хотел такого? — Звучит заманчиво, — Аркрес подошел ближе, — я не против пару лет пожить вот так размеренно. — Всего пару? — Антраксар поймал его ладонь. — Да, ставлю все, что хочешь, на то, что через пару лет тебе снова захочется чего-то пободрее, чем садоводство. — В этом ты прав. Не умею я сидеть долго на одном месте, — Антраксар наклонился, срывая цветок агератума. Он ловким движением вплел его в волосы Аркресу. — Эти нежные сиреневые лепестки так хорошо сочетаются с твоими темными прядками и подчеркивают цвет глаз, — он улыбнулся, поправляя цветок. — Зеркала нет, поэтому верю тебе на слово, — слегка смутился Аркрес, осторожно дотрагиваясь до агератума, — спасибо. — Всегда к твоим услугам, — склонился в шутливом поклоне Антраксар, — и проклятие сниму, и цветок в волосы вплету — на все руки мастер. — В пору открывать собственную лавку «Снимаю проклятия, плету венки, возвращаю утраченную красоту», и от желающих отбоя не будет. А что? После того, как надоест сажать цветы, можешь попробовать себя в этом деле. Не все же ведьмам таким заниматься. — А ты тогда что будешь делать? Собирать цветы по лугам, полям, садам и лесам для лавки и лапки лягушачьи сушить? — В перерыве от управления городом, — усмехнулся Аркрес, — думаю, что еще года три, и отец уступит мне место градоправителя. Он с моего совершеннолетия мечтает об этом. Говорит, что хочет наконец-то пожить для себя, а не высчитывать сколько в очередной раз выделить золотых на замену стекл в окнах городской Ратуши, которые разбили подростки. — Это получается: я муж градоправителя? — Антраксар уселся на траву, которая устилала пол вместо ковра, опираясь на ствол какого-то дерева, название которого он решил не читать. — Получается, что так, — рассмеялся Аркрес. — Никогда бы не подумал, что это так смешно звучит. Вот жители Саркаса удивятся, узнав, что у их маркиза-де-Гардии муж некромант, да еще и известный на весь Регранд. — Ничего, они привыкнут. Только сейчас понял, что мне тоже придется перебираться в Саркас и оставлять столицу, — Антраксар резко посерьезнел, задумался о чем-то совем. — Сегодня какой-то день разговоров о будущем. О чем задумался? — О том, что давно не появлялся в храме Смерти, а она этого не любит. Боюсь, что и напомнить может о моих обязанностях жреца, а это обычно ничем хорошим не заканчивается. — Думаю, что пока она тебя не тронет, — по какой-то причине Аркрес был четко уверен в этом, — ты ей отдал Дарину, а потом и без тебя там есть кому служить. Вот снимешь проклятие, отдохнешь пару недель и беги к своей ненаглядной, она дождется. — Возможно, что ты прав. Знаешь, что я подумал? — Что? — А не пойти бы нам в подвал к порталу? Что скажешь? — в зеленых глазах Антраксара блеснул тот самый огонек, который обычно предвещал очередное приключение. — Скажу, что ты дурной, потому что решил делать это среди ночи и не посоветовавшись с Ильмиром, но я согласен, — Аркрес встал с травы и протянул ему руку. — Я знал, что ты согласишься. — Еще бы я не согласился. Надеюсь, что нас не забросит куда-нибудь непонятно куда. — Будем надеяться, пошли, — Антраксар поспешил к выходу из зимнего сада, увлекая за собой Аркреса, крепко сжимая его ладонь. Цветок агератума слетел с волос, ударяясь о траву нежными лепестками, но никто не заметил этого. Держась за руки, они вдвоем преодолели за считанные минуты путь от оранжереи до центральной лестницы, практически сбежали по ступеням вниз, стараясь ступать как можно тише, и очутились перед еще одной лестницей, ведущей в подвал. Ступени закончились дверью, которую, поддаваясь внутреннему чутью, толкнул Антраксар, проскальзывая в коридор, Аркрес осторожно закрыл ее за своей спиной, проваливаясь в темноту замкнутого пространства. Практически не думая, он сформировал светящийся пульсар и подкинул его к потолку, чтобы тот рассыпался на мелкие искры, которые станут освещать их путь до портала. — Ты знаешь куда идти? — почему-то шёпотом спросил он Антраксара. — Не знаю, но чувствую. Нам туда, — махнул он вправо. Аркрес кивнул и поспешил следом, стараясь запомнить путь, чтобы потом вернуться обратно. В коридоре было тепло и сухо, от камней не чувствовалось привычной подвальной сырости, даже запаха плесени не было. На стене обнаружился потухший факел, который Аркес поспешил зажечь, высекая из пальцев небольшое пламя. Чем чаще он пользовался магией, тем больше ему нравилось. Появлялось ощущение бесконечных возможностей, какой-то даже власти над стихией: магия все чаще отзывалась родным покалыванием в подушечках пальцев и легче поддавалась, срастаясь с физическим телом, Аркесу определенно не хватало этих ощущений. Они не казались чуждыми, они казались чем-то давно забытым, но всегда присутствующим в жизни, въевшимся под кожу с самого детства, превратившимся в безусловный рефлекс. Вот и сейчас, высекая пальцами пламя, он чувствовал прилив радости и чуть не подпрыгнул как ребенок, получивший долгожданную конфету в цветной обертке. Факел хорошо освещал коридор и его ровные стены, ведущие строго прямо. — Интересно, как долго нам еще идти? — осматривал стены Антраксар в поисках чего-то. — Тебе Мераги не рассказывала, как устроен подвал? — Нет, она порывалась, но все откладывала, а потом и я не захотел спрашивать. — Эх, плохо, — вздохнул Антраксар, продолжая неторопливо продвигаться вперед, внимательно смотря под ноги и на стены, пару раз даже глянул на потолок. — Да ладно тебе. Ну не найдем сейчас — найдем потом, — подбадривал его Аркрес. — Ой, а что это? — Где? — Да вот, в стене, — Аркрес подошел вплотную к каменной кладке, освещая поблескивающий металлический прямоугольник, вмурованный в нее. — А это, кажется, и есть то, что нам нужно. — И что с эти делать? Нажать? — Аркрес поднес ладонь к пластине, собираясь надавить на нее. — Стой! — перехватил его за запястье Антраксар. — Давай вместе. — Аркрес пожал плечами, позволяя Антраксару положить сверху на его ладонь свою, и вдовеем они надавили на прямоугольник. В первые пару секунд ничего не происходило, но вскоре что-то щелкнуло и в стене перед ними открылся проход в небольшую комнату без окон. Осторожно подсвечивая себе факелом, Аркрес и Антраксар осматривали помещение, находя его совершенно пустым. В центре комнаты был начерчен странный для Аркреса, но понятный для Антраксара рисунок и более ничего. — Мы его нашли, — Антраксар встал подальше от центра рисунка, чтобы не закрывать обзор Аркресу. — Портал? Это он? — Да. Здесь руны, которые в сочетании друг с другом дают возможность открыть проход практически в любой из миров, кроме ада и мира духов. Пограничные руны — так их называют. Теперь, если ты из Рода Макариусов или у тебя есть вещь, им принадлежащая, то стоит только подумать о конкретном месте или существе, чтобы оказаться там. — Антраксар рассказывал, обходя рисунок по периметру и всматриваясь в него. — Не думал, что это выглядит так просто, — Аркрес ступал шаг в шаг за ним, рассматривая незнакомое начертание рун. — А чего мудрить? Все дело ведь в магии, которая в него заложена. Увлеченные изучением рун, они не заметили, как оказались в самом центре рисунка. Резкая вспышка ослепила обоих, стены стремительно приближались, словно стремились раздавить незадачливых магов, угодивших в ловушку. Аркрес успел лишь схватить Антраксара за руку и плотно переплести с ним пальцы, как свет погас, и они очутились в непроглядной тьме, не слыша даже дыхания друг друга. Мгновение спустя стало значительно светлее, откуда-то подул холодный ветер, а до носа долетел запах моря. Вместе со зрением и обоянием вернулся и слух -теперь до них доносился шум разбивающихся о прибрежные скалы волн и завывание ветра. — Куда нас принесло? Мы где? — Аркрес оглядывался по сторонам, продолжая сжимать Антраксара за руку. — Это место я узнаю из тысячи. Я здесь живу. — В каком смысле? Это не похоже на Реган, Ксар. Что это за место? — Помнишь, я тебе говорил об острове Забвения, которым я владею? Так вот это он, — Антраксар старался сохранять спокойствие, но подрагивающий голос выдавал волнение и даже нарастающий страх. — Я так понимаю, что ваши с Ильмиром предки сдружились на почве владения островами? — пытался шутить Аркрес, в то время как мурашки беспорядочно бегали по его спине, а сердце учащенно билось, будто не было практически полностью куском стекла. — Совпадение и не более. Портал сработал по какой-то причине, но я не понимаю, почему нас принесло сюда. Я не думал об этом месте там, в подвале, да и во мне нет ни капли крови Макариусов. — Может, друзьям семьи вход разрешен просто так? А о чем ты вообще думал рядом с порталом? — Э-э-э-э, — протянул Антраксар, вспоминая последние мгновения перед перемещением, — я думал о тебе, о твоем сердце, о Кайе, — он осекся, — Кайя… получается, что она здесь? — Как это возможно, Ксар? Ты не знаешь, кто живет на твоем острове? — Аркрес — Нет, меня не было на нем с момента начала учебы в Академии. Если Кайя действительно тут, то понятно о каком доме она говорила. — Антраксар опустился на корточки, хватаясь за голову. — И ты никак не мог узнать, что кто-то пересек границу острова? Я не могу поверить в это. Ты точно не путаешь это место ни с чем другим? — Аркрес опустился рядом с Антраксаром на холодную мокрую землю, пачкая одежду в грязи. Его руки легли тому на плечи, обнимая и прижимая к себе. Антраксара трясло, его напряженные мышцы словно окаменели, браслеты позвякивали от каждого сильного порыва ветра. — Здесь есть, где укрыться от ветра и холода? — Да, мы находимся в Северной части острова, и тут в паре шагов охотничий домик. — Антраксар поднялся с земли, подавая руку Аркесу. — Пошли быстрее. Аркрес побежал за Антраксаром, стараясь не оставаться. Под ногами хлюпала грязь, в уши задувал ветер, пробирался под тонкую рубашку. На небе не было видно ни звезд, ни луны — кромешная тьма. Антраксар уверенно двигался вперед, ориентируясь на свои внутренние ощущения. Сколько прошло минут Аркрес не понимал: все смешалось в одну бесконечную минуту ожидания и быстрого бега. — Мы на месте, — задыхаясь от бега, проговорил Антраксар, — сейчас ключ найду. — Он наклонился, водя рукой по каменной кладке. Что-то нащупал и вытащил небольшой ключ, быстро впихнул его в замочную скважину. — Прижмись, пожалуйста, плечом к двери, а то тут замок заедает. Аркрес навалился на дверь, прислушиваясь к возне Антраксара в замке. Ключ со скрежетом провернулся два раза, и раздался щелчок, ржавые петли скрипнули, и дверь отворилась, впуская их в темную прихожую. Антраксар сформировал пульсар, подкинул его к потолку, обеспечивая хоть какое-то освещение. Аркрес огляделся: на деревянных крючках висели потемневшие от времени рыболовные сети, в углу стоял грубо отесанный сундук, вдоль стен тянулась широкая скамейка. Стоило ему повернуть голову в другую сторону, как на него уставилась голова Брандрозубра, сверкая стеклянными глазами. Аркрес вскрикнул и отшатнулся, чуть не упав на пол, но вовремя был подхвачен Антраксаром и удержался на ногах. — В первый раз все пугаются, а потом привыкают. Это прадедушка постарался, — пояснил Антраксар происхождение головы, — они сошлись в равном бою, и он выиграл. — Надеюсь, что там дальше нет ничего подобного, — покосился в сторону двери, ведущей из прихожей дальше, Аркрес. — Нет, ничего подобного там нет. Идем? — Да, пошли уже, а то у меня зуб на зуб от холода не попадает, — Аркрес толкнул дверь, которая оказалась не заперта, и прошел в просторную комнату. Антраксар запер входную дверь на два массивных засова и догнал Аркреса, который уже по-хозяйски рассматривал камин, в котором разгорался огонь. — Вижу, ты себя чувствуешь, как дома, — Антраксар кивнул на потрескивающие дрова. — Ага, пока ты там с дверью возился, я нашел дрова и разжег камин. Скоро станет тепло. — Считай, что у нас своеобразное свидание, — улыбка снова вернулась на лицо Антраксара. — Да уж. За дверью висит голова монстра, на острове, возможно Кайя, никто из друзей не знает, что мы тут. В целом, свидание моей мечты. Тут есть еще какие-то комнаты или будем спать на шкурах на полу? — Очень романтично на шкурах уснуть, не находишь? — Антраксар уселся на ближайшую к камину шкуру какого-то животного, протягивая руки и ноги к огню. — Не то слово, — присоединился к нему Аркрес. Тепло быстро распространялось по телу, даря время на передышку и скрадывая ощущение тревоги. Аркрес положил голову Антраксару на колени, следя за языками пламени в камине, слушая его ласковое потрескивание. Антраксар неторопливо перебирал пряди его волос, время от времени подкидывая дрова навстречу жадному огню. — Я сейчас усну, — Аркрес перевернулся на спину, заглядывая в глаза Антраксару. — Предлагаю ложиться, а утром отправить вестника нашим друзьям и подумать о том, что произошло. — Поддерживаю, — зевнул Антраксар, — вставай с моих колен и давай укладываться спать. Я сейчас схожу и принесу нам что-то, чем можно укрыться. Аркрес перекатился с колен Антраксара на шкуры, потягиваясь, разминая затекшие мышцы. Антраксар шуршал и скрипел где-то там за его спиной, что-то роняя и ругаясь себе под нос. Уже в полудреме он ощутил, как на его живот легла рука Антраксара и все стихло.
