Персонажи Магистра читают "МДК"

Не Минцзюз уже было начал читать, но опять началась симуляция. Все оказались в воздухе. А-Цин, вскрикнув, вцепилась в Мэн Яо, в то время как Сюэ Ян чуть ли не залез на голову Сяо Синчэня, из-за чего он и не особо побоялся того факта, что они находятся в воздухе — на голове даочжана невесомость не чувствуется. Сун Ланю тоже было как-то не до полета, он пытался успокоить мальца и вытащить из его рук свои волосы, которые он цапнул, когда залезал в объятия Синчэня. — Успокойтесь! — Юн Ю встала со своего места. — Всё в порядке, мы находимся в том же зале. Нам ничего не угрожает, это лишь симуляция. Но не запаниковать от открывшегося вида с неба было невозможно. Ведь все только что были в зале, а теперь стоят, СТОЯТ, в воздухе. Хотя вид, что открывался с воздуха, был прекрасен. Можно было увидеть большое озеро полное лотосов, более ста миль в длину. Широкие зелёные листья и гладкие розовые лепестки соприкасались друг с другом. Когда дул ветер, лепестки и листья качались, будто кивали в приветствии. Среди чистоты и изящества чувствовалось наивное чувство неуклюжести. — Пристань? — одновременно спросили Цзиньчжу и Иньчжу. До этого момента они старались не привлекать к себе внимание. — Это Пристань Лотоса, но… — Цзян Фэнмянь не мог подобрать слов, чтобы описать картину, представшую перед ним. — Она обновлённая, — произнес наследник Ордена Цзян. — Такое чувство, будто её несколько лет назад отстроили. И она расширилась. Симуляция начала меняться, наблюдатели смотрели за стремительной сменой дня. Они оказались стоящими на воде, все закатные лучи исчезли и осталась темнота ночи. Переводящие дух после смены обстановки зрители смотрели на стоящую в воде беседку. В ней спиной к ним сидел мужчина в фиолетовых одеждах. Сидел он так, что казалось, будто он спит, но по постукивающим по столу пальцев правой руки было понятно, что он не спит. — У него на руке Цзыдянь! — воскликнул Вэй Усянь. Не только он заметил это, но после его слов все посмотрели более внимательно на мужчину. — А-Чэн? — задумчиво произнес глава Цзян, смотря на мужчину в фиолетовом. Но в следующий миг его взгляд застыл. — Моя госпожа? — Что? — раздраженно спросила Юй Цзыюань. — Рано или поздно мы все умрём. Ответить на это не дала симуляция. По трапу бежал парень с кувшинами вина. Почти добежав до беседки он крикнул. — Хэй! Глава Ордена Юньмэн Цзян! Когдa он вбежал в беседку, все более четко увидели его лицо. — Цзян Чэн! — игриво позвал Вэй Усянь в теле Мо Сюаньюя, ставя на стол кувшины. — Почему ты не сказал прислуге принести вино? — произнес властный голос. — Не хочу, чтобы нашу посиделку нарушили. — пожал плечами тот в ответ. Наполнив чаши вином и передав одну человеку, чьего лица зрители до сих пор не видели, он задорно произнёс. — Выпьем! На этом симуляция закончилась. — Цзян Чэн, мы всё также дружим! — тот на это лишь промолчал. — Жаль, что нам не показали его лицо. — Не Хуайсану было интересно увидеть своих повзрослевших друзей. Семья Юй согласно кивнула на его слова. — Книга так периодически развлекается. — беспечным тоном сказал Лин. — Объяснять это довольно-таки сложно и долго, поэтому давайте приступим к чтению следующей главы. — «Что-то пошло не так с флагами, расставленными учениками», — была первая мысль Вэй Усяня. Заклинатели должны были использовать его изобретения с большой осторожностью, иначе могла случиться беда. — С осторожностью нужно относиться со всем, что связано с заклинательством. — поучительно произнес Лань Цижень. Мэн Яо и Сюэ Ян внимательно слушали. — В руках человека всё может стать оружием, — по взгляду Лина можно было сказать, что он погрузился в воспоминания. — так всегда говорит Шицзунь. — Мудрое высказывание. — с неизменной улыбкой приговорил Фэнмянь. — Шицзунь мудрый, только не любит скуку. — как-то сконфуженно произнесла Юн Ю. На вопросительные взгляды оба обитателя Дворца Спокойствия ничего не сказали, разве что Лин кивнул на книгу. — Вот почему накануне он улучил момент и стащил один из флагов — проверить, всё ли было в порядке с узорами и заклинаниями и, тем самым, уберечь юношей от несчастья. Несколько пар больших рук подхватили его. Вэй Усянь расслабился и позволил им нести себя безо всякого сопротивления — всё лучше, чем идти самому. — Вот! Правильно, во всем нужно искать светлую сторону. — довольно сказал Лин. — И нам опять напомнили, что он не изменился и остался тем же проказником, за исключением тёмного заклинательства. — задумчиво сказала Юй Чуньхуа. Сейчас здесь присутствовали все слуги и все члены семьи Мо. Кто-то был в одном исподнем, кто-то с растрёпанной со сна головой, но все без исключения выглядели смертельно напуганными. — Что же их могло так напугать? — Цзян Яньли была встревожена, ведь там был А-Сянь. — Это явно не простое убийство. — ответил ей Цзинь Цзысюань, смотря на встревоженную невесту. — Какая-то нечисть? — глаза Вэнь Сюя сверкали огнём любопытства. — Адепты что-то пропустили? — Вряд ли, — попытался умерить пыл своего сына Вэнь Жохань. — Малец, что был лидером в молодняке Гусу Лань, довольно ответственный. Мадам Мо в полузабытье сидела в своём кресле, как будто только что очнувшись от глубокого обморока. Щёки её были влажными, а в глазах блестели слёзы. Но как только слуги втащили Вэй Усяня, её полный скорби взгляд тут же наполнился ненавистью. — А? Я-то что сделал? — В прошлой главе говорилось же. — возмутился невнимательности шисюна Цзян Чэн. — Тебя подозревают в убийстве! — Не подозревают, А-Чэн, — спокойно заметил глава Цзян. Следующие его слова расслабили ждущего упрёка Цзян Ваньиня. — они почему-то полностью уверены, что это он является убийцей. — Сянь-гэгэ добрый и не мог кого-то убить. — вступился за своего Сянь-гэгэ и учителя Сюаньюй. — Да, А-Сянь не мог. — утвердительно сказала Цзян Яньли Мо Сюаньюю. Слушая эти разговоры про доброго Сянь-гэгэ, Сюэ Яну захотелось поговорить с ним. — Давай поговорим с ним, когда будет время. — прошептал он на ухо А-Цин. Та в ответ кивнула, ей тоже хотелось поговорить, а в особенности посидеть на коленках Вэй Усяня, как недавно сидел Мо Сюаньюй. Их разговор был услышан. Да и как тут быть не услышанным, когда одна сидела на коленях Мэн Яо, а второй так и не отпускал из своих объятий Синчэня, но хотя бы отпустил волосы Сун Ланя. — Разве с нами вам скучно? — построил печальное лицо Мэн Яо. — Да, неужели из-за того, что мы не такие классные, вы решили нас бросить? — в тон ему говорил Синчэнь. Он приложил столько усилий для этого, что даже смог пустить одинокую слезинку по щеке. Сун Цзычэнь лишь молча кивнул в знак поддержки их слов. — Нет, просто я хочу, чтобы меня он тоже взял в ученики. — он ответил так тихо, чтобы только они и услышали его ответ. Трое старших понятливо переглянулись и решили ему помочь. Хоть Мэн Яо тоже хотел найти себе учителя, но решил, что помочь младшему в приоритете. — Недалеко от мадам Мо на полу лежала человеческая фигура, от шеи до пят накрытая белой тканью, лишь голова оставалась на виду. — Раз она плачет, значит это Мо Цзыюань. — довольно сказал Вэнь Сюй. — Смерть человека не повод для радости, — запустил наживку Лин, заметивший, что Вэнь Жохань снисходительно относится к его наглости. — Да, но от смерти такого можно и порадоваться. — проникновенно смотря ему в глаза, ответил вместо Вэнь Сюя его отец. — Лань Сычжуй и остальные юноши с серьезными выражениями лиц склонились над телом и негромко переговаривались. До ушей Вэй Усяня донеслось: «Прошло менее трех минут с тех пор, как обнаружили труп?» «После победы над ходячими мертвецами мы поспешили из Западного двора к Восточному и у входа нашли его». Очевидно, человеческой фигурой был Мо Цзыюань. — Я же говорил что он умрет в ближайших главах! — Я же говорил, что это Мо Цзыюань. Одновременно воскликнули Вэнь Сюй и Цзян Чэн. Они переглянулись, но сразу же отвели взгляды. — Вэй Усянь было мельком взглянул на тело, но тут же посмотрел на него ещё раз, уже внимательнее. — И что же заинтересовало Магистра Дьявольского культа? — с едва заметным сарказмом в голосе перебила Главу Не Вэнь Цин. Хотя ей самой, как лекарю, тоже было интересна причина смерти. Не Минцзюэ посмотрел с весёлым блеском в глаза Вэнь Цин, та хоть и не разобрала эмоции в его взгляде, но упрямо смотрела в ответ. Первым отведя взгляд, Минцзюэ сказал. — Если бы вы меня не перебили, я бы прочитал пояснение в следующем предложении. — С одной стороны, труп походил на Мо Цзыюаня, а с другой стороны, как будто бы и нет. Хотя в чертах лица явно угадывался его мелочный братец, скулы его глубоко запали, глаза, наоборот, выпучились, а кожа сморщилась. В сравнении с пышущим молодостью Мо Цзыюанем, это тело будто бы постарело на 20 лет. Кроме того, казалось, что кто-то высосал из него всю плоть и кровь, и теперь на полу лежал лишь скелет, обтянутый тонким слоем кожи. — Цзянши? — спросил Сюэ Ян слышавший страшилки про них. — Вряд ли. — ответил Сяо Синчэнь раньше других желающих. — Наставница говорила, что они пьют лишь кровь, а тут написано, что высосана ещё и плоть. — Правильно. — подтвердил Учитель Лань слова Синчэня. И уже обращаясь к Сюэ Яну. — Но ты предположил из имеющихся у тебя знаний, да и многие на твоём месте сделали бы такие же выводы. Но даже у меня нет предположений, что это за существо. — Думаю, это объяснят дальше, да и мы лишь читаем, а не видим своими глазами, поэтому не сразу понять для нас что-то абсолютно нормально. — покачала головой Юн Ксу. — И если при жизни Мо Цзыюань был просто уродлив, то в смерти он стал и уродливым, и старым. Пока Вэй Усянь пристально изучал труп, мадам Мо внезапно бросилась на него, зажимая в руке блестящий кинжал. Но легкий на подъём Лань Сычжуй быстро выбил у неё лезвие. — Какая подлая! — воскликнул Сун Лань. — Сычжуй опять спас меня! Лань Чжань, твой младший такой талантливый! — что ответить на это тот не знал, поэтому лишь пристально взглянул на проказника. — Её можно понять, она потеряла единственного и любимого сына. Будь я на её месте, я бы тоже не стала бы разбирать, кто истинный убийца сразу после того, как узнала о смерти сына. — представила себя на месте мадам Мо Лю Синьхуа. — Сострадание — это то чувство, что помогает разобраться в справедливости. — спокойно говорила Юн Ю. Встретив любопытные взгляды, она добавила. — Так говорит Шицзунь. Но также он говорит, что справедливость — вещь сложная и лучше в неё не лезть. Пример: человек совершил много убийств ни в чем невиновных людей и получал от этого удовольствие. И справедливость можно проявить двумя способами: первый, оставить на суд близких и родственников убитых, но как считает Шицзунь, это порождает ещё больше страданий, ведь даже у убийцы есть семья и близкие, которые будут горевать по нему. Второй способ заключается в том, чтобы просто убить его, убить безболезненно, так, чтобы он даже не понял. На том свете всё решится, и в мире будет меньше страданий. Да и близкие как убитых, так и убийцы, всё равно будут горевать, но близкие убитых не возьмут на себя бремя убийства. — Чем же это отличается от обычной кары? — любопытно спросил Лань Сичэнь. — Тем, что большинство убийц нужно просто убить. Без пыток и поношений. Не распространять страдания. — Такое чувство, будто ваш Шицзунь монах. — прячась за веером, с самым невинным видом и голосом проговорил Не Хуайсан. — Кто-кто, а он точно не монах. — весело фыркнул Лин. — Он слишком ценит свободу, чтобы кому-то служить. — Кхм, давайте продолжим чтение? — прервала обсуждения Вэнь Цин. Не дав сказать ему ни слова, мадам Мо пронзительно завопила: «Мой сын умер ужасающей смертью, а я лишь хочу за него отомстить! Почему вы меня останавливаете?!» Вэй Усянь на всякий случай опять спрятался за спину Лань Сычжуя и, присев на корточки, сказал: «Как ужасающая смерть вашего сына связана со мной?» — Её, конечно, можно понять, — спокойным тоном говорил Вэнь Жохань, имеющий двух сыновей. — Но наверняка нашлась бы та, что на её месте искала бы истинного убийцу. — Все люди разные, все реагируют по-разному на одно и то же. — сказал умудренный жизнью Юй Лей. — Каждое живое существо индивидуально, если все были бы одинаковыми, то мир был бы скучным. — с усмешкой сказал Цзян Фэнмянь. Их слова запоминали подрастающие умы в виде Мо Сюаньюя, Сюэ Яна и А-Цин, и хоть и не подрастающий, но желающий учиться Мэн Яо. «Насколько же презирала и ненавидела моего сына сестра?»— сжав кулаки, думала Мо Мэйли. — Вчера днём Лань Сычжуй присутствовал на концерте, устроенном Вэй Усянем в Восточном зале, а после слышал нелицеприятные слухи о нём, в которых, впрочем, было мало правды. Он очень сочувствовал больному и не мог не встать на его защиту: «Мадам Мо, судя по состоянию тела вашего сына, из него вытянули все жизненные соки. А это значит, что его убили порождения тьмы, а не он». Лань Ванцзи чувствовал благодарность по отношению к ещё не родившемуся парнишке. — Прекрасный и многообещающий юноша. — похвалил Цзинь Гуаншань. — Орден Гусу Лань воспитал отличного адепта. — Благодарю, — с улыбкой ответил Лань Сичэнь, поскольку его дядя ответил кивком. — но думаю, что лучше стоит продолжить чтение. — Цзинь Гуаншань был оскорблён, но постарался не показать этого. — Грудь мадам Мо тяжело вздымалась: «Вы ничего не понимаете! Отец этого сумасшедшего был заклинателем! Должно быть, он научился от него этим дьявольским трюкам!» Лань Сычжуй обернулся, ещё раз взглянул на Вэй Усяня, который выглядел, прямо сказать, не самым сообразительным человеком, и продолжил: «Мадам Мо, у нас нет доказательств, так что…» «Доказательство — это мой сын!», — Мадам Мо перебила его и указала на труп: «Посмотрите сами! Останки моего бедного А-Юаня говорят сами за себя!» — Говорят сами за себя? — подала голос Цинь Су, что сидела всё время под надзором родителей, и, когда та собиралась сказать что-то, они одергивали её, но сейчас не успели. — Это как? — Наверное, на нём остался след или что-то от заклинаний или талисманов, который указывает на него. — храбро ответила Ло Цинъян, её родители, в отличие от родителей Цинь Су, не приехали. Точнее, они приехали, но сразу же вернулись обратно, увидев количество собравшихся здесь сильных заклинателей. Пока Цинь Су молчала, она тоже последовала её примеру. Когда девушки переместились, они держались вместе, и теперь, когда одна заговорила, вторая решила поддержать её. — Правильно мыслите, девушки, — спокойно сказал Вэнь Жохань, думая о том, как его младший сын насмехался бы над глупой простолюдинкой, говоря «как это труп может говорить?» Отец Цинь Су вздохнул. Он не хотел привлекать внимание, но вряд ли это теперь осуществимо. — Вэй Усянь сам приподнял белую ткань и опустил её к ногам покойника. В теле Мо Цзыюаня не хватало одной важной детали. Его левая рука, отделённая от тела у самого плеча, отсутствовала! — Не зря говорят держать язык за зубами. — присвистнул Лин. — И зарекаться тоже не стоит. — М-да, удача Первого Ученика Цзян очень хаотична. — удивлённо сказал Вэнь Сюй. — Зря ты тогда это сказал. — покачал головой шиди Вэй Усяня. — Мадам Мо заговорила вновь: «Видите? Все же присутствовали здесь в тот момент, когда этот псих сказал, что если А-Юань ещё хоть раз тронет его вещи, то он отрежет ему руку!» После такой эмоциональной тирады она закрыла своё лицо руками и захлебнулась в рыданиях: «Мой бедный А-Юань ничего плохого не делал, а этот сумасшедший, мало того, что оболгал и опозорил его, так ещё и убил… Он действительно потерял рассудок!» — Не делал ничего плохого? — возмутился Сяо Синчэнь. — И это не он грабил и избивал своего брата? — По-моему, это она потеряла рассудок. — доверительным тоном говорила Юй Юнхуа своему брату, но её слова услышали все, и они дружно согласились с ней. Сичэнь заметил, как на этих строчках в глазах его брата пробуждается жажда насилия, но делать что-либо не стал. Ведь если так говорили бы про Минцзюэ, он тоже хотел бы побить этого или этих людей. — Потерял рассудок! Вэй Усянь уже много лет не слышал подобной фразы по отношению к себе, но знал, что она всегда наполнена чистейшей ненавистью. — А-Сянь! — голос Цзян Яньли был наполнен беспокойством за будущего Вэй Ина. Что на такое ответить, Усянь не знал. И прежде, чем он успел сказать что-то подбадривающее, его перебили. — То, что он мог потерять рассудок — вполне логично. — начала объяснять Юн Ю. — Но рассудок он не потерял, если судить по тому, о чём мы читаем. Если кто-то и вступит на Тёмный Путь, то у него должно быть либо слабое ядро, либо его полное отсутствие, и даже при этом должен быть якорь, который удержит от потери рассудка. Люди, у которых сильное развитие Светлого Пути, по сути должны потерять рассудок быстрее, ибо Светлый и Темный путь будут бороться за главенство, и в ходе этой борьбы заклинатель потеряет рассудок. — То есть если я начну практиковать Тёмный Путь, то очень быстро сойду с ума? — спросил Верховный заклинатель. Вэнь Жохань из любопытства и скуки хотел попробовать Тёмный Путь, но судя по всему, хорошо, что не попробовал. — Ага, — ответил вместо хозяйки Дворца Спокойствия Лин, смотря прямо ему в глаза. — вы очень быстро сойдёте с ума. — Мгм, понятно. Понятно было не только Вэнь Жоханю, но и всем в зале. Реакция остальных была разной: кто-то довольно кивнул, а кто-то побледнел лицом. — То есть нет никакого способа совместить оба Пути? — Вэй Ин спросил с задумчивым лицом. В эту секунду на него обратились гневные взгляды. — И ты ещё смеешь спрашивать, при этом зная, что умер именно из-за этого самого Тёмного Пути? — Мадам Юй в ярости поднялась и шагнула к приемному сыну. — И не смей пробовать себя в Тёмном Пути! Что мы будем делать, если ты– Она резко оборвала себя и, отвернувшись, села обратно на своё место. Другие с шоком смотрели на неё. Эта женщина, которая по слухам терпеть не может Первого Ученика и ждёт момента, чтобы выпнуть его из Ордена, только что беспокоилась за него? Вэй Ин попытался что-то сказать на это, но просто не находил слов. Мадам Юй ведь ненавидит его, хоть и позволяет обедать с ними за одним столом, хоть и позволила занять место Первого Ученика Ордена. Разве она может за него беспокоиться? Он — бесконечный источник проблем, она каждый раз указывает на это, когда ссорится с Дядей Цзяном. — Отвечая на ваш вопрос, Молодой Господин Вэй, ещё никому не удалось совмещать оба пути, но существует теория, что если держать оба вида энергий в строжайшем балансе и иметь рядом с собой свою родственную душу, с которой ты постоянно будешь заниматься двойным самосовершенствованием, то совмещение двух разных Путей станет возможным. Более того, из-за постоянного двойного самосовершенствования с последователем двух Путей второй партнер будет постоянно активно улучшать свой уровень золотого ядра. Проблема заключается в том, что встретить свою родственную душу почти невозможно. Но могу уверить вас, что повстречав её однажды, вы никогда не расстанетесь навсегда — судьба обязательно сведёт вас обратно. — Он указал было на себя, но слова не шли к нему. Вэй Усянь уже и не знал, кто здесь был настоящим злом, он или мадам Мо. — Чтобы Вэй Усянь и не мог что-то сказать?! — Юй Цзыюань была удивлена. Она решила сделать вид, что случайно не показала своего беспокойства. — Этот день нужно записать в историю. — История только началась, глядишь он ещё не раз потеряет дар речи. — довольно фыркнула Юй Чуньхуа. Она хотела насладиться тем, как и при каких моментах проказник не знает, что ответить. — В юности он довольно часто говорил об уничтожении целых семей и кланов, убийстве миллионов людей, целых морях крови и других жестоких действиях. — Что? А-Сянь, я чего-то не знаю? — спросил Цзян Фэнмянь, который почти всё знал о своих детях. — Я такого никогда не говорил! — воскликнул Вэй Усянь. — Может это было в будущем? Достаточно насладившись замешательством и шоком на лицах, Не Минцзюэ продолжил: — Но в большинстве своём это были лишь слова. Если бы он действительно был бы способен на подобное, то уже давно бы воцарился над всем миром заклинателей. Мадам Мо на самом деле не желала знать, кто убил её сына, её истинной целью была вовсе не священная месть, она лишь искала козла отпущения, на котором можно было выместить свою злобу. — Значит, это были лишь слова. — Юй Лей удовлетворённо кивнул. Он не верил, что Вэй Усянь способен на уничтожение Кланов и Орденов. — Я могу лишь посочувствовать Мо Цзыюаню. — покачала головой мать Цзинь Цзысюаня. Своего сына она любила больше всего на свете. Немногие матери, находящиеся в зале, и просто добрые люди кивнули. Мадам Мо также думала, что сына сестры будет не только воспитывать, но и постарается дать нормальную материнскую любовь, раз уж его мать не способна любить кого-либо сильнее себя. — Однако Вэй Усянь не собирался волноваться о ней. Вместо этого он на секунду задумался и протянул руку к оставшейся ладони Мо Цзыюаня. Поискав немного, он выудил на свет божий смятый кусок ткани и тут же расправил его. К его вящему удивлению, это оказался Флаг, привлекающий духов. — Доворовался. — произнёс Вэнь Сюй, он даже не был особо удивлён. Остальным в зале также стала понятна причина столь внезапной смерти. Те, кто до этого мало взаимодействовал с заклинателями, ещё сильнее вбили в память «не трогать вещи заклинателей». — В то же мгновение Вэй Усянь всё понял и пробормотал себе под нос: «Он сам напросился». Когда Лань Сычжуй и остальные увидели, что он взял из рукава Мо Цзыюаня, то тоже поняли, в чём дело. А если вспомнить о произошедшей накануне сцене, становилась ясна и причина такого поступка. — Месть. — недовольно проговорил Лань Цижень. — Ну, это естественно, многие захотели бы отомстить, если бы их опозорили. — Вэнь Цин было интересно, что за существо могло так убивать и как этому противостоять с лекарской точки зрения. — Вчера днём Мо Цзыюань потерял лицо перед целой деревней, и причиной тому было сумасшедшее поведение его двоюродного брата. Естественно, что он возненавидел его всем сердцем и захотел поквитаться. Но Мо Сюаньюй до позднего вечера бродил по деревне, так что Мо Цзыюань решил прийти ночью и застать врага врасплох. С наступлением темноты он тайно вышел на улицу и, проходя мимо Западного двора, увидел на стенах Флаги, привлекающие духов. И хотя его несколько раз предупреждали не выходить на улицу и, уж тем более, держаться подальше Западного двора по ночам, Мо Цзыюань подумал, что это была лишь отговорка, чтобы люди не воровали ценные предметы заклинателей. — Тоже мне, самый умный нашёлся! — возмущение явно слышалось в голосе Лина. — Нужно слушать, что умные люди говорят, и не совать свой нос куда не надо. — Получается, что он в-вышел отомстить, но з-заметив талисманы, своровал их. — почти не заикаясь, сделал вывод Вэнь Нин. — За что и поплатился. — продолжил за ним Цзинь Цзысюань, хотя его больше привлекало смотреть на искреннюю и ничем не скованную невесту. — Конечно же, он не имел ни малейшего представления о предназначении Флагов, привлекающих духов, и о том, что флагоносец становился живой мишенью. Он уже пристрастился воровать магические талисманы и артефакты своего двоюродного брата и теперь просто не мог пройти мимо столь привлекательного предмета из желанного для него мира. Так что, дождавшись момента, когда ученики Ордена ГуСу Лань усмиряли ходячих мертвецов в Западном дворе, Мо Цзыюань потихоньку стащил один флаг. — Дождавшись! — воскликнул Лин. — То есть он ещё и ждал? То есть он не с бухты-барахты взял и украл?! — Это ещё ничего. — раздраженным тоном заговорил Цзян Фэнмянь. — Я уверен, что кто-то из ребят, если не все, будет винить во всем себя. — Это проблема, — вздохнула Юй Чуньхуа. — но мы можем лишь надеяться, что кто-то из старших сможет объяснить им, что они не виноваты. Всего флагов было шесть. Пять из них были установлены в Западном дворе, и юноши из клана Лань служили приманками. Однако все они несли при себе бесчисленные талисманы-обереги, а Мо Цзыюань, хотя и взял только один флаг, был совсем беззащитен. Даже злобные твари обладают здравым смыслом, и, естественно, они нацелились на того, кто был более лёгкой добычей. И это полбеды, если бы речь шла только о ходячих мертвецах. Даже будучи укушенным, Мо Цзыюань не умер бы на месте, и его могли бы спасти. Но, к сожалению, Флаг, привлекающий духов, притянул к себе нечто гораздо более опасное, чем обычный ходячий мертвец. Что-то, что убило его и забрало его руку! — Было бы понятно, если бы просто убило, выпив соки, так нет же! Ещё и руку забрало. — недоумевал Вэй Усянь, пытаясь разгадать вид нечисти. — Почему именно руку, почему не ногу? Или что-то еще? — Руку говоришь? — мысль вертелась в голове главы Вэнь, но он всё никак не мог за неё ухватиться. — Расчленённый труп! — одновременно ответили глава Цзян и Учитель Лань. — Тогда всё сходится. — удовлетворённый разгадкой Вэнь Жохань улыбнулся. — Расчленённый труп? — непонимающе спросил Цзинь Цзысюань, переводя взгляд с глав Вэнь и Цзян на Учителя Ланя и обратно. Видя такие взгляды у большинства собравшихся, Лань Цижень начал объяснять что это за нечисть. — Фрагменты расчленённого трупа несут в себе частички злобы покойника, и они стремятся объединиться друг с другом. Следовательно, части тела ищут друг друга всеми возможными способами. Если им удаётся объединиться, мертвец может упокоиться с миром, но может и продолжить бесчинствовать. Части трупа будут пытаться соединиться в одно целое, но в поисках они будут соединяться с живыми телами, и с ними будет происходить то же, что и с Мо Цзыюанем. Таким образом расчленённый труп можно запросто сравнивать со смертоносной болезнью, которая передаётся по воздуху. Прождав для верности пару минут и поняв что никто ничего говорить и обсуждать не собирается, Не Минцзюэ продолжил. — Вэй Усянь посмотрел на своё запястье. Как и ожидалось, один из порезов на его запястье исчез. Похоже, он вытянул счастливый билет — проклятие, нависшее над ним, посчитало смерть Мо Цзыюаня за его деяние. — Какой же ты удачливый, Вэй-сюн! — Не Хуайсан завистливо вздохнул. — Ага, только где была его удача, когда мертвецы разрывали его на части? — язвительность так и сочилась в голосе Цзян Чэна, но также было понятно, что таким образом он проявляет беспокойство. — А-Чэн, — Цзян Яньли нежно погладила его по волосам, успокаивая его мысли. — не нужно волноваться, с А-Сянем всё в порядке. В это время Ванцзи почувствовал облегчение, ведь его близкому человеку теперь не нужно убивать, но услышав напоминание о его смерти, сердце тревожно сжалось. — Мадам Мо была прекрасно осведомлена о пристрастиях своего сына, но не желала признавать, что Мо Цзыюань погиб по собственной глупости. Трясясь от ярости и раздражения, она схватила пиалу и запустила ей в голову Вэй Усяня… — Не думаю, что обыватель сможет попасть чашей в Старейшину Илин, некогда Первого Ученика Юньмэн Цзян. — спокойно сказал Вэнь Сюй, полностью посвятивший себя отдыху и наслаждению занятной книги. — То есть она знает, что её сын погиб по собственной глупости, но всё равно обвиняет в этом ни в чём не повинного человека?! — Мо Мэйли сильнее прижала к себе Мо Сюаньюя настолько крепко, что он пискнул от силы объятий. Лишь услышав его писк, мать ослабила объятия. — Сейчас среди них находится опасная нечисть, — спокойно размышлял Лань Сичэнь с той же самой неизменной улыбкой. — и учитывая удачу господина Вэя, вероятность того, что мадам Мо умрёт, высока. Лань Цижень и Ванцзи удивлённо взглянули на него, впечатлённые его словами. У особо чувствительных от его слов по коже прошли мурашки. Большинство в свою очередь подумало, что это чтение открывает глаза на многие вещи. — Если бы ты вчера не оболгал его перед целой деревней, разве вышел бы он из дома посреди ночи? Это всё твоя вина, паршивец! — Ха?! Я виноват? Да этого Мо Цзыюаня уже ничего не спасло бы! — обвиненный Вэй Усянь в возмущении и недоумении приподнял обе брови. Каким таким образом он всегда оказывается виноватым? Теперь он начал сомневаться, что это только мадам Юй всегда во всем винит его, а теперь он может видеть, что даже после его смерти все осталось на своих местах. Только вот список не остановился на одной мадам Юй, а расширился примерно на весь мир заклинателей. Вэй Усянь предугадал опасность и успел увернуться от запущенной в него пиалы. Госпожа Мо тут же набросилась на Лань Сычжуя и завизжала дурным голосом: — А вы! Кучка бесполезных идиотов! Вы должны изучать свою науку, чтобы оградить нас от всяких тварей, но не смогли защитить даже моего сына! А-Юань совсем ребёнок! — Этой мадам Мо лишь бы указать виновного, чтобы не портить ещё и свою репутацию из-за вредных привычек своего сына. — Ло Цинъян презрительно фыркнула. Изначально, увидев её лесть в сторону молодых заклинателей, она подумала, что раз как человек она не очень, так хоть как мать будет хороша. Как же она ошибалась. Даже после смерти своего сына, она продолжает заботиться о своей репутации таким путём — начинает перекладывать вину на других. Лань Цижэнь, справившись с бранными словами, которые так и хотели вылететь из его рта вопреки всем правилам Гусу Лань, гневно воскликнул: — Да как смеет эта женщина набрасываться со своей ложью на учеников, которые бесплатно помогают её дому справиться с нечистью?! — Проблема в том, что они и слова сказать в ответ не могут, так как правила запрещают непочтительно относиться к тем, кто старше и/или слабее. — Не Хуайсан печально вертел в руках чашу с лёгким вином. Он решил не подсматривать в книгу, чтобы насладиться эмоциями от чтения вместе с остальными. Ученики Ордена Гусу Лань были ещё очень юны. Они нечасто покидали родное гнездо и не обладали достаточным опытом, чтобы сразу почувствовать опасность. Поэтому и сожалели, что не смогли обнаружить присутствие в деревне Мо или её окрестностях другого злого существа, вдобавок обладавшего столь значительной силой. Тем не менее грубая брань госпожи Мо заставила их лица потемнеть: в конце концов, они выросли в именитом клане, поэтому никто и никогда не смел разговаривать с ними в подобном тоне. Однако Орден Гусу Лань придерживался очень строгих правил и запрещал любое насилие или даже простую непочтительность по отношению к тому, кто слабее тебя. Вот и сейчас, сколь бы неприятны юношам ни были слова госпожи Мо, они продолжали стоять безмолвно с мрачными выражениями лиц. Лица всех тоже потемнели. Большинство стали обсуждать пользу от трёх тысяч правил, когда из-за них же молодые юноши не могут защитить себя в разговоре. И правда, такое огромное количество правил ни к чему. Это понял даже Лань Ванцзи, а Лань Цижэнь отчаянно сопротивлялся назойливой мысли. — Как вы можете выжить в мире за стенами Облачных Глубин, если даже ответить в споре не имеете права? К тому же сдерживание негативных эмоций рано или поздно приведёт к искажению ци. — Вэнь Цин была возмущена тем, что мальчики не могут защитить себя в простом разговоре. Они были одного возраста с А-Нином, и также не могли ответить на наглую ложь, поэтому она решила позволить себе такую дерзость, обратившись к семье Лань. — Дева Вэнь, я понимаю ваше возмущение. Скажу больше, я полностью с вами согласен. По возвращению домой я хочу кардинально изменить свой Орден. Я очень надеюсь, что моя семья поддержит меня. — он всё ещё обращался к Вэнь Цин, но смотрел он на своего дядю. В поддержке брата он не сомневался. Лань Цижэнь подумал по привычке возмутиться, но решил, что всем пора меняться, чтобы избежать ужасного прошлого. Видимо, стоит начать с самого себя. — Судя по всему, в этом Гусу слишком много сдерживающих правил. — шепнул Лин на ухо задумчивой хозяйки дворца. В последние минуты она не особо вникала в чтение и обсуждение, её предчувствие чуть ли не вопило о скорых изменениях чего-то. Вэй Усянь, успев порядком устать от сложившейся ситуации, подумал: «Прошло уже столько лет, а клан Лань всё так же остаётся верен своим идеалам. И какой прок от этих ваших «выдержки и самообладания»? Смотрите, как надо!» — Вот! А если бы меня там не было бы, то детишки не смогли бы защитить себя в этом словесном поединке. — он гордо выпятил грудь, радуясь, что милым ученикам не придётся таскать в своей душе обиду на слова мадам Мо. — А-Сянь ненавидит несправедливость, поэтому, не думая, встает на защиту нуждающихся. Из-за этого многие считают его источником проблем. — Цзян Яньли грустно улыбнулась. Её милый шиди такой добрый, но постоянно получает за это от остальных. Как бы ей хотелось, чтобы рядом с ним постоянно был человек, способный заткнуть все лживые рты и защитить его. Он лихо сплюнул и заговорил: — И на ком же ты решила отыграться? Ты что, спутала их со своими слугами? Эти юноши приехали издалека, чтобы помочь твоей деревне справиться с нашествием злых духов, и не просили ничего взамен, заметь! Разве они должны тебе что-то? Сколько лет твоему сыну? Не меньше семнадцати! Так почему ты до сих пор называешь его ребёнком? Сколько, по-твоему, должно быть человеку, чтобы он понимал, что ему говорят? Разве эти юноши не предупреждали всех, как опасно бродить по ночам у Западного двора и трогать что-либо внутри магического поля? Твой сын улизнул на улицу посреди ночи по собственной воле. Я в этом виноват? Или, все-таки, он сам? — Естественно, он виноват в этом сам. — Лань Цижень был доволен словами проказника, защищающего его адептов. — Благодарю вас, молодой господин Вэй, за помощь нашим адептам. — Лань Сичэнь был рад, что учеников его Ордена отстояли в словесной войне. Лань Ванцзи также послал Усяню благодарный взгляд, который тот смог расшифровать. — Ну что вы, я этого ещё не делал. — Вэй Усянь смущённо потёр затылок, он не хотел принимать благодарность за то, чего не делал. Взгляд Ванцзи ещё больше смутил его. — Нам самим решать, за что тебя благодарить, а за что нет. — неожиданно для всех сказал Лань Цижень. Сюэ Ян ещё более восхищенно смотрел на своего будущего, а он в этом был уверен, учителя после его слов. Многие были восхищены словами Вэй Усяня. Те, кто знал его, ожидали чего-то подобного. Юн Ю почувствовала раздражение из-за незнания источника будущих изменений, поэтому она очень ждала, когда закончится эта глава, а это могло произойти лишь благодаря меньшему количеству комментариев и обсуждений. Именно поэтому она решила молчать до конца главы и шепнула Лину об этом. Тот решил последовать её примеру, всё же не доверять словам наследницы было нереально. А кто бы не доверял словам той, что с малолетнего возраста обучалась у существа, которое не из-за великих помыслов, а просто потому что ему не понравилось грустное будущее, отправил в прошлое знание о наступающих событиях? — Лань Цзинъи и остальные облегчённо выдохнули, и с их лиц спало напряжение. Мадам Мо в ответ на тираду Вэй Усяня чувствовала одновременно и глубокую скорбь, и не менее глубокую досаду, и всё, о чём она могла думать, была смерть. Не её собственная, в которой она могла бы воссоединиться со своим горячо любимым сыном, а смерть всех в целом мире, в особенности, тех, кто стоял сейчас перед ней. — М-даа, её определённо ждёт смерть. — Вэнь Сюй был доволен таким раскладом, ведь больше не придётся слышать о будущей мадам Мо. — Я про то, что молодому господину Вэю, в любом случае, наверняка придется убить её, если он не хочет, чтобы его душу разорвало на части. — Да, но смерть никого ждать не будет, — согласно покачал головой Лин. — как крестьянин собирает жатву, так и она собирает души. — Откуда же такие познания? — заинтересовался Цзинь Гуаншань, но услышав его вопрос, интересно стало и остальным. — Из библиотеки наставника, — получив разрешающий кивок от Юн Ю, ответил он. — но бо́льшая часть знаний получена от занятий с ним. Он очень любил оставлять нас у своих экстравагантных знакомых, вроде той же Смерти. Но её можно считать самой необычной. Рассказывать о ней не буду. — Чтоо?! — Вы видели Смерть?! Подобные вопросы были выкрикнуты почти всеми. Все в шоке смотрели на, как оказалось, отнюдь не мирных обитателей Долины Спокойствия. «Ясно. Теперь всё понятно. Если уже общался со Смертью, то падать в обморок, почувствовав смерть и тёмную энергию, уже не будешь.» — Вэнь Жохань был доволен полученной разгадкой того, почему Лин не потерял сознание, хотя явно имел слабый уровень светлого самосовершенствования. — Прошу всех успокоиться! — Юн Ксу не нравился образовавшийся после слов Лина шум. Поэтому, чтобы убрать его, она решила, что Лину нужно взять ответственность за это. — После прочтения главы во время перерыва, вы можете обсудить всё более подробно с Лином. — Ах да, можете посетить библиотеку, если интересно. — расслабленно проговорила Юн Ю после получения возмущённого и наполненного страхом взгляда от своего сяошиди. И обворожительно улыбнулась в сторону чтеца. — Глава Ордена Цинхе Не, прошу, продолжите чтение. От этой улыбки тот немного завис. Что, естественно, уловил Лань Сичэнь, зачем-то проследивший за направлением столь… нежной улыбки, почему-то направленной не на него. Услышав её разрешение на посещение библиотеки, яростнее всех воспользоваться им хотели Мэн Яо, Сяо Синчэнь, госпожа Мо и Цзинь Гуаншань. Мэн Яо надеялся найти в библиотеке книги, которые помогут ему на стезе самосовершенствования, Сяо Синчэнь очень сильно хотел прочитать Сюэ Яну и А-Цин сказки или интересные рассказы. Почему-то он был уверен, что они в библиотеке есть. Госпожа Мо желала посетить библиотеку по схожей с Мэн Яо причиной, только она хотела прочесть и запомнить то, что пригодится её сыну, как заклинателю. У Цзинь Гуаншаня была самая злонамеренная причина, он хотел вычитать в библиотеке Дворца Спокойствия что-то, что могло бы помочь ему в интригах или что-то о применении Тёмного Пути. Лю Синьхуа почувствовала, что её муж вполне может опозорить весь их клан, и решила следить за ним тщательнее обычного, проверить все книги, которыми он заинтересуется. Придя в себя после пары щелчков пальцами , Не Минцзюэ склонил голову к книге. — Она привыкла во всем помыкать своим мужем, вот и сейчас толкнула его в бок со словами: «Зови всех! Зови всех сюда!» — Что за бесчувственное существо?! — на слова романтичного Не Хуайсана об обращении мадам Мо со своим супругом лишь кивнули соглашаясь. — Если уж она не любила ребёнка, то хотя бы мужа могла бы любить. — покачав головой Юй Юнхуа вспомнила про несчастный брак своей мэймэй и счастливый своей цзецзе. Только в первом браке дети были, и она их хоть и своеобразно, но любила, только мужа задавила характером. Во втором не было детей, но супруги были друг у друга единственным счастьем, хотя появись у них ребенок, они бы также скакали от счастья. — А зачем звать всех? — подозревая какую-то неприятность спросил Вэнь Сюй. — Неужто там не все собрались? — Получается, что так. — пожал плечами Вэй Усянь. Ему хотелось быстрее услышать, какое описание даст книга его взрослому шиди и взрослому Лань Чжаню, с которыми он обязательно, хоть один раз за книгу точно, встретится. — Однако ее муж был будто бы в трансе. Возможно, гибель единственного сына так повлияла на него, что он толкнул её в ответ. Этого мадам Мо никак не могла ожидать, и потому упала на пол. — Ну хоть ему небезразлична судьба его сына. — Синьхуа всё также следила за своим мужем, но услышав этот абзац, она выразительно посмотрела на него, намекая на то, что вот ему безразлична судьба любого из своих детей. — Так ей и надо, бесчувственной! — довольно воскликнул Не Хуайсан и по привычке, выработавшейся за время знакомства с братьями из Юньмэна, повернул голову в сторону и уже хотел всё обсудить, но братьев там не было. Он всё же смог встретиться с ними взглядом, и также взглядом ему сказали, что не сиди рядом с ним Не Минцзюэ, они сели бы рядом с ним, но увы, пути судьбы неисповедимы. — Раньше ей не приходилось даже толкать его. Стоило ей лишь повысить голос, как он немедленно бросал всё и бежал по её требованию. И как только у него хватило смелости дать ей отпор сегодня?! — И правда, чем же этот день отличался от других? — сарказм в голосе главы Вэнь не услышал бы только глухой. — И правда чем? — ещё более нагло решил проверить границу дозволенного, принявший решение, что обсуждение — это ещё нормально и могло быть хуже, Лин. — У них явно каждый день умирают единственные сыновья. — доверительно, но чтобы все слышали, ответил Вэнь Жохань, смотря в глаза Лина, на этот раз поддержавшего взгляд встреченным дольше и не сильно покрасневшего после. — Выражение её лица вызвало у слуг настоящий ужас. Трепеща от страха, А-Дин помогла своей госпоже. Встав, Мадам Мо сжала своё одеяние на груди и дрожащим голосом произнесла: «Ты… Ты… И ты тоже убирайся отсюда!» Но её муж остался стоять на месте, будто ничего не слыша. А-Дин красноречиво посмотрела на А-Туна, и тот быстро увёл своего господина на улицу. В Восточном зале началась полная неразбериха. Как только разговоры немного поутихли, Вэй Усянь вознамерился ещё раз осмотреть труп. Однако едва он успел взглянуть на тело, ещё один дикий крик прорезал воздух. Услышав о крике, мало кто удивился, крик был вполне ожидаем. — Плохо, что началась неразбериха, в ней нечисти легко найти жертву, и сразу никто не поймёт. — Лань Цижень был раздосадован. Он понимал, что молодые адепты его Ордена возьмут себе тяжкий груз вины на душу за жертвы, что появятся в попытке обезвредить нечисть. — Несмотря на наглость, слуги семьи Мо всё же смышлёные. — ухмыльнулся Цзян Чэн. Из-за слов Цзян Ваньина про смышлёных слуг многие вспомнили о таких, которые находятся с ними в одном зале, и повернули голову в сторону Иньчжу и Цзинчжу. Те настолько незаметно и тихо прислуживали госпоже Пристани Лотоса, что о них все давно забыли. Они, почувствовав взгляды наблюдателей, постарались ещё больше слиться с обстановкой. — Все поспешили наружу. В Восточном дворе на земле лежало два дёргающихся тела. Первым оказался А-Тун, всё ещё живой, но находящийся явно не в себе. Второе тело было сморщенным и иссохшим, как будто бы из него высосали всю плоть и кровь. Левая рука уже исчезла, но рана не кровоточила. Состояние трупа было в точности таким же, как и Мо Цзыюаня. — Личность нового трупа ясна. — Не Хуайсан задумчиво поболтал в воздухе чашкой с легким вином. — Вопрос: нечисть успела вселиться в А-Туна? — Пока он в бессознательном состоянии, не понять: в обмороке он от увиденного или в него уже вселилась нечисть. — Лань Сичэнь вернулся в обсуждение прочитанного, к облегчению своих родных. Всё же наблюдать за погружённым в свои мысли и не обращающим на остальных внимание Сичэнем было странно. — Лично я склоняюсь к тому, что нечисть в него вселилась. — Юй Чжимин успел представить в голове подобную ситуацию. — Да, я тоже склоняюсь к этой версии. — зять Юй Чжимина также успел прийти к такому выводу. — Вряд ли нечисть оставила беззащитного слугу и не напала на него. Остальные считающие также, согласно кивнули. — Ещё секунду назад мадам Мо отвергла протянутую А-Дин руку, но когда она увидела труп на земле, её глаза широко раскрылись, и силы, наконец, оставили. Вэй Усянь оказался рядом, когда она обмякла, подхватил её и передал подоспевшей вовремя А-Дин. Он взглянул на своё правое запястье и увидел, что ещё один порез исчез. — Повезло же вам, Первый Ученик Юньмэн Цзян! — воскликнул Вэнь Сюй, смотря на Вэй Ина широко открытыми глазами. — Хмм, — глава Ордена Цишань Вэнь хоть и разгадал загадку Лина, но всё ещё по каким-то причинам не мог не смотреть на лисёнка. — если всё пойдет так и дальше, то ему никого не придётся убивать самому. — И мадам Мо, судя по всему, всё же умрёт. — тихо сказал Мэн Яо, обнимая всё также сидящую на его коленях и усердно плетущую что-то на конце его хвоста А-Цин. — Вероятность того, что мадам Мо умрёт, увеличивается. — усмехнулся Цзинь Цзысюань, которому не понравилась первая госпожа Мо. — Это-то понятно, — Цзян Чэну очень хотелось ткнуть своего шисюна локтем, но тот всё ещё сидел рядом со Вторым Нефритом. Заметив взгляд шиди, в котором так и читалось намерение дать тумаков, Вэй Усянь ехидно улыбнулся и показал ему язык, из-за спины Лань Ванцзи. — Но зачем ты поймал её?! — Вот из-за такого мышления у тебя и не будет девушки. — в голосе Вэй Усяня можно было уловить печальные нотки. — Молодой господин Цзян вполне красив. — оценивающе пройдясь взглядом по Цзян Чэну Юн Ксу сказала то, что хотели сказать несколько девушек в зале, но не сказали из-за приличий и старших, что могли мигом устроить им свадьбы. — Если молодой господин Цзян немного смягчит свой характер по отношению к девушкам и станет проявлять чуть больше галантности то, если не сейчас, так когда он вырастет, большинство девушек будут отдавать ему свои сердца. Если судить по тому, что мы мельком смогли увидеть, то можно смело делать вывод, что такому мужчине, просто увидев его, могли отдать свои сердца толпы девушек и возможно не только девушки. Этими словами она не только смутила Цзян Чэна, этими словами она заставила пройтись по нему оценивающими взглядами. Получив от своего брата взгляд, молящий прочесть следующие строки и тем самым спасти его друга, Не Минцзюэ решил помочь тому, да и наследник Лань пронзал наследника Цзян тем самым взглядом, что и несколько фэней назад самого Минцзюэ. — Муж мадам Мо умер мучительной смертью всего за несколько мгновений до того, как они выбежали из зала. Лица Лань Сычжуя и Лань Цзинъи побледнели при мысли об этом. Первым взял себя в руки Лань Сычжуй. Он спросил А-Туна, лежащего на земле: «Ты видел, что это было?» А-Тун был смертельно напуган и не мог даже открыть рта. Лань Сычжуй несколько раз спросил его одно и то же, но никакой реакции не было, А-Тун лишь продолжал молча трясти головой. — То есть в него не вселилась рука? — спросил Сяо Синчэнь, сгорая от любопытства. — П-по всей видимости, нет. — не задумываясь ответил, почти не заикаясь, Вэнь Нин. — Думаю, это можно узнать в продолжении. Так что давайте продолжим. — на этот раз это был Лин. Он чувствовал, что в скором времени его живот предаст его и заурчит. — Лань Сычжуй был сам не свой от волнения. Он попросил одного юношу отнести А-Туна обратно в зал и повернулся к Лань Цзинъи: «Ты послал сигнал?» Лань Цзинъи ответил: «Да, но в окрестностях старших нет, так что нам придётся подождать ещё как минимум час. Что же нам делать сейчас? Мы даже не знаем, что это за тварь». В ночном небе вспыхнул сигнал Ордена Гусу Лань. Это увидел стоящий к ним мужчина, в белых одеждах Гусу, с гуцинем за спиной. Длинные распущенные волосы встрепенулись от ветра. — Это… — Это же Лань Чжань! Лань Ванцзи почувствовал, что на мгновение оглох от крика Вэй Ина. — Ну вот и старший, который спасёт младших адептов. — расслабленно сказал Вэнь Жохань. — Только мне вот интересно, когда же мы увидим хоть кого-то из нынешнего молодого поколения не со спины? — А я что, не считаюсь? — Вэй Ин имел наглость обидеться на слова самого главы Цишань Вэнь. — В прологе нормально разглядеть твоё лицо в том мареве огня и тёмной ци, увы, мне не удалось. Возможно, перепалка продлилась бы и дальше, но Не Минцзюэ прервал её словами книги. — Если ученики, едва столкнувшись с тёмными созданиями, начинали заботиться только о собственном благополучии, они не только покрывали позором свой клан, но и сами не могли смотреть людям в глаза. Напуганные жители деревни Мо тоже не хотели уходить. Скорее всего, злой дух притаился среди них, и не было никакого смысла уходить от заклинателей, которые могли хоть как-то защитить их. Лань Сычжуй собрал волю в кулак и сказал: «Всем оставаться здесь и ждать подкрепления!» — Правильно. — гордый адептом Лань Цижень огладил бородку. — Всё же хотелось бы узнать, кто был наставником столь талантливого юноши. — задумчиво сказал Не Минцзюэ. — В этой главе подобной информации нет. — Это даёт нам повод быстрее дочитать эту главу. — сказали Лин и Вэнь Сюй, оба чувствовали что очень хотят поесть. Переглянувшись и каким-то образом поняв, что их желания совпадают, они с ещё большим энтузиазмом в глазах посмотрели на опешившего от такой реакции главу Не. Тот решил быстро дочитать, пока его не съели голодные слушатели, в числе которых находился он сам. — Увидев сигнал о помощи, другие заклинатели уже очень скоро поспешат сюда. И Вэй Усяню возможная встреча с ними не сулила ничего хорошего. Среди этих заклинателей мог оказаться тот, кто знал его в прошлой жизни, и дальнейший исход событий становился непредсказуемым. Вэй Усянь должен был уходить и держаться подальше от заклинателей. — Лань Ванцзи определённо входит в состав людей, которые знают тебя, — хихикнул Не Хуайсан, перебив своего брата. — учитывая то, как ты прячешься за ним от Цзян Чэна. — Ааа? Где это я прячусь? — Вэй Усянь придал себе самый невинный вид, который мог. — Все в зале свидетели того, как ты прятался за ним. — ехидно улыбнулся Цзян Чэн, и, чтобы предать своим словам убедительности, он обратился к своей сестре. — Правда же, цзецзе? — Правда, А-Сянь прятался за вторым молодым господином Ланем. — с нежной улыбкой сказала она, наблюдая, как тот заливается румянцем от её слов и подтверждающих кивком людей в зале. — Если вам нужно место бракосочетания, то можете воспользоваться нашим святилищем. — милостиво сказала Юн Ю, и словно не заметив шокированных взглядов, она спросила. — Давайте продолжим? Скрыв за кашлем свой смех, глава Ордена Цинхе Не, оторвав свой взгляд от смутившихся и покрасневших Вэй Усяня и Лань Ванцзи, продолжил. — Однако из-за проклятия он не мог покинуть деревню Мо. Кроме того, существо, с которым они столкнулись, забрало жизни уже двух людей за ничтожный промежуток времени, что означало его исключительную свирепость. И если Вэй Усянь ушёл бы сейчас, то подоспевшая помощь обнаружила бы лишь гору трупов без левых рук. И среди этих трупов были бы юноши, состоявшие в кровном родстве с кланом Лань. Немного подумав, Вэй Усянь сказал про себя: «Пора с этим заканчивать». — не дав никому перебить себя, закончил Не Минцзюэ. — Хмм, до прихода Ванцзи юноши явно будут в целости. — с благодарной улыбкой сказал Лань Сичэнь.