Как горит огонь (рабочее название)

Путь в горы не был похож ни на дорогу через леса Дарикана, ни через равнины Тиарата или Стафии. Земля, хоть и казавшаяся достаточно ровной, будто сама забирала силы из ног с каждым шагом. Периодические смены уклона давали отдохнуть, хоть и недостаточно для того, чтобы расслабиться. Вероятно, если долго жить в такой местности, то можно и привыкнуть. Сейг точно ощущал себя комфортнее, чем я. Гном молча шагал вперёд, иногда делая остановки, чтобы залезть на камень побольше и осмотреться. Дни становились короче, а небо почти каждый день было закрыто облаками. Лисарис явно собирался войти в полную силу рано в этом году. У Плакальщиков будет много работы. Столько лет прошло, а мысль об этом всё ещё вызывала лёгкую улыбку. Хотя после того, как мы провели ночь за одним костром, эта улыбка стала меньше, но исчезнуть она не могла. Слишком крепко в памяти застыло плачущее лицо на шлеме того гвардейца, который пытался сапогом сломать мне рёбра после того, как добил одного из моих раненых соратников. . - Мы почти дошли до стоянки, человек. Сразу за той рощицей будет пещера, там и заночуем. Я кивнул гному, остановившемуся, чтобы меня подождать. Сейг в походе отличался от Сейга на привале: сейчас он не улыбался и не шутил, а лишь, насупив мохнатые брови, шёл к цели, прислушиваясь к окружающим звукам. Моих познаний о жизни в горах сильно не хватало, чтобы оценить, какие опасности нас могут здесь ждать: я знал, что в горах живут тролли и горные бараны, но где кто из них обитал, сказать не мог, не говоря уже о том, чтобы понять, чьи следы осматривал Сейг рядом с одним из окружающих нас деревьев. - Что нашёл? - Не ори так! - Полушёпотом-полукриком проговорил Сейг - хочешь, чтобы вся гора знала, что мы тут?! Решив, что лучше не спорить с проводником, я молча поднял руки в знак примирения, после чего показал на следы рукой. - Вероятно это Зан-Круд. Что-то вроде медведя, только больше и умнее. В целом не страшно, они не слишком-то дичью вроде нас интересуются, но лучше не мозолить ему глаза и нюх лишний раз. Идём. Сейг сорвался с места в быстрый шаг, заставив меня прервать попытку восстановить дыхание, сбившееся от прыжков по камням и ходьбы вверх по склону. *** Лес оказался небольшим, так что к пещере мы добрались ещё засветло, заодно собрав топливо для костра по пути. Пещера была не слишком глубокой, скорее это был небольшой грот, однако для ночёвки небольшой группы вроде нашей он подходил отлично. После того, как мы осмотрели грот на наличие следов, коротким приказом, который по большей части состоял из жестов, гном отправил меня разводить огонь, а сам, не снимая своей немаленькой сумки, ушёл в сторону выхода. Пока я огнивом и трутом разжигал ветки и сухие листья, Сейг копался возле входа, после чего вовсе вышел из пещеры и начал что-то делать ближе к лесу, где росла трава. - Ты что там ищешь-то? - Не болтай, а разжигай. Может хоть поедим чего, а то от солонины уже зубы болят. Казалось бы жёсткое обращение старика вызывало улыбку. Лёгкая грубость, приказы - когда-то это было привычной частью моей жизни. До того, как я начал путешествовать один, и задолго до того, как даже по нужде я стал ходить в компании демона-не демона в голове. На удивление, Дея была очень молчалива: ни слова не сказала за весь день. Но, по крайней мере, сейчас компанию мне составлял ворчливый старый гном, так что слишком я не скучал. Сейг вернулся к уже разгоревшемуся костру, над которым я уже сооружал перекладину для котелка, и будто преобразился: ранее суровый и резкий, сейчас он выглядел, будто старый любитель пригубить вина возле кабака в летний день. Улыбка под бородой казалось была шире его не слишком узкого лица, а в до этого напряжённых плечах появилась какая-то усталая расслабленность. - Ну, так уже можно и присесть. Я с собой мешок каши взял, да к тому же набрал по пути ягод, так что ужин у нас неплохой выйти должен. У тебя мёду так случайно нету? - Случайно есть. Сейг радостно всплестнул руками и похлопал меня по плечу. - Так ты что молчал-то? С мёдом я вообще смогу такое сделать, что королю не стыдно подать будет на стол. Котомка с мёдом лежала на дне сумки, чтобы запахом пчёл не привлекать, так что пришлось повозиться, доставая её. Верёвка, шило с иглой и нитями, соль, немного сала и точильный камень для оружия, материалы для возможных ловушек как на зверей, так и на людей, и вот он, мёд, аккуратно налитый в небольшой горшок. - Откуда мёд? - Из одной деревушки под Стафией. Я там жил какое-то время, вот мне на память и дали немного. Сейг взял из моих рук горшок аккуратно, будто в нём было жидкое золото, и попробовал немного на вкус. - Отличный мёд! Каждый цветок чувствую. Хорошие люди в деревне, видать, раз такие пчёлы там живут. Пока старик готовил еду, я решил выйти и осмотреть окрестности нашего обиталища, и, возможно, поговорить с Идеал без необходимости шептать. Тварь молчала весь день, что не могло не вызвать подозрения, так что надо было понять, что у неё на уме. - Эй, ты куда? - До ветру схожу, скоро вернусь. Гном вскочил со своего места и подошёл ко мне. - Ты осторожнее б был хоть, я ж тут капканы поставил вокруг. - Что? Зачем? - Хочешь, чтобы к нам ночью волки погреться у костра пришли? Или, может, чтобы горные люди тебе колыбельную спели, пока горло режут? - Горные люди? Ты чего, волки к огню не пойдут, а людей мы заметим, всё равно же будем по очереди спать. - Ты вроде вон какой высокий, а в голове пусто. Нельзя лагерь ставить без защиты! Не спорь и ступай аккуратно. И ночью не вздумай гулять, а то точно ноги лишишься. Ничему вас, людей, не учат. Продолжая ворчать, Сейг вернулся к котлу, а я, стараясь не наступить в гномью ловушку, продолжил путь в сторону от пещеры. “Забавный он.” - Решила таки подать голос? “Если не нравится - могу и дальше молчать. Не то чтобы разговаривать с тобой было приятно” Один из нагретых солнцем камней у подножья скалы мне приглянулся, так что разговор мы продолжили на нём. Это должно было быть достаточно далеко от пещеры, чтобы гном нас не услышал, но достаточно близко, чтобы увидеть, если к пещере приблизится посторонний. Подобные удачные места мне приходилось искать столько раз, что это уже стало привычкой. - Не дерзи, а скажи, чего молчишь весь день. Раньше тебя не заткнуть было. “Вот и отдохнёшь как раз. Думаю я, вот и молчу” - О чём же? “Не твоё дело, я, может и внутри тебя живу, но мысли у меня свои” - Что-то ты сегодня больно на язык острая. Будь ты кем другим, подумал бы, что съела чего не то. “Смешно. Не идёт похоже у нас общение сегодня, оставь меня. Я и так слушаю ваши препирания, незачем ещё и самой в них участвовать” Раздражённый голос в голове вызывал во мне злость. Требовать оставить её… Если бы я мог, то оставил бы, но выгнать тварь из головы я не мог. По крайней мере пока, всё же надежда на то, что в Лидане меня ждёт помощь, если не горела пламенем, то хотя бы тлела во мне. - Ну и в бездну тебя. Вскочив с места и резким шагом направившись к пещере, я ожидал какого-нибудь едкого замечания напоследок, но его не было, что злило ещё сильнее. К костру я подходил раздражённый общением с демоном и необходимостью прыгать через капканы. Гном уже лежал на разложеной на земле куртке, а в котле варилась сладко пахнущая каша. - Тебя там кто-то покусал что ли? Чего такой злой стал? - Не важно. - Ну, не важно, так не важно. Пока еда готовилась, мы сидели молча, однако каша, которая действительно оказалась весьма неплохой, помогла мне выкинуть из головы разговор с наглым демоном и расслабиться. Снаружи темнело, тени за границами света костра становились всё гуще, постепенно покрывая деревья, траву и камни подобно тёмной воде. - А может ты споёшь что-нибудь? Говорил же, что бард. Сейг вздохнул, задумался ненадолго, после чего покачал лысой головой. - Нет, слишком много шума издавать не стоит: никогда не знаешь, какая тварь поблизости может ходить. К тому же, мне сейчас не о чем петь. Да и не так много песен на стафийском я знаю. - Спел бы ту, про эльфа. К тому же, какая разница, на каком языке песня, если её спеть красиво? - Говоришь как гном, скажу я тебе, но не понимаешь всей ситуации. Если говорить просто, то мои песни не для услады слуха, а для обучения ума. - Хочешь сказать, что ты поёшь только если нужно какой-то урок преподать? Странные у вас, гномов, барды. - Не все, но да, ты прав. А у вас жрецы странные. - Священники. Жрецами их только дариканцы зовут. - Так я и говорю: жрецы. Чтоб тебе ближе было. В опустившейся незаметно темноте отблески пламени заставляли тени плясать на лице Сейга, от чего его улыбка, прикрытая бородой, казалась более зловещей. Пару мгновений мы молча смотрели друг на друга под треск костра: я перебирал в голове возможные пути поведения, а гном, видимо, в душе смеялся надо мной. - Допустим, ты угадал, что с того? - Да ничего, у нашей горы с Дариканом никаких проблем нет, а у меня лично - и подавно. - Тогда зачем эту тему поднимать? - Честно говоря, я надеялся, что это поможет тебе расслабиться. Скрываться и отмалчиваться же тебе не надо. - Спорно. Темнота опускалась быстро, и чем мы выше поднимались в горы, тем неожиданнее было её наступление. Прежде, чем я успел это заметить, дальше трёх шагов от костра уже не было видно ничего кроме пляски теней на камнях. - Со стафийцами ты понятно, почему скрываешься, а меня-то чего бояться? - Иногда длинный язык соседа может навредить сильнее острого ума врага. - Ты кроме Стафии и своей родины особо нигде не бывал, я так понимаю? - В Тиарате бывал, там нас тоже не слишком приветствуют, хотя и из-за более старых распрей. “Если на твоей родине все похожи на тебя, то ничего удивительного, что вас недолюбливают”. - Что, воспоминания о боли? Душевной или физической? Похоже, моё непроизвольно сморщившееся лицо гном расценил, как знак печали. Что ж, это было очень удобно. Если бы излишне проницательный старик догадался ещё и про Идеал, мне бы пришлось несладко. Такое не объяснишь. - Неважно. А ты бывал где-то кроме этих гор? - Задолго до твоего рождения. Конечно, путешествовал я по большей части не по поверхности, но, когда приходилось посещать города, не принадлежавшие гномам, то видел и поднебесье. - Что видел? - Всё, что под открытым небом. - И как тебе тут? Cтарик опустил взгляд с меня на костёр и протянул к нему руки. - Всё очень хрупкое. Под горами всё крепкое, устойчивое. Можно биться днями и неделями, чтобы скала уступила тебе толщину одного пальца. А в поднебесье очень легко случайно что-то разрушить. *** Сон на камне оставляет не самые приятные впечатления: как ты не ляжешь - всё затекает, с утра болит, однако воздух в час росы в разы приятнее, чем в городах. Когда в Дарикане ложится снег, воздух становится похож на горный, но всё же, вдохнув полной грудью, разницу заметить легко. Когда я проснулся, Сейг уже складывал в свою сумку расставленные вокруг капканы. В котелке оставалось немного вчерашней каши, которая с утра была уже не такой вкусной, но всё же отлично утоляла голод. По звукам ложки, скребущей по дну котелка, Сейг понял, что я проснулся, и, отвернувшись от ловушек, радостно помахал мне. - Ну что, выспался? Ещё немного, и мне бы пришлось будить тебя: нам сегодня придётся идти далеко и быстро. Надо успеть перейти через Рубинку до заката. - Она же поднялась из-за дождей. - Тут она в принципе помельче, да и я знаю один хороший брод, где даже обычно натягивают мост, так что должны справиться. - А почему надо торопиться до заката? Разобьём лагерь на берегу если что, да заночуем. Гном как-то грустно посмеялся и подозвал меня к себе. Аккуратно ступая, стараясь смотреть под ноги и не попасть в капканы, я подошёл к нему. Старик поднял одну из ловушек с земли: тёмный металл был измят и местами сломан, а на одном из зубьев висел клочок тёмно-серой шерсти. - Это кто смог такое сделать? Медведь твой? - Если бы. Это тролль. Видать учуял дым и подошёл ночью к пещере. Я слышал, как капкан захлопывался, когда была моя смена, но решил не лезть до утра. “Не знаю, что это за тварь, но, судя по тому, что произошло с ловушкой, судьба над нами просто издевается” Про троллей мне было известно мало: редкие истории людей, встречавшихся с ними и выживших, рисовали образ огромного смертоносного чудовища, которое невозможно убить обычным оружием. Но в подобных рассказах правды редко бывает больше, чем в историях рыбаков или солдат, пытающихся впечатлить друзей и женщин после пятой кружки эля. Лёгкий азарт охотника жил внутри меня, так что небольшое желание быть тем самым счастливцем, который сможет добыть голову тролля, во мне было, но сохранить жизнь всё же хотелось больше. - Если твои ловушки ему ничего не сделали, почему он не напал на нас? - А вот это очень хороший вопрос. От ответа на который, вполне вероятно, зависит, сможем ли мы избежать дальнейшей встречи с ним. - И какие варианты? Гном закончил собирать свои ловушки, которых у него оказалось удивительно много, и запахнулся сильнее в куртку. - Варианта два и один хуже другого. Первый: он достаточно старый, чтобы мы не были для него интересной добычей. Это значило бы, что у него и шкура крепче, и когти больше, но с годами тролли обычно теряют желание драться с разумными существами, особенно, если они ходят не поодиночке. Но если ему не удастся найти себе добычу получше, то он нас выследит. Второй вариант: он ещё молодой. В этом случае ему скорее всего просто любопытно за нами понаблюдать, прежде, чем он нападёт, а значит нам придётся мириться с тем, что у нас появился третий в компании. Зверь будет следовать за нами пока ему не надоест, после чего… сам понимаешь. Но если так, то большой группе удастся его отпугнуть. - И где нам взять в горах большую группу? - Есть варианты, но они не слишком-то мне нравятся, так что попробуем сбросить его с хвоста рекой. Он, конечно, без проблем её перейдёт, но, может ему не захочется ради нас это делать. *** Идти по горам было так же неприятно и нелегко, как и в начале нашего пути, даже тяжелее, ведь если раньше мы шли практически по кромке подъёма, то сейчас старались забраться как можно выше. Однако, когда воображение заставляет чувствовать за спиной дыхание тролля, ноги практически не ощущают усталости. *** Впервые тролль показал себя когда солнце приближалось к зениту: мы взбирались на отвесную скалу, пока нас не заставил замереть звук падающего дерева из небольшой рощи, из которой мы как раз вышли. Пока я взбирался, Сейг, стоявший уже наверху, пытался рассмотреть зверя среди деревьев. “Я не вижу ничего, может это просто дерево упало? Такое же бывает” Обдумать эту идею возможности не было: сокрушительный удар у подножья скалы чуть не сбросил меня вниз. Под моими ногами лежало не слишком длинное, но достаточно толстое дерево, воткнувшееся прямо в камень. - Не застывай там! Ползи вверх уже, или у вас, дариканцев, мозги замёрзшие?! Желания спорить с гномом, особенно в таком неустойчивом положении, во мне не было, так что я постарался быстрее добраться до нормальной земли под ногами и оттуда уже посмотреть вниз. Все ветки вонзившегося в скалу дерева были оборваны, и оставался лишь ствол, покрытый следами когтей. - Он решил напасть? - Ты чувствуешь дыру посреди груди? Нет? Ну, значит, не решил! Играется, гад. Дразнит нас. Значит всё таки молодой. А, Грогарова борода, попали мы! Ладно, нечего сопли распускать, собирайся с мыслями и идём дальше. Краткий взгляд в рощу не дал мне никаких ответов: деревья скрывали тролля, не давая даже понять, откуда он метнул своё “копьё”. После этого всю дорогу до Рубинки я чувствовал, что моё сердце с каждым шагом бьётся быстрее. Сложно сказать, было ли это порождением страха или реальностью, но несколько раз мне казалось, что неподалёку от нас мелькала огромная тень. Хуже всего было то, что ни раньше, ни сейчас, мне не удавалось услышать ни единого выделяющегося звука: просто шум леса, к которому со временем прибавился шелест текущей воды. “Сначала эльфы, теперь тролль! Не стоило нам в горы соваться, мне тут не нравится совершенно. Так хорошо было по широкой дороге идти. Даже под дождём!” - Успокойся ты, сейчас реку перейдём, может отстанет. “Ты её ещё перейди сначала, а то утонуть будет ненамного лучше.” Рубинка не была слишком широкой или глубокой, найти брод обычно было не слишком сложно, особенно в холода, но она всё ещё была горной рекой и любая ошибка могла привести к тому, что труп твой выловят через несколько хоупов. Деревья расступились, и перед нами появилась сама река, шум которой был слышен уже давно. Среди камней вниз к подножью гор будто стекал поток крови, завихрявшийся и бурлящий, завораживавший глубиной цвета. Мне доводилось видеть Рубинку в красный сезон ниже по течению, но здесь она была насыщеннее и темнее, в красных отблесках заката похожая на кровь из вены. “Это жутко. И красиво. Что это такое? Почему она такая … красная?” - Слышал, что река стала такой после сражения двух гигантов на вершине горы. Говорят, что обезглавленное тело одного из них упало на родник, окрасив его красным, а его противник истёк кровью на горе, и из-за этого здесь много рубинов. “ Менее жутко не стало. Постарайся не утонуть в ней пожалуйста? Не хочу умереть в такой воде” - Да ладно тебе, в ней вода очень полезная, говорят, что она силы даёт, из-за этого тут и звери больше и опаснее, чем на равнинах. И намного вкуснее воды из других рек. - Хватит ворчать, Шедвик, мы уже пришли. Вот и мост. Мне пришлось какое-то время оглядываться, пока наконец я не заметил две натянутые между деревьев на разных берегах верёвки, которые, вероятно, и были тем мостом, к которому мы шли. - Ты уверен, что нам стоит по этому переходить реку? - Слушай, либо так, либо вброд. Да тут не глубоко, не потонешь, бояться нечего. Сейг подошёл к верёвкам, подёргал их несколько раз, чтобы оценить устойчивость, и, встав на нижнюю, взялся за верхнюю руками и двинулся приставным шагом через реку. Мост прогибался под весом гнома, но, судя по всему, рваться не собирался, так что старик без особых проблем преодолел водную преграду. Спрыгнув с верёвок, он что-то прокричал, но шум, издаваемый Рубинкой, не позволял услышать ничего, что происходило на другом берегу, но догадаться, что он звал меня за собой, было несложно. “А может всё таки есть другой путь?” - Без проводника мы точно не найдём дорогу. Поверь, я сам совершенно не хочу туда лезть, но придётся. Проверив, как и гном, верёвки на прочность, я встал на нижнюю одной ногой. Мост не ощущался ни прочным, ни устойчивым, прогибаясь подо мной сильнее, чем под Сейгом. Поставить вторую ногу было сложно, а заставить себя двигаться по верёвке в сторону воды было ещё сложнее. Когда я уже чуть было не отказался от идеи переходить реку, волосы на загривке у меня встали дыбом. Какое-то дикое ощущение, будто кто-то следит за тобой. Кто-то опасный. Взгляд в сторону леса помог мне побороть нежелание идти по верёвкам: среди деревьев мне удалось увидеть тень, которая, казалось, принадлежала скале, однако, раньше её я в лесу не видел. Приставными шагами, тихо ругаясь, я двигался всё ближе к центру реки. Тёмно-красный поток под моими ногами завораживал, если в него вглядеться, так что приходилось смотреть вверх и ступать на ощупь, верёвки подпрыгивали и будто сами пытались сбросить меня в воду, но всё это было мелочью по сравнению с мурашками, бегущими по телу от чувства взгляда, буквально впившегося в меня. “Пожалуйста, не упади! Пожалуйста, не упади! Зачем мы вообще пошли в горы?! Помогите, кто-нибудь!” Постепенно, шаг за шагом я наконец добрался до середины реки. Бурление и шум воды перекрывали все остальные звуки, так что происходящего на берегах я не слышал. Внезапное ощущение влаги в сапоге заставило меня посмотреть вниз: красная вода закрывала мои ноги ниже голени. Похоже, что верёвки была рассчитаны на меньший вес, поэтому сейчас они провисали дугой. Оставалось надеяться, что раз уж я добрался до середины, дальше они провисать не будут. Шагать становилось сложнее: поток воды сносил ноги в сторону, сбивая и без того шаткое равновесие. С каждым вздохом становилось темнее: чем сильнее мы углублялись в горы, тем более резко наступала ночь. Очень скоро Солнце должно было полностью скрыться, и тогда без того тёмная вода превратилась бы в непроглядную бездну. Наконец, я смог добраться до берега, где меня ждал гном. Никогда раньше ощущение земли под ногами не было таким приятным, но долго радоваться Сейг мне не позволил. - Давай, пойдём скорее, надо найти место для ночлега, а в идеале ещё и еды. Мы двинулись глубже в горы, отходя от реки всё дальше. Когда она уже скрылась из виду, но шум всё ещё был слышен, к нему примешался звук, будто кто-то кидал булыжники в воду. Равномерные всплески воды, создававшие в голове образ огромных камней, падающих в реку, говорили нам о том, что тролль всё таки решил последовать за нами.