Воздух, которым я дышу

Жизнь изменилась на сто восемьдесят градусов. Реджина не чувствует одиночество уже больше недели, потому что он рядом. Ребёнок для Робина был сюрпризом, но казалось, что он всегда был готов к этому. Хотя Миллс порой и раздражала его чрезмерная забота, но в глубине души она безумно радовалась тому, что теперь всё хорошо. Больше всего ей нравилось, что она снова могла обнимать его по ночам, хотя из-за её живота это было не самое удобное положение. Чаще всего Робин обнимал её сзади, прижимая к своему телу, зарываясь лицом в её тёмные локоны. Ему нравилось, как она пахла. Яблоко с корицей засели в голове ещё с того момента, когда Реджина привезла его после нападения в свой дом. Они уехали из Хэмптона несколько дней назад, переехав в новый частный дом, что купил Робин. Миссис Локсли жила пока сними, ради её же безопасности. Маргарет так же, как и Реджина обрадовалась присутствию сына. Новый дом казался не таким уж и пустым, несмотря на отсутствие некоторой мебели и пустых комнат, которые предназначены для гостей. Миллс стала чаще улыбаться и нормально есть, что радовало. Весна баловала жителей Нью-Йорка своей тёплой погодой, так что супруги Локсли часто выходили на длительные прогулки по лесу, что находился сразу за домом. Больше всего Реджине нравилось слушать пение птиц. Атмосфера в лесу была такая комфортная и тихая, что они порой вовсе не обращали внимания на время, что провели здесь. Они только вернулись с очередной прогулки, девушка направилась в сторону лестницы, ведущей на второй этаж, когда Локсли окликнул один из охранников. Брюнетка была на достаточно большом расстоянии и не услышала того, что Джон сказал боссу. Однако лишь по одному выражению лица мужа она поняла, что что-то случилось. Она услышала, как Робин дал приказ подготовить машину, а значит, произошло что-то серьёзное. – Всё в порядке? – спросила Реджина, когда мужчина оказался рядом. – Да, всё в порядке, просто небольшие проблемы, – уклончиво ответил блондин, тут же отводя взгляд. Миллс поняла, что он врёт. Не смотрит ей в глаза, чтобы не сорваться. – Что произошло? – твёрдо спросила она, не давая и возможности уклониться от ответа. – Твой отец ранен, – сдавшись, ответил Робин, смотря на жену. Он понимал, что лучше сказать сейчас, чем молчать и потом винить себя во лжи. – Он… Он в порядке? – дрожащим голосом спросила девушка. – Ранение вроде бы не серьёзное, но я сейчас поеду к нему и удостоверюсь, что всё нормально. – Я еду с тобой, – тут же выпалила Миллс, заглядывая в голубые глаза мужа. – Нет, Реджина, это опасно. Ты беременна, лишние переживания могут навредить, – протестовал Локсли, кладя ладонь на щёку жены. – Я буду переживать ещё больше, если останусь здесь и не увижу его. – Чёрт, ладно, поехали, – сразу сдался мужчина, понимая, что спорить с ней бесполезно. Робин вновь помог жене накинуть пальто и они покинули дом. Уже едя в машине, Миллс осмелилась спросить: – Кто это был? Её голос не дрожал, но Робин мог различить в нём нотки беспокойства. – Братва, – просто ответил мужчина, продолжая следить за дорогой. Он не взял охрану, хотя стоило бы, но, видя, как волнуется Реджина, блондин захотел скорее добраться до места.

***

Подъезжая к уже хорошо знакомому Реджине частному дому, ладошки девушки заметно вспотели. Волнение нарастало с каждой секундой, но она заставила себя подавить это чувство. Выйдя из машины, они тут же направились ко входу. Двери распахнулись мгновенно, один из близких охранников Голда поприветствовал их и провёл в глубь дома. Войдя в гостиную, девушка увидела отца, что сидел на кресле. На белой рубашке виднелось пятно засохшей крови, она была приспущена с плеча и из-за светлой ткани виднелась повязка на плече. Веки бывшего Капо были прикрыты, но он не спал. Девушка отпустила руку мужа и поспешила в сторону отца, останавливаясь рядом с ним. Тяжело было смотреть на него такого. Да, Роберт и раньше получал ранения, но он никогда не позволял дочери видеть их. Не потому, что боялся напугать её кровью или раной, а боялся показать себя в крови. Для него была ненавистна мысль, что она может испугаться его. Он боялся, что она увидит в нём чудовище. Тёмные глаза Голда медленно распахнулись, сначала фокусируясь на Робине, и лишь потом он посмотрел на дочь. Какого же было его удивление, когда взгляд с лица медленно перешёл на её живот. – Как ты себя чувствуешь? – тихо спросила Реджина, беря отца за руку. – Я... в порядке. Ты... – он не мог найти слов, чтобы описать то, что видит. – Не потеряла ребёнка, как вы думали, да, – спокойно ответила девушка, пока Локсли жестом приказал охране оставить их. – И... какой срок? – осторожно спросил бывший Капо, всё ещё не до конца осознавая то, что видит перед собой. – Шестой месяц, – отвечает брюнетка, садясь на диван не без помощи мужа. Стоять долго на одном месте было тяжеловато, начинало ломить поясницу, другое дело когда ты в движении. – Боже мой, – вдруг выдохнул Роберт, закрывая лицо руками. – Я стану дедушкой, – не веря произнёс он, поднимая глаза на дочь. Видеть её такую, счастливую и с большим животом было необычно. Миллс переглянулась с мужем, вовсе не скрывая своей улыбки. Она не думала, что у её родных будет такая реакция на её беременность. Это волновало и одновременно умиляло. На душе становилось тепло от осознания того, что её ребёнка уже любят, хотя он ещё и не родился.

***

Девушка спускалась на завтрак, одетая в светлое шерстяное платье с высоким горлом. На улице внезапно похолодало и уже пару дней как лил дождь, а ей сейчас было очень важно беречь здоровье. На кухне уже сидел Робин и Маргарет, что-то увлечённо обсуждая и завтракая. Они тут же обратили внимание на брюнетку, которая вошла на кухню. – Доброе утро, – обратилась она к свекрови, одаривая последнюю лёгкой, но искренней улыбкой. – Доброе, дорогая, садись, я сделаю тебе фруктовый чай, – радосто пролепетала женщина, вставая со своего места и скрываясь за кухонным островком. – Куда-то идёшь? – поинтересовался Локсли, когда жена села рядом. Маргарет как раз в этот момент вернулась с чаем для Реджины, ставя перед девушкой на стол ароматную чашку горячего напитка. – Да, у меня сегодня запись на узи и я... Я хотела спросить, может быть, ты хочешь поехать со мной? – неуверенно спросила Миллс, поднимая глаза на мужа. Первые несколько секунд на мужском лице не было и намёка на эмоции, но затем она увидела в его глазах нежность и... взволнованность? Капо, который безжалостно убивает людей, взволнован? – Конечно, я поеду, – взяв эмоции под контроль, ответил блондин, накрывая холодную ладонь жены своей большой и тёплой. – Расскажите мне потом, как всё прошло, – радостно сказала Маргарет, убирая со стола посуду и вскоре скрываясь за поворотом. Скоро собравшись, они выехали в клинику, что находилась в получасе езды от их дома. Погода на улице стояла не из самых приятных. Дождь продолжал беспощадно лить, не желая прекращать. На улицах города было совсем мало людей, а вот машины выстроились в длинную пробку. Однако Реджина и это предугадала, именно поэтому они выехали заранее. Нервы взяли вверх лишь тогда, когда они уже сидели у кабинета частной клиники, ожидая приёма. Она волновалась непонятно почему, хотя была уверена, что с ребёнком всё в порядке. Но теперь с ней будет рядом Робин, который с самого выхода из машины и до сих пор не отпускал руку жены, крепко сжимая её. Вскоре они зашли в кабинет, девушке помогли лечь на кушетку и открыли живот. Её врач-гинеколог – Айви Белфри – одна из самых лучших врачей Нью-Йорка в своей сфере. Реджина была знакома с Айви лично, так что полностью доверяла ей и сейчас, видя поддерживающую улыбку знакомой, она перестаёт так переживать. Робин стоит рядом, держа жену за руку и наблюдая за действиями врача. – Итак, – медленно тянет врач, водя роликом по животу девушки. – Ух ты, какая красота, – внезапно говорит она, улыбаясь. – Всё в порядке? – спрашивает Миллс, не понимая такой реакции. – Вы пол хотите узнать? – переводит тему Белфри, продолжая внимательно смотреть на монитор. – Да. – Нет. Два ответы вылетают одновременно, однако противоположные по значению. Гинеколог переводит удивлённый взгляд на супругов, улыбаясь ещё ярче. Робин с Реджиной смотрят на друг друга с удивлением, но затем тоже улыбаются, находя ситуацию забавным. – Я хочу, чтобы это было сюрпризом, – говорит брюнетка, сжимая руку мужа. Он лишь мотает головой, не скрывая улыбки, прежде чем, наконец, согласиться: – Если ты этого действительно хочешь, – целуя в лоб, сдаётся он. Конечно, он надеялся узнать пол ребёнка, но раз уж Реджина хочет, чтобы это произошло лишь тогда, когда она родит, он согласен. – Раз пол вы знать не желаете, давай пройдёмся по самой беременности. Как самочувствие? – вытирая с живота гель, спрашивает Айви – Намного лучше, – отвечает Реджина, которая при помощи мужа садится на край кушетки. Он остаётся стоять сзади, кладя руки на её плечи. – Это видно, с последнего нашего видеозвонка ты приобрела человеческий вид, – серьёзно говорит доктор, облокачиваясь о собственную ладонь. – Потому что начала нормально питаться, – подтверждает девушка. – Меня вообще удивляет, что тот твой врач сказал, что такой токсикоз – норма, – недовольно бурчит Белфри, теперь уже откатываясь на своё стуле с колёсиками к рабочему столу. – Значит, это было не нормально, что она не могла есть? – заинтересованно спрашивает мужчина, глядя на врача. – Конечно, нет, – не поднимая головы, отвечает шатенка. – Не надо, – предупреждающе говорит Миллс, когда он тянется в карман за телефоном. Она прекрасно знает, что он собирается сделать и, конечно, не хочет этого. Локсли остаётся лишь повиноваться под серьёзным взглядом жены и поджать губы от досады. – Вот, я написала некоторые лекарства и витамины, которые тебе нужно принимать регулярно, через две недели снова ко мне и уже выбирай, где будешь рожать, – протягивая лист, говорит Айви. – Я хочу рожать в этой больнице, – без колебаний говорит девушка, смотря на мужа. – И, если ты согласишься, я бы очень хотела… Мы бы очень хотели, чтобы роды принимала ты, – говорит брюнетка, сжимая руку Робина, ожидая поддержки. – Ого, – изумлённо говорил Белфри, удивлённая таким предложением. – Зная, за кем ты замужем, я ожидала приказного тона, а не просьбы, – объясняет гинеколог своё поведение. Конечно, она знает, что Робин – Капо. Потому что Айви дочь одного из Младших боссов Локсли. Она одна из немногих девушек в их клане, кто смогла не только выучиться на врача, но и также та, кто не вышла замуж по договорённости. У её отца были попытки выдать дочь, но девушка сопротивлялась любыми возможными и невозможными способами, поэтому до сих пор, в двадцать семь лет, она была не замужем и обеспечивала себя сама. – Я не хочу напрягать тебя, если у тебя плотный график, Айви, и даже не смотря на то, что я жена этого здоровяка, – она показывает в сторону Робина, брови которого взлетели вверх от такого прозвища. – Я просто доверяю тебе и уверена, что с нашим ребёнком всё будет хорошо, – спокойно заканчивает Миллс, поднимаясь с кушетки. – Конечно, я с радостью приму у тебя роды, – улыбается Белфри, обнимая брюнетку. – Спасибо, это действительно много значит для меня… – Для нас, – поправляет её Робин. – Я действительно верю тебе больше, чем какому-либо другому врачу, – подтверждает он слова жены. Они выходят из кабинета с хорошим настроением, абсолютно уверенные, что теперь станет немного легче. Реджина цепляется за руку Локсли и они направляются в сторону выхода, болтая о том, какую комнату выбрать для будущего малыша или малышки. Внезапно Миллс видит знакомую светловолосую макушку, которая мелькает в паре метров. Она останавливается и понимает, что совершенно точно не ошибается. – Эмма! – зовёт она, привлекая внимание подруги, которая тут же отрывает взгляд от каких-то бумаг в её руках. – Боже мой, – ошарашенно говорит Свон, смотря, на живот лучший подруги. – Он же огромный! – Не то слово, – бурчит сбоку Робин, который, кажется, устал от такого большого скопления людей. – Вы на узи были? – обнимая подругу, спрашивает блондинка. – Да, – подтверждает Миллс. – И? Мальчик? Девочка? – с нетерпением спрашивает Эмма, переводя взгляд с Капо на его жену и обратно. – Мы не знаем. – Как это «не знаете»?! – Реджина решила, что это должно быть сюрпризом, – объясняет Локсли, с теплотой смотря на брюнетку. – Ну, а ты здесь какими судьбами? – переводит тему Миллс, смотря на бумаги, что держит подруга в руках. – Я… Обследование проходила, – уклонилась от ответа Свон, отводя взгляд и кусая нижнюю губу. – Я подожду тебя на улице, – шепчет Локсли на ухо жене, понимая, что, вероятнее всего, Эмма не скажет ничего рядом с ним. Оставшись вдвоём, девушки прошли к ближайшей лавочке, устраиваясь на ней. Первые пару минут блондинка молчала, явно собираясь с силами. – В общем… Когда мне было семнадцать, я попала в аварию, – начала девушка, нервно теребя рукав своего свитшота. – Большой осколок от лобового стекла попал мне прямо в живот. Мне делали операцию, которая длилась почти восемь часов. Когда я проснулась, единственное, что меня волновало – моя семья, – Свон останавливается, стараясь не расплакаться от воспоминаний. – Что было потом? – тихо спрашивает Реджина, переплетая руку подруги по своей. – Как я и сказала, меня ничего не волновало, и даже моё здоровье. Я не слушала, когда врач объяснял, что именно у меня была за операция и для чего она была нужна. До недавнего момента меня это и не волновало. Но Киллиан на днях сказал, что очень хочет детей, – голос блондинки стал тише, взгляд был направлен в пол, а по щекам катились слёзы. – Я помнила про ту операцию и решила пройти обследование. Врач... – она подняла заплаканные глаза на подругу, смотря с грустью. – Врач сказал, что у меня удалены обе трубы, Реджина. Хуже того, мне даже ЭКО не поможет... Миллс смотрит широко раскрытыми глазами на подругу, но тут же берёт себя в руки, крепко обнимая её. Она просто не может понять эту боль, но она сделает всё возможное, чтобы Эмме стало легче. – Я просто... Я никогда не хотела быть матерью, точнее, этого не было в моих планах... А теперь, когда я выхожу замуж, понимаю, что хочу строить семью, но не могу, – отстраняясь, сломленным голосом говорит Эмма. – Неужели вообще ничего нельзя сделать? – спрашивает Миллс, вытирая со щёк подруги мокрые следы. – Ничего, я бесплодна окончательно и бесповоротно, – грустно говорит блондинка. – Я даже не знаю, говорить ли Киллиану. Он, вероятнее всего, бросит меня, но... Я не могу быть эгоисткой и ради своих чувств рушить его мечты. – Эй, Эмма, посмотри на меня, – она поднимает подбородок девушки, заставляя смотреть ей в глаза. – Я не лучший советчик, сама скрывала свою беременность на протяжении нескольких месяцев, но я могу сказать тебе одно точно. Не скрывай от него. Киллиан любит тебя, это видно, и как бы ты не боялась, я уверена, что он не откажется от тебя, – Миллс крепко держит руку подруги, смотря прямо в изумрудные глаза. – А если нет? Если он решит бросить меня? – Тогда я откручу ему голову, – серьёзным тоном говорит Реджина, хотя обе понимают, что она шутит. – Ты еле ходишь, колобок, – усмехается Эмма, помогая подруге подняться со скамейки. – Колобок?! – обиженно надувая губы, спрашивает брюнетка. – А на кого ты ещё похожа? – улыбается Свон, которая безумно скучала по их подколам. – Смотри, я так и новую крёстную найду, – поддевает Миллс, улыбаясь подруге. Они вышли из здания вместе, всё ещё не переставая разговаривать. Робин ждал у машины, переписываясь с кем-то в телефоне, но как только он услышал знакомые голоса и смех, тут же поднял глаза. – Тебя подвезти? – спросил он у Эммы, когда девушки оказываются совсем рядом. – О, нет, спасибо я на своей приехала, – благодарно улыбается она. – Тогда увидимся, – говорит Миллс, обнимая подругу. – Я могила, – шепчет она на ухо блондинке. – Я знаю, – так же тихо отвечает Свон, уверенная в том, что Реджина никому не расскажет. Попрощавшись с Эммой, супруги садятся в машину и направляются домой. Первые пару минут они молчат, но потом Робин всё же прерывает тишину, спрашивая: – Всё в порядке? – Да, всё нормально, – спокойно отвечает Миллс, кладя руку ему на колено и улыбаясь. Неожиданно, мужчина берёт её руку и подносит к губам, целуя тыльную сторону ладони. Он всё ещё внимательно следит за дорогой, но касание его губ к коже вызывают приятные мурашки по всему телу. Она вновь улыбается, смотря на него и понимая, как же ей повезло.