Burnout

Выдерживая драматическую паузу, Шигеру испытывающе смотрел на гостью, как на умалишённую. Широкие брови потянулись вверх, образовывая глубокие складки на лбу, губы пренебрежительно скривились. Рей его артистичность не проняла — она всё ещё ему не доверяла. — Херни не неси, — медленно, чеканя каждое слово, проговорил Уэда. — Господину Учихе есть чем заняться. И наше сотрудничество никак не связано ни с тобой, ни с твоей сраной организацией. Кажется, гиена в Шигеру проснулась и решила поскалить зубы. Но у Рей не было ни сил, ни желания вступать в спор и отстаивать честь Акацуки. К тому же в чём-то он был прав. — Семь, один, ноль, пять, восемь, — Томори безразлично кивнула на чемодан, из-под лба наблюдая за ресторатором. Пододвинувшись на край дивана, Шигеру деловито развернул кейс цифровым замком к себе и принялся набирать озвученный код. Интерес к содержимому определённо прослеживался, но сдержанного огонька в маленьких карих глазах было недостаточно, чтобы решиться наговорить о «господине» то, что тот предпочёл бы скрыть. — Слабо верится, что ты решил мне помочь исключительно из-за денег. — Мне просто любопытно, насколько тебя хватит. — В каком смысле? — нахмурилась Рей. — Как долго ты сможешь играть на два фронта? — раскладывая пачки наличных в несколько стопок, Уэда коротко взглянул на гостью и усмехнулся. — Твоя организация вряд ли будет в восторге от вашей с господином Учихой «связи». А его предать… — он на пару мгновений замолчал, гоготнув. — Даже тебе не советую так рисковать. Рей оказалась права: этот хмырь знал об отношениях между Акацуки и Учихой больше, чем хотел рассказывать. Однако у неё и в мыслях не было кого-либо предавать. Строить махинации за спиной Мадары она не собиралась, поскольку своя жизнь дороже, а с Итачи было ещё проще — они друг другу ничего не обещали. И не будут. Но в груди всё равно образовалось тянущее чувство безысходности. Угнетённая от слов ресторатора, Рей молча поднялась с кресла, намереваясь наконец покинуть это злосчастное место. — Погоди, — кинул Уэда, заставив её лениво развернуться, и нырнул рукой во внутренний карман пиджака. Достав визитку, он протянул её Рей. — Звони, если что-то пойдёт не так. Мои ребята внимательные, но хрен тебя знает, в какую дыру ты решишь полезть. — Давай без слежки, — забрав визитку, Томори не глядя положила ту в задний карман брюк. — Ну, тут уж тебя никто спрашивать не будет, — Шигеру хмыкнул, возвращая внимание к наличке. — Всё же этот разговор не освобождает меня от обязанностей перед господином… Закатив глаза, Рей двинулась к двери кабинета. И едва переступила порог, как в спину прилетело скрипучее: — Только ж ты сожги визитку, когда забьёшь номер! — Да без тебя знаю! — рявкнула Томори и захлопнула за собой дверь. — Ещё учить меня вздумал, старый хрен… Стремительным шагом спускаясь по лестнице, она пыталась собраться с мыслями. Неприятное гудение в голове отдавалось тупой болью в висках и не позволяло полностью переварить всё услышанное. Рей катастрофически нуждалась в отдыхе и крепком сне, но такую роскошь сможет себе позволить только после стакана чего-нибудь достаточно высокоградусного, чтобы перебить дурное послевкусие от разговора с Шигеру. В данный момент нажраться условного Титоса было предпочтительнее таблетки болеутоляющего. Поправляя на плечах ремни кобуры, Рей краем глаза наблюдала за двумя кирпичемордыми охранниками, которые наверняка последуют за ней, стоит ей выйти за пределы заведения. Но похоже, с этим придётся смириться, пока она не найдёт способ избегать слежки. Не исключено, что под видом навязанной помощи Учиха попытается разузнать о всех её маршрутах, об общении с другими агентами — в том числе с куратором, — и впоследствии о дальнейших планах Акацуки. Этого нельзя допустить. Как минимум, об этом нужно сообщить Дейдаре, чтобы он на очередной встрече не сказал лишнего, ведь теперь чужие уши могут возникнуть в самый неожиданный момент. Но тогда придётся рассказать о совместном обеде с Учихой. Куратор точно будет в ярости, даже если Рей преподнесёт тот обед как обычную бизнес-встречу и умолчит о тех моментах, которые никак нельзя отнести к категории рабочих. Не желая задерживаться в ресторане ни на секунду дольше, Томори вылетела на улицу, не успев толком надеть кожанку. Когда в рукавах оказались обе руки, она принялась обшаривать карманы в поисках сигарет, но вместо гладкой пачки пальцы наткнулись на шершавую поверхность маленькой коробочки. Вновь взыгравшее любопытство перебило даже сковывающее спину ощущение слежки. Однако какой бы ни был соблазн открыть подарок прямо сейчас, старые привычки никуда не делись. Обнаружив сигареты в другом кармане куртки, Рей закурила и на ходу развернулась через плечо в попытке оценить, насколько далеко шла её «охрана». Но вместо парочки квадратных амбалов с равнодушными лицами-кабинами за ней следовала лишь влюблённая парочка молодых студентов. Чуть дальше торопливо шагал типичного вида офисный клерк, прижав подмышкой кожаный портфель, а на противоположной стороне улицы устало плелась компания поддатых мужчин, периодически туповато хихикая с шуточек главного заводилы. И никто из них не представлял серьёзной угрозы. Поджав сигарету губами, Рей продолжила путь. Чуйка не могла ложно сработать, к тому же Шигеру чётко дал понять, что он обеспечит её защиту независимо от того, нравится ей это или нет. Возможно, его люди научились настолько хорошо скрываться, что с первого раза их заметить крайне сложно. — Грёбаные ниндзя, — буркнула Рей, обхватив коробку в кармане. Когда разум отказывался находить веские причины, чтобы продолжать сдерживать интерес, сопротивляться себе было практически невозможно. Сомнения длились всего несколько секунд перед тем, как она, заткнув зубы сигаретой, достала подарок и потянула за атласную ленту, развязывая бант. И даже склейку не стала искать — наспех проделала ногтем дыру в чёрной бумаге и нетерпеливо её разорвала. Не замечая, как замедлила шаг, а после и вовсе остановилась прямо перед перекрёстком шумного квартала, Рей избавлялась от упаковки настолько увлечённо, словно та скрывала вещь, от которой могла зависеть вся её дальнейшая судьба.  Энтузиазм моментально схлопнулся, как только под светом иллюминации сверкнул знакомый тиснёный логотип. Сжимая в кулаке клочья бумаги, Томори непонимающе уставилась на фирменный бежевый футляр «Ван Клифа» во второй руке. — Да ты рехнулся... Подняв недоумевающий взгляд перед собой и осознав, что находится на довольно оживлённой улице, Рей воровато огляделась и поспешила спрятать футляр в карман, будто тот мог её чем-то опозорить. Недальновидно было открывать это долбанное «спасибо» здесь, когда за ней следили прихвостни Уэды. Они однозначно доложат своему лидеру, что его знакомая, прострелившая ему ногу, не сдержалась и с откровенно маниакальным рвением раскрыла какой-то дорогой подарок, прямо как влюблённая девчушка. Очевидно от кого он был. Очевидно, что ко́дла Шигеру могла расценить это действие как неподобающее для агента Акацуки. И с этим Рей была согласна. Расправив плечи и вздёрнув подбородок, Томори с непроницаемым лицом выбросила атласную ленту и смятые клочья бумаги в урну, а затем размеренной походкой двинулась вместе с гудящей толпой к противоположной стороне улицы. Но стоило ей ступить на тротуар, как ноги ускорили шаг. Ведомая желанием поскорее и без лишних свидетелей увидеть, что скрывалось в фирменном футляре, она так никогда ещё не спешила к своему автомобилю. Скользя хаотичным взглядом по ярким витринам бутиков, панорамным окнам ресторанов и веселящимся лицам прохожих, Рей пыталась себя убедить, что ничего постыдного и страшного в этом подарке нет. Это просто знак внимания. Маленький такой значочек, вообще не стоящий переживаний. Вот даже футляр совсем миниатюрный — для серьг он точно мал. Туда могло поместиться разве что... Кольцо? Подавившись затяжкой от такой догадки, Рей округлила глаза и резко изменила траекторию, уходя в сторону — к входной двери ближайшего заведения. Нужно было срочно убедиться, что она ошиблась. Сердце колотилось в горле, к которому начала подкатывать тошнота из-за внезапно возникшей тревоги. Недокуренная сигарета тут же полетела в ближайшую мусорку. Очутившись в помещении, Томори молниеносно определила, в какой стороне находится уборная, хоть и была здесь впервые. Впиваясь пальцами в покоившийся в кармане футляр, она пронеслась мимо барной стойки, наличие которой казалось отличным совпадением — ведь будет где нажраться в хламину, если её придурочное предположение окажется правдивым. Да нет же. Не окажется, — мантрой внушала себе Рей, ввалившись в пустую уборную. Несколько раз ополоснув щёки и шею ледяной водой, она смогла притупить волнение. Но оно тут же вернулось, как только футляр снова оказался в поле зрения. На что только не способна женская фантазия, но это уже переходило все грани. Томори отчётливо понимала, насколько мысль о кольце несуразна, глупа и вообще вряд ли имела хоть какое-то право на существование. Они с Учихой вовсе не близки. Подумаешь, один раз поцеловались. Ну, почти два раза, но последнюю позорную попытку Рей предпочитала выдрать из памяти. Этого явно недостаточно, чтобы рассчитывать на кольцо. — Я ни на что не рассчитываю, — гневно прошептала Томори, воспротивившись возникшей в голове формулировке. Об этом даже думать не стоило. Удивляясь, как вообще подобная мысль посмела проскочить в сознании, она устало провела ладонью по лицу. — Какой же бред... Глубоко вдохнув и медленно выдохнув через сложенные в трубочку губы, Рей поддела ногтем крышку футляра и откинула её вверх. И увидев на чёрной бархатной подушечке миниатюрный кулон — всего лишь кулон, — с невероятным облегчением облокотилась на край столешницы, чуть не сползая на пол. На тёмной ткани сверкали три плоских круга, залитых цветной эмалью — розовой, белой и зелёной поочерёдно. Будто нанизанные на тонкую золотую «шпажку», на одном конце которой крепилось ушко для цепочки, они напоминали сладкие рисовые шарики. И это напоминание вызвало на губах Рей нервную улыбку. В благодарность за сделанные её руками данго Итачи подарил ей «данго» от именитого ювелирного дома. Оставалось надеяться, что её версия была более съедобной, чем та, что лежала в футляре. Наверное, такой жест должен умилять. Но вместо вполне уместного чувства этот подарок вызвал тягучую субстанцию малосовместимых эмоций. Смешались радость, досада, облегчение, раздражение, цепляясь друг за друга, словно звенья. Другого ожидать не стоило — Рей тяжело справлялась с собственными ощущениями, на которые провоцировал начальник, и порой сама не понимала как следует себя вести в ответ на его действия. Но это не помешает ей использовать украшение по назначению. Никому ведь не станет хуже, если она просто его примерит. Сняв с шеи цепочку, пальцы ловко продели её в ушко кулона и, перекинув через голову, так же легко застегнули шпрингельный замок. Расправляя украшение, Рей подняла воодушевлённый взгляд на зеркало: «данго» смотрелся изящно и совсем не броско. Но цепочку всё же стоило сменить — для такого кулона она была слишком длинной, из-за чего конец тонкой золотой «шпажки» терялся в ложбинке между грудей, скрываясь за v-образным вырезом кофты. Хоть приглушённое освещение в уборной не позволяло в полной мере оценить вид подарка в отражении, но Рей однозначно чувствовала себя... довольной? Довольной чем? Замечая лихорадочный блеск глаз в зеркале, она крепко обхватила кулон пальцами, вдавливая его в кожу на груди. Тем, что Учиха в два счёта её облапошил, пригласив на грёбаный «дружеский» обед, а Томори с радостью повелась, позволяя организовать за ней слежку? Лёгкая улыбка постепенно становилась всё более похожей на вымученную. Тем, что она узнала о его связи с полицией? Тем, что он, вероятно, уже знает о её статусе в Акацуки и планирует отправить за решётку к чёртовой матери? Губы сжались в тонкую линию, потупленный взгляд опустился в слив керамической раковины. Сердце снова зашлось в горле. Тем, что Итачи мог оказаться опаснее Мадары? Спину пробрало мелкой дрожью, на лбу проступила испарина от вернувшейся тошноты. Тем, что Итачи мог оказаться хуже? — Твоя организация вряд ли будет в восторге от вашей с господином Учихой «связи». А его предать… Даже тебе не советую так рисковать. Почему она чувствовала себя довольной, если осознавала, что эта болезненная влюблённость неминуемо приведёт к краху всего, что у неё осталось? Вцепившись в край столешницы, Рей дёрнула рычаг смесителя и злобно покосилась на лежащий возле раковины чёртов футляр. А затем резким движением ладони смахнула его в заполненную бумажными полотенцами урну. Ухватившись за кулон, она намеревалась сорвать его с шеи, будто он был способен её проклясть, но рука словно окаменела. Томори лишь сильнее сжала украшение и, зажмурившись, досадно взвыла. Она хотела бы обвинять Итачи, но вместо этого злилась только на себя. За нехарактерную сентиментальность, вызывающую трепет к подарку. За слабоволие, когда дело касалось начальника. За то, что позволила своей увлечённости прорасти настолько глубоко, что теперь выкорчёвывать её можно было разве что с внутренностями. Обливая лицо холодной водой, Рей пыталась подавить в себе тревогу, заткнуть надоедливые причитания внутреннего голоса. Жизнь научила её, что нельзя давать волю наивным девчачьим мечтам. Она бы и не посмела даже думать в направлении отношений, если бы Учиха перестал давать поводы. Если бы она могла полностью себя контролировать. Покинув уборную и пройдя пару шагов, Томори остановилась и обвела пристальным взглядом барную стойку: под тихие завывания поп-группы бармены разливали соблазнительный янтарный виски и меняли заполненные пепельницы на чистые, поддерживая весьма душевные разговоры с гостями, которые уже лыка не вязали. Вести беседы и делиться своими проблемами в её планы не входило, а вот от горючего она бы не отказалась, несмотря на то, что завтра предстоял насыщенный рабочий день. Ей не впервой, поедет на такси. Убеждённая в том, что за сегодня прошла достаточно испытаний, чтобы заслужить рокс какого-нибудь пятнадцатилетнего шотландского виски, Рей уверенной походкой прошлась к барной стойке и плюхнулась на свободное место, отдалённое от других гостей. — Что есть из скотча? — поинтересовалась Томори у подошедшего бармена. Тот поджал губы и, скользнув задумчивым взглядом по стеллажу с алкоголем, виновато улыбнулся. — Остался только Чивас. Натянуто приветливая улыбка на лице Рей моментально скисла. Нет уж, только не Чивас. Неделю назад она пообещала себе, что больше к нему не прикоснётся. — Обычно у нас к этому времени остаётся хотя бы Макаллан, но сегодня какой-то сумасшедший спрос на виски... — А джин? — с надеждой спросила Рей, хотя была уже согласна на любое пойло, но не Чивас, тревожно напоминающий о друге начальника. — О, с джином, конечно, выбор побольше... Танкерей, Хендрикс, Этсу, есть ещё более коктейльные варианты... — Да, подойдёт, — закивала Рей, пропустив мимо ушей половину слов бармена. — Танкерей. С тоником и базиликом. Ожидая свой заказ, Рей хмуро косилась по сторонам — прихвостней Шигеру нигде не было видно. Либо они действительно скрывались словно ниндзя, которых чёрта с два засечёшь, либо что-то шло не так. Как бы то ни было, в баре было достаточно гостей и никто в здравом уме не станет на неё покушаться при свидетелях. К тому же под кожанкой всё ещё скрывалась кобура с пистолетом, а на шее, кроме нового кулона, висел неизменный пуш-дэггер. — Спасибо, — буркнула она, когда перед глазами возник рокс с джин-тоником. — Очень милая... штука, — Рей подняла на бармена вопросительный взгляд и тот кивнул на её грудь. — Парень подарил? Серые глаза угрожающе заледенели. Парень, начальник, враг или сосед — ни для кого не должно иметь значения, кем ей приходился человек, подаривший этот кулон. Рей не нуждалась в оценке её личной жизни, отношений с окружающими и прочих проблемных сфер. Сейчас она нуждалась лишь в бокале джина, который хотела выпить в привычном для неё, чёрт возьми, одиночестве. — Знаете, — на выдохе протянула Томори, изо всех сил стараясь не скалиться, — я не офтальмолог, но даже не имея медицинского образования, могу заверить, что если заглядывать каждому гостю в декольте, однажды зрение может ухудшиться. Значительно. Возможно, даже безвозвратно. Хмыкнув, бармен медленно кивнул и поставил на столешницу открытую бутылку Танкерей, из которой пару минут назад наливал джин для огрызающейся клиентки. — Не хотел надавить на больное, — он понимающе поджал губы и пододвинул к Рей бутылку. — Остаток за счёт заведения. Если нужен тоник, зовите. Сверля спину бармена, направляющегося к другому гостю, Томори в несколько глотков осушила бокал и подлила джина. Неужели у неё на лице написано, что все её проблемы от невероятного «везения» в любви? Назвал же ещё так... «Парень». Рей передёрнуло от этого слова. В последний раз она его употребляла в студенческие годы, а потом оно просто вышло из лексикона за ненадобностью. Таких людей как Мадара или Итачи не называют «твой парень». Ни возраст, ни статус, ни образ — ничего не позволяло их так характеризовать. «Твой мужчина» ещё куда ни шло, но такое вряд ли можно произносить вслух. Они не могут быть чьими-то. Они оба слишком независимы, слишком самоуверенны, слишком гордые, слишком себе на уме, слишком... Похожи. Глоток чистого джина застрял в глотке и вернулся через нос, обжигая слизистую. Пытаясь откашляться, Рей выхватила из подставки салфетки и вытерла лицо, а затем раздражённо кинула их в образовавшуюся на столешнице лужу. До этого момента она не сравнивала Итачи и Мадару и даже не задумывалась, насколько они действительно похожи. Обладая совершенно разными характерами, у них всё же было достаточно общих черт и повадок. В жестикуляции проскакивала одинаковая привычка приподнимать указательный палец при сомкнутых в замок руках; пронзительный, выворачивающий наизнанку взгляд, который легко спутать с надменным, когда они на самом деле анализировали услышанное или увиденное; лёгкая снисходительная ухмылочка, возникающая при чрезмерной дерзости собеседника. Даже внешне было сходство. Будто родственники, честное слово. — Упаси, Ками-сама, — прошептала Рей, уронив лоб в ладонь, и запила эту мольбу джином. — Сегодня какой-то марафон конченных предположений... Она убеждала себя, что ей просто показалось. Такая откровенно притянутая за уши гипотеза была ещё более абсурдной, чем мысли о кольце. Рей хотелось от неё отмахнуться, как от назойливой мухи, но некое малоприятное, липкое ощущение в груди заставило задуматься о таком совпадении. Мадара никогда не рассказывал о своих родственниках — эта тема, как и многие другие, была табуированной. Их отношения развивались в строго отведённых Мадарой рамках, отделяющих глубоко личное от происходящего наяву. Рей не возникала, довольствуясь тем, что есть. Однако был период, когда она пыталась нарушить мнимую стену между ними. Уверовав в собственно обрисованные перспективы их счастливого совместного будущего, Томори на своём примере хотела показать, что нет ничего страшного в том, чтобы открыться и пустить другого в душу. Будто она у него есть. Это оказалось крайне неблагодарным занятием. Мадара не соглашался даже на знакомство с её семьей, считая, что и без того знал о ней достаточно, а про ответный жест не было и речи. Отчаявшись, Рей решила обратиться к человеку, который мог рассказать о Мадаре больше, чем кто-либо, который был его правой рукой и верным другом, и с которым у неё всегда были доверительные отношения, — к Обито. Однако и тут не свезло. Получив категорический отказ в грубой форме, Томори попыталась самостоятельно разузнать, чем дорожил её возлюбленный, но ничего нового не увидела, не считая пары стопок поддельных паспортов на разные имена, обнаруженных в сейфе в его квартире. И Рей до сих пор понятия не имела, есть ли у Мадары хоть какие-то родственники. Да и не факт, что это вообще его настоящее имя, данное при рождении. В любом случае для Томори это не имело никакого смысла, а потому она отбросила бесполезные размышления о несуществующей связи между этими мужчинами, переключаясь на более насущные проблемы. Над шеей гильотиной всё ещё висел нерешённый вопрос с преследованием и угрозами от грёбаной группировки «Т.». Пусть Шигеру и дал некую страховку, приставив к Томори своих людей, но оставался шанс, что до неё достанут. Этого можно избежать, если до этой банды добраться прежде, чем они устроят новый сюрприз, по сравнению с которым взорванный автомобиль покажется баловством. Главарём там точно был какой-то псих — он не боялся ни Акацуки, ни полиции, ни связей клана Сарутоби, и мог позволить себе спустить уйму денег только ради сохранения анонимности. Через Гурен узнать о группировке не вышло, но на ней свет клином не сошёлся — существовали и другие конторы с менее принципиальными сыщиками. А дальше дело осталось бы за малым: достаточно собрать свободных от заданий агентов и отправить их разбираться с отморозками. Воодушевившись надеждой на скорое решение проблемы, Рей позволила себе немного расслабиться. Изначально она планировала после парочки бокалов джина отправиться домой, но парочка незаметно удвоилась, а с четвёртым роксом атмосфера в баре показалась уж очень приятной и умиротворяющей. На удивление, даже в глазах не двоилось — трезва как стекло, не иначе. Но вот бармен от греха подальше всё же стащил с барной стойки ту бутылку Танкерей, которую любезно предложил за счёт заведения, и поставил на свою рабочую поверхность. Томори сначала хотела возмутиться, — ведь это как-то не серьёзно забирать свои слова обратно, а тут ещё и отбирают почти литр годного джина, — но тут же себя одёрнула, вспомнив о предстоящем рабочем дне. Никто из коллег не оценит её рвения, если Рей завалится в офис пьяной. К тому же ей предстояло отдуваться за весь отдел и Учиху, внезапно решившего взять выходной именно в тот день, когда нужно было подготовить отчёт для грядущего собрания глав департаментов. Удобно, зараза, устроился: заместитель всё сделает вместо Итачи, а ему оставалось лишь осчастливить всех своим присутствием уже на самом митинге и убедительным голосом озвучить то, что напишет ему — кто? Правильно, заместитель. Рей, конечно же, постарается всё сделать в лучшем виде, но донести до начальника суть содержания здоровенной папки писанины, уложившись в пару часов до начала собрания, казалось невыполнимой задачей. Тяжело вздохнув, Рей, раздосадованная перспективой впахивать как Папа Карло, вытянула из пачки очередную сигарету и уже намеревалась подкурить, как почувствовала чужое нетрезвое дыхание, обдавшее её ухо. — Волшебного вечерочка, принцесса, — послышался пьянющий голос около виска. — Такая красота не должна проводить время в одиночестве, абсолютно точно Вам говорю. Это просто... непозволительно... Пока мужчина, возомнивший себя ловеласом, продолжал бормотать сомнительные комплименты, едва ворочая языком, Томори не понимала, что ей хотелось больше: провалиться сквозь землю или приложить лицо нарушителя её уютного одиночества о столешницу барной стойки. И где, чёрт возьми, те клоуны из банды Шигеру? Соседний стул скрипнул под весом незнакомца, стирая надежду избежать нежелательного общения. Испытывая отвращение вперемешку с оглушающим раздражением, Рей сжала кулаки. Сигарета между пальцев сломалась, высыпая крохи сушёного табака в полупустой бокал. Глаза метнулись к бутылке джина, стоящей на рабочей поверхности бармена, мгновенно оценивая расстояние. Ей даже не потребуется вставать со стула, чтобы дотянуться до горлышка и точным ударом стеклянного дна по голове успокоить тестостероновый всплеск жертвы алкогольной самоуверенности. И похоже, что объём выпитого мужчиной совсем отключил ему инстинкт самосохранения, поскольку он не просто обнаглел, а в край берега попутал, позволив своей вонючей клешне прямолинейно обхватить бедро Томори. Она нервно выкинула поломанную сигарету в пепельницу и потянулась к бутылке с джином, пока рядом сидящее тело всё ещё пыталось строить из себя искусителя. — Мы могли б… — Эта дама не одна. Крепкая хватка на плече заставила Рей замереть с протянутой рукой — коснуться горлышка она так и не успела. Томори не сразу узнала этот низкий голос, поскольку ей ещё не приходилось слышать от его обладателя таких стальных нот. Но когда пришло осознание, кто стоит сзади, Рей охватила паника. Лучше бы она самостоятельно разобралась с рискнувшим к ней подойти пьяницей. — И точно не нуждается в твоей компании, — жёстким тоном продолжил Шисуи. — Так что проваливай давай. Рей медленно опустила руку на столешницу. Рассчитывая, что успеет ретироваться, пока Шисуи будет занят попытками убедить мачо-неудачника исчезнуть, она попыталась незаметно соскользнуть с барного стула, но сжимающая плечо крупная ладонь грубо вернула её на место. — Ч-честное слово, я не знал, — спотыкаясь о ножки стула и собственные ноги, мужчина отдалился от Шисуи на безопасное расстояние и ткнул кулаком себя в грудь. — Прости, мужик, бес попутал. Он был на голову ниже Шисуи и раза в два уже в плечах, а под его испытывающим взглядом, кажется, сжался ещё меньше. Однако до затуманенного алкоголем разума не сразу дошло, что именно на этом моменте ему стоило удалиться. — Друг... Ты прости, друг. Мамзель-то у тебя симпатичная. Любой нормальный мужчина посмотрел бы и такой, оп, моя остановочка, ну ты понимаешь... — он продолжал сыпать бессвязный бред, искренне считая своим долгом разъяснить ситуацию, но тут же осёкся и резко попятился, как только Шисуи к нему развернулся вполоборота, одаривая тяжёлым взглядом. — С-спокойно. Давай не будем, вот просто не надо... Вот это махаться, а потом разбитые носы… Я просто пойду, ладно? Зыркая в сторону угрожающего вида Шисуи, чтобы удостовериться, что тот за ним не последует, мужчина поторопился в противоположный конец барной стойки. Шисуи терпеливо выдохнул и перевёл взгляд на притихшую Рей: она сидела неестественно ровно, будто поверх лопаток ей прибили доску. — Не так-то просто тебя словить. Томори молчала, напряжённым взглядом вцепившись в плавающие в джине крохи табака. Алкоголь моментально выветрился из головы, которая усиленно пыталась соображать, перебирая всевозможные причины того, что Шисуи сейчас стоял за спиной и крепко держал её плечо. И одна из них заставила всё внутри похолодеть: не исключено, что это он был причастен к взрыву автомобиля Конохамару и сейчас явился закончить начатое. — Пройдёмся? — швырнув на барную стойку несколько купюр за её джин-тоник, Шисуи переместил хватку на локоть Рей и потянул в сторону, заставляя сползти со стула. — Тебя очень быстро найдут, Шисуи, — прошипела она, лихорадочно придумывая способ защититься. На никчёмных шестёрок Шигеру Томори больше не рассчитывала. — Что за привычка угрожать в самом начале беседы? Пусть его голос пытался выражать дружелюбие и непринуждённость, Рей ощущала лишь тревогу. Незаметно достать из кобуры пистолет она не сможет, Шисуи точно среагирует быстрее. Единственное оружие, которым можно было экстренно воспользоваться, висело сейчас на шее, металлом касаясь кожи на животе. Однако успеет ли она его достать до того, как Шисуи приложит её головой о стену, Рей не знала. Но рискнуть всё же стоило, чтобы у неё появился шанс сбежать. Он буквально выволок её из бара, корча хмурую рожу и удерживая за руку слишком близко к себе, тем самым создавая впечатление разъярённого мужчины, который наконец нашёл свою нерадивую вторую половинку, заливающую очередную ссору алкоголем. И такой образ сработал на все сто процентов — проходящие мимо люди совсем не обращали на них внимание, настолько распространённой была подобная сцена в этом квартале. Судя по темпу шагов и тому, что Рей едва поспевала переставлять ноги, Шисуи спешил. Направление было ей знакомым — в конце улицы находился поворот в тёмный двор, где она оставила свой автомобиль. Отличное место, чтобы освободиться и скрыться среди заброшек. — Я сама могу идти, — грубо кинула Рей и дёрнула плечом, когда рука под железной хваткой Шисуи начала неметь. — Ага, — скривив верхнюю губу, протянул он. — А ещё стрелять, делить добычу, шпионить и копать под тех, под кого нельзя. Прям чек-лист для юного уголовника. Но ты-то уже на опыте, да? — повернув голову к нахмуренной девушке, Шисуи насмешливо на неё взглянул и ухмыльнулся. А затем слегка поморщился, уловив чутким обонянием резкие ноты на фоне кофейного аромата, кажущимся ему отдалённо знакомым. — Это что... эвкалипт? — Чего? — не понимая, что городит этот мужчина, Рей скривилась. — От тебя несёт эвкалиптом, — констатировал Шисуи, смерив её пренебрежительным взглядом, — как от завода «Óрбита». — Это кардамон, — сквозь зубы процедила Томори и резко дёрнулась в сторону, когда Шисуи внезапно приблизил лицо к её виску, но скованная его ладонью рука не позволила увеличить расстояние между ними. Шисуи однозначно слышал этот запах совсем недавно — не в первую встречу, иначе не придал бы этому значения. Шестое чувство подсказывало, что это достаточно важное наблюдение, но к чему оно относилось, пока не мог определить. Задумчиво хмурясь, Шисуи опустил глаза. Взгляд тут же словил кожаные ремни, выглядывающие из-под оттопыренного ворота кожанки. Ему могло показаться, но проверить стоило. Прищурившись, он потянулся к груди Томори. — Ты вообще с головой не дружишь? — возмущённо округлив глаза, Рей ударила тыльной стороной ладони по наглой мужской руке. Но Шисуи, казалось, даже не заметил шлепка, и отогнул пальцем борт кожанки, открывая вид на кобуру с пистолетом и не самое глубокое декольте, украшенное маленьким кулоном. Тем самым грёбаным кулоном в виде данго, из-за которого он этим утром подшучивал над кузеном, а тот упорно делал вид, что вовсе не смущается, бесстрастно смакуя свой отвратительный кофе с... кардамоном. — И кто тут, блять, ещё с головой не дружит, — бормоча себе под нос, Шисуи с максимально недовольным лицом завернул в ближайший переулок и, свободной рукой достав ключи от автомобиля, снял сигнализацию. Непонимающе уставившись на моргнувший фарами Хюндай, возле которого она пару часов назад припарковалась, Рей поджала губы. Он ведь не мог следить за ней всё это время, она бы обязательно заметила. Хватка у локтя стала слабеть: либо Шисуи надоело постоянно держать Томори, либо он решил, что та не осмелится сбежать. Но Рей уже была готова. Пусть до её Ренж Ровера было рукой подать, она не сможет быстро выехать со двора. Оставалось только искать укрытие среди домов, если не получится оторваться. — Как бы это странно не звучало, — Шисуи устало выдохнул и аккуратно отпустил руку девушки, — но нам нужно поговорить. А потому залезай в... Рей не была настроена на беседу и не дала ему договорить, рукой нырнув под свою кофту за пуш-дэггером. Ей хватило пары секунд, чтобы в несколько движений крепко обхватить пальцами рукоять, вынуть нож из кулона, развернуться и податься вперёд. И столько же времени понадобилось Шисуи, чтобы до хруста вывернуть кисть Томори, ловко выхватить из её кобуры Глок, завести руки за спину и толкнуть к своему внедорожнику, припечатывая лицом к капоту. Удар о кузов пришёлся на живот и рёбра, выбивая из лёгких Рей весь воздух. Пальцы всё ещё крепко держали плоское лезвие, но оно было слишком коротким, чтобы достать до ладони Шисуи, сжимающей её руки. Запястье ныло тупой болью, и Томори не была уверена, что вообще сможет им пошевелить, чтобы развернуть нож. — Я такими штуками пиво открываю, — беззлобно подметил Шисуи, опустив взгляд с взлохмаченной макушки, которую вдавливал в капот, на тонкое лезвие, выглядывающее между указательным и средним пальцами Томори. — И мне кажется, что я не похож на банку пива. Выбрось эту безделушку. Тонкие пальцы только крепче сжали нож. Рей была уверена, что Шисуи не сможет долго удерживать её в таком положении. Достаточно одного проходящего мимо человека, ставшего свидетелем того, как в тёмном переулке мужчина скручивает руки девушке, нагнув на капот, и он её отпустит. А у Рей появится новая возможность сбежать. Не дождавшись должной реакции на свои слова, Шисуи сильнее прижал её голову к металлу и завёл руки ещё выше, вынуждая разжать кулак с пуш-дэггером. Зашипев от усилившейся боли в запястье, Рей выпустила нож; тот со звоном полетел на капот и, скатившись по гладкой поверхности, упал на асфальт. Но сдаваться она не собиралась. — Отпусти меня или я закричу, — прошипела Томори, сверля взглядом отражение Шисуи в лобовом стекле. — Что ты там лепечешь? — не воспринимая озвученную угрозу всерьёз, он фыркнул и, отпустив голову забрыкавшейся девушки, спрятал трофейный пистолет за пояс. Освободившейся рукой Шисуи принялся обыскивать её карманы и прочие удобные места для скрытого оружия, но Томори отчаянно сопротивлялась. — Та не дёргайся, — рявкнул он, выкидывая всё найденное на капот: чеки за парковку, айфон, простейшую бензиновую зажигалку, пачку таких же как у кузена сигарет. И больше ни одного ножа — как-то слабовато для Приближённой. Ощутив чужие пальцы в заднем кармане джинсов, Рей злостно наступила на ногу Шисуи, после чего тот встряхнул её и сильнее вжал в капот, возмущённо проревев: — Твою мать, ну чё ты творишь, это новые кроссовки! — Знала бы, какой ты придурок, пристрелила бы ещё в первую встречу! — То есть это я виноват, что ты не захотела по-хорошему? — вытащив из кармана её джинсов какую-то визитку, Шисуи беглым взглядом прошёлся по ней и усмехнулся. — Ты настолько отчаялась, что решила обратиться к Уэде? Что, твои дружки уже не справляются? Херово, наверное, прислуживать Мадаре — вечно кто-то хочет прирезать. Томори окончательно осточертело происходящее. Уткнувшись лбом в холодный капот, она протяжно выдохнула и, набрав побольше воздуха в лёгкие, закричала изо всех сил. Но следом позвать на помощь не успела — Шисуи среагировал моментально. Потянув на себя, он зажал ей рот рукой и, перебивая громкое мычание, выпалил прямо в ухо: — Итачи не знает, что ты работаешь на Мадару. Срывающийся на визг голос Томори резко затих, будто из розетки выдернули шнур старой аудиосистемы. Не имея ни малейшего представления, чем руководствовался Шисуи, принимая такое решение, она замерла в ожидании услышать подробности. — Я не говорил ему, что видел тебя на причале, — убедительным тоном продолжил он, ослабив хватку. Мужская ладонь плавно опустилась с её лица, готовая в любой момент вернуться, если Томори снова станет корчить из себя потерпевшую. Шисуи толкнул её вперёд и сам отошёл на пару шагов назад, чтобы она не надумала вернуть себе Глок. А лежащую на асфальте зубочистку он вовсе за оружие не считал, как и не считал, что эта девчонка вообще сможет его коснуться, не то что царапину оставить. Однако, вопреки его ожиданиям, она не побежала за пуш-дэггером и даже не развернулась, чтобы смерить Шисуи ненавистным взглядом. Рей просто молча стояла к нему спиной и, шмыгнув носом, потёрла повреждённую кисть — прямо как маленькая девочка, ранившая руку из-за собственной неугомонности. Ассоциировать эту гарпию с племянницей было непозволительно, но долбанное чувство ответственности и инстинктивное стремление заботиться о младших решили вылезти именно сейчас, вызывая в груди Шисуи неуместное сожаление. — Это всего лишь растяжение, — будто извиняясь, объяснил он. Рей никак не отреагировала, двинувшись к своим разбросанным на капоте автомобиля вещам. Одной рукой она взяла пачку сигарет и, зубами вытащив одну, подкурила. Шисуи также не нарушал тишину, понимая, что той нужно время, чтобы отойти от очевидного раздражения и начать говорить в спокойном состоянии. Но Томори была не просто раздражена, она злилась как чёрт. Вместо того, чтобы трепать ей нервы и нагло обыскивать, Шисуи мог начать их встречу с ключевой информации, которую озвучил лишь после того, как довёл Рей до белого каления и выкрутил ей запястье. Сделав глубокую затяжку, она развернулась и медленно двинулась к нему. — Это не растяжение, — ледяным тоном проговорила Рей, — я слышала хруст. — Ну, максимум вывих, — Шисуи пожал плечом и протянул к ней руку. — Я могу исправить. Она сама сейчас всё исправит. Одарив вытянутую ладонь презрительным взглядом, Рей остановилась в полушаге от Шисуи. А затем, зажав сигарету зубами, не жалея сил заехала здоровым кулаком по его лицу. Он, никак не ожидая такого выпада, схватился за пострадавший нос и, наклонившись, глухо застонал — то ли от боли, то ли от досады. — Ты с твоим чёртовым другом… Вы всем так руки заламываете? У вас это семейное, что ли?! — прорычала Рей, срываясь на крик на последнем вопросе, и без капли жалости наблюдала, как Шисуи морщится, зажимая нос в попытке остановить кровь. Но вслед за риторическим вопросом прилетел ответный настороженный взгляд чёрных глаз, будто Рей попала в яблочко. Выпрямившись, она неуверенно обвела мужчину взглядом, оценивая вероятность такого предположения. — Вы что... братья? Закатив глаза, Шисуи попытался фыркнуть, но сквозь заливающую носоглотку кровавую юшку получилось лишь булькнуть. Нервно затянувшись, Томори растерянно на него смотрела в попытке осознать сложившуюся ситуацию. Моральное удовлетворение от мести длилось недолго — понимание того, что она разбила нос брату Итачи, сначала оглушило, а затем дало пинок под зад, мотивируя загладить содеянное. — Я… Я сейчас... — будто в прострации проговорила она и двинулась к своему автомобилю, игнорируя не самое разборчивое ворчание Шисуи. Рей хотела проявить участие, пусть от такой помощи эффект был не мощнее подорожника. Не то чтобы она поступила как-то иначе, если бы изначально знала об их родстве — да будь он хоть Папой Римским, выламывать ей руки никому не позволено. Из всего происходящего Томори успокаивало лишь то, что в данный момент её никто не собирался убивать. В ином случае Шисуи не стал бы её обыскивать и точно не пытался бы заинтересовать упоминанием Итачи. Пока она копалась в салоне автомобиля, прости, Ками-сама, Учиха, опустив голову, подошёл и кряхтя облокотился на капот Ренж Ровера. Вручив пачку найденных в бардачке салфеток, Рей потянулась к его лицу в попытке помочь вытереть кровь, но он только отмахнулся. — Мы двоюродные братья, — гнусаво произнёс Шисуи, заткнув отёкший нос салфетками. — Об этом я тоже не скажу, — он пальцем указал на своё лицо, а затем поднял пристальный взгляд на поджимающую губы Рей. — И жду от тебя того же. Эта встреча должна остаться между нами. — Стыдно признавать, что тебе сломала нос женщина? — усмехнулась Томори, сложив руки на груди. — Ничего ты мне не сломала, — шикнул Учиха, двинувшись к своему автомобилю. — Всего лишь ушиб, подумаешь… Оценивающим взглядом осмотрев разбросанные вещи, он поднял с капота чужой айфон и приложил холодный экран к пострадавшему носу. Рей возмущённо нахмурилась, но быстро смирилась с нецелевым использованием её телефона, устало вздохнув. — Ну и? — протянула она и, достав пачку сигарет, удручённо взглянула на последнюю пару. — Зачем ты меня выдернул из бара? — Хотел обсудить условия нашей сделки, — Шисуи развернулся к Рей лицом и, красноречиво обведя глазами соседние здания, кивнул на лобовое своего Хюндая. — Но тут как-то атмосфера не располагает для плодотворного разговора. — Какой ещё «нашей» сделки? — вздёрнула бровью Рей, проигнорировав просьбу сесть в автомобиль. Но ответа не последовало — Шисуи терпеливо ждал, пока она соизволит пойти навстречу ему и её собственному любопытству. Жуя губы, Томори перевела сомневающийся взгляд с Учихи на его машину. А затем под раздражённый выдох двинулась к пассажирской двери. — Без фокусов, — ткнув в его грудь указательным пальцем, угрожающе буркнула Рей, но это лишь рассмешило Шисуи. — Барахло своё забери, — махнув рукой на капот, он оттолкнулся от автомобиля. — Ты сам это всё туда вывалил! — рявкнула Рей, однако всё же последовала словам мужчины. Собрав все бумажки в кучу, она уже собиралась их выкинуть в ближайший мусорный бак, но одна из них — более плотная и с острыми краями — привлекла её внимание. Нахмуренно всматриваясь в визитку, Рей выбросила чеки и двинулась к Хюндаю. — Сотрудничаешь с Уэдой? — спросила она, усевшись на пассажирское сидение, и показала Шисуи лицевую часть визитки. — Тут кроме номера ничего нет. Ни имени, ни адреса. — Сотрудничал, — уточнил Шисуи, кинув ей на ноги айфон. — Давно. Очень давно. Дверь закрой, — поправив торчащую из носа салфетку, он нажал на кнопку запуска двигателя. — Не-не-не, — Рей тут же её нажала следом, выключая двигатель, — я никуда с тобой не поеду. И верни мне Глок, если ты надеешься на какую-то сделку. — Да, конечно, может, тебе ещё ключи от моей квартиры отдать? — язвительно спросил Учиха, сощурившись. — Закрой двери и не выпендривайся. — Я. Никуда. С тобой. Не по… — И как ты домой доберёшься? — перебил Шисуи, смерив девушку раздражённым взглядом. — Сядешь выпившей за руль? — Такси вызову! Какое тебе вообще дело? — развернувшись к мужчине и резко вскинув руку, Рей чуть не ударилась о мультимедийную панель. — Если тебя грохнут по пути домой, Итачи мне этого, нахер, не простит! — Шисуи ответно повысил голос и, наблюдая, как Томори в удивлении раскрыла рот, словно выброшенная на сушу рыба, тяжело вздохнул. — Ладно... Давай начнём всё заново. Рей-чан, будь так добра, закрой, пожалуйста, дверь, — предельно вкрадчивым голосом произнёс Шисуи, указывая ладонью на раскрытую за ней дверь, а затем резко поднял указательный палец вверх, пресекая любой звук, который мог возникнуть от решившей снова открыть рот девушки. — И если тебя не затруднит, не перебивай. А если же тебе будет сложно держать себя в руках, то хочу напомнить, что мою поясницу всё ещё холодит твоя игрушка. Ты ведь хочешь, чтобы она вернулась к тебе, а не попала на стол к какому-нибудь очень дотошному дяде-детективу? Терпеливо выслушав мужчину, Рей наклонила голову набок и медленно кивнула. А затем бесстрастно добавила: — Юшку подотри, шантажист хренов. Была бы возможность, ноздри Шисуи однозначно бы раздулись. Но и без этого его раздражение было заметно, хотя бы по тому, как задёргался глаз. — Нет, серьёзно, ты весь салон перепачкаешь. Тебе бы заменить вот это всё, — предвзято осмотрев лицо Учихи, Рей пожала плечами и вышла из автомобиля. — Я сейчас вернусь. — Если ты за салфетками, то они у меня есть. И не взду... Шисуи продолжал вещать из машины, но Томори его не слышала. Ей не столь важно было добыть салфетки или ещё что-нибудь, способное заткнуть ему нос, — и рот тоже не помешало бы, — но забрать валяющийся на асфальте пуш-дэггер было необходимо. Найдя нож у переднего колеса Хюндая, Рей его подняла и быстро вернула в миниатюрные ножны под кофтой. Она видела, что Учиха за ней наблюдал, но даже и слова не сказал против — чересчур самоуверенный тип. Похоже, это тоже их семейная черта. — Будет про запас, — упав в пассажирское кресло, Рей кинула добытую пачку салфеток на торпеду и закрыла дверь. — Во-первых, — начал Шисуи, меняя уже вторую самодельную турунду, — мне интересно, кто ещё знает о том, что я был на причале в ту ночь, — он поднял выжидающий взгляд на Рей и, заведя двигатель, нажал на кнопку блокировки дверей. — Это очень важный момент, поэтому советую отвечать честно. Запрокинув голову на подголовник, Томори коротко усмехнулась, но смешно ей отнюдь не было. Даже опуская статус Приближённой и будучи, например, рядовым агентом Акацуки, следовало рассказать куратору о том, что видела Шисуи после сделки. Но она упомянула лишь о Кисаме, опасаясь, что Дейдара разнюхает о её контакте с потенциальной жертвой или, что хуже, заподозрит Рей в симпатии к Итачи. — Никто, — выдохнула Томори, прикрыв глаза, — никто не знает. — Я ведь посоветовал... — Это правда. Я никому не говорила, — перебила Рей, повернувшись к Шисуи. Различая в его сдвинутых бровях и прямой линии губ явное недоверие, она решила опередить его вопрос встречным. — Почему ты не рассказал Итачи? О том, что его заместитель участвовала в явно незаконной сделке и работает на грёбаную мафию, — хотела продолжить, но слова застряли в горле. Шисуи такие уточнения не нужны, он и так всё прекрасно понял. — Думаю, причина была та же, что и у тебя, — с каким-то смирением ответил Учиха и, взглядом проводив цепочку Рей, пристегнулся, а затем переключил передачу. — И судя по этой хреновине у тебя на шее, промолчал не зря. Хотя чёрт его знает... Рука Томори сама дёрнулась к кулону, обхватывая и скрывая его от чужих глаз, хоть на него никто и не смотрел. Казалось, что это украшение, длиной всего в пару сантиметров, голограммой подсвечивало витающий над головой транспарант: «Она снова влюбилась не в того. Позор и проклятий ей на семь следующих жизней!». И обязательно должна быть мигающая стрелочка, указывающая прямо на чёрноволосую башку, в которой периодически серое вещество превращалось в бесполезное розовое желе, пузырящееся каждый раз, когда Итачи появлялся в зоне видимости. — Раз уж так всё складывается, — продолжил Шисуи, отвлекая Рей от разгоревшегося сеанса самоупрекания, — предлагаю всё оставить на прежних местах. Мы друг друга не видели, и гарантией будет обоюдное молчание. — Кисаме, — вспомнила Томори, нахмуренно смотря, как они выезжают со двора. — Он меня видел. — Он думает, что ты просто казначей. Я не стал его переубеждать. — А ты думаешь, что я не «просто казначей»? — вскинув бровью, Рей выразительно посмотрела на Учиху. — Что ты ещё обо мне знаешь? Задумчиво следя за дорогой, Шисуи молчал, будто сомневался, стоило ли ему отвечать. Остановившись на ближайшем светофоре, он потянулся к лежащей у коробки передач пачке сигарет и вытянул одну. — Например, — прикурив, заговорил Учиха, — то, что за тобой ведут охоту. И ты об этом знаешь, иначе не стала бы обращаться к Уэде. Честно говоря, когда я заметил напрягшихся от моего присутствия мужичков в баре, то подумал, что за тобой уже пришли. Их там было человек восемь, не меньше. Расселись по разным столикам за твоей спиной, знаешь, будто ждали подходящего момента. Но как-то уж очень по-дилетантски... Удивительно, что они меня узнали. А после того, как увидел визитку с номером Шигеру, всё стало на свои места. Ты не подумай, они в каком-то роде профессионалы, но всякое может случиться. Есть люди, которые могут справиться и получше. — Кто? Ты, что ли? — фыркнула Рей. — Вообще-то да, — оскорбившись таким пренебрежением, Шисуи недовольно поджал губы. — Но у меня и без тебя работы по горло. Поэтому... — он запнулся и коротко взглянул на Томори. — Ты вообще знаешь, кто хочет тебя слить? — Я не уверена, что это подходящее слово, — с сомнением проговорила она, сложив руки на груди. — Знаю только то, что там верхушка психованная. Деньгами сорят налево-направо, никого не боятся, следят и угрожают... — Бедняжка, — нарочито жалостливо протянул Шисуи, чем приковал к себе уничтожающий взгляд. — Негодяи, испортили такое шикарное свидание... Весь вечер коту под хвост. — В прошлый раз ко мне вообще прислали группу каких-то Ван-Даммов-пероростков, но как-то не учли, что женщина может оказаться более ловкой, — гордо расправив плечи, проговорила Рей. — Так что скажи «спасибо», что у тебя пострадал всего лишь нос. — В прошлый раз? — переспросил Шисуи, не донеся к губам сигарету. — То есть подрыв автомобиля — это не первое покушение? — Нет, — качнула головой Рей и сама закурила, — не первое. И вроде как убийство не было их основной целью. В первый раз говорили: «Ты просто должна передать сообщение». Кому и зачем — да хрен знает. — Настойчивые ребята, — хмыкнул Шисуи. — Интересно-интересно... — Ни черта в этом интересного нет, — зло огрызнулась Томори. — Я помогу. — Чего? — недоумённо уставившись на мужчину, Рей решила, что ей послышалось. — Говорю, что могу помочь. Это забавный случай, — пожав плечом, произнёс Шисуи будничным тоном, словно речь шла о каком-то судоку. — Забавный? — Рей искренне хотелось треснуть этого самоуверенного мужчину, несмотря на то, что тот предлагал помощь. — Да ты такой же псих, как и главарь этой группировки. И доверия не вызываешь, если честно... — А у тебя есть выбор? — усмехнулся Учиха, коротко взглянув на Томори. — Я так погляжу, твои кореша, или как там вы друг друга называете, не особо рвутся тебя защищать. Раздражённо откинувшись на спинку кресла, Рей уткнулась в лобовое стекло недовольным взглядом и сделала сильную затяжку. Она не хотела соглашаться с Шисуи. Но обстоятельства складывались так, что любая помощь ей была не лишней. — Ты успела что-то о них узнать? — Немного, — буркнула Рей, продолжая смотреть на дорогу — через пару кварталов находился её дом. — А подробнее можно? — У них есть свой герб, — нехотя проговорила она. — Обнаружила на застёжке кобуры. Китайский иероглиф, обозначающий птицу. Хищную вроде. Медленно кивая, Шисуи хмурился всё сильнее и сильнее, будто этой ничтожной информации ему хватило, чтобы прийти к неким выводам. — И это всё? — Больше ничего. Они стараются себя не раскрывать, — словно в оправдание произнесла Рей. — Не густо, — Шисуи притормозил напротив потухших окон кофейни и потёр пальцами веки. — Круглосуточную охрану тебе пусть предоставляет Уэда — это не моя забота. Я пока узнаю, что за птички пытаются за тобой охотиться. Рей с сомнением посмотрела на него. Она понимала, что он не похож на Мать Терезу и явно потребует оплату за свои услуги, как минимум, в виде важной для него информации. — Что ты хочешь взамен? — Просто перестань копать под меня и Итачи, — Шисуи устало посмотрел на Томори. Она не планировала корчить из себя дурочку, притворяясь, что это вовсе не она подавала Гурен запрос на него с кузеном. Озвученная цена её более чем устраивала и казалась совсем незначительной. Возможно, Рей была бы другого мнения, если бы успела разузнать чуть больше, чем рассказал ей Шигеру. И всё же кивнула, соглашаясь на условия. — Отлично, — оглянувшись через плечо, Шисуи пристальным взглядом прошёлся по малолюдной улочке. — Думаю, один квартал ты сможешь пройти без происшествий, — Рей уже собиралась выйти из автомобиля, как он её одёрнул. — Подожди. — Что ещё? — спросила Рей, уже держа ладонь на ручке двери. — Всё-таки решил вернуть мой Глок? — Да сдался он мне, — фыркнул Шисуи и, достав пистолет из-за пояса, протянул его Томори. Осознавая, что не по доброте душевной он отдаёт ей оружие, Рей с сомнением обхватила рукоять и спрятала в кобуру. Шисуи запросто мог оставить пистолет себе, снять отпечатки, узнать происхождение по номеру регистрации или просто шантажировать. Но решил показать, что ему можно доверять. И что более важно — он доверяет Рей, вкладывая в её руки оружие. — Давай кисть вправлю. Не настолько она ему доверяла. — Нет уж, спасибо, — на всякий случай отдалившись от Шисуи, Рей продемонстрировала подвижность всё ещё ноющего запястья. — Да она и не болит совсем. — Как знаешь, — Шисуи пожал плечом. — Запиши мой номер. Никаких визиток — как видишь, это херовая практика, — усмехнувшись, он проследил за движениями Рей, достающей из кармана кожанки айфон. — Можешь писать и звонить в любое время, но по делу. Я обычно быстро отвечаю. Если не отвечаю, значит, не могу, а не потому что мудак такой. Жаловаться на кузена можешь, но не часто, и только в трезвом состоянии, а не когда возглавляешь ликёро-водочный десант — на пьяное нытьё у меня аллергия. Что ещё... Видишь подозрительное тело, упавшее тебе на хвост, — звони. Видишь какую-то странную шумиху — звони. Если тебя уже взяли за... — Шисуи вскинул ладонь вверх, будто обхватил ею нечто круглое, но запнулся, с сомнением посмотрев на Томори, — за... за ягодицу — тоже звони. Конечно, желательно, чтобы твоих дружков рядом не было, но это уже как получится. Тебе всё ясно? — Да ясно, ясно... — пробормотала Рей, открывая контакты. — Тогда записывай, — удобнее развалившись в кресле, Шисуи прикрыл глаза и начал диктовать. Когда Рей, коротко попрощавшись, покинула автомобиль, на экране телефона всё ещё была открыта клавиатура под выделенным полем для имени — быстро придумать название новому контакту она не смогла. Подписать его как «Шисуи» нельзя, а новые прозвища, связанные с его кузеном или тем же Чивасом, да так, чтобы зоркие глаза Итачи не пробудили в нём подозрения, — такое выдумывать нужно на более свежую голову. Пройдя половину квартала, уткнувшись в телефон, она всё же смогла сгенерировать до банального простое имя, но никто в жизни не догадался бы, кто скрывается за этим контактом. И отчего-то это вызвало на губах Рей то ли улыбку, то ли усмешку. В очередной раз прочитав текст, она удовлетворённо кивнула и нажала на «Готово». Теперь главное самой не запутаться и запомнить, что контакт «Мамочка 3» к Акацуки не относится.