Спасти тебя, Мишка

***

Этим тёплым летним вечерком ребята условились собраться дома у Балунова. Необходимо было обговорить некоторые детали предстоящей поездки на фест, порешать насчёт жилья для девчонок, да и просто посидеть большой компанией с пивком. Поговорив с Андреем и взяв с того слово, что они с Лисой придут, Саня стал набирать Миху. Парень вновь пребывал в царстве Морфея из-за усталости от бесконечных репетиций и потому преспокойно дрых на диване, овеваемый тёплым ветерком из открытого настежь окна. Посему вместо него на требовательный вызов мобильника ответила Юлия. — Алло? — Здорово Юлька, ты? — удивлённым тоном отозвалась трубка мобильника. — Да, Сашка, привет. — Не сочти меня грубым невеждой сейчас, но… — слегка неуверенно начал Балунов. — Дай угадаю — ты хотел поговорить с Мишей? — закончила за него девушка, зажав мобильник между ухом и плечом, чтобы не выпал, и протирая скопившуюся на столе пыль влажной тряпкой. Девушка решила заняться уборкой в этот, как ей думалось, свободный день. Решив хоть как-то привлечь к данному событию Мишку, она попросила его поставить телевизор на пол и полить цветочки. Ну, Мишка и сделал ровно то, что от него требовалось, а после благополучно завалился спать, как бы откосив от новых поручений. — Ну… Как бы… Да, — проговорил Сашка. — Он там как, может говорить? Или я не вовремя позвонил? — Ты позвонил вовремя, только Миха спит, — глянув на Горшка, развалившегося на кровати в позе странной звезды, ответила Юля. — У тебя что-то важное, мне разбудить…? — Не, не надо, пускай дрыхнет. А то потом ворчать на меня ещё полгода будет за то, что поспать не дал, — хмыкнул Балу. — Я чего вообще звоню-то… Пригоняйте сегодня вечерком ко мне, посидим всей компанией. Пива там купим, поболтаем, важные вещи обсудим. — Погоди Саш, всей компанией — это кто? — спросила Юля, выжимая над тазиком тряпку и крепче прижимая к плечу телефон. Не дай Бог упадёт в мыльный раствор, денег на новый мобильник у неё пока нет. Рядом звучно заскрипел кроватью ворочающийся Мишка. Он немного поворочался, затем улёгся на бок, лицом к девушке, и подложив под голову руку, вновь сладко засопел. — Ну-у, вы с Михой, Андрюха с Лисой… И ещё кое-кто, — таинственным тоном произнёс Балунов. — Так-так Сашка, и кто же там ещё будет? Давай-ка, колись, — с улыбкой произнесла Юля, бросив тряпку в тазик и присев на свободный краешек кровати, откинула со лба прилипшие волосы. Погода стояла невероятно жаркая для Петербурга, отчего окна постоянно оставались распахнутыми, но даже это не помогало. Взглянув на миловидно улыбающуюся физиономию Горшка, девушка осторожно провела ладонью по его вечно ершистым волосам. Когда же, наконец, он подружится с расчёской? Миха, видимо, почувствовав сквозь сон тёплую руку, приятно гладящую его по голове, одобрительно застонал. — Вот придёте ко мне и всё узнаешь, — Саня ясно дал понять, что не станет раскрывать карты. И чтобы создать для Юльки ещё большую интригу, как бы невзначай добавил. — Могу сказать одно — ты точно её знаешь. — Ага, значит девушка, — хихикнула Юлька и слегка отклонилась спиной назад, задев спящего Горшка. Нервно дёрнув ногой и проснувшись, Миха осторожно приоткрыл один глаз. Узрев сидящую рядом девушку, парень улыбчиво оскалил зубы и показательно громко зевнув, попытался сделать вид, будто хочет перевернуться на другой бок. А сам, повернувшись на спину, как бы невзначай закинул ладошку на ногу девушки выше коленки. Юля, которая была одета в короткие шорты, почувствовала чужую руку на ноге. Взглянула на Миху, который быстренько закрыл глаза, чтобы не спалиться и чересчур громко захрапел, слегка причмокивая губами. Но всё же одно маленькое обстоятельство выдавало его с потрохами — замершая на губах счастливая донельзя лыба. — Ну-у, девушка, да, — не стал отпираться Балу. — В общем, пригоняйте к пяти. Я пока всё тут организую. — Хорошо, мы придём. — Пиво будет? Если нет — не пойду, — нарочито сонным голосом промямлил Мишка, который в пол уха слушал разговор и ещё раз громко зевнул, не открывая глаз. Замёрзнув от гуляющего по комнате сквознячка, он нахмурил брови и пошарив другой рукой по кровати, нащупал краешек простыни и натянул на себя. Не хватало ещё простудиться перед самым фестом и петь с болящим горлом. — Подожди Саш, тут Мишка проснулся и спрашивает про пиво. Говорит — если не будет, то он не придёт, — сказала Юля, на что Мишка невнятно пробормотал что-то утвердительное. — Передай этому храпуну, что если он не придёт, то его потом ждут большие пиздюли, — притворно-злобным тоном проворчал Саня. — И не только от меня. — Слышал, Мишк? Если не придёшь — тебя будут ждать большие пиздюли от Балу, — едва сдерживая смех, проговорила Юля, наблюдая, как хмурятся брови и недовольно надуваются губы. «Притворщик ты, Мишань. Как по дому помочь — так я устал, спать хочу. А как пиво хлебать с парнями — первый на очереди». Решив подшутить над парнем, Юлька пододвинулась поближе и осторожно поднесла к Мишкиному хмурому лицу мобильник, где всё ещё шёл вызов. — Чё? Пиздюли… Сам отпизжу… — пробормотал бессвязно Горшенёв, всё ещё не соизволивший открыть свои очи и не знающий, что Саня сейчас его слышит. — Тогда никакого тебе пива. Все будут пить, а ты слюнки пускать, — тут Горш резко распахивает глаза и замечает у себя под носом мобильник, который держит уже не сдерживающая смех Юлька. Быстро перехватив руку девушки, Миха выхватывает аппарат и громко говорит, крепко держа в своей руке девчачью ладонь. — Нихуя себе угрозы. Пиздец как боюсь, Сань, ты бы знал, — с усмешкой проговорил Миша, а рядом просто заходилась в припадке смеха Юлька. — Ну вот бойся. И вообще, мне надо прибраться в хате своей. Покеда короче, — и Балунов отключился. Мишка, продолжающий удерживать руку громко смеющейся Юли, отбросил мобилу и вдруг дёрнул руку на себя, отчего девушка упала к нему на грудь. Не давая времени опомниться, Миша с хитростным видом подхватил Юлю под бёдра и немного приподняв, резковато усадил на себя. Услышав короткий громкий вздох, парень расплылся в довольной улыбочке. Всё идёт, как надо. Крепко сомкнув пальцы за спиной девушки и плотно прижимая худенькое тело к себе, чтобы «жертва» не смогла вырваться и сбежать, Миша проговорил слегка хрипящим тоном: — Ну и чё это за шуточки такие, м? — Вообще-то я тебя хотела спросить, — Юля медленно склонилась к улыбающемуся Горшку, уперевшись ладонями в его голую грудь и остановившись буквально в паре сантиметров от приоткрытых губ. В подсвеченных солнцем карих глазах резвились маленькие озорные чертята, горячее прерывистое дыхание опаляло открытую шею, лёгкие вместо вдохов издавали лишь глухие сдавленные хрипы. — А чё я сразу? — возмутился Мишка, глядя прямо в сверкающие глаза Юли и крепче сжимая пальцами девчачью талию. — Я знаю, что нихрена ты не спал, — Юля склонилась вперёд и оставила на губах Горшенёва лёгкий, почти невесомый поцелуй. Миха шумно выдохнул, прижимая девушку к себе ещё сильней. Его совершенно не устроил такой короткий поцелуй и переместив руки за голову девушки, Миха рывком прижал её к себе, с наслаждением впечатываясь в пухлые губы. Их отношения по-прежнему оставались на уровне игривых поглаживаний, крепких объятий и совсем не невинных поцелуев, на нечто большее надеяться пока не приходится. Да Мишка и не торопит, всё понимает и готов ждать нужное время. Зато в ощущениях и восприятиях девушки стали происходить некоторые изменения. Юлька постепенно начала справляться со своими воспоминаниями и стрессами пережитой травмы. С этим ей старательно помогали ребята, и в частности, Мишка. Он вытаскивал её гулять каждый свободный от репетиций вечер, старался максимально оградить от лишних стрессов, поднимал настроение бесчисленными шутками и историями. Помогало конечно, только в не очень большой степени, но Миха не отчаивался. Иногда они заходили в гости к Дюхе и Алиске, которая быстренько выпроваживала ребят на балкон, а сама утягивала сестру на кухню и подробно расспрашивала о самочувствии, проблемах и новостях. Один раз они даже добрели до Сашки Балунова, где Юля познакомилась, а вскоре и подружилась с Олей. Как выяснилось в ходе разговора, старшая сестра басиста работала в больнице медсестрой и была в курсе произошедшей с Юлей и Олесей ситуации. Вначале девушки просто разговаривали о всякой всячине, Олька легко смогла расположить к себе Юльку открытостью и добротой. Затем, спровадив парней в другую комнату под предлогом ремонта телевизора и удостоверившись, что они не будут подслушивать, Оля осторожно завела речь о случившемся. Девушка понимала, что Юле может быть до сих пор больно и страшно вспоминать эти ужасные моменты и старалась не давить. Оля пыталась постепенно, маленькими шажками выяснить подробности, узнать о грызущих переживаниях девушки, чтобы составить полную картину и определить пути помощи. Она изучала психологию на одном из курсов медицинского и имела весьма неплохие знания в этой области. Оле хотелось помочь Юле вновь почувствовать спектор ярких красок жизни, помочь восстановиться, сбросить с себя этот «мёртвый» груз, тянущий душу на дно. Вполне вероятно, что девушка не сможет до конца оправиться от пережитого, но при правильном подходе и проработках психологической травмы она хотя бы отпустит большую часть переживаний. Научится справляться и жить с ними. Ольга не была колдуньей, она не могла стереть ужасающие события из головы Юли или почистить ей память. Зато в её силах было дать девушке надежду на лучшее, на исцеление и нормальную жизнь, без всяких кошмарных снов и внезапных панических атак. Никто не может помочь стереть, убрать, забыть какие-то страшные, ужасные или неприглядные моменты нашей жизни — наука пока не достигла такого уровня развития. Но ведь можно научиться сосуществовать со своими воспоминаниями и проблемами, ведь что бы ни произошло на отрезке нашей жизни, плохое или хорошее — это бесценный опыт, делающий характер сильней. Ведь если бы с людьми случались только хорошие моменты, человечество в итоге превратилось бы в «эйфорийных» весельчаков. Кто-то, возможно, скажет: «Что же плохого в радости?». В радости, скажу я вам, совершенно ничего плохого нет и нужно уметь радоваться. Плохое наступает тогда, когда под действием дофамина мир воспринимается в одних только светлых, ярких тонах. Иначе говоря, когда окружающий мир воспринимается как утопия, полная весёлых беззаботных людей, искренних улыбок и радостей. Казалось бы, жить в таком мире — отчего ж не удовольствие? Но жизнь — не утопия, не картинка из доброй сказки. Горе и радость в ней смешиваются в равных пропорциях, чтобы человек умел и радоваться каждому новому дню, и горевать по ушедшему близкому другу. Чтобы человек умел чувствовать, чтобы он жил, а не просто существовал. Утопия — обман, красивая иллюзия о жизни, которой никогда на самом деле не будет, и не следует жить одними мечтами, обманывая самого себя. После продолжительной беседы с Олей Юле и вправду стало легче, словно лёгкие освободили из тесно сковывавшей железной клетки, а организм очистили от части грязных помоев. — Спасибо тебе, Оль. Правда, мне легче будто стало. — Я рада, что смогла помочь, — приятно улыбнулась Ольга. — Приведи как-нибудь свою подругу к нам. Ты говорила, она того… — Беременна, — тяжело выдохнула Юлия. — Хорошо, я поговорю с Олесей. — Бляха-муха… Не спал я, и чё? Накажешь меня? — сдавленно прохрипел Горшок, неотрывно глядя на такие манящие губы девушки и невольно облизывая свои. — Ох, Мишка, — вздохнула Юля и мягко потёрлась кончиками носов, отчего Миша, лениво прикрыв глаза, протяжно и низко заурчал, словно большой кот. «Вот же… Дразнится, ё моё. Как будто специально. Ещё немного, блять, таких дразнилок — и я реально не сдержусь», — пронеслось в мыслях парня. Неожиданно Миха вцепился пальцами в талию Юли и ловко перевернулся, так что теперь уже девушка оказалась лежащей на подушке, а парень плотно усаживался на её узковатые бёдра. Не давая Юле сообразить, что к чему, Миха быстро припал с поцелуем к губам девушки, грубовато сминая их, а длинные пальцы медленно поползли под домашнюю футболку. От холодных ладоней девичье тело непроизвольно содрогнулось, пропустив через себя маленький разряд тока. Запустив пальцы в вихрастые волосы, путаясь и слегка оттягивая прядки назад, Юлия заставляла Горшенёва издавать тихие рыки вперемешку с довольными постанываниями. Он, в свою очередь, отдавал ей сполна, свободно блуждая руками под футболкой и ощущая пальцами такую тёплую кожу, мягко сминал и гладил её, от чего пробегали стаи приятных мурашек. Прикусив зубками нижнюю губу девушки и услышав одобрительный вздох, Миша начал слегка её посасывать, будто пил из неё кровь. Он, словно кровожадный вампир, с наслаждением терзал губы бедной жертвы, сильней прижимался бедрами и слышал в ответ заводящие постанывания, отчего сознание стало постепенно уплывать. И всё же Мише приходилось как-то контролировать свой пылающий пожар чувств. Юльку вновь может триггернуть ужасными сценами прошлого и она в очередной раз оттолкнёт его от себя. — Миша-а… — сорвался громкий вздох с губ девушки, едва Мишка отстранился и припал мокрым поцелуем уже к шее, бесстыдно задирая вверх домашнюю футболку. Юля ясно чувствует его физическое возбуждение и яростно стремящееся вырваться наружу желание. Она всё понимает. Но пока всё же не готова принять его целиком. Ещё не время. — Да, детка? — покрывая смазанными поцелуями плечи девушки, томно прохрипел Горшенёв. Этот низкий голос будоражил сознание, заставляя отдаться, подчиниться чужой воле. — Я… Миш, я не… Не могу, — эти слова давались Юле с большим трудом, она не хотела и слегка боялась вновь расстраивать Мишу отказом. Хорошо понимала, что парень не железный и каждое такое сдерживание через большую силу не очень хорошо сказывается на его здоровье. Она хотела с Мишкой, действительно хотела, но ничего не могла сделать — нечто, сидящее где-то глубоко внутри, упрямо старалось препятствовать их союзу. Как бороться с этим, что делать, Юля не знала. От собственного бессилия хотелось свернуться калачиком и плакать, только чтобы этого не видел Мишка. Она любит его и хочет, чтобы рядом с ней он был действительно счастлив. Услышав об очередном отказе, Мишка через силу, но прекратил свои поцелуи и ласки. Поправив полы футболки и слезя с бёдер девушки, он просто улёгся рядом, перехватив рукой талию Юли и подтянул поближе к себе. Возбуждение плескалось на слишком высоком уровне, поэтому Миша сделал несколько глубоких вдохов и выдохов. Меньше всего на свете хотелось причинять любимому человеку боль и заставлять получать удовольствие против воли. Он хотел, чтобы Юле было максимально комфортно и спокойно с ним. Чтобы она действительно сама хотела этого, а не отдалась ему потому, что так требуют отношения. — Миш, всё… хорошо? — Юля обеспокоенно заглянула в глаза Горшенёва, переживая, как очередной отказ отразится на его состоянии. — Ты прости меня, я не… не могу. Всё ещё. — Всё нормально, Юлька. Не извиняйся, ты не виновата ни в чём, — привлекая девушку к себе под бок и зарываясь носом в приятно пахнущие карамелью волосы, произнёс Миша. — Я ж говорил — не буду давить, если не готова. За свои слова я отвечаю. — Спасибо тебе большое, — тихо ответила Юля, сворачиваясь плотным калачиком рядом с Горшком и положив голову ему на грудь. Миха вытащил большую простынь и замотав в неё девушку, крепко прижал к себе этот свёрток. «Миша, Мишенька… Такой понимающий, заботливый, добрый. А главное — терпеливый… Господи, будь проклят тот день, когда мы пошли на этот концерт. Если бы можно было отмотать время назад, я бы сослалась на головную боль и не пришла. Мишка бы понял меня. Я же вижу, что не всё у него хорошо, да мне и самой не в радость всё обрывать. Но… Не могу. Проклятье. Пусть горят в аду эти уроды. Мишка, ты только дождись меня, пожалуйста. Мы будем счастливы, обещаю». Через пару часов пришлось волей-неволей подниматься с такой удобной и мягкой кровати и собираться в гости к Шурику. Решив сильно не заморачиваться, Юля переодела только футболку и теперь красилась в ванной, пока Миша искал в шкафу чистые носки. Собравшись, ребята вышли из квартиры на площадку и тут Юле пришла идея позвать с собой Олесю. Девушка редко выходила гулять и вообще на улицу, за продуктами ходил Василий, который понимал положение подруги и не напрягал лишний раз. Животик постепенно увеличивался в размерах, Олеся дико его стеснялась и не принимала, нося нереально огромные тёмные толстовки. Из всего своего круга друзей она ограничилась общением с Юлей, да и то потому, что квартиры располагались по соседству. Юлька хотела познакомить свою подругу с Олей. Всё-таки та работает медсестрой и может много чего полезного рассказать Олеське по поводу беременности. А заодно и подавленное моральное состояние поможет подправить. Уговаривать девушку пришлось довольно долго — Олеся категорически не соглашалась идти к Балунову. — Ну чего я там пузом светить буду, блин? — Олеська, ё моё, не выдумывай херню. Пузо не светится, — улыбнулся Миха, но быстро потух под двумя взглядами — строгим Юлиным и слезящимся Олесиным. Отчитав Горшка за совершенно тупую шутку, Юля принялась успокаивать девушку тем, что будут только свои ребята, понимающие ситуацию. Никто не посмеет даже слово плохое в её адрес сказать (снова прожигающий Горшка взгляд). — Если не пойдёшь — мы с Мишей тебя насильно выпнем на улицу, — пригрозила Юля. — Вася тоже поможет. Ты несколько дней свежим воздухом не дышала. При упоминании Василия, которого не оказалось дома, Миха заскрипел зубами, но решил не раздувать конфликт. Подождав, пока подруга соберётся и оденется, ребята закрыли свои квартиры и отправились к Шурику.

***

— Андрей, ты собираешься? — спрашивала Алиса, крутясь перед зеркалом с кисточкой туши в руке. — Да-да, щяс я это… Немного ещё, — крикнул Князев, а сам даже не поднялся с кровати, продолжая пялиться в телевизор. — Блять, ну опять проиграл. — Ты с этой приставкой скоро света белого не увидишь. Щяс подойду и сама выключу. — Ладно, иду я, иду, — с неохотой выключая игру и телевизор, недовольно проворчал Андрей. Несколько дней назад Князь притащил домой игровую приставку типа «Dandy» вместе с потрёпанным временем автомобильным рулём. На вопрос Алисы о том, откуда же такая штукенция взялась, ответил, что знакомые пацаны отдали за ненадобностью. Не бесплатно конечно, а за целых три бутылки водки. И вот теперь который день (а если конкретно, то седьмой) Андрюха не может отлипнуть от старенького телевизора, увлечённо играя в автогонки. Конечно же, перерывы на еду и пиво существовали, но иногда и про них забывал наш автогонщик. Насчёт сна дела обстояли получше. Поначалу Алиска играла вместе с ним, они устраивали мини-турнирчики, за победу в котором причитался приз — целая банка пива. Но вскоре деньги стали заканчиваться, глаза от напряжения уставать, а гонки начали несколько надоедать. К тому же Алисе ещё хотелось посмотреть девчачьи сериальчики и киношки по телеку, так что приходилось насильно вырывать из рук упирающегося Князя приставку. После продолжительных споров, делёжки старого телека и едва ли не сломанной приставки ребята всё же смогли договориться. Решили занимать цветной экран по очереди: днём Андрюха рубится в гонки, а вечером смотрит кино Алиса. Бывало, что Лиса засыпала под очередной сериал, а Князев тихонько подрубал приставку и играл до самого утра. Конечно, если от шума телевизора не просыпалась девушка и не велела ложиться спать под угрозой выключения игры и конфискации приставки. — Юля не звонила? Как там у них дела? — бродя по комнате в поисках рубашки, между делом спросил Андрей. — Звонила. И если бы ты вчера не рубился до ночи, то слышал бы, что я с ней разговаривала, — беззлобно ответила Алиса, подкрашивая губы и поглядывая в зеркало на мечущегося Князева. — Рубашка твоя в шкафу. — Так-то я слышал, — Андрей распахнул шкаф и принялся выискивать глазами одежду. — Слышал, но не прислушивался. Нахрена мне ваши девчачьи разговоры подслушивать? Скукота одна. — А, хочешь сказать, ты просто так рядом с дверью в ванную стоял, пока я с Юлей говорила? — съязвила Алиса, прищурив глаза. — Да. Ну и ещё в туалет хотел, — выкрутился Андрей, вытаскивая на свет тёмно-синюю рубашку и показал Алисе язык, чего она, к его счастью, не заметила. — Ага, как же… Ладно, мы уже должны выходить. Ты готов? — Как истинный пионер — всегда, — улыбнулся Андрей, ловко застёгивая пуговицы и заправляя ткань в джинсы. — Это ты-то пионер, Дюш? — усмехнулась Алиска. — Из тебя пионер, как из Миши — учитель по английскому. — Ну чего ты опять на Миху бочку катишь, а? — нахмурился Князев, которого подколы Алисы насчёт друга слегка напрягали. Он до сих пор не знал причину их с Мишей «конфликта». — Чем он тебе не угодил? — Долгая история, — коротко ответила Лиса, надевая на ноги босоножки. — Которую ты мне обязательно расскажешь. И почему вообще учитель английского? — Просто я инглиш ненавидела в школе. У нас такой препод бесячий был, пиздец, — накидывая кожанку, ответила девушка. Закрыв квартиру, ребята скоро спустились по лестнице, поздоровавшись с сидевшей за столом на первом этаже вахтёршей. Решили идти пешком, благо запас времени позволял, да и не очень хотелось в жаркий летний день трястись и умирать в полном, как всегда, автобусе. Почему умирать? Из-за стареньких тёток, которым «вечно холодно и дует» из открытых окон и которые те благополучно захлопывают под возмущения других пассажиров. Им вообще не важно, что остальные должны помирать от жары и духоты, но ведь главное, что тётки не простынут. По пути Андрей затащил Алиску в продуктовый магазин. Как он пояснил, за закуской. — Балу нам обещал пиво. А какое пиво без закуски? — говорил Князев, стоя перед длинным холодильником с различными колбасами, сырами и выбирая, что из предложенного можно взять. — Ты и в закусках разбираешься? — хихикнула Алиса, крутясь рядом. — Конечно, а как же. Знаешь Лис, если правильно подбирать к пенному закуску, то на утро можно проснуться вполне здоровым, — подмигнул Андрей, доставая палку полукопчёной колбаски и небольшую упаковку сыра. — И в пиве-то разбираешься, и в закусках к нему разбираешься. Ну просто мечта, а не парень, — похлопав глазками, картинно вздохнула Алиса. — Я очень рад, что являюсь воплощеньем этой самой мечты, — самодовольно усмехнулся Князев, направляясь с продуктами к кассе и попутно слегка хлопнул девушку по упругой попе. — Князев, ты совсем охренел? — замахав руками, громко возмутилась Алиса, наблюдая, как парень с весёлой улыбочкой убегает к кассам. Ничего, Князев ещё получит своё, когда они останутся наедине. Неспешно подойдя к кассам и остановившись рядом с Андреем, сразу изобразившем на лице детскую невинность, Алиска шепнула ему на ухо: — Получишь ты у меня ещё, Князев… — Надеюсь, этим «ещё» будет нечто приятное, а не пиздюли, — со сладкой улыбкой прошептал в ответ Андрей, попутно двигаясь в очереди. — Всё зависит от тебя, милый, — проворковала девушка, опаляя шею парня тёплым дыханием. — Ты только сильно не зазнавайся. — Попрошу вас заметить, дорогая моя Алиса Витальевна, что мне не свойственно такое качество, как зазнайство, — состроив «важную» физиономию, деловитым тоном произнёс Андрей, за что едва не получил по шапке от девушки. Сложив оплаченные продукты в пакетик, парочка вышла из магазина и направилась в квартиру Балунова.

***

— Са-ань, а можно пиво уже открывать? — крикнул Мишка из кухни, на которую ушёл, чтобы покурить в форточку. Почему на кухню? А потому что балкон в жилище басиста предусмотрен не был. — Не смей, Горш. Дождёмся Дюху с Алиской, — предупредительно прокричал Балунов из гостиной, в которой с комфортом разместились на диване Юлька с Олесей и Ольга. Сегодня у девушки был выходной и узнав от брата о намечающейся в квартире тусовке, она решила посидеть вместе со всеми. К тому же Юля привела с собой подругу, так что Оля сможет улучшить момент и в разгар веселья увести Олесю в комнату, на разговор тет-а-тет. Пить она не собиралась, по крайней мере, до момента окончания разговора, для которого нужна кристально чистая и свежая голова и надеялась, что подруга Юлии тоже не станет употреблять алкоголь. За время своей работы в больнице ей встречались и такие мамочки, которые плевать хотели на запреты и глотали в себя всё, что только можно и нельзя. Ольга надеялась, что Олеся девушка благоразумная и не станет вредить малышу, даже если она его и не хотела изначально. Случилось как случилось и маленький не виноват в этом, он не должен всю жизнь расплачиваться за чужие грехи. — Ты смотри, Сань. Пиво может не дождаться ребят, — улыбнулась Юлия, удобно устроившись на мягких диванных подушках. — Я ему сказал: «Выпьешь один — больше нихуя не куплю». Ко мне никаких претензий потом, — ответил Балунов, сидящий на полу в обнимку с телевизором и пытающийся понять, в чём его проблема. Уже второй день телек плохо отображал картинку на экране, которая иногда вообще пропадала на несколько секунд. Разложив на ковре кое-какие инструменты, Саня копошился в заднем отсеке цветного ящика, а рядом с ним сидела в позе по-турецки Аня и глядела на процесс починки. Да, именно про эту таинственную девушку говорил Юле по телефону Балу. Когда они с Мишей поднялись до квартиры и нажав в звонок, стали ждать открытия двери, ребята и подумать не могли, что вместо хозяина квартиры увидят на пороге мило улыбающуюся Аню. Девушка была сама на себя не похожа — до этого одевающаяся строго и может, немножко серовато, сейчас она предстала в коротеньком голубом сарафанчике на бретельках, открывающим вид на тоненькие, словно спички, ноги. Светлые, как и у Балунова, длинные волосы были аккуратно заплетены и заколоты шпильками, на светлом личике красовался лёгкий макияж. Аня словно вся светилась изнутри, от неё исходили невидимыми потоками лучики радости и тепла. — Привет, ребят, — весело прощебетала девушка, приветственно обнимаясь с ошеломлёнными ребятами. — Мы вас уже заждались. — Анька… Твою ж… Это реально ты, меня щяс не глючит? — потирая кулаками глаза, воскликнул Мишка, оглядывая внешний вид Ани и подмечая про себя её стройную фигуру. «Во девчонка даёт, бляха-муха. На улице бы встретил — ни за что б не узнал. Только если по голосу. Интересно, это общение с Саней на неё так подействовало? А может, не только общение… Надо будет выяснить у него». — Не кажется, Миш. Это действительно я, — смущённо улыбнулась девушка, пряча руки в маленькие карманчики сарафана. — Ну ты хорош, Мишк. Умеешь делать девушкам комплименты, — недовольно покачала головой Юлия, глянув на парня. — Нереально шикарно выглядишь, Ань. Не обращай на Миху внимания, он просто ещё не дорос до комплиментов. — Кто не дорос? Я не дорос? — начал возмущаться Горшенёв, вскидывая вверх брови и размахивая руками. — Да я знаешь сколько слов красивых знаю? Очень, это самое, много. — Да, только что-то я редко их слышу от тебя, — ответила Юлия, скидывая с себя кожаную куртку. Аня весело упорхала обратно в гостиную и воспользовавшись моментом, Горшенёв рывком прижал девушку к стенке, крепко стискивая в ладонях плечи. — Редко, говоришь? Тебе разве важнее слова, чем действия? — шептал парень, обдавая ухо горячим дыханием и плотней прижимаясь бедрами к девушке. — Не важней, — ответила Юля, пытаясь не поддаваться чарам Михаила. — Но иногда их не хватает. — Понял. Нужно, чтобы я больше тебя целовал, — хмыкнул Мишка, уже сползая руками по джинсовой ткани шорт и потянулся к губам девушки за поцелуем. Но тут весь интим ребят оборвал вышедший в коридор Саня. — Эй, Горш. Вы хоть бы постыдились, а. Сразу предупреждаю — в моей квартире никаких брачных игр. — Да? А что насчёт тебя, Сань? Хочешь сказать, у тебя с Анькой не было ничего? — ловко перевёл тему разговора Мишка, продолжающий удерживать плечи залившейся лёгким румянцем Юльки. — А вот за этот вопрос я вас, Михаил Юрьевич, пошлю сейчас нахрен, — невозмутимо спокойно ответил Балу и ушёл на кухню. — Вот жучара, — тихо пробормотал Миха, хмуро глядя на кухонный проём, в котором скрылся парень. — С хуя ли он такой правильный стал? Раньше похеру было, где и с кем сосаться. — Я прошу, избавь меня от подробностей того, с кем и как ты сосался раньше, — Юлька попыталась отпихнуть от себя Горшка, но тот надёжно удерживал девушку. — Насчёт Балу промолчу, это его дело. А лично я ни с кем до тебя не сосался, — серьёзно ответил Миша, глядя прямо в карие глаза девушки. Это ведь правда, у него никого не было до Юлии. — И не собираюсь, — твёрдо добавил он. Вскоре к общему шалашу пришлёпали Алиса с Князем, который отдал на попечение вышедшего их встретить Балунова пакеты с закусками. — Бля, что вы там купили? Андрюх, ну нахрена столько-то… — пропыхтел Балунов, уносясь с пакетами на кухню. — Успокойся Сань, возмещения затрат требовать не буду, — снимая ботинки, улыбнулся Андрей и прошёл за другом, а Алиса направилась в гостиную к девчонкам. На кухне, кроме Сани, обнаружился курящий у окна папиросу Миха. Увидев Андрея, тот мгновенно просиял радостной улыбкой и размашисто пожал другу руку. — Здорово, Андрюх. Саня тоже пообещал тебе пиво, если придёшь? — Да нет, в общем-то. Не предлагал, — ответил Андрей, садясь на деревянную табуретку. Балу в это время разбирал пакеты, доставал тарелки для закусок и кружки для девушек (им, парням, не впадлу и из бутылок пить). — Жмотяра ты, Саня. Всё с тобой понятно, — выдыхая дым в приоткрытую форточку, усмехнулся Горшок. — Да нихуя подобного, Дюха просто сразу согласился и всё. Не то, что ты, Горш, со своим «Будет пиво или не будет пиво», — проворчал в ответ Балу, роясь в шкафу с посудой и извлекая на свет небольшой нож. — Мне кажется, если б можно было, наш Мишка сразу женился бы на банке пивка, — хохотнул Князев, закидывая в рот стоявшие на обеденном столе сушки. — Ага, и выпил бы всё сразу. И был бы он вечно скорбящим мужем-одиночкой, — подхватил шутку Балунов, скоро нарезая купленную Андреем колбасу. — Хуйню какую-то несёте оба, — пробормотал Горшок, делая новую затяжку. Иногда Балунов с Андреем объединялись в такую стебущуюся-над-всем-что-движется парочку и угорали буквально со всего. Как говорится, только пальчик покажи. — Миха на пиво всегда глядит игриво. Симбиоз у них такой своеобразный, — говорил Андрей, жуя сушки, а сам всё поглядывал на Мишку, ждал его реакции. — Слушай, а можно ведь песню о пиве забахать. Нормальная ж такая панковская тема получится, — пропустив мимо ушей фразу про пивной симбиоз, включился в разговор Миха и взглянул на Андрея. — Андро, сможешь про пивас стихи замутить? — Не знаю даже… — пожал плечами парень. — Могу попробовать, ради интереса. — А ты не ради интереса пробуй, а просто… Просто пробуй. И всё, — Миха выкинул в форточку докуренную до самого фильтра сигарету.

***

— Ну чё, какую ещё песню сыграть? — отпивая из бутылки пиво, вопросил Андрей. — Ты уже языком еле ворочаешь, Князь. Какая тебе песня, ё моё, — со смехом ответил Миша, всласть развалившийся на диване и медленно скуривающий папиросу. С одной стороны от него сидела весёленькая Юлька и болтала с Аней, а по другую сторону сидел Балунов, звучно хлебающий пиво. Напротив общего стола, заваленного едой и бутылками, расположился на табуретке Андрей с гитарой. Пиво быстро ударило в его светлую голову и он решил закатить для друзей акустический концерт по заявкам. — Попрошу без обв… Обвинений. Я ещё того… Трезвее тебя, Мишк, — возразил Андрей, кидая в рот кусочек сыра. — Да уж куда трезвее, — вздохнула Алиса, сидящая рядом с парнем на стуле. Увидев, что Князь снова тянет руку за бутылкой, она мягко её перехватила и отвела. — Дюш, может тебе правда хватит? — Чего хватит? Пить или играть? — усмехается Миха. Сегодня Андрей прямо разошёлся, даже Горшок был не настолько пьяным. Девчонки вообще выпили только по одной банке для поднятия настроения, Олеська ограничилась для себя одним апельсиновым соком. Кстати говоря, в тот момент, когда Андрей взял в руки гитару и пьяно заголосил «Выйду ночью в поле с конём…», сидящая вместе с ребятами Ольга поняла, что предоставляется прекрасный шанс увести Олесю к себе в комнату на разговор. Что она благополучно и сделала, тихо отозвав девушку. — И того, и другого хватит, — ответила Лиса, отталкивая руку Андрея от бутылки. — Вообще скучно как-то, давайте поиграем во что-нибудь. — Ну предлагай тогда, чё, — Миха перевернул стеклянную бутылку и посмотрел через горлышко на Алису. — Давайте в пиратов. Мы с Андро типа злые пираты и похитили девушек, а Саня с Алисой будут их спасать. — А чего ты меня в спасатели записываешь? — поминутно икая, спросил Балунов. — Я тоже хочу похищать. Аньку, например, — на этих словах щёки девушки зарделись розовым и она смущённо опустила глаза, улыбнувшись уголками губ. Балунов невольно залип на эту миловидную картину, едва не расплываясь в розовую лужицу. — Из тебя пират, Саня, как из Андрюхи балерина, — заржал Мишка, закидывая свою руку на плечи Юле. Наклонившись к уху девушки, он сладко прошептал. — Украду тебя, Юльк. Сане не отдам, пусть Анютку спасает. Девушка заглянула в искрящиеся глаза парня, улыбнулась ему и пододвинулась поближе, склонив голову к нему на плечо. — Да херня какая-то. Давайте лучше в карты, — предлагает Алиса и переводит взгляд на Балу. — Саш, карты есть? Желательно большую колоду, нас много. — В карты на раздевание? — гогочет Андрей, которому удаётся-таки урвать бутылку и сделать пару глотков. — Я протестую, — кричат Юля с Аней. — Не, ну а чё такого-то? Всё ж прилично будет, эт самое, — Мишка разулыбался, косясь на Юлию, которая взглянула на него хмуро и больно шлёпнула по ноге. Несмотря на небольшой рост, силы у ней имелись приличные, всё досталось от отца-милицейского. — Где-то была колода, — почесал затылок Балу и ухватившись за край стола, осторожно поднялся на ноги и отправился на поиски игральных карт. Вскоре были найдены целых две колоды по 32 карты, которые решили смешать вместе, чтобы игра длилась дольше и интересней. Отодвинув немного стол к стенке, ребята перетекли на пол, усевшись в большой круг. Перетасовку и раздачу колоды взял на себя Балунов, ловко смешивая в руках пластиковые карты. Рядом с ним сидела на коленках Аня и Сашка захотел выпендриться перед девушкой и сделать карточную «пружинку». Приняв на себя роль эдакого карточного шулера, Саня с важным видом тусанул карты, затем взял колоду в одну руку и нажимая на уголки карт, попытался волшебным образом перекинуть их в другую руку. Ничего не получилось — большая часть карт просто улетела на пол. — Не получилось, не фартануло, Шур? — весело гоготнул Мишка, делая глоток из своей бутылки. Саня оставил его подкол без внимания. — А давайте добавим условие в игру? — предложила Алиса. Мишка закатил глаза, а Андрей тихо захныкал. Это дело добром не кончится. — Каждый загадывает цифру от одного до… — девушка пересчитала ребят. — до шести и… — У нас ещё Оля с Олесей есть, — напомнила Юля, на скрещённые ноги которой положил лохматую голову Горшенёв и теперь тихонько урчал в своё удовольствие от приятно копошащихся в волосах пальцев девушки. — А вот и мы, — в дверном проёме возникла голова Ольги и оглядела картину происходящего. — Что у вас тут за шабаш намечается? — Дак это, в карты резаться будем, Оль. С нами давайте, — махнул сестре рукой Саня и пододвинулся ближе к Ане, чтобы девушки могли вклиниться в общий круг. — Лис, скажи ещё раз про своё условие, — попросила Аня, разгладив на сарафане складку. — Каждый загадывает цифру от одного до восьми. Тот, кто проиграет, называет цифру из этой нумерации. Чья цифра выпадет, тот и загадывает желание проигравшему. — А чего, звучит интересно. Давайте попробуем, — согласился Саня, уже растусовавший карты и раскидал каждому по шесть штук. — Юльк, ты только это… Не подсматривай мои карты, лады? — попросил Миха, которому совсем не хотелось отделяться от приятно массирующих голову пальцев девушки. — Не переживай, Миш. Не буду подсматривать, — беря свои карты, ответила Юля. Игра была в самом разгаре — уже успели выполнить чужие желания Андрей, которому Саня приказал отжаться 50 раз; Алиса, которой Аня сказала исполнить танец в стиле хип-хопа (Мишка сказал, что будь у него камера, он заснял бы этот ржач) и сам Мишка, по приказу Ольги станцевавший энергичный русский танец вприсядку. Захватив со стола полную пивную бутылку, потный и тяжело дышащий Миха большими глотками принялся глотать в себя освежающий напиток. Усевшись обратно на своё место и склонив голову к ногам Юли для продолжения массажа, он проворчал смеющейся Оле: — Я припомню тебе эту присядку, бля. Балунов снова раздал на всех карты и началось новое карточное сражение. Играли в обычного дурака, Юлька честно старалась не подсматривать в карты Михи, но иногда глаз невольно всё же падал на них. Вначале победителем вышла Оля и ушла на кухню за новой закуской, затем отстрелялись Аня с Олесей и радостно хлопнули друг дружке «пять», вскоре освободились Юля с Андрюхой. В битве остались только двое — Мишка и Балунов, у последнего карт было явно меньше, чем у Горшка. Закусив губу, наш панк думал, как ему отбиться от двух валетов и дамы. Проигрывать и выполнять чьё-то желание, если только оно не Юлькино, совсем не хотелось. От внутреннего напряжения Миха стиснул зубы, на виске запульсировала жилка, а ладони вспотели. Он жадно глотнул пива из бутылки. Балунов уже победно усмехался, предвкушая свой выигрыш. Решив идти ва-банк, Мишка отбился козырной и королём, затем взял из колоды две карты — козырного и обычного туза. Скинув Сане трёх вальтов, Мишка с радостной улыбкой наблюдал, как Шурик с поникшей миной забирает этих вальтов себе. Сходив оставшейся дамой и забрав последние карты из колоды, Миха начал быстро сбрасывать свои карты, одну за одной. Напоследок он пришлёпнул чуть ли не плачущего Балу козырным тузом и вскинув победный кулак, издал громкий боевой клич. — Твою ж… — прошипел Саня, собирая карты в одну колоду. — Пусть будет четвёрка. Признавайтесь, кто? Тут к Шуре медленно повернулся с предвкушающей улыбкой Андрей. — Короче, задание такое — поцелуй Аньку, — вскинув бровь, произнёс Князев и с хитрым прищуром добавил. — Взасос.