Мне согревает сердце лед

Кэйа лежал на земле неподвижно и беззвучно, всматривался в небо, серое, темное, бесконечное. Глазами отстраненно разглядывал сгущающиеся грозовые облака, они были похожи на плотное пуховое одеяло. Солнце уже скрылось за горизонтом. Мондштат погрузился во тьму, и лишь винокурня с предсмертным треском обугленной древесины продолжала гореть. В ней неумолимо тлело и его с Дилюком прошлое, их детство, его воспоминания. Скромно рядом угасала и его жизнь. Пуховые тучи озарила первая молния, гулкий гром пронесся по округе, сотрясая небо и землю. Тотчас с неба хрустальными жемчужинами сорвались вниз холодные капли. Они забили робкой дробью по земле, наполнили воздух запахом сырости и травы. Кэйа вдохнул грудью поглубже, закашлялся от наполняющей легкие крови. Хотелось смеяться от своей беспомощности и плакать от нее же. Дождь усилился, вступил в борьбу с огнем и в конце концов победил. Винокурня погасла словно спичка и, затихнув, осталась стоять, искривленная, обугленная и жалкая. Дождь смыл кровь, мягко омыл тело и избавил от нестерпимого жара. Он ласково гладил по лицу и плакал от чужого горя, понимающе и кротко. Бился о грудь холодными каплями, подражая биению затихающего сердца, успокаивал. Кровь оседала тяжестью в груди. Альберих почувствовал, что начинает задыхаться, беспомощно открывал рот в нужде глотая порциями кислород. В глазах начало темнеть, и Кэйа поджал губы от накатывающего страха. -Дайн.. я хочу домой.. Еле слышно взмолился тот , зажмуривая глаза. Под остывающим телом во все стороны стала расползаться кружевная изморозь от высвобождающейся энергии крио, старающейся спасти своего носителя. В воздухе, заглушаемый шумом дождя, пронесся едва уловимый звон, следом шаги по хрустящей, ледяной траве. Дайнслейф с горечью опустился рядом на колени, погладил теплой ладонью щеку принца, вторую невесомо приложил к груди, и раны на той неохотно и болезненно стали сростаться, образуя уродливый шрам, словно клеймо ввиде креста. Боль прошла и брови Альбериха умиротворенно расправились. -Как пожелаете, мой принц. Мужчина бережно поднял Кэйю на руки, приложился губами к его лбу, сжимая его в ладонях как самое ценное сокровище. -Прошу, продержитесь еще немного. Наконец выпрямившись, Дайнслейф зашагал мимо сожженных виноградников, прочь от винокурни. Проснулся Кэйа глубокой ночью, по крайней мере ему так казалось. Он открыл побаливающие от усталости глаза и уперся ими в незнакомый ему потолок. Тот был высокий, черный с нарисованной на нем позолотом картой звезд. Взгляд неохотно опустился ниже, вокруг темные стены, покрытые легкими витееватыми узорами, напоминающими золотые корни дерева. Напротив кровати, в которой лежал Альберих, была высокая деревянная дверь. Стоило только Кэйе обратить на нее внимание, как за ней послышались мерные шаги, а после и стук. -Мой принц, могу я войти?- тихо спросил мужчина. - Да. - голос Кэйи с трудом прорезался в ответ. Дверь открылась, и в ее проеме показался Дайн. Он шагнул внутрь, подошел к кровати и взглядом оценил состояние Кэйи. - Как вы себя чувствуете? - хуево. - признался Альберих и Дайнслейф заботливо, еле заметно улыбнулся глазами. -Позвольте я помогу вам приподняться. Вы должны поесть. -Мы в Каэнри'ах?-спросил парень и подал руки, припиднимаясь. -Почти.-Дайн успел подложить под спину подушку и очень кстати, ведь в положении сидя вновь заболела грудная клетка, от чего необходимым было облокотиться на спину. Альберих болезненно закряхтел и нахмурил брови.- в том, что от нее осталось. Кэйа вновь оглянул комнату, и голову, словно прорвавшей плотину водой хлынули воспоминания, как будучи здесь, он маленьким ребенком засыпал под мамины колыбельные, как она рассказываеле ему о звездах, показывая рисунок позолота на потолке, и как маленький Кэйа мечтал увидеть звезды вживую. -Добро пожаловать домой, мой принц. *** Эту ночь Дилюк не смог уснуть, образ горящей винокурни все время вспыхивал перед глазами. А еще вспоминался непонимающий взгляд Кэйи, его обреченный голос и надломанное "мне жаль". Страх на его лице был таким убедительным, что иногда Рангвиндру хотелось верить в то, что это вовсе не его грязных замыслов дело, но взаимосвязь была очевидна. Стоило Дилюку сдать Кэйю, как в отместку сгорела усадьба их отца. Он сидел на кровати в одной из арендованных Ордо для рыцарей квартир и массировал виски, пытаясь успокоиться. Ему нужно решить, что делать дальше, как защитить Мондштат, но все раздумия сбивала мысль о том, что где-то ошивается его раненный брат. Дилюк был уверен, что Кэйа жив, что он в полном порядке. Последний всегда выкорабкивался из разных передряг израненный в край, и его воля к жизни всегда побеждала, так что же могло помешать ему сейчас? Это не стоит волнения - решил про себя Рагнвиндр и лег на кровать поперек, прожигая глазами потолок. Гнев за дом его отца переполнял изнутри, заставляя стискивать зубы и раз за разом убеждать себя, что он ничуть не перегнул палку, встав против Альбериха. Предателям положена расправа. Так было всегда, и будет. Он пойдет искать его утром. Не из сожаления, нет. Кэйю нужно поймать и заключить, дабы предотвратить его с Бездной союз. Только солнце озарило поля города свободы и, не спав ни часа, Дилюк покинул стены Мондштата, направляясь к разрухам винокурни. Добравшись, он обнаружил, что усадьба и правда в жалком виде. От нее не осталось ничего, что в будущем можно было бы реконструировать. Выблядок...- прорычал себе под нос Дилюк, но пересилил себя и принялся обходить сад, в поисках хоть какого-то намека на присутствие здесь его братца. И он нашел. Небольшой участок земли, покрытый легким морозным инием, который под лучами утреннего солнца неохотно таял и оседал поблескивающей россой на траве. Этот след силы крио ровно очерчивал силуэт Кэйи, а еще следы рядом. Значит он ушел, заключил Дилюк и посмотрел в направлении , куда повернуты были отпечатки обуви на хрустящем морозце. Весьма странное направление избрал Альберих. Он мог бы попытать удачу и пойти в Спрингвейл или же набраться наглости и вернуться в Монд. Это бы упрощало задачу, но тот ушел в направлении, где точно нет никого из людей. Идиот.. Еще один глубокий вздох, и Рагнвиндр отправился в том же направлении, но к его разочарованию, никаких следов за все часы поисков он больше не нашел. Он обошел буквально все в том направлении. Все места, в которых логичнее всего мог быть Кэйа, учитывая весь абсурд выбранного им направления, но нигде не было даже пятна крови или элементального следа. Единственным выводом было то, что Альберих нарочно дал неверное направление, зная, что его будут искать. Щемится по углам, чтобы его не нашли, как и положено предателю-шпиону. -И куда он мог отправиться..- произнесла мысли вслух Джинн, наблюдая перед собой не на шутку рассержанного наследника семьи Рангвиндров. -Куда угодно, где ему угодно будет строить свои планы. - шикнул с презрением Дилюк, хмурясь.- Может он ушел в направлении Ли Юэ. Но это крайне усложняет поиски. Он мог бы остановиться в любых угодных ему руинах, коих там завались! И черт, кто его найдет. -Дилюк, я понимаю твое негодование. И опасения тоже понимаю, но я не могла позволить ему остаться в городе. Это слишком опасно. Он слишком опасен. - Она сочувственно посмотрела на в прошлом капитана Ордо. - Но и сейчас я не могу отправить людей на его поиски. Город должен быть готов к обороне. -Да знаю я! -Он резко встал и заходил по офису Гуннхильдр взад-вперед, о чем-то размышляя. -И Дилюк.... Могу я попросить кое о чем? -М? - бесстрастно кинул тот. -Пожалуйста.. вернись в Ордо Фавониус и возьми командование рыцарями на себя.