Mechanical Heart

      Леви, как обычно сидел на своем деревянном стуле в глубине кабинета, потягивая черный чай и наблюдая, как Софи затягивает винты на приводах ржавым гаечным ключом. Ян сидел на полу и набирал газ в баллоны с помощью самодельной накачки. Тугая проволока вокруг отверстия канистры, казалось, вот-вот порвётся.       — Знаешь, если бы ты нам помог, было бы быстрее, — заметил Ян.       — Я не хочу лишать вас двоих веселья, — сказал Леви.       Софи взбесилась от этого комментария, и, как и ожидал Леви, она попыталась оставить последнее слово за собой:       — Что это за штука, которую ты постоянно пьешь? Она такого же цвета, как вода после мытья полов.       — Это чай, изысканный напиток. Вот почему такие невоспитанные дети, как ты, его не пробуют.       — Знаешь, мы ведь почти ровесники… — выпалила она, в то время как Ян тихо посмеивался. Девушка была импульсивной, но её легко было загнать в угол. Леви был удивлен, что она смогла так долго прожить одна, но опять же, она, вероятно, большую часть времени пряталась в том самом подвале.       Фарлан вошел в комнату, приветствуя каждого члена команды. На его лице сияла яркая улыбка, отчего Леви почувствовал облегчение.       — Хорошие новости! Я нашел спокойное место, где мы можем опробовать снаряжение. Как ты думаешь, Софи, оно будет готово к вечеру? — Софи улыбнулась ему краешками губ и слегка покраснела. Леви, как и Фарлан, быстро понял, насколько она может быть доверчивой.       Той ночью они вышли из дома и пошли по самым укромным переулкам, пока не достигли места, предложенного Фарланом. Это была небольшая территория, вдали от домов и магазинов Подземелья. Там открывался вид на небольшую пещеру с большой брешью в верхней части. Конец пролома не был открыт, и, следовательно, свет сюда не достигал. Однако света от принесённых ими фонарей им хватило.       — Ладно, пора, — объявил Фарлан. — Мы поймаем тебя, если ты упадешь, но всё равно, не забирайся слишком высоко.       Софи кивнула в ответ и начала подгонять механизм под свои размеры. После пары недель, проведённых с парнями ей удалось немного набрать вес, что увеличило её выносливость при уборке и количество резких комментариев, особенно в адрес Леви. Она схватила правую рукоять и направила её на верхнюю часть пещеры. Затем нажала на верхний спусковой крючок, дабы выпустить крюк, что заставило её немного отстраниться от удивления.       — Пожалуйста, не дай мне упасть… — мальчики посмотрели друг на друга, не понимая, то ли она молилась вслух, то ли просила их о помощи.       Она нажала на нижний спусковой крючок, который потянул её к проломанной стене. Отдача от газа была выше, чем она ожидала. Она едва могла использовать руки, чтобы защитить голову от удара с поверхностью стены, что заставило её закряхтеть от боли. Парни были взволнованы, но всё ещё бдительно следили, упадет она или нет. Радоваться было ещё рано.       Затем она направила левый канат к противоположной стене и активировала поток газа, чтобы добраться до цели. Она сосредоточилась на своих ногах, как на опоре, что сделало передвижение более безопасным. Использовав рычаг, чтобы втянуть правый провод, она удовлетворённо фыркнула, когда тот без проблем вернулся в корпус. Направив правый крюк обратно на пол, немного в сторону от мальчиков, она, хоть и не изящно, но благополучно приземлилась. Однако при оттягивании левого каната крючок падал, не доходя до корпуса.       — Да ладно, всё шло так хорошо… — прежде чем она успела извиниться, Фарлан подскочил и обнял её, а за ним и Ян. Внезапная близость сначала напугала Софи, но потом заставила широко улыбнуться и обнять их в ответ.       —Ты сделала это! Ты гений! — смеясь выкрикнул Фарлан.       Леви со стороны наблюдал за этой сценой, хотя ему трудно было скрыть ухмылку, видя своих товарищей такими счастливыми. В конце концов, Фарлан был прав, и это снаряжение могло полностью изменить их жизнь в Подземелье. А всё благодаря этой нарушительнице спокойствия и грубой девчонке.       — Хорошая работа, Софи, — сказал Леви, потрепав её по голове и поправив волосы. Она улыбнулась ему в ответ, что немного его удивило, учитывая их напряженные отношения.       — Надо это отпраздновать! Пойдёмте в бар в центре, — предложил Ян.       — Мне всё ещё нужно кое-что починить. Этот крючок… — начала Софи.       — Да ладно, ты можешь починить его завтра!       Фарлан согласился с Яном. Леви не был в восторге от идеи позволить себе быть настолько заметными в городе, но он понял, что ребятам тоже нужно немного повеселиться.       Оставив привод в своём убежище, команда отправилась в бар, упомянутый Яном. Леви не часто посещал эти заведения и немного опасался, но остальные ребята казались слишком взволнованными, и вряд-ли бы его ворчание смогло их прервать.       Это была обычная, весёлая ночь в баре. Какие-то пьяницы играли на расстроенной гитаре. Леви прислонился к прилавку, пока Ян договаривался о цене выпивки. Фарлан и Софи подошли ближе к гитарному ансамблю, пытаясь танцевать под неравномерный ритм. Давненько он не видел Фарлана таким счастливым, и хотя он не знал Софи настолько же долго, он также испытал облегчение, увидев лёгкий румянец на её щеках.       — Видишь ли, я не верю в везение, — начал уже слегка подвыпивший Ян. — Но, чёрт возьми, в этот раз нам действительно повезло, — Леви ничего не ответил, но Ян был прав. Закончив предложение, он сделал ещё один глоток, прежде чем снова заговорить. Ян всегда говорил слишком много, когда напивался. — Мы до сих пор не знаем, как она связана с Кенни, верно? — Леви покачал головой. — Или откуда у неё всё это барахло с Разведкорпуса. Впрочем, не то чтобы я жаловался.       — В любом случае, я сомневаюсь, что она сказала бы мне. Она всё ещё видит во мне помощника Потрошителя. Но Фарлан может что-то знать… в последнее время они довольно сблизились.       — Ревнуешь? — насмешливо спросил Ян. Леви не ответил. — Не может быть, — Ян удивленно моргнул и перевёл взгляд на танцующую пару, прежде чем снова посмотреть на Леви.       — Ты кажешься больше заинтересованным в ней, чем я, — ответил Леви.       — Ну, я имею в виду… знаешь, она милая. По крайней мере, мне так кажется, — Ян перестал бормотать, так как, вероятно, понял, что алкоголь делает его слишком честным.       Леви пожал плечами и обвел взглядом комнату. Он уже собирался предложить другим вернуться домой, но музыка внезапно остановилась. Он и Ян посмотрели на то место, где были Софи и Фарлан: один из пьяных музыкантов стоял на коленях, закрывая нос, а Софи трясла рукой. Тем временем Фарлан старался удержать дистанцию ​​между ней и другими пьяницами.       Леви, со вздохом посоветовал Яну выйти из бара, а сам направился к товарищам.       — Это просто случайность. Нам не нужны неприятности, — бормотал Фарлан, пытаясь успокоить двух пьяных мужчин, стоящих рядом с пострадавшим.       — Случайность?! Он меня лапал! — закричала Софи. Ситуация, казалось, накалилась, когда Леви приблизился к ним, поэтому он приложил руку к креплению своего ножа. Один из пьяниц плюнул Софи в лицо, что заставило её поднять кулак, нацелив его на того человека.       Пока Фарлан пытался оттащить её от мужчин, Леви толкнул того самого пьяницу в бок, зажимая его шею предплечьем. Дабы ещё больше запугать противника, Леви воткнул ржавый нож в стену, близко к его лицу.       — Давайте на этом закончим? — прошипел парень. Оставшийся мужчина, не участвовавший в потасовке, что-то шепнул своему товарищу, который медленно кивнул на предложение парня. Двое мужчин помогли поднять оставшемуся, у которого всё ещё текла кровь из носа. Перед тем, как они покинули заведение, Леви попытался вытащить нож с деревянной доски, однако рукоять сломалась, когда ему наконец удалось достать оружие.       Леви какое-то время смотрел на покрытое ржавчиной лезвие. Этот нож был с ним долгое время. Ещё с тех самых пор, как он был с Кенни. Чувствовалась одновременно и грустно, и облегчение от того, что он, наконец, сломался. Он обернулся, в то время как Софи смотрела на него округлившимися глазами. Фарлан положил руку ей на плечо и предложил пойти домой.       На обратном пути никто не проронил ни слова.

***

      Фарлан уже лёг спать, а Софи сидела одна за обеденным столом. Счастье после испытания снаряжения было полностью подавлено чувством вины. Не за то, что ударила человека, а за то, что подвергла опасности своих товарищей. Вина за то, что заставила Леви сломать нож. Она поняла, что он был важен для него: не было другого объяснения тому, что он хранил и заботился о таком ржавом и старом ноже. Тем более такой вор, как он.       Она встала, собираясь пойти спать, но что-то всё ещё её останавливало. Однажды она видела, как Леви воспользовался деревянной лестницей, чтобы взобраться на крышу дома. Не было гарантии, что он будет там, но она всё ещё хотела попробовать извиниться.       Как обычно, она не стала обдумывать всё заранее. Поднимаясь по лестнице, она проклинала своё рвение, которое, казалось, только навлекло на неё неприятности.       Он был там, глядел на Подземелье с высоты дома. Вероятно, он заметил её появление, но не стал подавать виду.       Ей тоже не особо хотелось нарушать тишину, так что она молча села рядом. Через некоторое время, собравшись с силами, она сказала произнесла то, зачем сюда шла:       — Прости.       Парень даже не взглянул на нее.       — За что?       — За принесённые вам неприятности. Это должен был быть веселый вечер, а я его испортила… Я всегда была очень беспечной.       — Ты защищалась. Не расстраивайся из-за этого, — он наконец повернул к ней голову. — Он это заслужил.       Она подтянула колени ближе к телу и уткнулась лицом между ними:       — Хотела бы я быть больше похожей на тебя.       Парень нахмурился.       — Что случилось с человеком, собравшемся убить Кенни?       Она улыбнулась. Она никогда не была уверена, действительно ли он пытался пошутить или всегда был таким сухим.       — Наверное, я не знаю, как… справиться. Она смотрела на сталактиты, свисающие с потолка Подземелья. — Но правда в том, что ты такой сильный и… даже после жизни с Кенни, ты всё ещё добр ко мне.       — Ну, я дал тебе пощечину и угрожал ножом. Я бы не назвал это добротой.       — Я имею в виду после этого. Если бы не вы, ребята, меня бы уже убили из-за моей болтливости и вспыльчивости.       Леви не ответил и снова посмотрел на пейзаж. Она знала, что он не станет этого отрицать. Он не был похож на человека, который стал бы лгать, чтобы кому-то стало лучше. Не то чтобы она этого сильно хотела.       — Возможно, в этом ты права, но я также знаю, что ни у кого из этих тупых и эгоистичных людей не хватило бы смелости сделать то, что сделал ты. И у них намного меньше мозгов, чтобы они смогли починить привод. У меня в том числе, — сказал он.       Она посмотрела на него и почувствовала, как её сердце на мгновение подскочило. Она понимала, что это было довольно странно, когда он беззаботно наблюдал за видами Подземелья, в то время как она спокойно смотрела его черты лица. Это был первый раз, когда она по-настоящему посмотрела на парня, без каких-либо отрицательных эмоций.       Она чувствовала себя в безопасности. Это чувство преследовало её с тех пор, как сблизилась с этой бандой. И тут она поняла, что он заслуживает знать. Даже если не просил об этом.       — Кенни убил моего отца, — Леви повернул голову и слегка приоткрыл рот, словно собираясь что-то сказать, но она продолжила говорить. — Моя мама раньше служила в Разведкорпусе. Она была дезертиром. Она… видела что-то за стенами. Что-то настолько ужасное, что заставило её сбежать в Подземелье. Мой отец и я не знали ничего о её прошлом, пока он не нашел ящик с её вещами. Она сказала, что это единственное безопасное место в мире, что стены однажды рухнут, и что снаряжение спасёт нас, когда титаны войдут в город. Она взяла с нас обещание, что мы не будем использовать снаряжение для побега, только лишь для того, чтобы защитить себя. Я согласилась, но мой отец нет. Он взял приводы и бросил её одну, забрав меня с собой. Он ненавидел её за ложь, за то, что она держала нас в этом аду.       Софи сделала короткую паузу. Она отвела взгляд от Леви, чувствуя, как слезятся глаза. Она не стыдилась слёз, но и не хотела, чтобы её слезы сбили его с толку.       — Ты ненавидишь её? — спросил он.       — Сначала ненавидела. Но я слышала, что она заболела, и поэтому решилась навестить её вопреки приказу отца. Она бредила: рассказывала о том, как её товарищи были съедены заживо, как титаны уничтожали всё на своем пути… если бы я это увидела, я бы тоже убежал в самое отдаленное место на свете. Она извинилась и я простила ее. Через несколько дней она умерла.       — Но ты всё ещё работала над приводами.       — В основном работал мой отец. Я просто наблюдала за ним и таким образом, училась у него. Думаю, я не настолько умна, в конце то концов, — она сделала паузу, чтобы протереть глаза. –Он был одержим этим и продолжал твердить, что мы будем свободны и увидим птиц, несмотря на всё, что сказала моя мама. Я всё ещё боялась того, что она мне рассказала, но он работал над этим день и ночь. В какой-то момент стало меньше еды и больше деталей. Я пыталась выйти и поискать что-нибудь поесть, но он все время заставлял меня работать с ним. Как только деньги закончились, он начал воровать. Я хотела, чтобы он остановился, поломал этот привод и сжёг. Однажды, он украл у друга Кенни, и, конечно, он должен был загладить свою вину. Я… нашла его лежащим на улице… с разбитым молотком лицом… я…       Она не смогла закончить фразу. Леви пристыженно посмотрел вниз.       — Софи…       — Вся эта работа… Все эти дни без еды, его собственная жизнь… Я не хотела, чтобы это было напрасно, — прервала она его, повысив голос. — Теперь, когда все кончено, я даже не знаю, что делать. Я больше не знаю, кто я.       — Ты — это все еще ты, Софи. Ты по-прежнему будешь бить парней в два раза больше тебя, даже если не сможешь победить. Ты всё равно починишь этот крючок и ты все равно будешь частью нашей команды и будешь моим другом, независимо от того, насколько ужасны твои навыки уборки или как сильно ты меня ненавидишь.       Она покраснела. Она не хотела краснеть перед ним, но его слова заставили её сердце встрепену́ться. Теперь он смотрел на неё, а она смотрела на город.       — Я не ненавижу тебя… я просто… злилась.       — Я знаю. Но я привык к тому, что люди меня недолюбливают.       — Ну, верь этому или нет, это не про меня, — она улыбнулась и посмотрела на него. Она никогда до этого не замечала, насколько красивыми были его серые глаза. — Извини, это было… слишком.       Они всё ещё смотрели друг на друга. Она не знала почему, но чувствовала себя в безопасности, хоть и волновалась. Она просто хотела извиниться перед Леви, а в итоге рассказала всё о себе. В конце концов, он имел право знать, почему она была такой грубой, хоть это и Кенни убил её отца, а не он. Она стыдилась своей честности, но эта честность заставляла чувствовать себя свободной.       Он положил руку ей на правое плечо, что испугало Софи. Во всяком случае, Леви не был тем, кто так легко проявлял привязанность.       — Я всё ещё сдержу свое обещание. Я не могу изменить то, что он сделал, но когда придёт время, если ты захочешь отомстить, я буду рядом.       Софи открыла рот, чтобы сделать небольшой вдох. Затем она посмотрела вниз, и Леви убрал руку. Теперь он так много знал о ней, а она совсем ничего не знала о нем. Кем был для него Кенни? Был ли он его отцом? Что произошло между ними?       Тем не менее, она чувствовала, что ей не нужны ответы на эти вопросы.       — Спасибо.