Назад нельзя

Юджи задумчиво почесывает бровь, вглядываясь в окно за креслом Кугисаки. В ее кабинете было прохладно, мрачновато и хорошо. Самое то, чтобы спрятаться от не щадящего солнца. — Итадори! — рявкает подруга от души, припечатав кулаком стол. Юджи невольно подскакивает в кресле. Директор впивается в него своими пронизывающим все на свете глазами. У нее нервно дергается глаз, а сама женщина уже дрожит от подступающего гнева. Все это говорило, что лучше Юджи валить. — Прости, — булькает Юджи в ворот своей куртки. В его голосе ни капли искреннего раскаяния. — Ты, — протягивает зло подруга, руки ее тем временем скручивали подхваченные со стола документы. — Твоя тройка у меня уже попрек глотки стоит! — Кугисаки, — сладко улыбается Юджи, кинув взгляд на грудь шаманки, — это у тебя тройка, у меня там каменная кладка, — в конце мужчина играючи подмигивает. А через секунду уворачивается от молотка и гвоздей. — Я у тебя из зарплаты вычту! — кричит вслед директор, уже за закрытой дверью. Мужчина посмеиваясь, уходит из преподавательского крыла. Засунув руки в карманы брюк, все с той же улыбкой, он проходит пару коридоров, а после сворачивает к своему классу. Он слышит крики доносящие от туда и качает головой. Годы идут, а они все никак не меняются. Стоит ему открыть дверь, как второкурсники перестают спорить, и поворачиваются к нему с широкими улыбками. — Сенсей! — Секо выходит вперед и трясет своей головой, намекая на свою обновившуюся прическу. Недавно она всех заверяла в том, что больше стричься не будет и хочет длинные волосы как у Нобары. Но вот она снова с прямыми темными волосами едва достающие до ее плеч. Юджи улыбается, обводя ее образ глазами. Чуть подведенные глаза, белая футболка, пиджак и вместо привычной юбки — брюки. — Сколько сердец ты уже разбила? — Итадори подходит к ученице и ерошит ее волосы. Иери смущенно фыркает, под его рукой. — Много, — отвечает она, сверкнув своими карими глазами. — Я все равно больше, — конечно, Сатору все та же затычка в каждой бочке. — По другому быть просто не могло, Сатору, — кивают Юджи. — А ты Сугуру? — обращается он к брюнету. Вот Сугуру не говорил, что будет отращивать волосы, однако те уже спускались водопадом дегтя по спине и укрывали лопатки. — Я не разбиваю сердца, сенсей, — с обидой журит его парень. — Я все-таки джентельмен, — и кидает насмешливый взгляд в Сатору. — Это, знаешь ли, тоже разбивает женские сердца. Очень приятно встретить не только красивого мужчину, но еще и галантного. — пожимает сенсей плечами и проходит к кафедре, устало на нее опирается. Сатору посылает Сугуру убийственный взгляд. — Сенсей, — блондин переключает на него свое внимание и Юджи уже знает, что от него просто так не отстанут. — Почему вы так уверены в своих словах? Глаза Годжо вспыхивают неподдельным интересом и буквально впиваются в Итадори, отслеживая каждое движение. — Ну, — Юджи задумчиво прикусывает губы, — возьмем Фушигуро. Он красивый, — свободно говорит мужчина, — это очевидно. И вежлив. Именно вежливость добавляет ему еще больше шарма. — Фушигуро-сенсей правда красив, — соглашается Иери и запрыгивает на парту. — У него очень длинные ресницы, — улыбается Итадори. — Как у девушки. Первое время я думал, что он красит глаза. — А еще его губы! — Секо вздергивает палец вверх. — Розовые, он красит их? — Ммм, — как-то неоднозначно протягивает Юджи, при этом облизывая свои собственные губы. — Насколько я знаю — нет. — Насколько вы знаете? — медленно повторяет Сатору, хлопая своими глазами. Итадори на его вопрос пожимает плечами, но ничего не отвечает. — А еще у него такие руки, — девушка мечтательно вздыхает. Сугуру с Сатору заинтересованно принимаются разглядывать свои руки. — Когда он нес меня в медпункт, — продолжала шаманка тем временем, — тонкие пальцы, ухоженные, аккуратно убранная кутикула. О, и нежные. — Это ты успела заметить, пока он нес тебя в мед.пункт? — саркастично фыркает Сугуру, не переставая пялится на свои руки. — Фушигуро-сенсей, — одноклассница щурит глаза на маневр лисы, — очень внимательный мужчина, в отличии от вас — неотесанных болванов, которые только членами меряются. Парни шикают на девушку. Сугуру смущенно, Сатору возмущенно. — Мегуми очень хорошо за собой ухаживает, — подтверждает слова ученицы Итадори. — И вы тоже, сенсей! — магичка улыбается на его удивленно-озадаченный вид. — От вас всегда приятно пахнет, ваша одежда всегда чистая и вы тоже очень галантны. И очень сильные, — девушка едва заметно краснеет щеками. — Ох, Иери, — смеется сенсей. — Мне всегда с вами комфортно, — признается Секо, пожимая печами. — Есть мужчины, с которыми неприятно находится. Такое всегда чувствуется, — брюнетка морщится, — их взгляды. А вы… У вас отцовский взгляд, наверное, в этом дело. — Не думаю, что могло быть по-другому, — Итадори ласково улыбается ученице. — Но, вообще-то я пришел не за тем, чтобы обсуждать мужчин и красоту Мегуми. — Не сработало, — признается Секо и кидает на парней виноватые взгляды. Юджи хмурится, не понимая о чем речь. А потом до него доходит. Он хмыкает. — Конечно не сработало, я еще не настолько стар, чтобы страдать маразмом. — Да так ли уж это? — ухмыляется во весь рот блондин. Сугуру испускает короткий смешок и спешит прикрыть рот ладонью. История о том, как сенсей забыл их на станции, не так уж и стара. Итадори-сенсей сходится в битве взглядов с Годжо. — Что я вам говорил перед тем, как отправить на задание? — вздыхает мужчина, прерывая гляделки. Сатору победно улыбается и тут же задирает нос. — Нанести как можно меньше урона, — повторяет как мантру Секо, болтая ногами. — А вы принесли убытков в двое больше, чем в прошлый раз, — протягивает старший шаман устало. — Мы пытались, — виновато откликается Сатору. — Но не получилось, — шмыгает носом Гето, скрестив руки на груди. — Простите нас, Итадори-сенсей, — Секо виновато наклоняет голову на бок. Юджи только закатывает на это глаза и качает головой. Как после этого на них злиться? Никогда не получалось на них злится. Так и нечего начинать. — Разбалованные дети. — Мягкосердечный сенсей! — прилетает ему в ответ троегласным хором.

***

Сатору упирается лбом в кафель душевой кабинки. Прикрывает глаза. «Мегуми красивый» разносится по углам его головы слова сенсея. Мегуми красивый? — спрашивает парень себя мысленно. Да. Да, Фушигуро-сенсей красивый. Это все равно, что Итадори-сенсей сильнейший. Так же ясно и понятно. И так цепляет. Сатору не может понять своих чувств. Он то зол, то раздражен, то ему все равно, то чувство такое, ни на что не похожее. Но из-за него хочется парить. Оно не пугает, но всегда путает, поднимает что-то из глубин неизвестное и непонятное. «— Ну, — Юджи задумчиво прикусывает губы, — возьмем Фушигуро. Он красивый, — свободно говорит мужчина, — это очевидно. И вежлив. Именно вежливость добавляет ему еще больше шарма.» Внутри все переворачивается от слов сенсея. Накрывает досада. Себя Сатору считает красивым. Где вы еще найдете такого парня с белыми, как снег волосами и голубыми, как небо глазами? Такой внешности нет ни у кого. Еще он был высокий, стройный и помимо всего этого — черты его лица правильные. Он совершенно точно симпатичен. Он красивый. Это говорили ему все, кто встречал. Все девицы, которые вешались ему на шею. Сатору сам знал это. Но все равно чего-то не хватало. Не хватало признания сенсея? Годжо недовольно фыркает на себя. Мнение Итадори-сенсея всегда играет ключевую роль. Да, он бесспорно признает его как человека, который мудрее и сильнее. Но не до такой же степени? Почему мнение сенсея стало важным во всем? Итадори-сенсей его учитель, а не законодатель моды и он вообще никак не может оценивать красоту людей. Это не относится к учебе. Вот совсем. Но. Годжо хмурится до белых пятен перед глазами. Почему-то ему очень важно — чтобы сенсей дал оценку его внешности.

от кого: Итадори-сенсей~ «Сатору, завтра в 12:20 у городской больницы. Прием к стоматологу: з» время: 02:34

Перед походом в больницу, Годжо тщательно расчесывает волосы, гладит свою форму, а перед выходом выливает на себя пол парфюма. И красит губы блеском, позаимствованным у Секо.

***

Итадори ожидаемо застает их всех в комнате Секо. Сегодня седьмое ноября и пусть сенсей уже поздравил свою ученицу, подарок еще не подарил. — Думаю, это то, что вам хотелось, — говорит он с очевидной насмешкой, протягивая плотный пакет. — К этому подарку как бонус идет мое разрешение. Озадаченная Иери заглядывает в пакет, а после огромными глазами смотрит на сенсея. — То есть…? — протягивает она севшим голосом. — Да, — кивает мужчина, облокотившись о косяк двери. — Всю ответственность я беру на себя. Отдохните на славу, хорошо? Девушка ставит подарок на пол и спешит к мужчине. Итадори раскидывает руки для объятий. Секо врезается в него с такой мощи, что не удержавшись, Юджи отступает на пару шагов назад. Ученица же, обхватив его шею руками, прижимается крепко и сильно. Словно желая добить сенсея. — Спасибо большое, Итадори-сан, — бормочет она ему на ухо. — Вы самый-самый лучший учитель. И самый лучший мужчина. — У тебя в жизни будут еще лучше, — почему-то говорит Итадори поглаживая девушку по спине. — И мужчины и учителя. — Нет, — категорично заявляет Секо яро качает головой. — Вы навсегда останетесь самым-самым. — Это только потому что я принес вам выпивку? — смеется Юджи. — Нет, — еще тише отвечает девушка. — Вы замечательный, — говорит брюнетка, когда отстраняется и заглядывает в глаза, быстро клюкает в щеку. Юджи прекрасно видит, что ученица не врет. Это согревает его душу. — Ты тоже замечательная, Иери, — с теплотой говорит он, поглаживая ее по макушке. — С Днем Рождения, девочка. — он коротко прижимается губами к ее лбу и отпускает. — Спасибо. Вручая выпивку, Итадори действительно не считал это чем-то аморальным. Они бы все равно выпили. И уж лучше его ребята будут пить проверенный алкоголь, чем какую-то непонятную херню. И потом. Сегодня можно, в виде исключения. Они с Кугисаки и Мегуми сбегали и таскались по барам и ларькам, выискивая самое дешевое поило. Это многого им стоило и выливалось в не очень хорошие последствия на утро. Во избежание каких-то казусов на эту ночь Юджи решает остаться в колледже. За пьяными подростками нужен глаз да глаз. Засев в своем кабинете за бумагами, Юджи совершенно в них не вникает. Воспоминания крутятся в его голове, носятся как ураган и мужчина отбрасывает все документы, откидываясь в кресле и подаваясь воспоминаниям. Как ребята только пришли в колледж, как они едва ли на на смерть дрались за какую-то ерунду. Какие неловкие и неуверенные они были, как по отдельности, так и вместе. Прокручивая в голове живые картинки, Итадори то смеется, то вздыхает. Было время когда он думал, что преподавательство не его. Абсолютна не та роль, к которой он мог бы привыкнуть. К роли палача он привык довольно быстро, потому что у него не было выбора. Итадори знал, что мог отказаться, стоило упереться рогами в ворота, но вот уже шел второй курс, и он был готов отдать за них все. Секо. Которая в начале была замкнутой, расцвела и превратилась в поистине прекрасный цветок. Девушка, которая со скепсисом относилась к юбкам и носила их с неохотой, сейчас могла свободно облачиться в платье, и чувствуя всю свою привлекательность, светилась маленьким вторым солнцем, привлекая к себе огромное количество поклонников. Может быть и не дочь, но младшая сестра, о которой Итадори временами мечтал. И за один только ее волос Юджи готов стереть любого в порошок. Сугуру. Который в начале был неразговорчивый, слишком правильный, мог свободно послать куда подальше, начиная от Сатору и заканчивая прохожим, который ему не нравился. Не то, чтобы Юджи поддерживал такое, но Сугуру никогда ничего не делал плохо безобоснованно. У него всегда был предлог и если он поступал так, как поступал, значит считал это правильным и значит, это так и было. Юджи гордился тем, что смог объяснить парню, что такое личное пространство и мнение. И Сугуру смог выстроить это вокруг себя. Гордился тем, что теперь парень говорил правду, не смотря на то, что она могла кого-то задеть, а не хранил это все в себе, этим самым причиняя себе неудобства. И, конечно, грех было не отметить, что при всем этом Гето не утерял свою рассудительность и мозги. Определенно он стал сильнее, его взгляды на многое поменялись. Он не вырос, но значительно подрос и остался все тем же добряком, которому важны были оценки, успеваемость и который с завидной жадностью поглощал всю информацию с уст Юджи. Безусловный лидер. И, по традиции — Сатору. Сатору, тот, кто рос в магическом направлении и физическом. Но все еще оставался тем Сатору, которым был при поступлении. То же ребячество, те же повадки и упертость барана. Редко, но в нем мелькало что-то взрослое, что-то чужое и незнакомое. Иногда перед Юджи появлялся другой Годжо, не тот, которого он водил за ручку к стоматологу. Появлялся Годжо — наследник клана и двух уникальных техник. Появлялись качества сильнейшего и это должно было радовать Итадори, но что-то наоборот тяготило его душу. Что-то вклинивало сомнения и приносило в его душу раздрай. Итадори множество раз думал о своем поступке. И наконец ему пришла в голову мысль о том, что отводить роль Сатору, готовить его к роли палача — неправильно. Неправильно в том смысле, что Юджи, как учитель, лишает ученика выбора. По сути, он делает тоже самое, что когда-то сделал Яга. Нет, конечно, наставник не пихал ему в рот пальцы Сукуны. Но он не дал ему выбора: умереть тогда, когда это еще можно было устроить. Десять лет назад Яга надавил узами. Отцовскими узами и юноша, который только потерял единственного родственника, ему поддался. Масамичи можно понять, никакому родителю не захочется смерти своего ребенка. Но разве правильно обрекать своего ребенка на страдания, если можно его этого лишить? Юджи вдыхает, отгораживаясь от мыслей и поднимается из-за стола. На часах полвторого ночи. Никаких сообщений, никаких звонков от учеников, значит все нормально. Можно ложиться спать. Итадори только подумал о сне, как его смартфон завибрировал. «Секо-чан» Старший шаман весело хмыкнул. Он поторопился, проблемы еще впереди. — Юджи-сан, — раздается в трубке встревоженный голос ученицы, — извините, что разбудила. — Я не спал, — бодро отзывается мужчина, уже выходя из своего кабинета. — Что-то случилось? — Ну, да, — ученица выдыхает и замолкает на пару секунд. Должно быть собирает мысли в кучу. — Вы не могли бы нас забрать? — выдавливает она из себя, наконец, и шмыгает носом. — Забрать? — вскидывает Итадори бровь в явном удивлении. — Ну, — девушка не совсем ясно что-то бормочет. Но потом все же добавляет, громко и четко: — Мы у Токийского бара. — Даже так, — фыркает Юджи, улыбаясь. — Сатору, блять, дыши, — раздается на заднем фоне крик Сугуру, а Секо чертыхается. — Приедете к нам? — спрашивает она еще более встревоженно. — Ох. Приедете за нами? — Конечно, — кивает сам себе Юджи. — Только сбрось ваше точное местоположение. И никуда больше не ходите, хорошо? — Ага, да. Окей. Когда Юджи добирается до указанного местоположения и выходит из автомобиля, какая-то часть его мозга подается панике. Сугуру и Секо выглядят нормально. По отношению с Сатору, они выглядят отлично, потому что стоят на своих ногах и их лица нормального оттенка, с ярко-розовыми щеками, от выпитого алкоголя. Сатору же неподвижно лежит на лавочке с зеленым лицом и абсолютно пустым взглядом. — Его вырвало пару раз, — Сугуру мял в руках бутылку воды. — Не знаю, что случилось, мы пили одинаково, но накрыло его за нас всех. — Накрыло, — буркает Итадори, касаясь лба блондина. Ученик что-то фырчал в пьяном бреду, а потом оттолкнул ладонь. — Скорее всего у нашего Сатору полная непереносимость алкоголя. И ему нужно промыть желудок. — Я схожу еще за водой, — Секо разворачивается и торопливым шагом уходит в бар. — Ох, дети, — вздыхает Юджи с присущим ему отчаянием, краем глаза подмечая, как Сугуру сконфуженно улыбается и передергивает плечами от неловкости. — Мы хотели немного проветриться, — признается он и подходит к лавочке ближе. — Я знаю, — кивает Юджи ему. — Ничего страшного не случилось и вы молодцы, что додумались позвонить мне. — Хмф, — встревает в их диалог Сатору, размахивая руками. — Ммм… Он подхватывается, игнорируя руку сенсея, который удерживает его за грудь, чтобы уберечь от резких движений. Парень сгибается пополам и его вновь тошнит. Сугуру успевает столкнуть его ноги, а Юджи ухватить за волосы. — Отлично, Сатору, теперь нужно выпить еще воды. — Неее, — ученик вяло отмахивается от бутылки у своих губ. Юджи тяжело вздыхает, но повторяет попытку. Ночь обещает быть веселой и бессонной. Всяко лучше ночных кошмаров и его квартиры. Все же ближе к пяти утра им удается напоить Годжо тремя литрами воды, которые удачно потом из него выходят вместе с алкоголем. Сатору становится чуть легче. — Лучше бы он оставался той амебой, — бухтит Сугуру Юджи на ухо. — Я шестигласный! — прилетает тут же ответ от юноши. — И я тебя слышу! Итадори отчаянно пытается сдержать рвущийся на ружу смех. — Конечно ты шестигласный, Сатору-кун, — Секо, сидящая на переднем сидении такси, оборачивается к ним с широкой ухмылкой, которая ничего хорошего не сулит. — А мы разве не в колледж? — озадаченно спрашивает Сугуру, отвернув голову от окна. — Если хотите получить молотком по голове, то я отвезу вас в колледж, — ехидничает Итадори. — Я вот не хочу, так что едем ко мне, несостоявшиеся алкоголики. Ученики неловко отворачиваются. Очевидно, им очень стыдно за произошедшее. Юджи же наоборот это все очень веселит. Застать первую попойку учеников? Чем не веселье для того, кто это уже прошел. — У вас уютненько, — говорит Секо, когда сенсей впускает их в свою конуру. — Да? — поворачивает он к ней лицо. — Мегуми всегда отзывается о моем жилье как о берлоге холостяка, — вздыхает мужчина, опуская Сатору в кресло. — Легкий беспорядок еще не причина так отзываться о квартире, — улыбается та и оглядывается в поисках балкона. — Сенсей, можно мне ?... — брюнетка кивает на балконную дверь. — Можно, — кивает Итадори, присаживаясь перед блондином на корточки. Очевидно, Сатору полегчало и теперь он просто спал. Как и Сугуру, примостившийся за барной стойкой, уткнувшись в сложенные руки. — Ложитесь с Секо в моей комнате, — обратился шаман к брюнету, едва толкая его в плечо. — А Сатору я уложу в гостевой. Его может снова стошнить. — Хорошо, — сонно отзывается парень и лениво встает, плетясь в указанном направлении. Судя по голосам, он пересекается с Иери. Проходит пару минут, за которые, они должно быть укладываются в кровать, а потом их голоса начинают затихать и вовсе сходят на нет. Итадори вновь присаживается перед Сатору. Касается горячего лба, а потом утягивает в гостевую комнату, укладывая на кровать. Накинув на него плед, он открывает окно, чтобы на утро Сатору не задохнулся от собственного перегара. Ставит тазик, оставляет включенным ночник и уходит, не прикрыв за собой дверь. Сатору может растеряться, когда проснется в незнакомой комнате. На часах начало седьмого, ложиться спать нет смысла. Хотя очень хочется, после приключений со второкурсниками, Юджи чувствует себя выжатым как лимон. Заваривает себе кофе, Итадори усаживается за барную стойку, на то место, где недавно сидел Гето. Помешивая кофе, мужчина совсем не замечает того, как проваливается в дремоту, уложив свою голову на локти. Он засыпает, ему впервые ничего не снится, возможно потому что он не успел войти в глубокую фазу. Он дергается от звука открывающего балкона и подрывает голову от рук, сонно оглядывается. Юджи вспоминает, что сегодня у него были гости, а на балкон скорее всего вышла Секо, покурить и успокаивается. Спустя минуту шаман убеждается в своей догадке, почувствовал табачный дым. Он медленно поднимается из-за барной стойки и тихо проходит на балкон. Девушка, в одной только белой майке и штанах, выглядывала в окно и ежилась от утренней прохлады. — Ну и кто так делает? — шикает Юджи, снимая с себя толстовку и накидывая на тонкие плечи. — Сенсей? — дергается ученица. — Как самочувствие? — Так себе, — морщится она и подносит сигарету к губам. — Как наш «шестигласный»? — Спит мертвецким сном, — Итадори красноречиво закатывает глаза. — Вначале все было хорошо, — пожимает юная шаманка плечами и кутается в кофту мужчины. — Наверное, не стоило мешать все подряд. — Ну, теперь вы будете знать, как делать не стоит, — улыбается сенсей. — А-ага, — несмотря на озноб, сигарету Иери не бросает. Качнув головой, Итадори подступает к девушке. Встав у нее за спиной, он обхватывает ее за плечи, притесняя к своей груди. — И охота оно тебе? — хмыкает он, умостив свой подбородок на ее макушке. Ученица с облегченным выдохом притирается ближе к теплому телу. — Не могу бросить, — отвечает она, стряхивая пепел с сигареты. — Вы у меня это уже спрашивали. — Еще раз спрошу, — усмехается Итадори и когда девушка подносит сигарету, чтобы сделать очередную затяжку, он нагло выхватывает ее. — Эй! Посмеиваясь, Итадори в одну затяжку докуривает сигарету и выбрасывает окурок в окно. — Давай обратно, иначе превратишься в сосульку, — он легко поворачивается с ней и толкает озадаченную девушку в спину. — Вы курите? — только и спрашивает Иери, с высоко поднятыми бровями. — Бывает. Секо щурится, всматриваясь в лицо учителя. Врет или нет? Что-то ей подсказывает что нет. И она не испытывает желания ответить сенсею его же нравоучениями о здоровье. Почему-то язык не поворачивается сказать это мужчине, даже в шутку. У сенсея вероятно веские причины для этого. А у нее? Просто в школе предложили попробовать, а оторваться она уже не смогла. Секо возвращается в кровать, думая о том, что наверное бросить курить все же стоит.

***

Проходит День Рождения Секо и День Рождения Сатору, который после первой попойки, окрестил ее последней. Они все так же ходят на задания, приносят разрушения и так незаметно подбираются к экзаменам. — В этом году экзамен будет особенный, — заявляет Итадори с порога. — Поручение от директора, отказаться вы не можете. — А что будет нужно сделать? — озадаченно и несколько настороженно спрашивает Секо. — Всего лишь избавиться от тысячи проклятий, — пожимает Юджи плечами. — Разве мы сможем? — Сугуру задумчиво почесывает подбородок. — Я в вас не сомневаюсь, — улыбается сенсей, так словно его ученики каждый день занимаются подобным.