Глава 8. Проигрыш
8 февраля 2022 г., 22:11
Конечно, лорд Чжоу и Тень не стали тем Чжоу Цзышу, которого он знал. Глупо было на это рассчитывать. Но надежда в нём не угасала. Просто начинала то вспыхивать с новой силой, когда Кэсин слышал из любимых губ родное «Лао Вэнь», то приглушалась при тихом «Вэнь-сюн». Человек, который его так называл, почему-то не мог определиться, как будет звучать правильнее.
— Чжоу-сюн, — сказал ему Кэсин, а тот, сидя за столом, оторвался от общения с Гу Сян, и выглядел потеряно, — А-Сян, еда готова.
— Гэ, ты просто лучший. Я бы сама могла, зачем ты…
— Чтобы ты в следующий раз была почтительнее и предложила свою помощь заранее. Жалею того несчастного, кому достанешься в жёны ты: никудышная, не чуткая… — наигранно жалуясь, Кэсин поставил на стол большой поднос с пряной рыбой на блюде, мисками, рисом с зеленью, чарками для вина, сосудом.
Осмотрев приготовленное, Гу Сян завистливо вздохнула:
— До твоих талантов мне всё равно далеко. Можно я всю жизнь проведу с тобой и не буду искать никакого мужа? — она взяла палочки со стола и потянулась к рыбе. Палочки Чжоу-сюна стукнули по ним, ловко перехватив кусок, на который нацеливалась девушка. Они же и положили захваченное в миску, подтолкнув её в сторону Вэнь Кэсина.
— Сначала еду берет старший. Лао Вэнь, из неё ничего путного не выйдет, только глупец на ней женится. Но вот ты… — он хитро улыбнулся. —Ты — совсем другое дело.
— Я не позволю тебе издеваться над моим братом, — вспыхнула девушка, которой такие разговоры за столом хоть и стали привычными, но не переставали её возмущать.
Кэсин же начал немного скучать по прикосновениям ледяных пальцев, которые, наверно, сейчас бы прошлись по его плечу, сжали его, а призрачные губы выдохнули в ухо, слегка задевая чувствительную мочку: «Он начинает умнеть. Присмотрись. Или Хозяину Долины Призраков в качестве пары нужен непременно призрак?». Скорее всего, эта наглая Тень продолжила бы нашёптывать ему смущающие вещи, от которых он бы сначала краснел, потом бледнел...
—...Вэнь. Лао Вэнь!
Кэсин встрепенулся и недоумённо посмотрел, с поволокой в глазах, на звавшего его: тот выглядел обеспокоенно.
— Он просто замечтался, как обычно. С тех пор, как ты очнулся, всегда так уходит в себя, — Гу Сян невозмутимо откусила кусочек от рыбы и запила его вином. Кэсин виновато глянул на Чжоу Цзышу, заправив прядь длинных волос за ухо. Подозрительно поалевшее.
***
Цзышу вернулся насовсем. На законных правах главы поместья Четырёх Сезонов. Но без поддержки нынешнего императора, которым стал Хэлянь И. Но тот и не препятствовал. После того, как Цзин Ци притворился мёртвым и уехал в Наньцзян с шаманом, для императора потеря ещё одного человека стала не такой болезненной. Он её принял стоически. А самому главе Четырёх Сезонов предстоял набор учеников. — Вэнь-сюн, они бесполезные! — ворчал он, когда они провели проверку прибывших на умение управлять своей внутренней энергией. Хозяин Долины подтверждающе кивал на это разочарование в голосе. — И всё же, Чжоу-сюн, должен заметить, тот же Цинь Хуайчжан принимал всех и каждого учил тому, чему тот в силах был научиться. Было ясное лето. Тёплое, безоблачное, жаркое. Новоприбывшие с интересом смотрели на своих учителей. В их глазах загорался огонёк надежды. Цзышу и Кэсин впервые в этой жизни тренировались вместе. Но не всерьёз, не проверяя умения противника, а показывая своё мастерство с размахом. То бесшумные шаги, то подъём в воздух за счёт правильного направления ци. Рука врезалась в руку, объёмный рукав пёстрого ханьфу и серебристые пряди волос хлестали соперника по лицу, быстрые движения ног назад позволяли отойти с линии атаки Вэнь Кэсина, чтобы потом обязательно сменить положение, суметь перекатиться и перейти в наступление. Которое обязано было закончиться, и по итогу закончилось, ничьей, когда они, запыхавшиеся, сжали друг друга в захвате, что ни один не мог нормально пошевелиться и выступить против другого. Они пытались отдышаться, смотря друг на друга, не замечая ничего вокруг, жадно глотая воздух, пока момент не разрушила Гу Сян. — Насмотрелись? Вы сможете так же! А теперь — марш на обед! Демонстрация на том была закончена. Они набрали к себе в подопечные лишь пятнадцать человек. Но начало было положено.***
— И все же, я не уверен, что они справятся, — Цзышу опрокинул в себя рюмку. — Ты больше не уверен в себе как в учителе. Я тебе на первых порах помогу, всё же не зря тут пробыл несколько лет младшим наставником. — Ты не младший учитель, Вэнь-сюн. Я ценю твою помощь, но не стоит. Они расположились в покоях главы Четырёх Сезонов, за низким столом. Было приятно общаться так друг с другом, наедине, без вездесущих учеников, Гу Сян, призраков. Кэсин практически расслабился, но последняя фраза его собеседника стрельнула по застарелой болячке: «Ты всего лишь приглашённый моим шифу учитель». Он — не часть этой школы. — Намекаешь, что я тут загостился? Прогоняешь меня? — рядом больше не было веселой Тени, которая могла вступиться за него в словесном бою. Кэсин уже и забыл, что невольно начал на неё в этом полагаться. Если бы кто спросил бывшего главу Тянь Чуан, то он бы ответил, что только что пожалел о сказанном ранее. Он тоже вспомнил, как бестелесный дух с его лицом рьяно защищал Кэсина. Цзышу мельком глянул на него, делая вид, что увлечён вином: тот снова был расстроен, но пытался казаться не задетым. Чжоу Цзышу встал, потягиваясь: от долгого сидения затекли конечности. Подумав, прошёл к кровати да лёг на неё, блаженно вытягиваясь в полный рост. С Лао Вэнем всякие правила приличия почему-то уходили на второй план, при ком-то другом он бы себе подобного не позволил. — Неужто Хозяин Долины хочет преклонить колени передо мной, как и полагается младшему по статусу? — Чисто технически, старший — я, учитывая бессмертие, навыки и возраст, — пробурчали ему в ответ невнятно. — Предлагаешь мне склониться перед тобой? — изумлённо спросил Цзышу и даже чуть приподнялся с кровати, чтобы увидеть, как Вэнь Кэсин салютовал ему рюмкой. — Можешь попробовать, но не при толпе народа, а здесь. Я точно оценю. Эти пикировки настолько напоминали старые, что Вэнь Кэсин забылся, подумал, что перед ним был тот, ради кого он пошёл на изучение опасных техник, спрятанных в Арсенале. Что получилось ему вернуть воспоминания, все до единого, о том, кто они на самом деле друг для друга. — Ты как обычно бесстыден в своих словах, — Цзышу снова улёгся на подушки, глядя в потолок комнаты. Через пару минут послышались тяжёлые шаги, которые попеременно сбивали что-то на своем пути. После был звук скинутых сапог, шелест ханьфу, сбрасываемого на пол. Чжоу Цзышу закрыл глаза и продолжил опираться на слух, борясь с желанием повернуть голову и посмотреть. Кровать прогнулась. Тепло чужого тела, разморённого вином, стало ближе. Юркая ладонь забралась под слои одежд, дотрагиваясь до груди. Кэсин опустился на неё головой, всем весом придавив его, посылая сильный жар по всему его существу. Но Хозяин Долины просто поудобнее на нём улёгся, полуголый, оставив на себе только нательный халат. — А-Сюй, ты наконец-то тёплый и живой, мой А-Сюй… — шептали ему мягкие губы в подключичную ямку. Если бы позволяло строение его скелета, думал Цзышу, то Вэнь Кэсин обернулся бы вокруг него подобно снежной лисице, распушив свой хвост, охраняя свою территорию.***
За приятными днями в поместье немудрено было забыть о призраках. Что было бы опрометчиво. Один из них, Призрак Висельника, попытался напасть, но не учёл, что нападает на место, которое считает своим домом Хозяин Долины. Чжоу Цзышу вовремя его выловил, пленил, запер в подвале поместья, оборудованного решётками, как в привычных ему казематах Тянь Чуан. План главы поместья был прост: допросить с пристрастием лично, вызнать всю информацию, проверить её, отдать на растерзание «зверушку» хозяину, чтобы сам разбирался со своим «питомником». Но владелец «питомца» оказался быстрее. — Кристальная броня, да? — только и спросил он, когда держал над землёй Висельника за шею. Прочитав в выпученных глазах ужас, он грустно усмехнулся и сжал руку крепче, а призрак прохрипел «хозяин» и безвольной куклой повис. Кэсин брезгливо отпустил его. — А-Сюй, однажды умный человек сказал мне, что я пытаюсь отсрочить неизбежное. У судьбы всегда свои планы, большинство из которых, к сожалению, мне неведомы. Нам с тобой надо срочно отправиться в Цзяннань, к школе Озёрной Глади. Там очень красивые виды. После этого он ушёл, а Цзышу стоял столбом и не знал, как объяснить произошедшее тем несчастным из пятнадцати, которые увидели эту сцену. Он справедливо решил, что с этим справится Гу Сян. В Цзяннань они прибыли к пожарищу, от которого не уцелел дом Чжан Чэнлина. Цзышу припоминал что-то знакомое во всем происходящем, но что именно — не понимал. Стойкое ощущение дежавю не покидало его.***
Мальчик был напуган, это было видно невооружённым глазом. — А-Сюй, он будет нашим лучшим учеником. — Эта бестолочь ничего не умеет, как он может быть лучшим? То, что Чжан Чэнлин шёл позади них в поместье, кажется, их ни сколько не волновало. Кэсин задумался о том, как порой ироничны боги: ты пытаешься изменить судьбу, а они тебе подкидывают те же задачки, только с другими переменными. По утверждению Чэнлина, на поместье напал кто-то, под чьим руководством были призраки. Но Хозяин Долины не отдавал приказа. Вывод напрашивался один: кто-то из его ручных нелюдей спутался с Чжао Цзином из совета Пятиозёрья. Использовав приём Кэсина во время войны с варварами: песенку среди соседских детишек. Как бы горько не было это осознавать: родителям Чэнлина, как и Вэнь Кэсина, на роду было написано отойти в мир иной молодыми. Но тут он успел внести свои изменения. И они кардинально меняли ситуацию от той, что была раньше. Чэнлину пришлось смириться с появившимися в его жизни мужчинами, забравшими его к себе на обучение. Старые ученики, попытавшиеся было насмехаться над неумехой, были побиты палкой для наказаний под строгим контролем Гу Сян. — Нашли над кем смеяться!Да вы себя видели?! Когда через пару месяцев к лорду Чжоу пришли люди из поместья Чжао Цзина и Гао Чуна, мальчик, на пару с демоницей, спрятался и нагло подслушивал, о чём толковали взрослые. — Он — наш племянник! Последнее, что осталось от Чжан Юйсяня! — сокрушался Чжао Цзин, поглядывая на своего названного брата, который был задумчив, в поисках поддержки. — Именно поэтому вы объявились только сейчас, а перед этим поссорились со старшим господином Чжаном, я понимаю, — когда было действительно надо, лорд Чжоу мог становиться поистине невыносимым и надменным человеком. Вэнь Кэсин колол орехи. По несколько за одно сжатие крепкой ладони. Они крошились на мелкие частички и скорлупа перемешивалась со съедобным нутром. — Господин Вэнь, будьте благоразумны. Вы выглядите как благородный человек! Вы-то должны понимать.. — попытался воззвать к нему Чжао Цзин, когда не смог достучаться до непоколебимого главы школы Четырёх Сезонов. — Господин Гао, — обратился тот к грозно смотрящему и молчаливому до этого главе Пятиозёрья, — вам не кажется странным, что только после общения с Чжао Цзином, Чжан Юйсянь перестал желать быть частью вашего альянса? И вдруг резко активизировались так называемые «призраки»? Мой отец тоже с ним общался, господин Гао. И Чжэнь Жуюйя не стало. Стоит ли так опрометчиво называть братом того, кто после себя оставляет кровавый след? «Возможно — думал Кэсин — это убережёт его и остальных. Я свою лепту внёс. Дальше всё зависит только от главы альянса Пятиозёрья: умрёт ли он или присмотрится к своему окружению». Незваные гости ушли ни с чем. Гу Сян и Чэнлин переглянулись и пришли к молчаливому согласию смотреть за старшими дальше. — Ты никогда не говорил, как умер твой отец, Лао Вэнь. — Надеюсь, мне не придётся никому рассказывать, как умер ты, Чжоу-сюн.***
В Долине было беспокойно. Услышав тревожные вести через девушек из павильона Призрака Радостных Проводов, Кэсин прибыл туда. И увидел много пострадавших, а среди них — Ло Фумэн. — А-Син, зачем ты пришёл? — она пыталась подняться с каменного пола зала собраний, где её оставили истекать кровью. Остальных, тех, кто на неё напал, перебил Кэсин. — Пришёл забрать того, кто мне дорог, из этого страшного места. — Моё место здесь. И всегда будет. Кэсин оглядел усыпанный трупами зал, помог седовласой женщине подняться. — Что они искали? Сюда запрещено приходить без повода всем, кроме тебя и Гу Сян. — Броню от Арсенала. Что же ещё. — Ты точно хочешь остаться? Я замурую вход и выход в Долину. Женщина нежно погладила его по щеке, прижалась к нему. Когда он сдержал своё обещание и уже стоял перед табличкой, предупреждающей об опасности, то, не думая ни мгновения, стёр надпись, ударив по камню одной чистой внутренней силой. А после лично выгравировал, потратив на это полдня: «Ищите призраков среди людей, их там в разы больше».***
Поместье встретило уже бывшего Хозяина Долины радостью от его прихода. И робким невинным, от Чэнлина: «Господин Чжоу поранил ногу, помогите ему, младший учитель». Лорд Чжоу был в своих покоях. То, что Чэнлин назвал ранением, на деле оказалось лишь царапинами, о чём ему неустанно твердил взбунтовавшийся Чжоу Цзышу, когда пытался отпрянуть от его рук, забиравшихся под нательный халат. — Прекрати меня раздевать! — он явно хотел лягнуть его ногой, которую Кэсин тут же перехватил. — Я должен посмотреть, не повредились ли каналы течения ци. Лежи смирно и не дёргайся, — бесцеремонно Вэнь Кэсин обнажил конечность, усевшись на чужую кровать. — Если будешь мешать, то я тебя… — он не закончил угрозу. Не потому что она такая страшная, что одно её упоминание может разорвать между ними хрупкое доверие, а потому, что он её ещё не придумал. Но Цзышу послушно замер, и этого было достаточно. Царапины оказались совсем не глубокими, но Кэсин решил залечить их с помощью своей внутренней силы, направив её через пальцы на бороздки на колене. Он прислушался к чужому дыханию. Посмотрел на родное, знакомое до каждой чёрточки лицо. — Не пялься на меня, — вредный господин Чжоу даже отвернул от него голову. Но его состояние выдавал лёгкий румянец, окрасивший щёки. Кэсин не сдержал смешка. Этот человек воровал в городе призраков вино, перепил одного из владык Диюя, смотрел на то, как его имеет его собственная младшая версия, в давнем прошлом предлагал сдать Кэсина в бордель, будучи лишь тенью себя прежнего соблазнял посмотреть на свои же лопатки, а только теперь он, видите ли, стыдливо отвернулся? — Ты сейчас настолько красный, что любые девушки обзавидовались бы тем румянам, которые ты наносишь на щёки, — самодовольно произнёс он, а чужое колено дёрнулось, всё ещё захваченное его пальцами. — Убери. Свои. Руки, — процедили ему. Но Кэсина уже несло, крыло по полной от ощущения слегка подрагивающей ноги и явно тяжёлого дыхания другого мужчины. Он никогда не мог вовремя остановиться. Потому и прижался к дрожащему телу, закидывая на него свои конечности, и проговорил быстро и с жаром: — Или что? Набросишься на меня как голодный призрак, в попытках выпить всю ци? А может… Цзышу повернулся наконец к нему. С блестящими в томительном предвкушении глазами. Откинул свои мешающиеся волосы и притянул к себе охнувшего от неожиданности Кэсина поближе. — Наброшусь. И выпью. Без, — он двинулся губами ему навстречу, чувствуя дыхание, — остатка, — Чжоу Цзышу накрыл наглый рот, который беспомощно раскрылся под его натиском. Главу Тянь Чуан, даже бывшего, не стоило злить, дразнить, пытаться взбудоражить, если не готов к последствиям. Но, раскачиваясь в ночи на волнах удовольствия, пока его насаживали на себя, дёргали за волосы, чтобы сильнее прижаться, чувственно и умело трогали между ног, заставляя прогибать спину от прошиваюшего всё тело накатывающего оргазма, Вэнь Кэсин ни о чём не жалел. Такие последствия ему нравились. И когда он упал без сил на грудь Чжоу Цзышу, тот поцеловал его прямо в волосы, шепча вместо привычного «Вэнь-сюн» взбередившее душу давно позабытое «А-Син». «Может, мне стоит его напоить, как и Тень?» — сумасшедше улыбался Вэнь Кэсин, заводясь от одной мысли об этом.
