Расплата.
9 апреля 2022 г., 11:00
Уилл собрался с силами, позвонил в отель Клариджес и оставил сообщение на ресепшене с просьбой вернуть случайно позабытое в номере Ганнибала Лектера — в частности, телефон и бумажник – в нижеуказанный отель. В целом, казалось, что Грэм хлопотал зря, любой воспитанный человек (а Ганнибал на первый взгляд казался именно таким) вернул бы вещи владельцу, но произошедшее накануне вечером заставило профайлера призадуматься. Лектер был психотерапевтом, он был мастером манипуляций, а значит, он попытался бы извлечь из ситуации максимум пользы. Разумеется, он использовал бы необходимость передать вещи как повод увидеться лишний раз, несмотря на отказ.
А Уилл не хотел встречаться с ним снова. Уилл слишком не доверял Лектеру и слишком не доверял себе самому, потому что глубоко в душе Грэм хотел увидеть Ганнибала. Хотел дотронуться до него, хотел снова ощутить, как руки Лектера блуждают по его телу.
Поэтому он высказал просьбу и повесил трубку. Телефон немедля зазвонил вновь. Профайлер снова схватил аппарат, ожидая услышать Лейстрейда с рассказом об их рейде в секс-клуб, или, по крайней мере, Ганнибала, настаивающего на личной встрече, но он ошибся.
— Это Грэм? — произнес голос на том конце. И нет, это был не Грег, и уж совершенно точно не Ганнибал, хотя тон казался смутно знакомым.
— А вы кто?
— Сержант Рэтбоун из Ярда. У нас тут новые улики по делу Григсона, нужно, чтобы ты приехал и посмотрел.
Речь шла об убийстве, выполненном настолько точно, что в Скотланд Ярде сперва решили, что это новая жертва их «волка». Именно Уилл смог определить, что это работа подражателя, настолько опытного и умелого убийцы, что он не оставил ни единой зацепки. Тогда профайлер сказал Лестрейду – крайне маловероятно, что его сумеют поймать.
Но в свете открывшихся новых улик это становилось возможным. По крайней мере, Уилл мог взглянуть на них. Все лучше, чем бесцельно убивать время в номере.
Грэм встал с кровати.
— Я выезжаю в Скотланд Ярд.
— Нет, необходимо ехать на место убийства.
— В Гайд-парк?
— Ага. Найдешь меня там?
Уилл одернул шторы и выглянул в окно. На улице было темно, хоть глаз выколи. Последние остатки лунного света впитывал в себя вездесущий туман, но Грэм часто работал и в куда худших условиях. Он справится. К тому же, улики это не то, что можно легко спрятать или удалить — наверняка следы впитались в почву, а порезы остались на стволах деревьев.
— Буду через десять минут, — сказал профайлер и повесил трубку.
***
Ганнибал быстро и бесшумно двигался сквозь туман. Он прошел мимо дерева, где они с Уиллом совершили второе совместное эротическое приключение — это был второй раз, когда Грэм сдался силе Лектера и желаниям собственного тела. Доктор глубоко вдохнул ночной воздух, надеясь уловить аромат тела своего строптивого любовника. Он жаждал ощутить запах его возбуждения еще хоть один раз. Вопреки обыкновению, сердце Ганнибала забилось чаще, а ладони вспотели. Но аромат, который он уловил, не принадлежал Уиллу — это были мускус и кожа — запах из клуба, который он легко опознал. Лектер сбавил шаг и замедлился, но едва заметно, чтобы не спугнуть своего преследователя. Чтобы не быть предсказуемым. Туман расступился, и из него появилась Миша, облаченная в неизменную черную кожу — брюки и жакет, с руками, небрежно сунутыми в карманы. Ганнибал, всегда неизменно вежливый, приветственно кивнул и продолжил смотреть на женщину безо всякого выражения на лице. — Значит, ты все-таки избежала визита Скотланд Ярда, — заметил он. — У меня была мысль позвонить и предупредить тебя. — И что же остановило тебя, доктор Лектер? — спросила женщина. Умелый макияж делал ее шрам практически невидимым, но Ганнибал точно знал, что он по прежнему там. — Решил, что ты сама в состоянии позаботиться о себе. Она небрежно вытащила руку из правого кармана и навела на Лектера пистолет. Он был нацелен прямо ему в грудь. — Поэтому ты притащил агента ФБР ко мне в клуб? — В твоем клубе есть люди всех слоев общества и профессий, — спокойно ответил доктор. — Позволь полюбопытствовать, как ты узнала, что он агент ФБР? Я заранее вытащил его удостоверение из кошелька. — Мы заботимся о людях, которые посещают наше общество, если ты понимаешь о чем я. Это часть системы безопасности клуба. — И все же ты не убила его там, хотя он был полностью беззащитен и в твоей власти. — Потому что, как ты выразился в начале, в моем клубе есть люди разных профессий, — спокойно ответила Миша, не опуская пистолет. — Нас посещают полицейские, так почему бы не впустить и этого странного профайлера Уилла Грэма. Тем более, что он казался не особо законопослушным. Взять хотя бы эту его связь с тобой… Ганнибал позволил фразе повиснуть в воздухе без ответа. — Судя по сообщению, которое я получил, вы либо озаботились клонированием телефона Уилла, либо украли его из моего номера. — Клонировали. Мы стараемся не преступать закон, если это возможно. — Сколько трудов, чтобы заманить меня в ловушку, — улыбнулся Лектер. — Вы и Уиллу, как я понимаю, закинули крючок? Он был прекрасно осведомлен об опасной резкости, которая прорезалась в его голосе на этом вопросе. Доктор, тоже державший руки в карманах, аккуратно нащупал лежавший там предмет. — Это наш парк, — сказала Миша, игнорируя его вопрос. — Этот парк, а еще Грин-парк и Сэнт Джеймс. Мы владеем ими, знаем каждое дерево, тропинку или куст. Мы знаем обо всем, что происходит здесь. — Неужели? — полюбопытствовал Лектер. — Прямо обо всем? — Ты определенно вызвал в нас интерес, — сказала Миша, подступая ближе. — Взять, к примеру, это дерево. То, как ты взял Уильяма у него, то, как именно ты его трахнул, — она со вкусом перекатила последнее слово на языке, — это привлекло внимание. На тот момент мы еще не знали ни кто он, ни кто ты, и насколько опасную игру вы затеяли. — И что же за игру я затеял, Миша? — Я была в шаге от того, чтобы убить тебя в ту ночь, когда ты прикончил Григсона. — И почему же не попыталась? — Лектер сардонически изогнул бровь. — Это было несправедливо. Ты нагло украл наши методы, нашу манеру наказания. Это было чудовищно грубо с твоей стороны. Ты пришелец, чужак. Мы наблюдали за тобой, доктор Лектер, с очень близкого расстояния. — Григсон умирал долго, я был донельзя занят, руки по локоть в крови. Легкая добыча, да еще и грубиян, укравший ваши методы. Почему же вы не убили меня? — Потому что ты понимаешь суть убийства, доктор Лектер. Ты мастерски владеешь искусством причинять боль. Ты на голову превосходишь любого из моих волков, кроме, разве что, Ивана. К тому же, в ту ночь ты творил с таким вдохновением. Смерть Григсона была… прекрасна, — женщина чуть опустила пистолет, но он все еще опасно целился в жизненно важные органы Ганнибала. — Я скорее разобью витраж, чем уничтожу художника, подобного тебе. У меня есть предложение для тебя, доктор Лектер… Но Ганнибал уже не слушал ее, наконец уловив тот аромат, который исподволь искал с того момента, как вошел в парк. Уилл был здесь. И присутствие Грэма сделало что-то с Лектером, заставило его желудок совершить кульбит, и отправило бездумно шагнуть вперед, не обращая внимания на наставленный на него пистолет. Он крепче сжал в руке инструмент, спрятанный в кармане. Доктор услышал торопливые шаги и учуял едкий агрессивный запах. Он был незаметен в парке, но Лектер уже обонял его однажды, там, в клубе — он прятался за завесой из дорогого алкоголя и запаха духов, пота и секса, но сейчас он стал отчетливым и резким — аромат крепкого мускусного пота, металла, дикого голода и жажды крови. — Уилл! — крикнул Лектер. — Осторожно! Это ловушка! И тогда Ганнибал рванулся вперед со всей сфокусированной силой долго сдерживаемого хищника. Одновременно с этим прогремел первый выстрел.***
Уилл ожидал стандартного места преступления. Он ожидал прожекторов, рассекающих тьму, ядовитых полос желтой ленты по периметру и хмурого сержанта Рэтбоуна, мечтающего о виски и сне. Вместо этого парк был тих и пустынен. Очевидно, регулярные убийства спугнули праздношатающихся гуляк, заставляя их выбирать иные места для досуга, чтобы не стать новой жертвой «волка»-убийцы. Хотя, по правде говоря, единственным способом привлечь внимание этого убийцы было пристрастие к публичному сексу и порке в совершенно определенном клубе Лондона. Любой, кто не был туда вхож — был в безопасности. Грэм остановился на том месте, где было обнаружено тело Григсона. От самого тела не осталось и следа — полиция тщательно запротоколировала все улики, сделала фотографии и убрала тело, возвращая дорожке первозданный вид. Единственным напоминанием о происшествии были букеты цветов, все еще завернутые в пластиковую упаковку, да пара плюшевых мишек — традиционная реакция общественности на чужую смерть, которая затронула их, пусть и символически. Люди использовали любую возможность проявить публичное сочувствие и сострадание, а заодно вознести первобытную благодарность за то, что они не оказались на месте жертвы, и скорее всего не окажутся впредь. Ведь символическое цветочное подношение — неплохой шанс откупиться от злого рока, таящегося у них за спиной. Если цветы Уилл еще мог оправдать, плюшевые мишки были выше его понимания. Грэм умел воссоздавать сцены преступлений в собственном воображении с невероятной точностью. Стоило только профайлеру закрыть глаза, и он смог бы сам обнаружить то, что было упущено в прошлый раз, вычленить это из того, что уже было известно. Но куда проще было все же дождаться Рэтбоуна. Уилл готов был уже вслух позвать кого-то из Ярда — детектива, сержанта или инспектора — когда услышал тихие торопливые шаги за спиной. И кое-что еще — лязг металлических ножей, трущихся друг об друга. Этот звук он слышал всего один раз, и то в своем воображении. Грэм обернулся на звук, и именно в этот момент раздался крик Лектера: «Уилл! Это ловушка!» Он услышал грохот выстрела, и под его аккомпанемент туман выплюнул в сторону Грэма мужчину – он был ожившей проекцией фантазии профайлера — металлические когти бритвенной остроты крепились к рукам, мощные стальные челюсти с волчьими клыками заменяли собой рот, глаза светились алым пламенем голода и жажды. Уилл отшатнулся назад. Недостаточно далеко, чтобы когти не рассекли рубашку и кожу, но достаточно далеко для того, чтобы ему не вспороли грудину одним ударом. Через секунду «волк» оказался на нем. Он прыгнул на Уилла сверху, прижимая всем весом к гравийной дорожке, и опасные челюсти громко щелкнули, пытаясь достать до горла.***
Ганнибал почувствовал, как пуля прошила правую руку чуть ниже плеча. Толчок был достаточно сильным, чтобы доктор выронил свое основное оружие — опасную бритву. Но боль была терпимой, им понадобится кое-что посерьезнее, чтобы вывести его из строя. Человек, притворяющийся волком, этот Иван, одетый в металлический костюм из клыков и когтей, уложил Уилла на лопатки и теперь целился вспороть ему горло. Добравшись до убийцы, Лектер обхватил его левой рукой за горло и, применяя удушающий захват, попытался стащить нападавшего с Грэма. — Не смей его трогать, — зарычал Ганнибал. — Он мой. Прозвучал еще один выстрел, в этот раз пуля попала доктору в бедро. Рана была болезненной, но не смертельной, так что Лектер проигнорировал ее. Миша намеренно стреляла не на поражение, она пыталась сберечь доктора, рассчитывая использовать его потом. Ганнибал запустил пальцы в трахею Ивана, оттягивая его голову подальше от шеи Уилла. Металлический протез на его челюстях мог вспороть горло Грэма за считанные секунды. Доктор смог оттащить убийцу достаточно далеко, чтобы увидеть профайлера, распростертого под ними на земле. Его глаза были широко раскрыты от шока, а кровь из раны Лектера капала ему прямо на лицо. Ганнибал попытался пережать трахею Ивана пальцами, чтобы тот потерял сознание, но не тут-то было. Мужчина издал сдавленный хрип, вскинул руку и воткнул когти в левую, целую руку Лектера. Металл легко проткнул рукав костюма, рубашку и плоть. Брызнула кровь, и Ганнибал, отшатнувшись, упал на землю, не издав ни звука. Но это все же отвлекло убийцу от Грэма. Он развернулся к доктору и навис над ним, угрожающе капая кровью с острых когтей. Его глаза пылали алым, в них светились возбуждение и жажда убийства — эмоции, знакомые Лектеру даже слишком хорошо. — Если ты убьешь Уилла Грэма, — тихо произнес Ганнибал, умудряясь выглядеть опасным даже заливая собственной кровью дорожку и газон, — я буду охотиться на тебя до тех пор, пока не найду и не убью. Так что, если хочешь выжить, убив Уилла Грэма, рекомендую начать с меня. Иван не мог говорить, его рот был занят искусственными челюстями с боевыми клыками, поэтому он просто тихо одобрительно зарычал и приготовился к прыжку. Ганнибал понимал, что с такими ранениями и потерей крови он далеко не боец. Он прекрасно осознавал, что не выйдет победителем из этой схватки, так что первостепенной его задачей становилось нанести Ивану максимальный ущерб. — А еще, — мягко сказал Лектер. — Ты угробил второй из моих самых любимых смокингов. И тут человек-волк прыгнул.***
Уиллу понадобилась пара секунд, чтобы осознать произошедшее. На него напал убийца-волк, но Ганнибал подоспел вовремя и оттащил его от профайлера, переключив внимание на себя. Так что теперь под прицелом зубов и когтей убийцы был сам Лектер. Профайлер вскочил на ноги и стер с лица чужую кровь. Доктор уже был ранен. — Если ты убьешь Уилла Грэма, — с тихой угрозой произнес Ганнибал, — я буду охотиться на тебя до тех пор, пока не найду и не убью. Так что, если хочешь выжить, убив Уилла Грэма, рекомендую начать с меня. Ганнибал. Ганнибал, сплошь состоящий из аромата мускуса и древнего леса, умеющий быть мудрым при свете дня и невероятно нежным под покровом ночи. Человек подаривший Уиллу в равной степени удовольствие и боль, тот, кто смотрел на Грэма как на равного, а не как на любопытную зверушку. Его Ганнибал. У профайлера перехватило горло от непрошенных эмоций. «Ты великолепен» — однажды сказал ему Лектер. — «Ты абсолютно великолепен в своей уникальности, но ты еще в самом начале пути, ты только начал постигать то, кем тебе суждено стать.» Уилл чувствовал кровь Ганнибала на губах. Кровь человека, только что спасшего ему жизнь, человека, готового отдать свою жизнь за него. Человека, которого Уилл, черт подери, полюбил! Грэм дернулся вперед, выбрасывая вперед руки, целясь убийце в шею. Он не был уверен, что сможет его задушить, Уилл мечтал об оружии, любом — его устроил бы пистолет, нож, да вообще что угодно. И тут он заметил в траве металлический блеск. Невероятная удача – это была опасная бритва. Ни секунды не раздумывая, профайлер схватил бритву и побежал на «волка», уже вставшего наизготовку. Он поднял окровавленные когти, распахнул искусственные челюсти, намереваясь убить Лектера одним чистым ударом. Но Уилл оказался быстрее. Взмах его руки рассек нападавшему горло от уха до уха. Кровь черным горячим фонтаном брызнула на лежащего на земле Ганнибала, а «волк» еще пару секунд был неподвижен, все еще не осознавая происходящее, пока мозг наконец не среагировал на рану. Он еще несколько раз попытался схватить ртом воздух, но вдохнуть ему было уже не суждено. Грэм толкнул его в грудь, чтобы убийца, облаченный во весь этот металл, не придавил Ганнибала. «Волк» дернулся еще пару раз и затих, но Уилл больше не придавал ему никакого значения, рана была смертельной. Гораздо больше сейчас его интересовал другой человек. — Ганнибал, — прохрипел профайлер, падая рядом с Лектером на колени. Он попытался смахнуть кровь с лица доктора окровавленными руками, и в итоге только измазал его еще сильней. — Ганнибал… Тебя подстрелили? Куда тебя ранили? Насколько сильно болит? Ганнибал в ответ улыбался. Его зубы казались такими белыми на почти черном от крови лице, глаза сверкали темными обсидианами, а изорванная в клочки одежда мешалась с растекающейся лужей крови, не давая понять, насколько все плохо на самом деле. — Главное, что ты в безопасности, Уилл, — тихо прошептал Лектер. — Мой невероятный, мой замечательный мальчик. Ты цел и невредим. И Уилл поцеловал его. Поцеловал, слизывая с губ Ганнибала и его, и чужую кровь. Он целовал его снова и снова, на фоне медленно остывающего трупа бывшего «волка».
