Из Красных лепестков и Черных Перьев/Of Red Petals and Black Feathers

Единственным звуком, который можно было услышать в комнате после такого заявления, было слабое гудение находившегося в ней механизма. Руби была не из тех, кого легко удивить, но даже она смотрела на фонтан силы, стоящий перед ними, с расширенными глазами, что резко контрастировало с безучастным лицом. - Мировая руна...? - почти прошептала Пенни, ее собственное потрясение и благоговение было гораздо более очевидным. - Я думала... Я думала, это всего лишь миф... - Конечно, думала. - ответил Джакс, в кои-то веки без намека на беспечный сарказм в своем тоне. - Они были одним из самых сокровенных секретов Института. О них знали только три высших члена Совета, лишь горстка древнейших чемпионов, а из них только Райз, Кейл и я имели представление о том, что с ними делать. Ну, Зои, возможно, тоже, но никогда не знаешь, что творится у нее в голове. - Что такое... мировая руна? - нерешительно спросил Жон, с осторожным любопытством и беспокойством поглядывая на дремлющую в капсуле женщину. Арслан рядом с ним молчала - видимо, слова в кои-то веки не помогли ей. - И что с ней такое? - Боюсь, оба вопроса требуют... изрядной доли контекста. Это история, которая была древней еще до появления Ремнанта. Но именно поэтому я и привел вас сюда. - После нескольких мгновений томительного молчания Озпин начал объяснять. - Мировые Руны, мистер Арк - это набор непостижимо древних, неизмеримо могущественных артефактов. Некоторые даже считали, что они являются истоком всего сущего Рунтерры, так сказать, инструментом нашего творения. Учитывая, о какой силе идет речь, я бы не был склонен с этим не согласиться. - Да, ни черта подобного. Они были еще до моего времени, но все знали старые истории. Когда на Рунтерре возникли первые цивилизации, они в конце концов наткнулись на эти вещи, похороненные и спрятанные в старых, забытых уголках мира. - Самый древний из присутствующих вклинился в разговор, взяв на себя объяснение, и в его облике появились мрачные воспоминания. - Можете себе представить, как хорошо это получилось, учитывая, что произошло после того, как их нашли. - Ты имеешь в виду Рунические войны. - Пенни ответила, скорее утверждая, чем спрашивая, поскольку соединила все точки. - Да, оказывается, оставлять абсолютную власть в руках людей, которым интересно, что эта власть может сделать - ужасная идея. - Гроссмейстер подтвердил это, покачав головой. - Одни хотели узнать, насколько велики возможности Рун, другие жаждали их силы и хотели присвоить ее себе. В результате возникло дерьмо, которое буквально перекроило лицо мира. Магия разбушевалась, империи были уничтожены в считанные секунды. Старые империи практически уничтожили сами себя и едва не потащили за собой весь остальной мир из-за этих вещей. - Погодите-ка... - пробормотал Жон, в его голове проносились мысли о невообразимом прошлом. - Вы хотите сказать, что ваша Рунтерра сама была остатком еще более древней...? - Увы, господин Арк, поговорка о том, что те, кто не учится на ошибках прошлого, обречены их повторять - не просто банальность. Это несомненная истина. - ответил директор. - После довольно длительного периода восстановления мира и возникновения новых государств Институт Войны и Лига Легенд появились в попытке предотвратить подобные катастрофы, а Мировые Руны вновь канули в лету, известные лишь немногим. - И одним из них был Райз... - продолжил Джакс, и, услышав это имя в очередной раз, Руби задумалась... ...Она вспомнила этого человека, угрюмого и изможденного, носящего следы непосильной ноши в самой своей плоти и душе, силу, проступающую сквозь руны на фиолетовой коже, массивный свиток, пристегнутый к спине, оседающий на его плечах, как тяжесть всего мира... - Он был выжившим после катаклизма, человеком, который видел Рунические войны во всей их ужасной славе и мудро решил, что такая сила должна быть скрыта для всеобщего блага. Он долго, очень долго путешествовал по всему миру, находя Руны одну за другой и доставляя их в секретное место, где они были бы в безопасности, а мир - защищен от них. - Я даже не знала... - грустно сказала Пенни, опустив глаза и моргая, словно отгоняя слезы, которые никак не хотели появляться. - Он всегда был таким отстраненным, таким грубым... - Да, в общем-то, так оно и было. Когда его не призывали сражаться на полях правосудия, он обычно выходил в мир, охотясь за следами любой Руны, которая могла ускользнуть от его внимания. Парень не доверял никому, кто мог бы сохранить в тайне такую силу. Да что там, он даже себе почти не доверял. Я до сих пор не знаю, как Ашраму удалось убедить его допустить к секрету меня и всех остальных. - Джакс пожал плечами. - Но ему это удалось. И мы были бы рады, если бы все так и осталось, но, увы, мир продолжал вращаться, и новые формы дерьма продолжали происходить. Дважды за всю историю Лиги ситуация в мире становилась настолько серьезной, что попытка использовать силу Рун становилась последним отчаянным решением. Один из таких случаев был во время событий с Даркинами. - Так вот как Институту удалось остановить Ксолаани? - перебила Пенни, не ожидая такого откровения. - Я думала, это дело рук Кейл! - Да, девчонка приписала себе эту заслугу, чтобы сохранить все в тайне, но это Райз вызвал одну из Рун, чтобы свалить эту суку. Конечно, он оставил огромный кратер на краю Шуримы, но дело было сделано. - Гроссмейстер ответил. - И, конечно, есть второй случай, когда мы были настолько отчаянны, что прибегли к ним... - Гримм. - Жон осознанно выдохнул, решив оставить вопросы о других упомянутых событиях на потом. - Действительно, Гримм неуклонно набирал силу, становясь все сильнее и сильнее с каждой победой в этом конфликте, и снова Мировые Руны были извлечены из своего укрытия и использованы, чтобы попытаться остановить угрозу. - Директор ответил, но затем сделал паузу и глубоко вдохнул через нос. - Нет нужды говорить, что, учитывая нашу нынешнюю ситуацию, все закончилось плохо. - Но как? - спросила Пенни, одновременно ужасаясь и отчаянно желая получить разъяснения. - Как все могло так обернуться...? - Предательство, малышка. Предательство самого худшего рода. - Джакс ответил, и Руби медленно моргнула, заметив в его тоне нехарактерную для него злость. - После того как Даркины потерпели поражение, Райз хотел применить более взвешенный и контролируемый подход к использованию Рун. Меня там не было, я был приставлен держать этих чертовых тварей на расстоянии вместе с другими более боевыми чемпионами, которые выжили, но там был целый ритуал, черт возьми. Они привлекли самых могущественных из призывателей и самых магически и духовно настроенных из чемпионов. Колминье, Райз, Карма, Сорака, Ле Блан, черт, даже Синдра участвовала в этом, настолько серьезной была ситуация. - Мужчина покачал головой, словно борясь с воспоминаниями. - В конце концов, Райз был прав, не желая, чтобы знание об этой силе распространялось, потому что кто-то сильно облажался. В один момент я был на поле боя, стоял против целого потока чудовищ, а в следующий... бабах. Он замолчал, словно погрузившись в давно минувшие события. Было ясно, что чемпион не желает продолжать разговор. - Подробности... Мы не знаем. - Озпин снова взял слово, когда молчание стало слишком долгим. - Все, что мы знаем из контекста - это то, что ритуал был каким-то образом дестабилизирован, сила рун вышла из под контроля. И тогда великие глифы, эти воплощения всего сущего... сломались. И мир сломался вместе с ними, причем в буквальном смысле. Континенты тонули, целые виды были стерты с лица земли, сама ткань магии была изменена непостижимым образом. Рунтерры больше не было, остались лишь прах и пыль. В комнате снова воцарилась тишина, тяжелый груз откровений дополнил трепет силы, который ощущался вокруг. Руби обдумывала сказанное и вспоминала давно минувшие времена, те, что даже сейчас она с трудом различала, надеясь найти хоть какое-то объяснение... Она помнила только камеру, черных тварей, которые приходили, чтобы быть убитыми косой и воронами, сырой, вязкий страх от того, что бесчисленные жизни были уничтожены, всемогущий треск, оглушительный грохот, ослепительную вспышку... а затем тишину, эту постоянную спутницу, и ожидание, как и всегда, бесконечное ожидание... Она покачала головой: это было бессмысленно. Ее демон был чересчур замкнутым, чтобы заботиться об окружающем мире... - И из этого пепла возник Ремнант... - заключил Жон, совершенно потрясенный откровениями, и не то чтобы девушка в красном плаще могла его винить, прежде чем его взгляд снова упал на женщину в капсуле. - Но... вы говорите, эти могущественные артефакты, которые якобы существуют с начала времен, просто сломались? Как? - Вопрос, который преследует нас и по сей день. Мировые руны были утеряны, исчезли вместе с катаклизмом, и у нас есть все основания считать их уничтоженными. У нас даже есть некоторые доказательства. - Директор ответил, устремив ровный взгляд на стоящих перед ним детей. - Вы, наверное, помните, я упоминал, что мы остались с последствиями катаклизма. Это была не метафора. Жон моргнул, обменявшись непонимающим взглядом с Арслан, после чего оба повернулись к столь же озадаченной Пенни, которая глубокомысленно нахмурилась, обдумывая последствия, но в итоге первой все поняла Руби. - Прах и пыль... - пробормотала она, заставив все взгляды упасть на нее. - Проницательно, мисс Роуз, молодец. - Директор ответил одобрительным кивком. - Пыль, мистер Арк, топливо нашей нынешней цивилизации, оружие, с помощью которого мы сдерживаем Гримм. А ведь это в буквальном смысле обломки катаклизма, погубившего Рунтерру, не более чем пылинки от самих Мировых Рун. - ... Вы, должно быть, шутите? - выдохнул Жон, глядя на него расширенными от понимания глазами и быстро поворачиваясь к девушке в капсуле. - Как же, как же она во всем этом участвует? - ...Пыль - это все, что оставили после себя Руны, или так считалось какое-то время. После катаклизма магия сама по себе ослабла и исчезла из мира, словно сама реальность устанавливала новую парадигму. Исчезли могущественные чародеи древности, в забвение ушли те, кто был наиболее глубоко связан с ней. Со временем лишь немногие выжившие и их потомки сохранили способность к магии, но и это со временем настолько размылось, что такие люди встречаются крайне редко и рассеяны по всему земному шару. Для большинства людей на месте магии остается лишь ее подобие. - Директор снова посмотрел на учеников, и в его лице промелькнула язвительная усмешка, вызванная очередным внезапным осознанием. - С вашим интересом к истории, мистер Арк, вы уже должны были понять, что происхождение имени часто бывает более буквальней, чем может показаться. Мальчик ничего не ответил, настолько он был сосредоточен на желании услышать ответ, и директор кивнул в знак согласия. - Но, как я уверен, вы все прекрасно понимаете, прошлое не так уж и далеко позади, как может показаться. Как выяснилось, пыль - не единственное, что осталось от мировых рун. Время от времени на протяжении веков появлялись люди, обладающие силой, превосходящей все, что видел мир. Те немногие, кто выжил во времена катаклизма, быстро поняли, что эти люди - носители силы, которую они быстро признали принадлежащей мировым рунам, носители частицы их силы, осколка, во много раз более могущественного, чем сама пыль, но все же не идущего ни в какое сравнение с оригиналом. О таких людях слагались легенды, такие, как о Девах Сезонов. Некоторое время директор не отвечал, с горестным сожалением глядя на дремлющую женщину, и с его губ сорвался усталый вздох. - Эмбер была моей ученицей. По воле случая она оказалась одной из тех немногих, кому до сих пор удается проявлять магию в ее истинном виде, что и привлекло мое внимание. - Мужчина покорно пояснил. - Она была такой яркой, почти как звезда. Сила давалась ей легко, и я делал все возможное, чтобы помочь ей овладеть ею. Но никто из нас не был готов к тому, насколько велика сила осколка, проявившегося в ней. Это ничтожно мало по сравнению с тем, с чем приходилось иметь дело самому Райзу, но все же гораздо больше, чем может выдержать обычный смертный. Она старалась изо всех сил, действительно старалась, но в конце концов стало ясно, что эта сила поглотит ее изнутри. Она добровольно согласилась на то, чтобы ее запечатали, дабы она не стала опасной для себя и других. Так она и осталась здесь, дремлющая беспробудным сном, обреченная на изоляцию не по своей вине... - ...Неужели нет способа помочь ей? - Пенни не могла не спросить, глядя зелеными, полными печали глазами на девушку в капсуле. Она выглядела такой умиротворенной... Руби тоже смотрела на женщину, Мерл жалобно ворчал у нее на плече. Девушка в красном плаще смотрела на Эмбер, ощущала излучаемую ею силу и думала, можно ли спасти ее... И тогда она вспомнила фигуру, которая была не более чем обугленной карикатурой на давно ушедшего человека, не более чем марионеткой, воплощением беспечного разрушения, радостно гогочущей, когда вокруг полыхал огонь, объявший весь мир... ...Она не удивилась, когда единственным ответом директора было печальное покачивание головой.