Arcanum

      Маэдрос больше не поднимался наверх после того, как вымыл чашки и убрал в самый дальний угол шкафчика мешочек с травами. Он сел в кресло, посмотрел на часы, указывающие на начало одиннадцатого, расслабился и прикрыл глаза.       Давно он не испытывал таких сильных чувств, того, что люди звали вожделением, и что отчасти было воплощением искажения. Он не понимал, в какой момент потерял контроль над своими действиями, и ощущал себя марионеткой, ведомой чувствами, а не разумом.       Вздохнув, мужчина откинулся на спинку кресла, прикрыл глаза и сразу же сознание преподнесло картинки, которые ещё минуту назад он пытался забыть. Белую кожу, алые зацелованные губы, россыпь родинок на сгибе локтя.       Эльф помотал головой и недовольно открыл глаза. Интересно, какие чувства сейчас испытывает сама Женя? Наверняка мучает себя теми же мыслями, что и он. Сосредоточившись и прислушавшись, Майтимо с удивлением обнаружил ровное дыхание девушки, лежащей наверху. Она преспокойно спала. Стало почему-то обидно, что только он терзается, тогда как она нашла в себе силы заснуть.       В дом зашли Аня и Маглор. Лишние мысли стали ни к чему. Никто не должен был узнать о том, что произошло.

***

      Я ненавидела себя. То ли за то, что так легко поддалась действию какого-то чая, то ли за то, насколько приятно от происходящего в тот момент было в душе. Будто пазл складывался, а я упорно не видела всей картины.       Разбуженная утренним дождём, я лежала в постели и думала, как себя вести дальше. Было понятно, что Аня и Макалаурэ не должны узнать о произошедшем, и для них всё должно идти так, как было бы, если бы этого не случилось. А как себя вести в Маэдросом…       В соседней комнате кто-то встал с постели. Видимо, подруга и Канафинвэ вернулись вчера, когда я уже спала. А заснула я, на удивление, почти сразу, как голова коснулась подушки.       Аня тихо постучала по косяку и зашла. — Привет, — прошептала она, садясь на край постели. — Как ты себя чувствуешь?       Чувствовала я себя преотлично, не считая внутренних терзаний, виновником которых стал подозрительный чай одной старушки. — Вроде в порядке, спасибо, — я улыбнулась и поднялась выше на подушках. — А как вы провели вчера время?       Аня подала мне градусник, и я засунула его под мышку. — Вполне хорошо, — она покивала. — Обедали, выбирали костюм, слушали музыку. Потом ужинали… Всё хорошо. — Но вижу, что ты расстроена не на шутку, — я взглянула в лицо девушки. — Он чем-то обидел тебя? — Нет, Жень, брось. Это я… Думаю частенько о том, о чём не нужно думать.       Тишина. — Значит, ты уже что-то решила для себя и, как вижу, от этого не в восторге. Что ж, я только могу поддержать тебя в любом из твоих выборов. — Спасибо, — Аня слабо улыбнулась и взяла у меня градусник. — Тридцать шесть и восемь. Ого. Видимо, присмотр рыжеволосого эльфа пошёл тебе на пользу.       Ага. — Да, заставлял пить лекарство по часам и сходил в лес за какими-то лечебными травками. А потом пихал их внутрь меня. — Серьёзно? — Нет. Он, конечно, отсчитывал минуты с лекарствами, но больше не мучил. Рассказывал какую-то сказку, позволил поспать днём, и потом, возился как с маленьким ребёнком. Кормил едва ли не с ложечки. — Видимо, он серьёзно отнёсся к моей просьбе позаботиться о тебе, — усмехнулась девушка. — Я рада, что ты не скучала.       Ага, не скучала. Нам было очень весело.

***

      Чувствуя себя намного лучше, чем пару дней назад, я решилась спуститься вниз и немного подышать свежим воздухом. Маглор встретил меня сидящим за арфой и медленно перебирающим струны. Он широко улыбнулся, увидев меня. — Доброе утро, — сказал он. — Ты выглядишь намного лучше. — Спасибо, вижу, ты тоже сияешь, — я улыбнулась в ответ.       Маэдроса я увидела за окном, стучащим в стекло, чтобы открыли створку. Я сделал это и впервые со вчерашнего вечера посмотрела ему в глаза. Он подал мне несколько свежих огурцов и кивнул в сторону, жестами говоря выйти. Я кивнула. — Я, пожалуй, выйду.       Аня кивнула и обратила внимание к книге, Макалаурэ взялся за новую мелодию.       Вдохнуть полной грудью после тройки дней в четырёх стенах было великолепно. Я с наслаждением прикрыла глаза и потянулась, чувствуя, как отзываются мышцы во всём теле.       Эльф подошёл и укрыл мои голые плечи кофтой. — Может быть прогуляемся? Недалеко.       Я с сомнением взглянула на него, но согласилась. — Думаю, нам нужно обсудить произошедшее вчера. — Согласна.       Снова молчание. — Я хотел сказать, что мне очень жаль, что так вышло. Следовало для начала проверить то, что дала старуха, а потом уже давать тебе. — Мы оба не могли даже подумать о том, что подобное возможно. В этом нет ничьей вины: ни моей, ни твоей. Разве что сама баба Капа постаралась, с намерением или нет. Я скоро выясню это, — я остановилась и посмотрела эльфу в глаза, взяв его за предплечья. — Всё в порядке, правда. Мы справимся с этим в любом случае. — Хорошо, — Маэдрос серьёзно задумался и пошёл дальше по тропе. — И уж точно я не намерена требовать от тебя после этого взять меня в жёны, — я рассмеялась, тогда как нолдо перевёл на меня всё тот же серьёзный взгляд, заставивший меня перестать улыбаться. — Подожди, ты серьёзно думал об этом? — Женя, я едва не обесчестил тебя, и сделал бы это, если бы ты не оказалось достаточно смелой и решительной, чтобы ударить меня, — Нельяфинвэ кончиками пальцев провёл по синяку с тонкой красной полоской. — Я перестал контролировать себя и касался тебя так, как должно только твоему мужу… — Эй, — я тихо позвала эльфа. — Не забывай, что ты делал это не по собственной воле, а под действием чая, и просто-напросто не мог пересилить его, как бы не пытался, — я опустила глаза, рассматривая маленькие кустики. — Честно признаюсь, что была напугана, когда действие чая испарилось, но во мне есть здравый смысл, чтобы не винить тебя в произошедшем. — Но я мог… — Не мог, — пришёл черёд мне серьёзно смотреть в глаза нолдо. — Просто не мог, прими это.       Небо заволокли облака и, хотя утренняя дождевая тучка прошла, было темновато и холодно. Я поёжилась, сильнее кутаясь в кофту и обнимая себя руками. — Спасибо за это, — сказал Маэдрос. — Вы со своими взглядами на жизнь, конечно, напоминаете рыцарей из романов. Но в этом даже есть что-то привлекательное. — Старушка просила передать, что будет ждать тебя через несколько дней для какого-то разговора. — Думаю, я найду её раньше.

***

      Аня, конечно, спросила, кто так разукрасил лицо рыжеволосого нолдо, но тот ответил, что оступился на лестнице. Макалаурэ с сомнением посмотрел на него, но решил не задавать уточняющих вопросов.       Мы обедали, когда в дверь постучались. Я решила узнать, кто решил заглянуть в гости, и увидела Никиту, стоящего с букетом белых роз и целым пакетом. — Привет, — кажется, он не ожидал увидеть меня на ногах и в лучшем состоянии. — Ты хорошо себя чувствуешь?       Я пропустила парня в прихожую и кивнула. — Да, температуры почти нет, чувствую себя прекрасно. — Это тебе, — Никита вручил мне букет цветов, и я поблагодарила его. — И это тоже.       Пакет оказался довольно тяжёлым, набитым различными вкусностями и фруктами. — Вижу, ты меня балуешь. — Тебе нужны силы, а лучшие силы берутся от счастья.       Я вернулась в комнату к эльфам и Ане, спокойно поглощающей суп. Первые смотрели на меня с явным интересом, вторая, взглянув на букет, скользнула взглядом по лицу Маэдроса. Поставив цветы в вазу, я положила пакет на кресло и вернулась к парню. — Если честно, я поговорить с тобой хотел. — Хорошо, пойдём на веранду?       Присев на диванчик, я с интересом посмотрела на друга. — Я хотел предложить тебе через несколько дней, когда ты уже будешь достаточно здорова, вместе съездить кое-куда. — Куда? — А вот это сюрприз, — парень хитро улыбнулся. — Но обещаю, что ты не пожалеешь.       Я подняла бровь и с вопросом «серьёзно?» посмотрела на Никиту. Он же был уверен в своих словах, и мне ничего не оставалось делать, кроме как согласиться. — Хорошо, — ответила я. — Я поеду с тобой не знаю куда и не знаю зачем. — Отлично! Тогда я посоветую тебе взять с собой удобную одежду и обувь. — Мы что, будем заниматься физической активностью? — Почти. — Но я не очень-то физически активна, — я улыбнулась. — Поищу что-нибудь подходящее. Спасибо ещё раз за цветы и фрукты. Мне правда очень приятна твоя забота.       Я обняла парня. — Главное, чтобы тебе было хорошо.

***

      Проведя остаток дня за разгребанием запущенной работы, я не заметила, как наступил поздний вечер. Аня пришла напомнить, что совсем недавно я болела и стоило бы побольше отдыхать и поменьше думать, но я только отмахнулась и приняла градусник, показавший те же тридцать шесть и восемь. — Видишь, всё хорошо. Не переживай, я сейчас закончу и спущусь вниз.       Через полчаса я действительно спустилась и увидела, как Макалаурэ снова садится за арфу, переливы которой были слышны в течение дня. Маэдрос сидел на диване, а Аня расположилась в кресле. — У нас сегодня вечер музыки? — Можно сказать и так, — ответила подруга.       Я присела во второе кресло и почувствовала вибрацию телефона. Звонила мама. — Простите, я отойду ненадолго.       Выйдя на веранду, я приняла звонок.

— Алло, милая, как у тебя дела? — спросила она.

— Спасибо, довольно неплохо…

— Я звоню сказать, что первого числа приеду на дачу. У нас послезавтра самолёт, закинем вещи в квартиру и приедем.

— Отлично.       С той стороны послышались неясные шумы, мешающие точно расслышать слова.

— Ладно, я побегу, меня тут требуют. До встречи.

      «До встречи» я говорила уже сама себе. Мама сбросила звонок, оставив меня с проблемой своего скорого приезда.       Нужно было что-то решать и думать, как представить эльфов родителям, чтобы ни я, ни они не оказались внезапно на улице.       Решив задержаться на веранде, я села в кресло и подогнула под себя ноги, решив немного пораскинуть мозгами и придумать план по спасению всех репутаций.       Можно было бы списать эльфов к бабе Капе. Но за их безопасность я не могла бы ручаться, ведь кто знает, какие скелеты закопаны под её порогом.       Можно было бы просить помощи у бабушки, и отправить обоих к ней на дачу. Но мама бывает и там, и логическая цепочка всё равно дошла бы до меня.       Можно было оставить всё, как есть. Объяснить маме, что это мои друзья из универа, и никакой опасности не представляют. Но тогда это недолгий эффект, буквально на неделю-полторы, после которых эльфов в экстренном порядке нужно будет переселять куда-то… — Женя? — голос Маэдроса вывел меня из задумчивости. — Всё в порядке? — Звонила мама, — честно призналась я. — И я вот думаю, как мне сказать ей о вас.       Нельяфинвэ присел напротив. — Мне нужно будет рассказать часть правды, а вторую часть придумать самой, — я вздохнула. — Допустим, вы мои друзья из университета, приехали погостить. Но дальше-то что? Что будет через неделю или пару недель? Там как бы, что называется, пора и честь знать. Вы не можете жить вечно здесь. — Нам нужно будет искать новый дом. — Верно. Если вы останетесь здесь, а это, похоже, так и будет, вам нужно устраиваться и обживаться. Арендовать жильё, делать документы и искать работу.       Эльф встал, повернувшись к окну. — Ты права. Мы не сможем жить вечно с вами, — сказал он. — Но, честно признаюсь, я надеялся вернуться обратно. Наша история была завершена, но, видимо, Создатель решил иначе. — Я помогу, чем только смогу. — Спасибо, ты уже сделала многое для нас, — он улыбнулся. — А теперь, идём. Макалаурэ очень хочет, чтобы ты послушала его новое сочинение.       Я редко видела на его лице такую настоящую улыбку. Тёплую и задумчивую. Искреннюю.

***

      На следующий день приехал мой главный советник и дипломат — дорогая бабушка. Конечно, с дедушкой, который уже свыкся с мыслью, что в доме находятся ещё два представителя мужского пола, и они мои друзья.       После объятий, она первым делом проверила дела на огороде, отправив своего мужа отдыхать на веранду и сказав мне следовать за ней. — Я рада видеть тебя здоровой, — сказала она. — Честно признаюсь, что перепугалась, когда на звонок ответила Аня, а не ты, но она успокоила тем, что врач всё-таки приезжал, и о тебе здесь хорошо заботятся, — женщина посмотрела в окно, за занавеской которого промелькнул ажурный силуэт Майтимо. — И потом, я рада, что ты оправилась так быстро. Очень рада. — Да, ребята действительно помогли мне. Они заботились об огороде и доме, пока я отлынивала. Хотя мне и удалось поработать над многими желанными проектами и получить с этого достаточно, чтобы отблагодарить их, — бабушка удивлённо посмотрела на меня. — Миша… давно мечтал об арфе, и я выкупила одну у друга. — Дорогой подарок. — Мне он вышел с хорошей скидкой, больше половины нужной суммы. — Интересно, интересно… — Лёша, бывший владелец, уезжал. Ему необходимо было побыстрее завершить дела здесь. — Но, раз уж он уезжал, ему необходимы были деньги. — Да, согласна. Хотя уверена, что он скорее старался просто пристроить инструмент в хорошие руки, чем получить от этого свою выгоду. Он никогда не жаловался на безденежье. — Это хорошо. А что насчёт остальных? — Остальных? — я задумалась. — Я думаю устроить большое-небольшое застолье. Матвею я просто не знаю, что можно подарить, а Аня… У неё скоро день рождения, пусть сама выберет, что хочет. Но, зная её, она отправит список книг и скажет выбрать из него. — Книга — прекрасный подарок, — заключила бабушка. — А что до твоей мамы? Она вчера звонила мне. Я, конечно, словом не обмолвилась ни о твоих бравых парнях, ни о болезни. Но что-то нужно будет тебе решить. — Да… Мы прошлись дальше и зашли в теплицу. — А слушай, может быть им переехать на нашу с дедком дачу? А что? Антона я заболтаю как-нибудь. — Я думала об этом, ба. Но что будет дальше? Ниточка от вас пойдёт ко мне, а после пары недель вообще нужно будет что-то новое придумывать. Нет. Они останутся тут, но без твоей помощи мне, конечно, не справиться с мамой. — Я-то приеду завтра, но только нужно будет хорошенько подумать, что говорить. — Это мы с тобой решим, чуть позже. А мне же нужно будет помочь ненаглядным устаиваться в этом мире.

***

      Первое августа наступило слишком быстро. Я с бабушкой обсудила все части плана и начала морально готовить себя и эльфов, попутно ища варианты, как устроить дальнейшую жизнь последних.       Утром раздался роковой гудок. Бабушка ещё не успела приехать, и я волновалась, ведь она была в этой ситуации главным нейтрализатором конфликта.       Открыв ворота, я проследила за автомобилем, медленно въезжающим во внутренний двор. Помахала маме с улыбкой. Она ещё не знает, что её ждёт.       Эльфы сидели на веранде вместе с Аней. Я, закрыв ворота, отправилась к автомобилю. Мама вышла и обняла меня. — Привет, я очень рада тебя видеть, — сказала она. — Что-то случилось? У тебя встревоженное лицо. — Это ещё что за кадры? — спросил отчим, выходя из авто. Видимо, эльфов было слишком видно. — Мам, мне нужно кое-что сказать тебе… — Кто это, Женя? — спросила она. — Это то, о чём я хотела сказать тебе, но так и не смогла…       Тут снова просигналили, и въехала уже вторая машина. С бабушкой.       Пока родственники приветствовали друг друга, а отчим стоял и пялился на решившего невовремя полюбопытствовать Маэдроса, у меня было тридцать секунд, чтобы закрыть ворота и предотвратить апокалипсис. — Женя, пойдём-ка познакомимся с твоими друзьями, — сказала мама, взяв сумочку. — Почему-то твоя бабушка знает о них, а вот я — нет.       В её голосе помимо привычной строгости прозвучали нотки обиды. — Может ты мне объяснишь, кто это, и что они здесь делают? Если ты позвала друзей, то почему не предупредила? — Мама, я хотела написать, но забыла. — Забыла? А что ты ещё забыла мне сказать? — Мам, это Миша и Матвей, — я поочерёдно указала на одного и другого эльфа. — Они мои друзья с университета, экологи… — Ты всё равно должна была сообщить мне об их приезде, — женщина смерила мужчин внимательным и цепким взглядом. — Я вообще от тебя такие имена впервые слышу. — Мы познакомились недавно на мероприятии в университете. — И на каком же? — На университетском КВН, они сидели рядом со мной, мам. А не упоминала о них, потому что и рассказать нечего было. — Допустим, — согласилась мама, присев в кресло. — И на какой же они специальности обучаются? — Экология, мам, какая разница? — Женя, а почему, собственно, за них отвечаешь ты? Пусть они сами о себе расскажут.       Я замерла, посмотрев на Маэдроса. Едва ли они могли бы ответить правильно хоть на один вопрос, и оставалось только надеяться на прорепетированные слова убеждения. — Госпожа, мы не хотели причинить вам неудобства, — видимо эльфам нельзя играть в театре. То ли память короткая, то ли они специально закапывают себя. — Госпожа? — усмехнулась мама. — Мам, они просто очень вдохновлены реконструкторской деятельностью, иногда забываются… — Женя! Помолчи, пожалуйста, я уже выслушала тебя, дай послушать твоих друзей, — серьёзный тон мамы не оставил попыток вмешаться. — Итак, господа-товарищи, значит, вы — экологи и знакомые-друзья моей дочери. Скажите же, как вы оказались здесь? Моя дочь сама вас позвала?       Я, не отрывая взгляда, смотрела на Маэдроса. А он даже ухом не повёл в мою сторону. Возможно, это правильное решение — не смотреть, но у меня засосало под ложечкой. — Мы прибыли по её просьбе, это верно. Но совершенно не знали, что кого-то наше присутствие может расстроить. И если бы мы знали, что оно рассорит вас с дочерью, то скорее остались бы дома. — Хорошо, но, видимо, моя дочь решила не ставить меня в известность о вашем прибытии, — строгий взгляд прожёг мне лоб. — Скажи мне, что сложного в том, чтобы написать мне и предупредить? Ты сама знаешь, что я чаще всего говорю тебе «да», чем «нет», что я не стала бы запрещать тебе увидеться и несколько дней провести с друзьями. Так скажи же, почему ты не сообщила об этом? — Я болела, — честно ответила я. — Настолько сильно, что забыла тебе сказать. — Болела? Ба! Так это около четырёх дней назад было, и ты хочешь сказать, что за всё это время у тебя не было секунды, чтобы черкнуть мне? И почему ты вообще позвала гостей, если болела? Что за безответственность? Ты могла их заразить!       Я сжалась на стуле и не знала, что ответить. Тут вдруг слово взяла бабушка, сидевшая до того в другом кресле и внимательно наблюдающая за тем, что происходило: — Милая, мне известно, что её друзья прибыли накануне её болезни. Они едва приехали, как ей пришлось уехать по работе, где она и подхватила вирус. Мальчики решили остаться и помочь ей, за что я им безмерно благодарна — ты и сама знаешь, что я не могла приехать и поддержать Женю. Возраст и полное отсутствие иммунитета не давали мне быть с ней рядом, тогда как её друзья очень даже помогли. Насколько мне известно, дорогая, у Жени была высокая температура, её лихорадило, и если бы не помощь друзей, которые вызвали скорую и помогли ей почувствовать себя хоть немного лучше, то она до сих пор валялась бы в постели. Они помогали мне на огороде, когда я приезжала, очень даже помогали. И ты зря говоришь с ней так — я доверяю своей внучке и уверена в том, что глупостей она точно не делала. А что до того, что она сразу не сообщила о них — едва ли у неё были силы объяснить хоть что-то между сном и обедом. Зная тебя, ты бы потребовала сразу всех объяснений, а это отняло бы немало сил. Да и отвлекать тебя от отпуска никому не хотелось — ты итак редко отдыхаешь. Так что, милая, успокойся и послушай свою дочь. Услышь её.       Я с благодарностью смотрела на бабушку, восхваляя всех богов, что она у меня есть. Мама действительно задумалась над её словами, переводя взгляд то на меня, то на эльфов, смирно сидящих на стульях. Отчим же стоял, подперев косяк, и смотрел на маму, ожидая её слов. Действительно, без её слова в доме ничего не решалось. Оно было первым и последним. И безусловным. — Хорошо, — мама наконец-то ответила после минутного обдумывания и тишины. — Я понимаю всё то, что здесь произошло во время моего отсутствия. Пусть, Женя, ты действительно не хотела меня тревожить и долго всё объяснять, а потом заболела… Хорошо. Мне будет легче поверить в это, чем копаться, ища истину.       Я потихоньку выдохнула. Кажется, эльфы тоже немного расслабились. — И что вы будете делать дальше? Поедете домой?       Я прикусила губу и посмотрела снова на бабушку, но она неопределённо подняла бровь, говоря, что здесь уже придётся как-то выкручиваться мне самой. — Если честно, мама, — я начала тихо прощупывать почву, внимательно следя за настроением женщины по её глазам. — Я хотела бы попросить тебя разрешить нам ещё здесь остаться. Хотя бы на недельку. Я проболела большую часть времени, и мы толком не пообщались.       Мама тяжело вздохнула, переведя взгляд на окно. Было видно, насколько она недовольная моей просьбой. — Мы присмотрим за огородом, не волнуйся. — Это бесспорно, — подчеркнула женщина. — Хорошо. Но только если Аня останется здесь с тобой. И я буду приезжать день через день-два.       Я посмотрела на подругу. — Конечно, я останусь с Женей.

***

      После долгих наставлений и распоряжений, мама с отчимом уехали в город. Бабушка, молча слушая всё это и попивая чай с баранками на веранде, завела содержательный разговор с Аней о какой-то книге. И подруга настолько включилась в обсуждение, что забыла о том, что я просила её присмотреть за эльфами. Те, конечно, ничего сверхъестественного не натворили, расположившись на скамейке у веранды вместе с дедушкой. — Вижу, вы подлатали дровяник, — заметил дедушка. — Хорошая работа. Да и дров накололи. — Да, спасибо. — Вы, это, научите Женю хотя бы щепки для растопки колоть. Вон, хотя бы из старой вагонки. Ей пригодится. — Хорошо, — Маглор улыбнулся.       Тут бабушка вышла в сопровождении меня и Ани с веранды. — Я, конечно, ещё поговорю с ней по этому поводу, — сказала она. — Но у тебя мысли верные на их счёт. Так что, если знаешь, что делать — действуй.       Они уехали и, закрывая ворота, я вспомнила, что хотела навестить одну очень интересную личность.       Взяв мешочек с травами из дальнего угла, я вышла из дома и отправилась прямиком к бабе Капе — виновнице ненужных мыслей, посещающих всё чаще в последнее время.       Старушка не встретила меня на пороге, и мне пришлось, постучавшись, самой зайти в дом, который встретил меня запахом диких трав и кореньев, печки и теплоты.       Найдя Касьяну на кухне, я заметила, что она занята каким-то странным разговором, будто сама с собой, а потому не спешила приветствовать её. Однако же половица скрипнула под ногой, и баба Капа быстро оглянулась, сверкнув жёлтыми кошачьими глазами, тем самым напугав меня до чёртиков. Краем глаза я заметило нечто, то ли хвост змеи, то ли тень, юркнувшую под печку. — А, это ты, Женя, — лицо старушки приобрело мягкие черты и улыбку с парой золотых зубов, когда она узнала меня. — Проходи, проходи. Я тут как раз по твоему вопросу кумекаю. Ну-ка, — Касьяна встала и налила чай. — Садись, садись. Вижу, чувствуешь ты себя намного лучше. Это и хорошо.       Я присела на предложенный стул, косясь на печку и ожидая, что кто-нибудь выпрыгнет из неё, тогда как старушка спокойно хлопотала, выставляя на стол варенье, фрукты и конфеты. — Что это на тебе лица нет? — спросила она, и я очнулась. — А, я это… спросить вообще-то пришла, — я отпила чай. — Тут давече вы приносили мне варенья да фрукты, а вместе с ними чай. — Верно, верно, милая. — А вы чай не перепутали, Касьяна Владимировна?       Я поставила мешочек с травами на стол, обращая на него внимание старушки. Та взяла его в руки, повертела. — Нет, вроде всё верно. Сбор от простуды помогает и для желудка полезен, — она открыла мешочек и понюхала. — Вот же ж голова моя бедовая! Точно! Да я когда сбор делала — мешочка не хватило, и я в простудный насыпала. Девонька, дак это ж сбор уж точно не для тебя. Тебе рановато будет его принимать.       Мои глаза упёрлись в потолок. Да, старушка видимо положила не в тот мешочек свой сбор трав. — Да, я заметила. — Заметила? Ты хоть одна пила его? — шёпотом спросила Баба Капа. — Нет, — мрачно ответила я. — Ещё один из моих гостей. — Ну и как? — широкая улыбка озарила морщинистое лицо, а жёлтые глаза засверкали. — Никак, — так же мрачно ответила я. — Что, на него не подействовало? Али не очень он..?       Я покраснела до кончиков ушей, почувствовав, как на шее появляются алые пятна. — Ваш амулет спас и меня, и его. И вообще, что это за амулет-то такой?       Я сняла деревянное украшение и положила его на стол. — Ясеневое дерево, вырезанное и окуренное травами. Хороший амулет от злых духов и недоброжелателей. Пусть будет с тобой, может и пригодится когда.       Я повертела в руках амулет, проводя пальцами по его острым граням. — Да, Касьяна Владимировна, удивляете вы меня. Вот, что: возьмите свой мешочек обратно, мне он ни к чему. Спасибо, конечно, за остальное. Но, пожалуйста, проверяйте содержимое перед тем, как отдать. А то ведь неизвестно чем могло закончиться. — Ну, чем могло закончиться — дело известное, — заметила старушка. — Вот мне б твои годы, да с таким молодцем… — Прошу, только без подробностей.       Баба Капа рассмеялась от моих слов заливистым, молодым смехом, вгоняя в ещё большее смущение. — Не переживай. Не дурак твой рыжий, да и крепкий. Только вот, думается мне, что лучше вам больше таких травок не пить…