Похищенная

Лиза Вот он — тот самый день, когда спустя ещё один год колоссальных стараний и труда, подходит к концу третий год обучения в университете. А ведь только недавно она с большим трепетном и волнением поступала в данный, стоит сказать, престижный ВУЗ; знакомилась с десятками новых людей, осваивала повадки и психологию каждого преподавателя и преподавательницы, дабы лучше понять, как без особых усилий получить высший балл, тем самым держась за свое бюджетное место; как говорить именно то, что хотят услышать — этим приёмам Лизу научила ее довольно близкая подруга, с которой они сдружились ещё с первого курса. Тем не менее, третий по счету год обучения хоть и был ожидаемо на ступень труднее, но выдался насыщенным впечатлениями, эмоциями и, что самое главное, чувством любви. Учеба отошла на второй план ещё с момента трудоустройства девушки на работу, а с конца осени так и вовсе изменился вектор жизни, поменялись приоритеты, сошли на нет некоторые, порой беспочвенные, принципы, укоренившиеся убеждения. Да, не без переживаний, не без боли и страданий; временами Лизе даже казалось, что она стала плакать куда чаще, чем раньше. но девушка стала по-настоящему счастливой. Эти ощущения не передать словами: когда все твои мысли лишь об одном. об одном человеке. У нее не оставалось никаких сомнений, что Андрей — тот самый. Да, скептическое мышление, которое порой способно безжалостно разрушать представления о разумном замысле, отбирать, как леденец у ребенка, этот надуманный смысл для некоторых жизненных событий, не позволяло называть его человеком, уготовленным судьбой, проще говоря — суженым. Но это никак не обесценивало их взаимоотношения, скорее наоборот — в мире хаоса, случайности и нарастающей энтропии они смогли вновь обрести друг друга. Обстоятельства, при которых они снова встретились, были весьма неординарными, можно даже сказать травмирующими. но по какой-то причине Лиза, неожиданно для себя, видела и здесь романтику. Сложный и тернистый путь, который они сумели пройти, не был испытанием судьбы — он был по истине их личным испытанием, показывающим самим себе неразрывность их уз любви, которые с каждым разом лишь крепнут, сплетаясь в прочный канат тысячами тонких ниточек — поступков, выводов, принятия и проработки ситуаций, избавления от страхов и обид. Студентка снова чрезмерно погрузилась в свои мысли, как одинокий странник, плывущий по слегка взволнованному, местами бушующему морю, что бьёт волнами о деревянные весла; отдаляясь от берега все дальше и дальше, пока и вовсе от него не останется только еле видный островок земли. Благо девушку уже в который раз вытянули подруги, во время бросив спасательный круг одичавшему страннику, что сидел в уже утопающей лодке, что медленно, но верно наполняется морской водой, идя ко дну: «Лиза. Лиза-а, ты тут вообще? Очнись. Вот-вот будет твой выход, а ты витаешь где-то в облаках.» «А, Настя? Прости. я просто задумалась. Который сейчас час?» — опешила Лиза. «Сейчас? Твой звездный час, Лиза.» — активно размахивая руками ответила подруга. «Что? Я же только скажу речь и.» «Не просто скажешь. Ты заставишь сердца зрителей замереть в одночасье, настолько проникнуться твоими словами, что даже гром, ударивший среди ясного неба, не сможет отвлечь их взор и слух.» — продолжала она ещё более эмоционально. «Спасибо за поддержку, Насть. Ну это ты уже загнула.» — хихикала студентка. «Главное, что это помогло вернуть тебе улыбку. А теперь бегом!» — та почти что вытолкнула ее на за кулисье сцены. Из-за невысокого роста девушки пышную юбку платья приходилось немного приподнимать руками, чтобы ненароком не споткнуться и не начать свое выступление, поцеловав паркет. Гул, доносящийся из зала сразу ударил в уши. Как же Лиза не любила публичные выступления. У нее не было страха сцены как такового, но этот пронзающий треск микрофона, толпы людей, в большинстве своём не сильно заинтересованных в происходящем, торжественная музыка с огромных колонок определённо вызывали дискомфорт. Данную картину из стресса прекрасно дополнял ее тихий голосок, который выступал для нее главным врагом. Ведущий преподаватель уже в который раз стал объявлять студента: «Дорогие друзья. Следующей продемонстрировать свой литературный талант выйдет наша очаровательная Елизавета Колесникова. Ваши аплодисменты!» Девушка неловкой походкой вышла на сцену, взяв шипящий микрофон. Она, естественно, поблагодарила преподавателей, одногруппников за участие в ее обучении и литературном росте; Кинула пару слов про университет — не сильно отступая от речи многих других третьекурсников. «А сейчас. я бы хотела поделиться с вами небольшим, вольно простым стихотворением, на которое, однако, пал мой выбор. так как оно как нельзя лучше отображает мои чувства, некие переживания. Ведь. как говорил Фридрих Ницше: «Поэты бесстыдны по отношению к своим переживаниям: они эксплуатируют их.» Так вот, к самому произведению.» — Лиза сглотнула слюну, набрав в лёгкие побольше воздуха. — «Похититель моего сердца.» «Похититель моего сердца, Зачем тебе нужна я? Теперь не знаю, куда деться, Не нахожу себе места. Ты — моя отрада. Не могу насмотреться; Заковал ты мою душу, Спрятал мое сердце В холодной темнице. Убей меня на месте лучше! Чем стану мучиться. Коль не смогу обнять тебя, Как мне дотянуться? Я не в силах согреться О пламя жаркое огня. В тебя лучше позволь влюбиться, Растопить твой лед внутри. В том холоде добро таится, Другим ты можешь злым казаться, Но мне только не ври. Я вижу крылья за спиной, готовые раскрыться, Ангельские крылья воплоти. И полетишь по ветру, достав до поднебесья, И покинешь ты родную землю, Оставив мир жестокий позади.» — девушка с облегчением закончила свою непродолжительную речь. Зал, на удивление, хорошо воспринял стих: практически все уважительно хлопали. А может, они всем так хлопают просто из вежливости — Лиза не знала, да и не хотела знать. Наконец-то она смогла поднять свои глаза, прикрытые густыми накрашенными ресницами, взглянув на разодетых зрителей и преподавателей, что сидели на передних рядах. Среди всех этих людей девушка неожиданно заметила знакомое лицо. Ее взгляд вернулся на дальний ряд, где почти что на самом краю сидел. Андрей? Из-за изысканного смокинга парня было крайне сложно узнать — героине никогда ранее не удавалось видеть его в таком облике. Он широко улыбался и долго хлопал в ладоши, глядя прямо на Елизавету. Тем не менее, вместо ожидаемой радости и восторга от столь приятного сюрприза: ее любимый сумел освободиться и посетить столь знаменательное мероприятие, поддержать девушку; Лизу охватил нерациональный ужас. Только недавно спасённый странник, сидевший на влажном песке, снова замечает причуды водной стихии. Солёная вода, нежно омывающая стопы, вымывая песчаные ямки вокруг пят; в один момент перестает касаться даже кончиков пальцев, а после и вовсе отходит так далеко, что можно было расхаживать по обнажённому морскому дну, собирая узорные ракушки, такие причудливые и индивидуальные. Все случилось так быстро; когда странник осознал то, что на самом деле произошло, было уже слишком поздно бежать: все равно уже не успеет. Это был отлив. Именно тот отлив, что предупреждает об опасности — надвигающемся цунами. И если из тонущей лодки ещё можно было как-то спастись, позвать на помощь, то в случае с громадными волнами, что вот-вот накроют бедолагу с головой — весь удар придётся принимать на себя. Только минуту назад казалось, что вода это что-то мягкое, безобидное, дающее жизнь, но когда каждая ее капелька собирается в разрушающее неконтролируемое стихийное бедствие, только тогда люди осознают ее истинное могущество. Лиза с большим трудом заставила себя сделать хоть один шаг, чтобы хотя бы удалиться со сцены. Когда она ещё раз взглянула на то место в зале, на самом краю: Андрея там уже не было. «Мне это причудилось?» — девушка стояла в ступоре у самого занавеса, не в силах отойти дальше, чем на несколько метров. — «Нет. Мое воображение хоть и могло сыграть со мной злую шутку, но все же оно не в силах настолько ясно передать картину происходящего, до малейших деталей.» «Я же знала, что это была плохая идея, просто ужасная! Это стихотворение. оно было написано давно, ещё осенью. Андрей не видел его — я не позволила себе открыть его кому-то ещё, кроме себя. Прошло много времени, наши отношения развивались, ровно с моим писательским навыком; и я забросила это произведение.» — Лиза, сама того не замечая, стала вслух разговаривать сама с собой. Хоть здесь ее тихий голос сыграл ей на руку, и студентку никто не посчитал сумасшедшей. — «И я решила произнести его перед сотнями незнакомых людей. какая же я глупая. Зная, что этим я раскрываю многое о его личности, что и вовсе недопустимо.» «Его это задело, я уверена. Хотя он улыбался и аплодировал. может саркастически? Я не помню. не помню выражение его лица. Почему он ушёл? Нужно его найти и извиниться, объяснить, что я не хотела выдавать его.» — Лиза сорвалась с места и выбежала на улицу, высоко подымая тяжёлую юбку; ее окоченелые ноги будто заново оттаяли, дав студентке возможность снова нормально передвигаться. Она не знала почему, но ожидала найти возлюбленного именно там; она не могла адекватно оценить ни его действия, ни свои; но зелёные лужайки около университета, теплый воздух, что чудом ещё не был затронут примесями городской жизни, ненавязчиво выдавали свою скрытую причастность. «Лиза. Вот ты где, я везде тебя обыскался.» — послышался запыхавшийся голос издалека. «Андрей.» — студентка обернулась, опустив глаза, как провинившийся ребенок, который смиренно ожидает своего выговора. «Что случилось, почему ты убежала?» — он говорил обеспокоенно, но не грубо. «Твой стих, он великолепен, я, честно признаюсь, даже немного прослезился.» — мужчина мельком провел ладонью по глазам, удостоверившись, что вытер все остатки солёной жидкости. — «А твое платье это настоящее чудо в мире платьев, никогда ещё не видел такой игры света на воздушной юбке.» «Почему тогда ты исчез под конец выступления?» — оборвала Лиза. «Я хотел первым встретить тебя с поздравлениями, искал по всем закоулкам сцены, пока меня не вышвырнула охрана. Ты у меня такая умница, я горжусь тобой.» — он нежно и деликатно прижал девушку к себе. — «Так почему ты убежала, Лиз? Ты выглядела встревоженной чем-то.» Она не могла припомнить, что вызвало у нее такие бурные эмоции. Сердце, не успев прийти в норму, продолжало громко биться, отскакивая шумом в ушах; руки были холодными. Тело проявляло все признаки пережитого страха, опасности; однако мозг никак не мог подобрать недостающий фрагмент рационального объяснения и причины, будто он необратимо затерялся где-то за диваном, вместе с другими утерянными пазлами воспоминаний. «Я не помню. Мне просто вдруг стало страшно, что ты сильно разозлишься на меня за то, что я сказала что-то лишнее, чего нельзя было говорить.» «Все в полном порядке, все хорошо. Тебе не стоит переживать, тем более в такой день. Лучше пойдём, у меня есть для тебя сюрприз.» — начинающий джентльмен подошёл к люксовому авто, стоящему за углом неподалеку. Он вытащил из него огромный букет, но не роз — это были полевые цветы, настолько разнообразные, яркие, не имеющие того пафоса и бездушности, присущих другим цветам. «Вау. Какие же они прелестные.» — восторгалась девушка. «Не прекраснее тебя, Лиз.» — Андрей мягко поцеловал ее розовые губы. — «Ты прости, я немного не удержался, прежде чем подарить тебе этот букет. Тебе же нужно ещё присутствовать на вручении.» «Я останусь с тобой. не хочу возвращаться, честно. Мой уход вряд ли кто-то заметит, так что все в порядке.» — ее лицо, и без того бледное на фоне ярких маков, незабудок и ромашек, ещё более потускнело. «Как пожелает моя принцесса.» — дурашливо поклонился Андрей в попытках развеселить студентку. «Как у тебя так получается?» — хихикая, спросила юная принцесса. «Что получается?» — озадачился новоиспеченный джентльмен. «Всегда поднимать мне настроение.» — она продолжала мило смеяться, невольно показывая улыбку из маленьких зубов. «В таком случае, поехали.» — месье открыл дверь машины, чтобы мадмуазель смогла сесть. А сам, подсел с противоположной стороны и приобнял Лизу, конкурируя с лёгким корсетом платья за возможность огибать и касаться тонкой талии. «Кстати, а куда мы едем?» — наконец поинтересовалась Елизавета. «Я забыл рассказать тебе, дурак.» — мужчина, извиняясь, хлопал себя по лбу. — «Я же упустил самое важное: сегодня я должен был ехать к маме в больницу, навестить ее. Однако, на днях мне позвонили, сказав, что ее состояние значительно улучшилось. Короче, мама поддержала мою идею пойти вместе в ресторан; и если ты не будешь против, я посчитал это хорошим поводом тебя с ней познакомить.» — тот смущённо почесал затылок. — «Что скажешь, Лиз? Я пойму, если ты не согласишься.» «Мне кажется, это хорошая идея.» — она положила свою голову на идеально выглаженный ворот рубашки. «Поехали.» — воскликнул Андрей водителю, терпеливо ожидавшему дальнейших действий. Вечер они провели как нельзя лучше. Елизавете очень понравилось общаться с матерью, та и сама девушка, кажется, произвела хорошее впечатление на неё. А сам Андрей просто плыл в улыбке от счастья: двое самых дорогих для него людей сейчас сидят рядом с ним, приятно общаясь и наслаждаясь здешней атмосферой, местными блюдами. По прошествии времени, он провел девушку домой. «Я так не хочу тебя отпускать.» — она повисла на плечах мужчины, не в силах сопротивляться силе взаимного притяжения между ними. — «Может ещё куда-нибудь сходим, погуляем?» Андрей на секунду задумался: «А знаешь, я могу показать тебе одно секретное место. Когда-то я проводил там долгие часы, целые ночи, наедине с самим собой и своими мечтами.» «Все, больше ничего не скажу. Ты своими глазами должна это увидеть.» — тот аккуратно опустил ее на землю. — «И тебе явно стоит переодеться.» «Да. Не помешало бы.» — она провела ладонью по сборкам юбки и сделала оборот вокруг своей оси. — «Дай мне пять минут, и я буду готова.»