Каждый шаг вперед только вместе
24 февраля 2023 г., 23:41
Примечания:
Так, по причинческим технинам глава мариновалась долго и поделена будет на две части. Сам от себя такого не ожидал, но надеюсь, что свой уровень текст сохранил.
Я никогда не мог заснуть после появления здесь. Ни с момента превращения в фантома, когда нёсся в круговороте чистой энергии, чтобы временно оказаться на границе поверхности среди недостижимого, и снова под собственные вопли боли всосаться в бесконечный турбулентный поток. Ни с момента стабилизации стеклянной тюрьмой. Щуплику с осколками даже не пришлось париться с выуживанием моих страхов. Нет, не только потому что я впустил его в состоянии жестокого депресняка и ужрачки чем попало. Да-да, вне работы я бухал по-чёрному, а в периоды трезвости меня накрывало так, что трындец. А бояться было чего. Я плавал как топор, до кондрашки боялся глубины и её обитателей. При жизни надо мной подтрунивали по этому поводу. Солдат, затем уорент-офицер, а боялся всякой фигни. А здесь… уже совсем другое дело! После подселения щуплика мне чудилась именно эта морская дрянь всех форм и расцветок. Актинии, морские огурцы, слизняки, эти, как там их, физалисы. Это, блин не овощи! Щупальца, больше щупалец. Дальше в ход пошли кракены от обычных кальмаров, осьминогов и адских вампиров до бесформенных булькающих порождений с кучей присосок, крючьев, глаз. Иногда мне удавалось пережить трип без приключений, иногда запирался в собственном жилище и разбирался с собственным разумом, на чём не раз сыграла Судзуми, а иногда куролесил так, что весь Корнерстоун стоял на ушах. А после прохождения испытания пополнил ряды медиков Сторм-Койла. Снаружи вещества, сочинение песен, выступления, работа радиоведущим и драки стенка на стенку. За жильё, за территорию, просто так. С использованием звёзд и без них. Иногда махач без передышки тупо в рукопашную с обмотками из колючей проволоки. Внутри шрамы от осколков, пересборки, страхи и монстры, бродящие среди стекла. Или среди алмазов? И смотрящие, когда ты оступишься, остановишься, затупишь, заснёшь. Чтобы съесть, переварить и выбросить. Но ты не спишь. Не можешь заснуть. Всегда смотрящие из бесконечной темноты и глубины. Смотрящие и не могущие ничего сделать. Боящиеся боли, рвущиеся по швам и взрывающиеся потоками сиреневой крови и мяса во все стороны при её передозе. Потому что ты не спишь и всегда в боевой готовности. Дерёшь глотку и рвёшь струны. Упарываешь, работаешь, бьёшься с собой и врагами в конце концов. И не спишь. Пока у тебя болит душа, ты живой, ты человек. Поэтому боль не должна утихать, как бы её не пытались вырубить, а сон не должен тебя даже касаться. Чтобы не стать никем и ничем. Не стать переваренным, как эти монстры без разума, души, состоящие из одной чистой энергии. Никогда.
***
Наше прибытие в Разлом ознаменовалось мерцанием на приснопамятной телепортационной площадке. Первым же делом я повернул голову назад, чтобы удостовериться, в порядке ли наш алмазец, расположившийся у меня на закорках. Да, у меня на такой случай существовал интерфейс, куда отправлялись показания, но иногда лучше один раз не только почувствовать своим разумом, но и увидеть своими глазами. — Тави, ты как вообще? Телепорт прошёл успешно? А то мало ли поплохело с непривычки. — Да, со мной всё хорошо. Нет, действительно хорошо, — заверила она меня, вспомнив про мою въедливость в этом плане. — Мы с Кори и Гэри часто так перемещались, так что я уж привыкла. — Ну и ладушки, — повернувшись вперёд, я выдохнул. — Но лучше перебдеть, чем недобдеть. Так что говори, если вдруг чего. Не сумняйся и не менжуйся. Хоть вживую, хоть по интерфейсу, хоть в разум залазь в любое время. В любое. Октавия в ответ кивнула, а в моём разуме раздалось: — «Хорошо, Эрф, договорились. А теперь расскажи, о чем ты там у нас в поместье додумался, что надо без лишних ушей обсудить. И слезу, пожалуй, хочу прогуляться пешком до места и осмотреться.» — «Ладно, маленькая. Заодно увидишь, как у нас тут обалденно.» — я привычным движением помог ей встать на твердую землю и, приобняв за плечи, произнёс. — «А теперь слушай. Рассказ будет долгий.» — «Я вся внимание.» — подтвердила совунька. Так мы и двинулись по разбитой дороге к Электролучу. По пути я выложил всё, начав своими догадками и закончив сделанными выводами, не забыв при этом ни про доклад Шейди, ни про вещества. Если про оранжереи и сами испытания Тави слушала с любопытством, то тема веществ её совсем не обрадовала. — Эрф, я конечно понимаю что ты медик и знаток своего дела, но разве проблемы в душе и отношениях можно решить одними лекарствами? Или… — тощунька кашлянула, ей претило об этом даже думать, — наркотиками. — В точку, Тави. Одними веществами решить ничего нельзя. Это всего лишь средство. Одно из многих и жестко зависящее от дозировки. Требуется комплексная терапия, цель которой вправить мозги. Капитально вправить. Понимаешь, у всех есть история жизни, кроме пустых, которые её не поймали. Не было подходящих условий, так сказать. Подходящей дурью, значит, дёргаем за это условие и разматываем клубок из всей этой лабуды. При этом пациент должен осознавать то, что с ним происходит и что это перегиб в одну сторону, чтобы пройти испытание до конца. И попутно мотивируем пациента. Правда иногда одному медику может понадобиться помощь другого медика. Поэтому Шейди знает, за какие поршни меня надо дёрнуть, чтобы привести в порядок, — на последней фразе я снова покраснел, а тощунька нервно хихикнула. — Блин, да что ж такое! А, вот. Прихватил с собой из переговорного зала твой выигрыш со звонка. — Э-э-э, какой ещё выигрыш? О чём ты? — стушевалась совунька, нервно собирая рогульки из пальцев, когда мы остановились на двух третях пути. — Не надо съезжать с темы, маленькая, мы говорим вот об этом, — на протянутую ей ладонь выпал шприц с неоновой полосой. — Забери. Тебе она ещё пригодится. — Эрф, ты же обещал мне. Убери подальше, иначе мы поссоримся, — взмолилась Тави, отстранив дозатор от себя. — Не надо. Я не возьму. — Конечно поссоримся, если ты еще хоть раз подумаешь, что я могу тебе навредить или вообще угробить после того, во что мы вписались, — я встал перед ней на колени несмотря на колючие камни на дороге, и сомкнул её ладонь на шприце. — Прошу тебя, прекрати это дело и возьми. Храни её до самого Сторм-Койла, пока не познакомишься кое с кем. Можешь спокойно в рукав сунуть, у тебя не только живые оружки предусмотрены, но и хранилища, как у нас. Совунька, всё ещё сомневаясь, покрутила запечатанный шприц в руках. Вроде убедительные аргументы привели её в замешательство. Что бы ни было, ей очень не хотелось полагаться на вещества, которые она видела часто в худших проявлениях. Чего только стоили автоматы с дурью на перекрёстках, вечеринки её сверстников и её собственные, как там их, трипы, в которых она видела не стандартные демонические формы, а то, что теперь называлось историями жизни. — Это твой билет в новую жизнь, полную событиями, которые вашей аристократии даже не снились, — заверил я маленькую и, тронув за плечо, вывел её из замешательства. — И, естественно, часть нашей терапии. Нашей, Тави. Ты чего, забыла, что ли? — Папа всегда держал свои проблемы в себе, как ты, и никогда не говорил о них. Он пил те злосчастные таблетки, чтобы заглушить боль, и мама считала это бредом. Я не хочу повести себя так же, — будто сама себе напомнила тощунька, всё-таки убрав сосуд в рукав. — Не боись, раз мы обещали, значит, не допустим такого исхода. Да и у тебя своя голова на плечах. А у твоих родителей и не только у них есть реальная возможность поговорить по душам и выпутаться из клубка проблем. Терапия под чётким контролем медиков! — Но иногда им требуется помощь других медиков, — заметила совунька. — Которые часто знают о тебе больше, чем ты сам, — ответил я с глупым смешком. — Да, мне теперь даже любопытно стало, чего я о себе ещё не знаю, — вздохнула Тави и спохватилась. — Блин, Эрф, мы же сейчас на гравии стоим! Ты же обдерёшься. Ну же, вставай. — Да фигня. Штаны живым металлом проложены, как твои. И всё остальное тоже, — подтвердил я, поднявшись с земли и всё-таки для безопасности попрятал сумки в рукавные порты. — А пробел твой мы ещё заполним! Вперёд и с песнями, как говорится. Кстати, есть у нас одна хорошая штука для твоей мотивации. Ни у кого больше такой нет. — Это какая же? — по привычке усомнилась совунька, попутно поцарапав рукав водолазки. Царапины на металлической ткани мгновенно затянулись. — Сейчас узнаешь. Я бы просто не рискнул с ней у вас в поместье выступить, потому что для неё горелки требуются и щит для зрителей, чтобы не сгореть. А щит для здания я не наколдую, так как не умею, — развёл я руками, затем включил защитную сферу брони тощуньки, выпустил из спины факельные трубки и, пощёлкав пальцами, словно кремнем, выдал метровые струи огня в такт щелчкам. — Вот, видишь, огнеопасная хрень. А сейчас пойдёт. Подпевай давай, не сумняйся. Включаешь, значит, свой воротник. В нём усилитель есть. Хороший такой, надёжный. И вдох! Благодаря усилителям песня разнеслась на весь Электролуч.Пой песню юной крови.
В сердце храбром сохрани.
Мир новый мы построим.
Будь силён идти сквозь мрак.
Ледяной плен, боль и смерть взамен, но вместе, мы вместе.
Каждый шаг вперёд.
Возродим наш род все вместе.
Все вместе.
Общая терапия. Вместе… Как много в этом слове. Вместе к одной цели, не пытаясь и никого ни с кем стравить, и ни уничтожить и забрать достижение себе. Здесь, где противоположное на каждом шагу. Какое странное чувство. Какое странное общество в Разломе. Что ими движет? В Электролуче первыми нас встретили трое свежесозданных энергиков и даже звездоносные полуэнергик и физик, игравшие в карты за деревянным столом. Последние, облачённые в женскую бело-золотую броню с подачи Шарлотты, оказались ни кем иным, как Черри и Молли. Вторая являлась сестрой Энджела Даста, а первая — одной из приближённых Хэджа и легендой среди Электрогопоты и Электросолдат. Когда они замахали нам руками в приветствии, мы незамедлительно ответили тем же. — Эрф, а кто это такие? В первый раз их вижу, — шёпотом спросила совунька. — Тю, это тоже поправимо. Сейчас вас познакомлю, — хитро отозвался я. Уже быстрым шагом мы приблизились к месту сбора. — Какие люди, Эрф! Сколько лет, сколько зим! — Черри протянула кулак для приветствия. — А кто это вместе с тобой? Колись давай! — Знакомьтесь, сестрица моя, не по крови, но по духу, — Тави Мунлайт. Дочь Столаса Мунлайта из Гоэтии. С нами в гастрольный тур по Электроразлому едет, — представил я тощуньку и, показав себе на лоб, добавил. — Да не боись ты так, мы не кусаемся. Присутствующие кивнули в ответ застопорившейся тощуньке. Перездоровавшись со всеми, мы сели за стол. Я разместился рядом с Черри, а маленькая очутилась рядом с Молли, которая, заметив, что ей всё ещё неуютно и стрёмно, незамедлительно сграбастала её правыми руками, а левыми стала показывать на каждого сидевшего. — А теперь пора нам представиться, неоновая совунька, — паучья мисс подмигнула ей. — Эмси Эрфа ты уже знаешь. Радио Вечность, кстати, вещает из Хазбина — отеля нашего. Это вот Черри Бомб или просто — Белла. Легенда Сторм-Койла в бытность командиром Электрогопоты. Сейчас замком службы безопасности Хазбина. А я — Молли, но лучше Мэри, чтобы у тебя не тех ассоциаций не возникло. Сейчас работаю диджеем с того же «Радио Вечности» и стендапером в «Смейся до упаду». Последнее тебе мало что скажет, так как у вас своих заведений хватает. — Ну почему же не скажет? — удивилась переставшая нервничать Тави. — У меня последнее время столько чудных открытий и разрывов шаблонов, что почему бы и вас не навестить, когда разберёмся с делами. — Без сомнения разберётесь. А мы тебя ещё на экскурсии сводим, — уверила её Черри, затем оперлась на замок из ладоней и с хитрецой переглянулась со мной и Мэри. — «Ну что, чуваки, попросим маленькую свою форму показать?» Я напрягся и задумался. С одной стороны, нам пока неизвестно, как осколки могли повлиять на Тави при смене формы, с другой стороны, у неё уже есть уронозаборник и перенаправитель в виде меня, так что можно дать ещё заряд радости и помучить вражка. В этот момент у меня в сознании поцарапались коготками, а освобожденная из объятий Мэри тощунька напыжилась: — Вы это чего задумали, а? И лица у вас такие хитрые. Колитесь! — Тави, мы хотим фотку на память сделать. Если у тебя не найдётся времени нас посетить, то хотя бы что-то на память останется, — Белла наклонила голову вбок. — Надеюсь, что мы с тобой не сильно развязно ведём? — Да нет, что вы, всё в порядке, — ответила она. — Только у меня фотик только на телефоне. Сидевшие рядом свежие энергики, не сговариваясь, прекратили партию и двинулись в дозор. Мы проводили их вглядами, а Мэри убрала колоду в карман пиджака, следом достав зеркалку. — Ух ты! — изумилась Тави, увидев процесс настройки. — Прям как у папы фотоаппарат, правда, он им в основном растения в садах снимает.***
Сады… Сады особняка Мунлайтов. Октавии всегда нравилось по ним гулять. Вот где спокойствие, безмятежность, и никто не капал на мозг. Сколько же там всякого любопытного росло. Тави запоем читала про эти растения, расспрашивала отца о них, а он, как опытный садовод, учил её уходу за ними и правильному обращению, чтобы ненароком не покусали и не отравили. Вот и тогда после бала, на котором Кори и Гэри с чувством, толком, расстановкой опозорили очередную семейку сплетников и особенно возможного жениха, совунька прошмыгнула через особняк в одну из оранжерей так, чтобы не столкнуться с вымотанной и злой матерью. Её эти выходки калили добела, но как же это было обалденно. Одна половина гостей неподобающе ржала над облапошенными, как кони, а другая смотрела на них с презрением. Ненавистное скучное собрание превратилось в балаган, закончившийся, впрочем, совершенно нейтрально. Так как существовали ещё те, кто понимал их проблемы. К тому же недавно благодаря бдительности Глорпа заменили долбанутого главного садовника на нормального, с которым надо было познакомиться. Тави затворила за собой стеклянную дверь и перевела дух. Наконец-то свобода, едрить её в корень. Тощунька по привычке осмотрелась по сторонам, и достав веер, зашагала вперёд. Благодаря магии в саду всегда дул лёгкий ветер, шумели деревья, колыхалась колючая трава и щупы бешеной репы. Услышав громкий треск, совунька резво увернулась от корнеплода, вылетевшего из грядки, и приложила его веером плашмя. Обиженная репа поскакала к другой грядке. И тут корнеплодная братва остервенела, а совуньке пришлось отбиваться уже двумя веерами. Через небольшое время, успокоив вражков, разбежавшихся с таким же обиженным пищанием, Тави пересекла ещё несколько садовых сегментов и оказалась в самом центре, где рядом с затемнённым куполом папа разговаривал о чем-то с Глорпом и ещё одним бесом выше последнего на голову, одетым в изотермическую форму. Тощунька быстрым шагом подошла к троице. — Доброго дня всем! — отсалютовала она веерами. — Пап, Глорп, а вы чего тут собрались? Там репа бесится с перепою. — А вот и наша маленькая гроза корнеплодов и других бешеных овощей и фруктов, — Столас взъерошил дочери головные перья и представил её, взяв за плечи. — Знакомьтесь. Эта молодая мисс — моя дочь Октавия. Она расправилась и хихикнула, заметив, как бес поёжился с непривычки. Затем отец показал на новоприбывшего. — А это наш новый главный садовник — Спайни Вайн. Рекомендован Глорпом, поэтому портача от него не будет. Верно? — Столас полыхнул глазами. — А то мало ли что. — Ну что вы, мистер Мунлайт, даже в мыслях не было, — подтвердил подмёрзнувший, но не потерявший твёрдость голоса бес. — И не будет. — Не будет, не будет. Зуб даю, мистер Мунлайт, — Глорп потряс Спайни за плечо, затем подошёл к латунной панели управления у купола. — А теперь посмотрим на наше приобретение. Такого ни у кого из вашего окружения нету и не будет. Стекло стало светлеть и становиться прозрачным, пока не исчезло полностью и перед взорами двух дворян и их садовника с дворецким не предстало дерево, похожее и на сакуру, и на берёзу. В хрустальном стволе, как в сувенире, пересыпался белый снег и булькала, будто в лампе, артериально-красная кровь. Одна часть хрустальных листьев искрилась синими разрядами энергии, а другая красными. Цветы переливались смесью уже трёх цветов. На ветвях висели, если Тави точно помнила, фурины из белого, синего, розового и красного стекла. Внезапно подувший ветер заставил эти колокольчики качнуться и выдать мелодию, сыгранную на цитре. Октавии стало настолько легко, что захотелось взлететь, что сам Столас заметил и произнёс: — Согласен, здесь так хорошо и тихо, что не хочется уходить. И снова появляться на виду у этих хмырей и меряться с ними истинно аристократскими достижениями, — вторую фразу Мунлайт-старший сказал противным голосом и скривив лицевой диск. — Да ну их всех куда подальше. Правильно? Правильно. — Ой, не могу, пап. Сейчас же лопну! — Тави согнулась от смеха, и её поддержали оба беса. — А как сегодня Кори и Гэри отличились. Странмансы ещё долго будут с мутными харями ходить. Как раз рядом возникли упомянутые стервятник и стервятница и подали голос: — А то ж! Они там вообще охренели лезть в каждую бутылку без единого леща. — Ладно, пойдём, пожалуй, работать, — сквозь слёзы смеха проговорил Глорп, увлекая за собой Спайни. — Не станем вам мешать. — Удачной работы, — ответил Столас и улыбнулся, когда Тави устала хохотать и плюхнулась на садовую скамью между присоединившимися хранителями. — Эх, звёздочку мою наконец смешинка отпустила. Теперь можно поснимать наше настоящее достижение, не так ли? Он достал зеркальный фотоаппарат и после проверки его настроек задумчиво покрутил пространство. На экране фотика всё выглядело довольно хорошо, что, впрочем, можно было довести до совершенства. — Пойдёт, — отметил старший Мунлайт и принялся за съёмку. А Тави умиротворенно смотрела на переливающееся в магическом свете дерево в центре сада, слушала шум листьев и мелодии колокольчиков. Ей хотелось остаться собой и сохранить это место в таком же виде, чтобы привести туда только того, кто заслужил. Заслужил.***
— Чем больше я узнаю своих гостей, тем больше мне нравится одиночество и безмолвие, верно? — философски заметила Молли. — Но иногда незваные неожиданные гости могут оказаться лучше пришедших по расписанию. Эрф живой этому пример, не так ли? Вперед и с песнями, да? Вот так ты и вломился в её жизнь, а она в твою. Должно быть, так и надо. — Ключевое слово — иногда, — хмуро ответил я. — Зато как! Хорош прибедняться-то, — Черри потрясла меня за плечо. — И, маленькая, осторожней с нашим охламоном: он один из тех, у кого одобрение к себе отмерло напрочь. — Я уже заметила, — в тон мне отозвалась тощунька, но твёрдо добавила. — Всё для всех, кроме себя. Но мы собрались это исправить. Иногда даже медику требуется групповая терапия. Меня как током поразило. Ты же этого хотел? Ты вслед за Кори и Гэри взялся учить Октавию? Да. Всегда идти до конца. Это работает в обе стороны. Так что готовься: тур пройдёт так весело, что тебе и не снилось. Поговорить тебе будет о чём. — Да, Тави молодец. Маленькая, но решительная и настойчивая, — Молли улыбнулась и, раскрыв сумку, что-то там жмакнула. — Морли, сфоткай нас, пожалуйста. — Морли? Мэри, что у вас там такое? Или кто? Тут до меня дошло. Белла прыснула со смеху, заметив мою задумчивость. Из своего хранилища на стол выпрыгнула по цветам и строению явно паучиха-сенокосец. Она вместе с тощунькой встретилась взглядами, обе хлопнули глазами. Что я ещё пропустил в рабочем угаре, кроме жизни? — Ничего себе, да это ж пухлячок! Помню, что просила примерно такого же купить, но мне не разрешили. — Тебе повезло, значит, потому что если они посчитают кого-то твоим или своим врагом, то пиши пропало по всем параметрам, — развела руками Молли. — А так… Пожми ей лапку, не боись, и вставай в шеренгу. Сейчас фоткаться станем.***
Столас, Октавия, Кори и Гэри за полдня исходили каменный сегмент базара Даркест Бича, попутно накупив хрустальных и латунных безделушек и теперь, перекусив, бродили по песчаному. В один момент совунька затормозила у магазина «Ядерные пухлячки и тощачки». Ее внимание привлекли ранее невиданные зверушки. На гальванических подушках дремали кристаллический броненосец, будто пластилиновая усатая лиса и вишневый то ли рачок, то ли крабик. — Вот это да… Первый раз таких вижу, — Удивленно произнесла Тави, впечатавшись лицом в стекло, затем отлипув от него, подергала отца за рукав. — Пап, может возьмем этого креблика? Я хоть смогу его спрятать вовремя, чтобы мама его не… Оприходовала. — Доча, я не против, но давай сначала продавца спросим во избежание проблем. — Ответил старший Мунлайт, увидев горящие глаза маленькой и спросил уже у хранителей. — Кори, Гэри, а вы что думаете? — Мистер Мунлайт, у нас есть некоторые соображения, и я бы точно за, но продавец лучше объяснит, почему этого не стоит делать именно сейчас. — Напряженно заметила Стервятница. — Ну Кори, ну почему… — Обиженно напыжилась тощунька. — Тави, сестрица дело говорит. Тут напортачить как нефиг делать. — Подтвердил Стервятник, но затем добавил. — Правда, есть еще одна мысль на этот счет. Грандиозная такая, хе-хе. Пойдемте ее реализуем. — Эм, что за мысль? — Не поняли оба Мунлайта. Гэри в ответ подмигнул им и, отворив дверь, и втянул всю компанию внутрь. Магазин оказался просторным с рядами застекленных стеллажей до потолка. На полках дремали разноцветные кошки, кролики, собаки, лисы, броненосцы, муравьеды, мотыльки, пауки и креблики. Около прилавка стояла такая же до потолка странная установка похожая на торговый автомат, но с конвейерами подачи и выдачи. За прилавком же стоял не стервятник, а Гарпин, отличавшийся горбатым клювоносом и патлатыми головными перьями. Его лицо было модифицировано глазным серебряным протезом и разъемным респиратором с постоянно двигавшимися поршнями продувки. Обычный глаз был заменен кибернетическим и постоянно считывал какую-то инфу с интерфейса без полноэкранного режима. За спиной виднелся ранец с нагнетателем и генератором газа. Так выглядели только газовые солдаты, посвятившие себя этому делу без остатка как энергики. Под потолком над продавцом сидела под стать ему пухлячок в виде филлипинской гарпии и следил за посетителями. — О, земляки! Добро пожаловать к пухлячкам и тощачкам! — Помахал им кибернетической рукой продавец. Его голос прозвучал через газовые пыхи. — Кого будете покупать? В нем сразу узнался не кто иной, как Вальтер Блутстром. Кто же еще кроме него рядом со знаком приверженца выгравирует свою излюбленную фразу «Что посеешь, то и пожнешь». — Вальтер, тут у нас молодая мисс хочет креблика взять, а у нее и ее отца проблемы некоторые есть. — Кисло отозвался Гэри, представив обоих Мунлайтов. — А расстраивать их чисто по-нашему нет желания. Оба глаза газовщика прокрутились в орбитах и на щупах высунулись наружу, осматривая сначала Тави, затем Столаса. Они же настороженно следили за этим действом, а Гарпин жестикулируя, выдавал прямо то, что думал. — Да, проблем у вас хватает. Не удивлюсь, что у матери такая же хрень. Аристократия, блин. — Вальтер заправил глаза в череп и железно заявил. — Не могу я вам ничего продать и угробить вас и своих зверьков. Если оставить им их возможности, то они просто на корню ваше поместье и его обитателей изведут, а если не оставить, то они превратятся в груши для битья. Но могу предложить кое-что другое для начала. Отец и дочь сначала расстроились, но поняли, что имел в виду Гэри, и воспряли духом, а он незаметно переглянулся с сестрицей, мол, все идет по плану. — Мистер Мунлайт, Вы же садовод, верно? — Осведомился продавец. — Ну да, и даже периодически заказываю растения от вашей братии. — У Столаса засветились глаза от этого вопроса, хотя он не особо верил, что предстоявшее предложение будет как-то связано с этим. — А как это относится к нашему вопросу? — Прямо и бесповоротно. — Заверил его Вальтер и протяжно добавил. — Но это будет сюрприз, так что пущай молодая мисс пока погуляет по магазину с хранителями. В вашем благоразумии ничего не трогать, я не сомневаюсь. — Ну, блин. А я-то разогналась уже. — Снова надулась совунька, сложив руки на груди. — Зато все пляшут, все живы, никого не убило. — С веселым смешком Кори увлекла за собой Тави вглубь помещения. Последняя не особо сопротивлялась и уже вместе со Стервятницей принялась разглядывать дремавших зверушек. — Итак, для безопасности предложение такое. — Вальтер включил голограмму из кибернетического глаза. — Это вот кребликовая вишня, плодоносящая, соответственно, энергетическими кребликами, которых вы с улицы увидели. У нас используются как питомцы и семена для разведения этих деревьев. А в своем саду вам понадобится электрокристаллический блок для нее. Если хотите, то можете вишню размножить. Плодоношение начнется через год, поэтому брать советую такую, чтобы подогнать его к требуемому дню. — А в чем разница пухлячков и обычных кребликов? — Полюбопытствовал старший Мунлайт. — Природные зверушки коллективные, поэтому при опасности для дерева или себя атакуют скопом. Никогда не преследуют незваных гостей, но врага стараются оприходовать сразу. К магии так же, как энергики, иммунные. Оружий не имеют, только связь с хозяином. При необходимости сами телепортируются на зарядку или если рядом есть энергокристаллы, то можно покормить ими. Это основное. А так — вот. Гарпин воровато вручил Стервятнику латунную флэшку, которую тот резвенько убрал в рукав. — Там инструкции, номера поставщиков и мой. Если вдруг возникнут какие-то проблемы, не дай жгучка, обращайтесь. — Спасибо, мистер… — Начал было Столас, но газовщик его прервал. — Мы с вашими хранителями с одной земли, так что можно просто по имени. — Скромно ответил он. — Тем более я ничего такого не сделал. Гэри усмехнулся про себя, так как знал наклонности Вальтера. Если хоть одна шишка быканула на него или его соратника даже неважно на какой территории, то в лучшем случае они получали парализующим газом и могли подвергнуться жестким издевательствам и пыткам, а в худшем получали трепетно обожаемым «Нарыв-Рубином». Бывает не везло даже распустившим язык дворянам, забредшим в его магазин. Поэтому сделать что-то хорошее для газовщика было отдушиной. — Вы мою дочь порадуете. У нее этого не особо много было. Держите вот, а то обижусь. — Старший Мунлайт поставил на прилавок шар с звездной туманностью внутри, постоянно менявшей форму. — Правда, жаль, что мне вас удивить нечем. — Да что Вы в самом деле. — Отмахнулся Гарпин и повертел подарок в руках. — Красотища, как Ваша дочь. Кстати, она похожа на моего знакомого. Он, конечно, не из совиной братии, но ей бы определенно подошел. — Звучит, как план, а, мистер Мунлайт? — Хитро отметил Стервятник. — Есть те, кто этого не поймут, — Засомневался Столас. — Но не ошибается тот, кто ничего не делает. Пусть это тоже сюрпризом станет, как дерево. Тут из-за стеллажа высунулись два плутоватых лица, а Тави спросила: — Ну пап, Гэри, вы там скоро? Может быть, мистер Блутстром даже разрешит нам генератор внешности зверушек посмотреть? — Разрешу, естественно, гости дорогие, но при мне. — Ответил Вальтер и, выйдя из-за прилавка жестов позвал за собой старшего Мунлайта и Стервятника. На стол же рядом с аппаратом и компом приземлился со своего насеста орлиный пухлячок, отметившийся грубой трелью. Столас же, остановив Гэри, и посмотрел сначала на орла, затем на его хозяина. — Как на вас похож, однако. — Ну так, потому что выращен по моей просьбе. Хотелось похожего соседа по помещению, хе-хе. — Отозвался Гарпин. — Он пока присмотрит за кассой, так что мы можем идти спокойно. Сейчас такую палитру крутанем, что закачаетесь. И он утащил всю четверку за собой к аппарату. А впереди еще маячил заказ Кребликовой вишни.***
Тави боязливо протянула ладонь Морли, которая в ответ протянула свою конечность и, кажется, муркнула. Черри со мной, не дожидаясь конца действа, встала из-за стола и мы встали в ряд. — Мохнатенькая как котунька и ворсистая, — произнесла маленькая после лапкопожатия. В ответ снова раздалось мурчание, а наросты, похожие на пряди, как у Мэри, встрепенулись и оказались маленькими динамиками. Затем сенокосец протяпала к хозяйке и подставила спинку. Мы втроем обалдело наблюдали за этим. Фотоаппарат погрузился в шерстку, затем пухлячка поднялся на удлинившихся лапах, как на домкрате, периодически топчась и настраивая равновесие, и призывающе пиликнула. Молли выпорхнула из-за стола, увлекая заворожённую Тави за собой. — Насмотришься ещё, — хихикнула паучья мисс. — Фоткаться пора. После нескольких фоток как рядком, так и маленькой у меня на плечах, Белла весело произнесла: — А теперь просьба от простых грешников к первородной мисс. Тави, мы хотим увидеть твою демонскую форму! Совунька смутилась, почесав затылок под воротником. Ей было страшно превращаться после начала осколочных закидонов. И застрять в этом состоянии навсегда. А затем… Она даже не могла представить, что случится при этом. Конечно же, мы заметили её беспокойство, даже пухлячка всем видом его выразила, подойдя и пропиликав на понятном только её хозяйке языке. Надо как-то развеять напряжение. В попытке это выполнить я тронул её за плечо и сказал: — Тави, это самое, я понял, чего ты боишься, но сейчас можешь по этому поводу не волноваться. Приёмник, хе-хе, всё стерпит, а тебе сейчас доза радости совсем не помешает. Правильно говорю? Черри и Молли поняли, кто этот приёмник и что он принимает. Вспомнили подобную технологию, с помощью которой Аластор и Хэдж вытаскивали своих подопечных из пучины депресняка. Если тогда такое взаимодействие было временным решением без постоянного подключения, то сейчас оно было с постоянным со всеми сопутствующими веселяшками. — «Прошу вас обеих, не надо обсуждений. Не до этого мне сейчас. Лучше сестрицу взбодрите.» — «Нет уж, дорогой. Она за тебя впряглась, так что только вас обоих. Ты на очереди! Только хардкор, понятно?» — обе мисс потолкали меня в обе стороны и уже вслух воскликнули: — Правильно-правильно! Просим! Просим! Тави, заметив моё выражение дисплея и действия подруг, согласилась: — Ну, смотрите тогда. Сначала её окутала тёмная аура, причём облачение потускнело, а после хлопка мне на плечо приземлился яркий неоновый совиный пухлячок. Образ брони сохранился отсутствием чёлки, зелёными глазами и отметинами очков вокруг них, щитком под челюстью и переливающимися перьями ведьминских цветов. Тощунька в этом образе оказалось не менее пушистой, чем Морли. Да, правильно говорят, что совы — это летающие кошки, которых нельзя жмакать. Впрочем, по текущим правилам, это было бы фамильярно и дурно. Поэтому я подставил ладонь, которую совунька в ответ тюкнула. Черри и Молли повторили мой жест. — Вот теперь наш черёд восхищаться, —произнесла паучья мисс. — Какая милаха. Так бы и затискала тебя, но, увы нельзя. Да, Морли? Черри, поменяемся местами и ещё разок? — Айда, — Взрывашка встала на место Мэри и также тепло добавила: — А к символу мудрости надо добавить ещё и символ пушистости для полного счастья. Я гыкнул в подтверждение, заметив, что зеленоватый лицевой диск Тави порозовел от неловкости. — «Ну захвалили. Не удобно как-то. Я так не могу, Эрф.» — «Ой, да ладно тебе, маленькая. Неудобно спать на потолке — одеяло падает. Ты же выполнила нашу просьбу? Да. Так почему бы нам не сказать то, что идёт от души?» — «Лады, аргумент принят.» После этих снимков у меня начался приход, а Белла хлопнула в ладоши и выдала последнее предложение: — А теперь просим боевую форму! Совунька утвердительно ухнула и принялась расти и темнеть. Через небольшое время я встал как вкопанный, изображая насест. У меня на плечах, крепко цепляясь обеими лапами, сидела большущая тёмная сова, будто обведённая по контурам неоном, с глазами-озёрами, в которых плескалась неоновая радуга. Признаться, маленькая или уже большенькая оказалась легче, чем могла быть. Твёрдый грунт подо мной не треснул, зато параллельно понеслись мультики. Кажется, до меня даже дошло, чем мне заменили перегрузки. Это же псевдофильтр, похожий на фильтры генеральских отрядов. Как же можно забыть… Ну Хэдж, ну Шейди, ну мозги. Восхитительно. — Ни фига себе… Вот это да, — Взрывашка села там, где стояла. — Это уже даже не пухлячок. Это здоровенный пухлячище, который кого захочешь в землю вобьёт и крыльями сдует. Молли помогла подруге встать, и они снова поменялись местами. Морли добавила в свой ещё несколько фоток. Затем Тави легко спрыгнула с плеч на землю и, весело ухнув, сгребла нас крыльями к себе. Её просто распирало от счастья быть собой. А меня уже пёрло от этого настолько, что параллельно пошли не только весёлые мультики, процесс просмотра которых пока получилось удачно спрятать хотя бы ради фоток, нет. Маленькая не могла не знать после концерта, у меня, Элзера и Вэбба глаза загораются красным во время трипа. Вдобавок к мультам пошли ещё и песни. Как я в душе ловил ритмы совуньки? По волнам, излучаемым тюрягой. Эти песни оказались не только из неизданных альбомов, но и сочинённые на коленке во время трипов. Их надо издать обязательно. После радостного вопля обоих мисс пухлячка сделала ещё несколько фоток. На последней даже включилась аура не тьмы, нет. Ядерного неона. И несколько осколков под крики щуплика рассосались. Терпеть стало невмоготу. Пока Тави не уменьшилась до обычного размера молодой мисс, я держался на охладителе. После дружного качания совуньки подруги утащили её к столу, а я повторил увиденное на торжестве в отеле и просто отвернулся, от души блеванув в вовремя созданное энерговедро, попутно пердя из спинных труб трехметровыми языками пламени. Пухлячка убрала фотоаппарат и сиганула мне на голову. Маленький диагностический монитор, значит. Пёрло нещадно. Какой же я мазохист. Какой же я упоротый. Тощунька хотела было сорваться с места, но Белла ее стопанула обнимашками и твёрдо сказала: — Сидеть, маленькая. Всё с Эрфом в порядке. Это его от счастья за тебя так плющит. Сейчас нашего товарища волна перегрузки отпустит, и он снова станет свежий как огурчик. Я измученно продышался и с выпученными глазами ещё несколько раз прочистился радугой в емкость. Меня колбасило. — А от неоновой полосы меня так же, кхм, переть станет? — взволнованно осведомилась тощунька, не зная, сопротивляться или нет. — А, это та веселяшка, что ты выиграла сегодня? — Черри только махнула свободной рукой — Не станет. Говорю тебе это, как её недавний пользователь. Всего лишь посмотришь мультики и полетаешь по своей памяти. — А я могу добавить, что тебе ее стоит поберечь до подходящего момента, чтобы открыть своё сознание, потому что твоё сознание откроется только взаимно любящему тебя и доверяющему. Хотя это Эрф тебе уже говорил, небось, — произнесла Мэри, следом за Беллой вломившись мне в разум. — «Ну ты там как с псевдофильтром?» — Да, говорил. Только не сказал с кем мне придётся познакомиться, — вспомнила Тави, не перестав настороженно оглядываться на меня. — Тогда сама узнаешь этого чувака, — подытожила Взрывашка. — «Уже должно быть нормально. Температура упала.» В этот момент меня наконец отпустило с последующим приливом сил. Преобразовав ведро в очередной кристалл со звуком разряда новы, я спрятал его в рукав и бодро пошагал к столу. Морли, вцепившись в мою черепушку, выглядела словно пушистая зимняя женская шапка, что вызвало у троицы непроизвольные смешки сквозь волнение. — Всё в порядке, мисс. Сердце я своё доставать не стану и стреляться тоже. Всем спасибо за участие, — я обнял всю троицу, а пухлячка прыжком приземлилась на стол, не преминув сфоткать нас ещё раз. — А раз уж с тобой всё действительно нормально, то можно ещё кое-что натворить, — Взрывашка достала банджо и щёлкнула пальцами. — Или настоящим музыкантам струны не нужны? Я поскрёб затылок, не зная, что ответить, но четыре просящих взгляда дали понять, что с подлодки некуда деваться. Пришла моя очередь взбодриться. После трипа. Ещё раз, блин. Мэри погладила Морли и забрала у неё фотоаппарат, а я взял инструмент у Черри и подключил его к колонкам, выросшим из плеч. Тави подхватила стук подруг по столу, а пухлячка затрещала маракасами из колонок, но так, будто они физически существовали. Узнать песню оказалось не сложно. Твои глаза заставляют мой двигатель пылать и долг свой исполнять. И симфонии крапать, которые не хуже пуль пронзят.***
В это же время Андреальфус снова мучился в своём дворце. Мало того, что болело всё сверху донизу, так ещё и есть было невозможно совсем. Накатил жуткий депрессняк, из которого, впрочем, ни Кори, ни Гэри не собирались его вытаскивать, просто слушая его нытьё. Правда разок они переполошились, когда вражок завопил настолько пронзительно, что показатели скакнули в красную зону. Это оказалась перегрузка, но отличная от стандартной отбором магии, что означало её возможную полную потерю навсегда. И конечно же об этом брат с сестрой не стали сообщать Андре. Сейчас требовалась только сохранность физического и психического здоровья. После охладителя и транквилизатора его отпустило. И уже в более-менее трезвом рассудке аристократ осознал, что его не ждёт ничего хорошего. Что новый охранник племянницы-сопли действительно выложится на всю катушку, если его не остановить. Но как это сделать из места заключения? Никак, только надеяться на лучшее. Он не заслужил такого конца! Всё не должно так закончиться! Только вот взгляды стервятников говорили совершенно обратное. Всё закончится так, как надо. Осколки в ядре совуньки стали растворяться.***
После прощаний и напутствий Белла и Мэри телепортировались по своим делам. — Вот и отходняк пошёл, — заметил я, посмотрев на показатели в интерфейсе. — Ну как тебе наше общество? Не жалеешь, что познакомилась? — Не жалею и хочу увидеть все его стороны хотя бы для сравнения с нашим, — серьёзно ответила Тави. — А ты-то как? Точно в порядке? — Точно-точно, Белла и Мэри сказали всё как есть. Я сейчас свежий как огурец. Только чрезмерная бодрость отпустит. — Как после спидов в поместье? — кисло заметила совунька. — Знаешь, Эрф, ты пытаешься сейчас смеяться, чтобы не плакать. — Пытаюсь, Тави, пытаюсь. Не стану отрицать. Но ты зато нет. Взгляни на себя! — я легонько потряс совуньку за плечо. — Если так дальше пойдёт, то все будет зашибись. Кстати, я тут заметил кое-что. — Будет, — согласилась Тави и спохватилась. — Подожди, что ты заметил? — Ты в форме пухлячка здорово похожа на хрустальный приз. Тощунька в ответ хихикнула, прикрыв клюв ладонью. — Потому что это я попросила папу сделать такие статуэтки только и только для вас. — Ну маленькая, ну ты даёшь! — я взъерошил ей перья на голове. — Вот оно как получилось, а мне-то невдомёк было весь год. — Чего только не бывает, верно? — подмигнула мне Тави и поправила причёску. — Да, блин, — заметил я и добавил. — Ну, пойдём, что ли? — Пойдём, — подтвердила она и двинулась вперёд к башне вместе со мной. — Кстати, а что с именем Молли не так? Мне ничего на ум такого не пришло. — Хех, Молли, Манди или Экстази — это жаргонное название МДМА. Разломский аналог называется — Гипер-элементальная соль. Такие вот пироги с мухоморами, — выдал я это, как само собой разумеющееся. — Теперь моя очередь сказать: «Да, блин», — хмыкнула маленькая. — Угу, — я отворил домофонную дверь в башню и по порядку хранителя вошёл первым, и сразу за Тави её захлопнул. Привычка с булькающих башен осталась, в которых переваренные гомункулы могли носиться по ночам, если дверь не запрёшь. — Ну вот мы и прибыли. Сейчас только на десятый этаж поднимемся и можешь хоть забросать меня вопросами. — Лады! — совунька подставила уже не кулак, а ладонь. Прозвучал звонкий пятак, и створки лифта распахнулись, впустив нас внутрь. По прибытии квартира встретила нас весело. Ну, то есть Вэбб и Элзер встретили нас кучей малой. Тави с радостным воплем шлёпнулась на командира сверху. Я аж крякнул с перепугу. Учитывая нашу разницу в росте и комплекции, меня бы без усиленного эндоскелета уже раздавили. — Ну, вы, блин, дали. Хорошо, что вещи по рукавам рассованы, — прокряхтел я, выбираясь из-под товарищей. — Здорово, чуваки. Мы встали с пола и, отряхнувшись, поздоровались ещё раз, но уже стандартным перестуком. — И часто вы так друг друга и гостей встречаете? — осведомилась совунька. — Да какие гости, Тави, о чём ты? — удивился Вэбб, пропуская её вперёд. — В ногах правды нет, поэтому пока можешь на диване устроиться, а дальше в любой комнате. У нас ещё один день есть для приёма оставшейся группы до отбытия. — А как же две мисс, с которыми мы сейчас фоткались на память? — гнула своё тощунька, уже разместившись на диване. — Ну, Черри и Молли? — Маленькая, проверь, пожалуйста, свои вещи. Всё ли целенько, — я выложил сумки из рукавов на стол и отправился на кухню. Быстро почистившись гальваническим способом и преобразовав боевою форму в поварскую, я обобрал холодильник и принялся за готовку. Воздухом Тави сыта не будет, а на вопросы пущай пока Элз с Вэббом поотвечают. Но первый отправился запереть дверь как обычно на все замки, чтобы никакое добро не упёрли. — А, встретились уже, значит, с нашими веселушками. Молодцы, — отозвался командир и сел рядом, когда совунька стала шуровать в сумках, оглядываясь на него. — А что они? Такой же особенный случай, как и Неоновые Ведьмы. Мы так-то без необходимости редко пересекаемся с не-энергиками из-за своих особенностей. — Так, всё целенько, — отметила совунька и застегнула хранилища. — Да, Эрф и Шейд рассказали мне, что у вас таких проблем хватает. — А раз уж ты приняла подарки от нас, то тебя саму эти самые проблемы не напугали, верно? — спросил Элзер, сев на стул напротив. — Не боись, говори, как есть. Нам же запрещено к тебе в разум лезть. — Просто… Или сложно… — Тави собиралась с мыслями. — Я не успела испугаться, когда началась эта мутота, и влилась. Как-то так получилось. — Ну что могу сказать? Добро пожаловать в наше общество. И это не хорошо, и не плохо, а просто факт, — подытожил Вэбб и с одобрением добавил. — Кстати, бронька-то тебе идёт, и выглядишь лучше, чем с утра. — Это Шейд спасибо и нашей с Эрфом терапии, — ответила тощунька. — А то ж! — отозвался я с кухни. — Комплексной терапии, так сказать. И скажешь, когда есть захочешь. — Хорошо! — подтвердила она, затем перебросила внимание на соотрядников. — Так о чём это я? Пока он занят, можно вас вопросами забросать? — Можно, конечно, Тави, — усмехнулся командир и достал голокубик. — Но сначала всё-таки инструктаж по поводу предстоящего тура. — Я вся внимание, — маленькая села ровно, будто за партой, и стала его слушать, не перебивая. По завершении вопросы от неё полились рекой. Маленький символ мудрости снова пёрло, а меня вместе с ней. Уже не так мощно, как тогда вместе с подругами, но вполне ощутимо.***
Разлом — территория для тебя новая и, что уж там, для ещё не прибывших четверых туристов тоже. Просто так туда не попадёшь. У вас есть свои Лифты и Стылые порталы специально для шишек, а у нас есть маркеры и Нуль-порталы. Правда перемещение на ваших Лифтах первородные оплачивают только душами, а грешникам типа нас необходимо покупать стылые жетоны. Нуль-порталы требуют жгучих жетонов по одному за десять стылых. Для единственной нейтральной территории такой, как Бомжовский разлом, есть двухразовые пропускные жетоны по цене жгучих. Если их не используют по любой причине, то оставшаяся половина должна быть сдана в течение недели, а деньги забраны, иначе улетят в трубу. Есть ещё кровавые жетоны, ходящие только в Разломе, но про них уже там всё узнаешь. Про маркеры тебе рассказали Кори и Гэри. Благодаря ним они всегда могли переместиться к тебе, где бы ты не находилась. Разлом простирается на все круги. Поэтому! Именно поэтому здесь всё меняется абсолютно случайно. Погода от первого круга, а небо от девятого. Даже монстры никогда не стоят месте и всегда приспосабливаются, а мы должны им соответствовать. Движение — жизнь, остановка — смерть. Для начала Элементали у нас водятся разные, да. Рождаются они прямо из прорв в земле. Их вид зависит от наличия или отсутствия дополнительного элемента. Есть просто каменные. А есть более редкие с кристаллическими жилами. Элементы тоже разные: вода, воздух, дым, огонь, электричество, кислота, тьма и даже кровь. Чтобы их нормально посмотреть, лучше отправиться в Край драных карманов рядом с Драй Криком. Есть ещё щупы и испарители, реагирующие на движение по земле. Поэтому мы по многим местам за городами перемещаемся на гальванической подушке. Далее у нас идет живность, которой у нас всего три вида: рождённые небом, прорвами и выращенная лозами. После такого средневековые картинки с овцедревами мне уже не кажутся такими уж абсурдными. С неба обычно приходят исполины типа коробящих, сотрясающих, штормящих и смердящих туч. Из прорв обычно рождаются переваренные с мясом наружу, торчащими кристаллами или полностью кристаллизованные с металлическими костями. Это покоробленные, падальщики, молотильщики, черви, кракены. Есть ещё летающая и обязательно гнездующаяся кодла типа кристаллических мух, комаров, оводов. Переваренные ловцы облаков, летучие зубачи и реактивные извергатели. Последние обожают нападать на утёсные городки и форты. Что до лоз, то растут они только рядом с городами или в Драных карманах не только на знакомых вам белых висельных деревьях, а ещё на любых других элементальных. И дальше больше…***
— «Ну, маленькая любознательная говорунья. Знает, что когда спросить и ответить. Ей экскурсоводом работать надо или даже лучше к Эсиди в команду.» — раздался голос Вэбба у меня в разуме. — «А у тебя чего любопытного?» — «Где-то это мы уже слышали.» — хмыкнул я выложил всю добытую инфу. — «Так вот в чём ваша терапия состоит.» — «Не только. Мне ещё придётся учиться жить без перегрузок. Шейди их заменила на псевдофильтр. Так что готовьтесь оба к обновлению прошивки.» — «Может, это и хорошо.» — «Кстати, ты представляешь, с кого наш хрустальный приз формовался?»***
Поужинав, мы даже успели сыграть в настолку, припасённую Октавией, а Элзер действительно решил сравнить хрустальный символ мудрости с живым. Совунька снова подтвердила, что сказанное за столом — правда. Всё это время я смотрел мультики и искренне радовался за неё. Так мало мне для счастья надо. И только тогда, когда Тави отправилась спать, друзья также разбрелись по комнатам, я разлёгся на диване и закрыл глаза. Заснуть, как известно, мне возможно было только в мечтах. Сначала пространство померкло и потеряло все цвета, кроме чёрного, белого и синих контуров, затем в него ворвался неон и песня от Братства холма. Самозабвенный танец совуньки и её пластика напомнили мне совсем не Шейд, а Кори. С кем поведёшься, от того и наберёшься? Да, это работает в обе стороны, чувак. Поэтому верь в то, что ты делаешь. Верь в неё, в себя, в других. Музыка для того и создана, чтобы сделать сердцу легче. Хотя бы иногда.
