По-другому

Люпин рассказывал о Поттере с откровенной ненавистью к тому, Северус разделял эти чувства. Насколько его положение в действительности ужасное, конечно, покажет только время. Римус объяснил, что в идеале нельзя не сопротивляться инстинктам, иначе это отразится на волке, и тот станет злее. Соответственно, чтобы идти на поводу у внутренней тяги, которая возникнет между ними, уже сейчас стоит начинать сближаться, узнавать друг друга, привыкнуть к их неотъемлемости, постоянному присутствию и касаниям. Северус всё ещё ощущал слабость, и Сириус, словно чувствуя это, предложил ему прилечь. Укруза по приказу Вальбурги принёс укрепляющее зелье и, убрав со стола посуду, удалился. — Сириусу не стоит тебя сегодня оставлять на долго, связь все ещё настраивается, — сказал Люпин, садясь на кровать и жестом предлагаю Снейпу всё-таки лечь на своё место и не вредничать. — Как и наша с тобой, — он улыбнулся. Что ж, всё это было неловко, ужасно странно, и всем в той или иной степени было не по себе. Сириус обнял Римуса, облокотив его спину на свою грудь. Эта близость принесла умиротворение. Блэк зарылся носом в светлую макушку, не в силах надышаться этим запахом. Где-то на фоне аромат Снейпа усиливал и без того головокружительный коктейль. Их ароматы дополняли друг друга, сложно представить, как Сириус будет реагировать, когда запах Северуса усилится, но пока его не хотелось касаться так, как Римуса. — Северус, — тот вздрогнул, выныривая из своих мыслей, — Ты, наверное, хочешь забрать какие-то необходимые вещи из дома? — Эльфы Хогвартса твой чемодан нам не отдали, — заметил Римус. — Но, возможно, Вальбурга сможет тебя аппарировать. — Я умею аппарировать, Римус, — подсказал Сириус. — А, точно, — Люпин уже привык, что Блэк многое не помнит, но вот то, что тот был аврором, состоял в ордене и участвовал в войне, принять было сложнее в качестве реального опыта. — Это даже лучше. — Северус? — Да, это будет отлично, — растерянно отозвался тот. — А мне можно будет домой? — Домой, — повторил Люпин. — Вещи забрать или насовсем? Я что-то не понимаю, извини… Но да. Только если насовсем, то не сейчас, нам всем надо быть рядом цикл или два. — Он подумал о том, что Снейп может не захотеть с ними жить, но понадеялся, что этого не случится. — А потом я думаю, что тебе и не захочется покидать надолго стаю. — Я это всё понимаю, — Северус помнил, что образ жизни Велурумов был очень схож с обычными оборотнями. — Мне мать много рассказывала о нашем виде, хоть я и чистой крови. Я хотел забрать летние вещи из дома. — Он заметил волнение Люпина. Неужели тот правда хочет, чтобы Северус остался? Наверное, в нем говорят инстинкты. Но ведь Блэк ради своей любви может отдать приказ, и внутренний волк в Северусе подчинится. Возможно, его бы действительно отпустили, если бы он настоял. Но глупо сбегать, в полнолуние он один не справится. Северус мог бы всё усложнить, не пытаться смириться, показать истинные раздирающие его чувства, горечь обиды, боль от несправедливости. Почему он? Почему опять? Но пока он держится. Холодный расчёт говорил о том, что деваться некуда, и если Блэк и Люпин хотят считать его близким человеком, то нужно идти им на встречу. Снейп вздохнул: он справится, наверное, не все так плохо, он не умер, и у него есть вожак, который сможет контролировать его волка. Интересно, он уже потерял место в аптеке? Риэлтор, через которую он хотел продавать отцовский дом, точно его потеряла. А еще нужно проверить почту, вдруг кто-то из учителей откликнулся… — Чем ты хочешь заниматься после Хога? — словно читая его мысли, спросил Сириус. — В моем прошлом ты был самым молодым Мастером зелий. — Я был богат? — хмыкнул Северус, ему было любопытно. — Нет, но твои таланты заметили и помогли, — то, что это был Малфой и действовал он на благо Пожирателей смерти, Блэк не стал говорить. — Так ты уже выбрал, что хочешь изучать дальше? — Да, я хотел обучиться на подмастерье Мастера зелий. — Это было дешево, так как менее статусно, но ему главное было иметь разрешение на продажу своих зелий. — Я могу поговорить с мамой, она может найти хорошего учителя, — пообещал Сириус. — Может, подумаешь стать Мастером? Это допуск в гильдию, стоимость патента будет в разы дороже на изобретенное зелье. Мне кажется, ты должен воспользоваться шансом, если чувствуешь, что это твоё призвание Северус не отказался, было бы глупо это сделать, он ведь об этом мечтал. Они ещё какое-то время болтали, в основном что-то рассказывал Люпин, пока Северус не почувствовал, что глаза закрываются, и его уносит сон. Позже этим же днём Сириус, как и обещал, мягко и профессионально аппарировал с ним и к воротам Хогвартса, и в дом деда. Блэку, который увидел скромные пожитки Снейпа, нестерпимо захотелось аппарировать их к ближайшему бутику, но он понимал, что это окажется плохим решением проблемы. Будь сам на месте Северуса, то это бы сильно ударило по его достоинству. Может быть, матушка сможет деликатно решить эту проблему? Потому что оставлять это безобразие не решенным просто нельзя. Маггловские бриджи, в которые Северус переоделся, были ему не только не по возрасту, но и не по размеру. И эта футболка, вроде на вид даже новая в отличие от узких брюк, была вопиюще огромной. Кеды, простые, потёртые и тканевые, — у самого Сириуса были похожие, во всяком случае, в той жизни. Но одно дело гонять в подобных тапках на байке и косить под маггловских рокеров. А другое, если это единственная обувь, которую Снейп носил вне Хогвартса. Каким бы Блэк сумасбродным не был бы, но когда у него была возможность носить мягкие кожаные туфли и шёлковые рубашки, он это делал. — Ужасно, да? Хотя не говори, сам знаю. — К удивлению Сириуса, Снейп первым обратил его внимание на свой внешний вид. Тот бы до конца держал мину, что всё идет по плану. — Кеды у меня были такие же в той жизни, может и сейчас есть, не в туфлях же я на байке ездил. — Блэк уменьшил чемодан Северуса, так как Вальбурга после обеда, обследовав парня, посоветовала сегодня больше не колдовать. — У тебя есть байк? — удивился тот. — Хочешь покатаю? — они вышли во двор, чтобы аппарировать. — Нет, совершенно точно нет, — Северус наморщил нос, и это оказалось довольны милым. Снейп был среднего роста, а из-за своей худобы казался высоким, но стоило Блэку поравняться с ним, как этот мираж пропадал. Обычный рост для мужчины, даже Римус был выше. Тонкие губы, подвижная мимика бровей вразлёт, тёмные глаза в обрамлении недлинных, но густых ресниц. Тонкое лицо вполне уместно вписывало в композицию птичий нос с горбинкой. Тяжёлые чёрные волосы казались жёсткими на ощупь и, наверное, такими и были. У него точно были итальянские корни, как и у Блэков. Только у последних в роду преобладали сероглазые и кудрявые, их привлекательность считалась более общепринятой, менее хищной и мягкой. Но и всё же Сириус любил Римуса, который был совершенно противоположного типажа. Светло-каштановые волосы с золотыми бликами на солнце и по-летнему голубые глаза никогда и ничем не могут быть сдвинуты со своего почётного места, занимаемого в глубинах сердца Блэка. Этой ночью они решили спать отдельно от Снейпа, все же плотного дневного контакта должно хватить. Сириус утащил Римуса к себе под бок, засыпать без него казалось таким неправильным. Вот только сам сон не шёл. С трудом оторвавшись от мягких зацелованных губ, Сириус приник к доверительно подставленной шее, не замечая, как своими руками расстегивает ряд гладких пуговиц на пижамной рубашке. Ощущать кожу Римуса под пальцами, гладкую, упругую и разгоряченную, было так прекрасно и так правильно. Он наклонился, втягивая и обводя языком остро торчащий сосок. Люпин застонал, путаясь пальцами в его волосах. Блэк втянул в рот второй, посасывая и поглаживая пальцами влажный от своей слюны первый, запах Римуса словно усилился и сносил крышу. Петляя поцелуями ниже, его дыхание щекотало низ втянутого живота Римуса, и тогда он сам, позволяя, стянул хлопковую резинку брюк вниз. Сириус довольно оскалился, широко облизывая налившуюся кровью плоть, Римус всхлипнул, откидываясь на подушку. Впиваясь пальцами в его крепкие бедра, Блэк жадно опустился ртом на член, желая вобрать его полностью. Люпин выгнулся и застонал с дрожью на выдохе. Безумие, как хорошо. Сириус уверенно задвигал головой, втягивая щёки, наслаждаясь вкусом и распирающим глотку ощущением. — Нет, подожди, я хочу… — сбивчиво лепетал Римус. — Я хочу кончить с тобой. Давай, ты… — он потянул Сириуса на себя, впиваясь в его губы кусачим поцелуем. — Хочу тебя полностью, — пылко произнес он, смотря в потемневшие грозовой тучей глаза Блэка. — У нас нет смазки… Или есть? — но Люпин без слов запустил свою руку между ног и просто показал влажные пальцы. — Это как у… — Как у женщин, мой организм рассчитан на секс с мужчиной, — Римус закинул голову, давая больше доступа к шее, которую исследовал губами Сириус. — У вейл так же? — Они ведь тоже бывают одного пола. — Сдались тебе эти вейлы, Блэк, — огрызнулся Люпин, но уже через секунду жалобно заскулил: — Давай уже, я больше не могу, — и стянул с себя брюки, переворачиваясь на живот. — Хочу чувствовать твой вес… — выдохнул он и развел ноги шире. Сириус не мог проигнорировать голые упругие ягодицы Римуса и сжал их, разводя, наблюдая, как блестит ложбинка. Фантастика… Он погладил пульсирующую дырочку подушечками пальцев, немного надавил и ввел сразу два. Люпина затрясло, в его глазах загорелся безумный огонек, он явно жаждал большего. Он вскинул бёдра навстречу ласкающим изнутри пальцам и фыркнул, мол, давай уже. И Блэк понял, что и сам сгорает от нетерпения. Запах Римуса будоражил, и, пристроившись, он осторожно стал проникать в его глубь. Люпин смотрел на него из-под плеча, развернув голову, его губы были приоткрыты, и когда Сириус полностью вошёл, тот издал вздох облегчения, подкидывая бедра, подначивая, чтобы он двигался. Блэк, прижавшись грудью к его спине и контролируя вес на руках, сделал первый толчок, наблюдая, как голубые глаза закатываются от наслаждения. — Всё верно? — ему было важно знать, как хочет этого Римус. Сириус прикусил кожу на холке, посасывая и зализывая. — Да, не останавливайся, — сквозь стон, не своим охрипшим голосом потребовал Римус, и Сириус подчинился, толкаясь в него на полную, резко набирая темп. — Да-а, Сири-ус, ах, не останавливайся. Блэк выдохнул сквозь рык. Одной рукой он дотянулся до кисти Римуса, который в кулаке стиснул край подушки, и зафиксировал хватку. Блэк понял, как ему хочется прямо сейчас. Оставляя россыпь укусов-поцелуев, ставя свои метки, которые на коже тут же краснели, Сириус вбивался в податливое тело, чувствуя, что разрядка уже совсем близко. Римус напрягся, его затрясло, и он сжал внутри себя Блэка, кончая с его именем. Ещё пару резких фрикций, и Сириус последовал за любовником, изливаясь глубоко внутри. — Ничего, что я внутрь? — спросил он, отдышавшись и перекатываясь в бок с Римуса. — Нет, — довольно промурчал тот. — Иногда мне кажется, что ты вовсе не терял память, — его все ещё потряхивало. — Это хорошо? — спросил Блэк, целуя его в плечо и накрывая их тонким одеялом, прижимая Римуса к себе. — Очень-очень хорошо, — тот приподнялся, целуя его в губы. — Люблю тебя, Сириус. — Спокойной ночи, любовь моя, — ответил он, целуя его в ответ.