Сломанные.

Оля медленно шла к своему дому, они с Ильей договорились встретиться с ней завтра в десять часов утра. Значит, либо сначала в школу, потом к нему, либо сразу к нему, без всякой там школы. Идти сегодня к ней он не захотел, как он объяснился не хотел, чтобы Гриша в очередной раз сорвался на неё. И ночевать в комнате, у которой даже нет двери не вызывало у него какого-то чувства спокойствия. Тихо зашла в дом, прислушалась кажется они уже спали. Может сегодня обойдётся без этого? Проскользнула в свою комнату, и прямо в одежде заползла в кровать. Так, надёжнее, это была её последняя мысль перед тем, как сон сморил её. Она проснулась вновь от, каких-то шабуршаний. По её ощущениям прошло всего минут двадцать. Твою мать! Да, пусть он наконец-то снимет себе проститутку, чем будет притворяться спящим. — Не прико… — она попробовала закричать, но он зажал ей пот ладонью, а потом в спешке начал расправляться с её одеждой. Резко сорвал с неё одежду, сам он был давно обнажён. Оля только отвернула голову вправо, чувствуя его противные руки на своём теле и его мерзкий язык, который посасывал её соски. Она крепко зажмурила глаза, начиная считать. Один… Два… Три… Он резко вошёл в неё и начались жёсткие толчки. Двадцать… Горячая струя спермы ударила в неё. Шестьдесят. Гриша слез с неё и вышел из комнаты. Оля только отвернулась спиной к стене. Не было даже сил банально встать и пройти в душ, или укрыться одеялом. Просто хотелось закрыть глаза и уснуть. Чтобы хоть пару часов не быть в этой дерьмовой реальности, в которой она сейчас находилась. Девочка проснулась утром от каких-то криков и возмущений матери. — Оля, что за вид?! Ты хоть бы прикрылась, ты вообще-то не одна здесь находишься! Поднимайся давай! В школу пора! Хватит вечно прогуливать! И оденься! — Заткнись, шлюха, — прошипела Оля, но сказала это так тихо, что женщина не услышала. Нехотя оделась и прошла на кухню. Мимоходом схватила шоколадку и направилась к двери. — Оля, школа! Ты сейчас ждёшь меня и я туда тебя отвезу! — кричала Елена из ванной. — Отцепись! Без тебя всё решу! Иди член Гриши сосать! — и она громко хлопнула дверью. Села на мотоцикл и надев шлем, направилась в квартиру Саши. Да, они с Ильей договорились встретиться там намного позже, чем сейчас, но это было единственное место, куда ей можно было пойти. На данный момент единственное. На панель она пойдёт вечером. Резко тормозит и сняв шлем поднимается в квартиру. Осторожно заглядывает в неё, кажется никого, также тихо заходит. Но в нос резко ударяет какой-то химический запах. Так, сюда, что решили забрести друзья Саши? Тогда это явно не лучшее место для встречи. Глянула на вешалку, где висело две куртки. Илья? Он здесь? По крайней мере куртка его. Тихо крадётся на кухню, стараясь по минимуму издавать, какие-то звуки. За столом сидели, точнее лежали два тела, которые не подавали никаких видимых признаков жизни. Илья уронил голову а руки, рядом с ним, белая дорожка, точнее её остатки. За противоположным концом стола лежал мужчина лет тридцати. Также сильно накуренный. — Ты же обещал, — сорвалось тихое с её губ. Мужчина лет тридцати кажется начал приходить в себя. Лениво поднял голову и лишь сощурился от дневного света. Не понимающе посмотрел на Олю, которая резко схватилась за нож и озлоблено смотрела на него. — Ты, чё здесь забыла? — он кое-как поднялся на ноги и пошатнулся. — Не подходи ко мне, — прошипела она, угрожающе выставляя нож вперёд. — Да, чё ты начинаешь? Мы всего лишь отдыхали вместе, ну приняли немного может. Завтра, послезавтра оклемается. — Какой завтра, послезавтра?! Что ты ему впарил?! — Да, как обычно амфетамин. Чё ты паришься, всегда от него отходит, ну сегодня может отойдёт чуть позже. На пару часиков… Всё будет круто. — Ты издеваешься?! — она только крепче сжала ручку ножа. — Если он сегодня не проснётся, это будет только твоя вина! Что ты ему продал чёрт возьми?! Почему ты вообще сидишь здесь и распинаешься о том, как он отойдёт?! Вызывай медиков, придурок! — она уже резко занесла нож над ним, но тут же почувствовала, чью-то хватку сзади, и её руку заломили, от чего она болезненно вскрикнула. — Оль, успокойся, — услышала она жёсткий голос Илья рядом со своим ухом. — А ты проваливай отсюда! — рявкнул он, мужчине, тот только осторожно обошёл, а потом резко выбежал из квартиры. Оля только осела на пол и почувствовала, как её руки предательски тряслись, нож выпал, и вонзился в пол. Илья присел рядом с ней, прижимая её к себе, и гладя по спине в попытке успокоить. Чёрт! Она резко выдохнула, она бы никогда не подумала, что в состоянии наброситься на человека с ножом. Точнее она наивно полагала, что максимум, кому её нож светит, это Грише. Но не какому-то левому человеку, который продал наркоту Илье. Так впрягаться за по сути чувака, которого она знала всего-то два дня. Просто стало так жутко страшно, что он и в правду может уже не дышать, из-за этого дилера. Ей почему-то было страшно его потерять. И она даже не понимала, почему. Они вроде и общались мало, но ей не хотелось терять общение с ним. Он как будто понимал её, в её жизни это вообще первый человек, который кажется понимал её проблемы, и что это богатая, красивая жизнь была лишь жалкой оболочкой того дерьма, за которым оно скрывалось. Да, они были абсолютно разные, как и их проблемы, да чёрт возьми, они даже рядом не стояли по своему социальному положению. Но в нём была какая-то родственная душа, которую она не хотела и боялась потерять. Так наверно спонтанно поняла, что привязалась к нему, может это от недостатка какого-то внимания со стороны общества на неё, но сейчас сидя на этой грязной и обшарпанной кухни она понимала, что боялась и не хотела его потерять. Она ведь и правда была готова убить этого чела, который сиде с ним за одним столом. И она не пожалела бы об этом, не пожалела бы о возможным последствиях, небе в клеточку. Только бы попытаться отомстить за него. Только бы он не умирал сейчас, ни потом. И он ведь ей обещал, хотя, что стоит обещание наркомана, который зависим вот уже, как четыре года. Это всё равно, что её обещание, что она больше на панель не встанет. Чёрт он ведь ещё об этом не знает. И не должен знать! А-то первый и последний человек в её жизни будет потерян. Ни какому ведь парню не захочется встречаться с девушкой, которая в свободное время ездит по клиентам. Даже наверно ему это было бы противно, ему человеку, который колотся в любом месте, и спит чёрт знает. Нет, он не должен об этом узнать, если узнает, то всё. Конец всему. Она сохранит свою тайну, главное, только, чтобы он ничего не понял. — Я думала, что ты уже мёртв, — честно призналась она, опуская глаза. — Ну что ты, всё хорошо, слышишь? — он прижал её к себе. — Просто принял чуть больше, чем надо. — Ты же вчера обещал, — она заглянула прямо ему в глаза, надеясь там найти ответы, на её вопрос. — Оль, ты же понимаешь, что это не дела одного дня, невозможно прямо взять и бросить. — Я понимаю, — она поджала губы. — Но ведь можно хоть попытаться, что ли… Дать себе ещё один шанс, — девочка опустила глаза. — Я постараюсь, — услышала его шепот рядом со своим ухом, от чего ей стало щекотно, и Оля смущённо улыбнулась. — А, куда всё-таки Саша пропал? — неожиданно спросила она, поднимаясь с пола, и брезгливо отряхивая свои короткие шорты. — Не знаю, мне кажется мы этого никогда не узнаем. Наверняка передоз… — Тогда, почему квартира была опечатана, такое ведь происходит, когда человека убивают. — Ты думаешь? — в его глазах проскользнул страх. — Уверена на все вто процентов. Это явно не лишняя дорожка кокса. Давай, обсудим это в «KFC», — она направилась к двери. — Оль, подожди, — он резко схватил её за плечо. — У меня денег нет, нету, столько денег, чтобы там поесть. — А, кто сказал, что требую их с тебя? Я плачу за всё, должен же ты хоть один раз пожить нормальной человеческой жизнью. Пошли, — и она потянула его на улицу. Илья лишь смущенно осматривал фастфуд, в котором они сейчас. Было очень неловко, когда за него платила богатая девушка. И неловко от того, что в этом грёбанном фастфуде в первый раз. Сейчас он ощущал себя школьником на экскурсии из 90-х. Когда класс из провинции привозили в Москву, только вместо «KFS» их вели в «McDonald’s». Вот и у него сейчас были такие ощущения. За свои семнадцать он не посещал такие места, денег тупо не было на такую еду. — Ешь, пока горячее, — проговорила Оля, с аппетитом надкусывая ножку. Илья только кивнул и надкусил «Шефбургер», а после чего запил «Cola». — Так, ты думаешь, что Саша не просто сторчался? — он решил перевести тему на него, потому что чувствовал он, что в этой тишине, которая сейчас была между ними, дело очень быстро дойдёт до обсуждения финансов его матери. — Уверена, на просто так там была эта лента. У него были какие-то враги? — она достала из сумки телефон и открыла «Заметки». — Не знаю, ну враги, смотря в каком смысле понимать это слово… Конкуренты считаются врагами? — Да вполне, они живут по порядком 90-х, когда убивали друг друга практически не за что. Ну, и как мы проверим их? Их дохера, — она вновь вернулась к еде. — Проверять каждого нереально. И как проверять? Тело давно в могиле. — Ну проверить их очень легко. Скоро же пятница, по пятницам у них вечно общие тусовки проходят. Проще говоря, вместе вмазываются. Тогда-то они все вместе, можно их как-то проверить, только, как попасть в клуб, в котором они веселятся… — Это я беру на себя, а твоя задача не профукать пятницу и узнать, в каком клубе проходит их мракобесие. А ты, чем увлекаешься? Или увлекался? У тебя же наверно было или есть какое-то хобби, — она отпила немного газировки. — Да хобби было… Но всё это как-то вытиснилось порошком, сейчас даже сложно представить, чтобы я вернулся к прошлой жизни. — А, что было в прошлой жизни? — она посмотрела ему в глаза. — Жизнь до наркотиков, это просто другое измерение, — он нервно хихикнул. — Я ходил в школу, конечно я не был тем золотым медалистом, который вечно участвует во всякой хрени и получает грамоты, которые никогда в жизни не пригодятся, но я довольно неплохо учился. Даже классуха в пример ставила, прикинь? А сейчас… Кто поставит наркомана в пример? Разве, что анти-пример. А так, были увлечение, фокусы всё такое. Но сейчас вернуться к своему прошлому, просто нереальная задача, — он взлохматил свои волосы. — Почему? Всё в нашей жизни возможно, если только ты хочешь вернуться к нормальной жизни, то вернёшься, — она сжала его тёплую ладонь. — Это сложнее, чем ты думаешь, Оль. А, чем ты вообще занимаешься? А-то моя исповедь как-то затянулась, да и ты на монашку не тянешь. — Я? Рисую красивую одежду, дизайнером хочу стать. — Ну тебе повезло, богатые предки исполнят любой твой каприз, — в его словах она услышала какую-то зависть. — Бред всё это. Окончу школу и отрекусь от этих мразей, я лучше сбомжуюсь, чем от них хоть копейку возьму. Пусть свои сранные деньги в задницу себе засунут. Не нужны мне деньги от этих конченных. — Нуда, если так посмотреть… А родственников никаких нет, чтобы сообщить. — Нет, — она грустно улыбнулась. — Были бы, давно им всё рассказала, друзей тоже нет, только ты, — она натянуто улыбнулся, а в глазах уже стояли слёзы. — Извини, — она поджала губы и смахнула непрошенные слёзы. — Я всё понимаю, Оль, — он крепко обнял её. — Когда-нибудь это дерьмо в наших жизнях прекратится. — Го, в кино, сегодня какая-то очередная хрень выходит, которая обещает собрать кассу, это ведь явно лучше, чем болтаться по улицам? — весело подмигнула она, и схватив сумку, вышла из фастфуда. Купили билеты, попкорна, попали на какой-то очередной посредственный боевик. Оля вышла из зала со скучающим лицом, а вот у Ильи кажется впечатлений на всю неделю вперёд было. — Оль, да ты, чего? Классный же фильм, а какой эпик в конце. — Знаешь, похоже на тот ширпотреб, который пачками выходил в 90-е. Я смотрела кино в тысячу раз лучше, чем эта туфта. И вообще, зачем сюда шли, могли по моей подписке глянуть. — Не знаю, я давно в кино не был. И мне зашло, я как-то кино не особо смотрю в последнее время. — Даже дома? Но по телику ведь могут показать что-то годное. Наверное. — Да у нас телик есть, но к нему не подступишься. Мать вечно свой «Домашний» смотрит, и там просто весь день какого-нибудь «Клона» показывают с Жади Рашид, которая осталась сироткой. — Жесть. А по компу не смотришь? Типа можно ведь Интернетом воспользоваться, — намекнула она. — Да у меня своего компа никогда не было… А про интернет даже можно не мечтать, за него же платить надо. Нету денег на такое удовольствие. — А телефон, почему с него не смотреть? — Оль, нету интернета. У меня, конечно самый хреновенький смартфон, но инета там нет. — Извини, — она поджала губы и опустила глаза. — Давай завтра снова встретимся на квартире Саши, только ты обещаешь быть трезвым, — Оля пронзила его строгим взглядом. — Я постараюсь, — он ободряюще улыбнулся. — Пока, — она махнула рукой и цокая каблуками вышла из кинотеатра и села на мотоцикл. Оля по-лучше подкрасила ресницы. Ну вроде бы выглядит неплохо. На голове всё тот же чёрный парик. Тёмно-красная помада, стрелки. Короткие кожаные шортики, колготки в сетку, длинные сапоги, и синяя шуба. Да днём, когда она ещё встречалась с Ильёй тут был топ, но сейчас этого не надо. Пусть хоть что-то в ночи увидят. Сегодня был первый раз, когда она собиралась на панель на всю ночь. Может это конечно совсем не лучший вариант так избегать насилия Гриши, но пока у неё это был единственный вариант попробовать понять, вариант или нет, так сбегать. На данный момент ей казалось, что это лучшее, что можно придумать. Вот сегодня и узнает. Тихо вышла из дома, поймала такси и доехала до точки. Кажется по ночам тут собиралась ещё больше девочек, те только кинули её ещё более неприветливым взглядом. Оля только усмехнулась, пора уводить клиентов. От этих старух. Первая машина, которая затормозила была какой-то старой «Toyota». Но девочка пожала плечами и подошла к ней. — Десять, — назвала она цену, уже невольно закатывая глаза, что будущий клиент начнёт возмущаться тому, что это дорого. — Дорого, но я согласен, запрыгивай, — и он указал на свою машину. Оля только внимательнее на него посмотрела. На вид лет сорок, очень худой, одежда привет секонд. На руках какие-то татуировки, очень похожи на те, которые набивают воры в законе. Он сидел что ли? Хотя, сколько сейчас тех, кто наоборот хочет казаться круты вором в законе и бьёт себе всякую хрень. Может он один из жалких позеров. Девочка только испуганно на дом. Район, в котором живёт Илья. Ладно, ничего страшного в этом, это надо быть полной неудачницей, чтобы заниматься сексом с этим типом за стенкой его квартиры. Только вздохнув, грациозно покинула транспорт и прошла за мужчиной. Третий этаж. Их встретила старая однушка. Которая наверно не менялось с СССР. Всё тот же старый бабушкин ремонт. Ковер на стене, узкий диван, который хорошо, если раскладывается. Сервант с кучей всякого хлама в нём. — А заплатишь мне больше десятки? — шепчет она, ему на ухо, обнимая его за плечи. — А, а за что? — клиент только нервно улыбается. — А я несовершеннолетняя, всего шестнадцать лет, — улыбается и садится к нему на колени. — Ш-шестнадцать? — кажется он даже заикаться начал. — Даа, а уже такая взрослая, — делает невинные глаза. — Уже все умею, — жарко шепчет ему на ухо. — Накинешь ещё десять, и я себе прозрачный лифчик куплю, специально ради тебя, чтобы эротичнее было, а то голая грудь, это как-то скучно, да и холодно, мёрзну, — она берёт его ладонь и кладет на себе грудь и притворно вздыхает. — Давай, начинай уже, я заскучала. — Д-да, но только я хочу с тобой кое-что попробовать. — Всегда к твоим услугам, всё что угодно, кроме секса без резинки. Оля скидывает с себя шубу и шортики с колготками, теперь она стоит перед ним в одним трусиках. — Иди ко мне, подари мне ту ласку, которую не дарят родители, — она освобождается от последней части белья и пригласительно раздвигает ноги. Она чувствует его дыхание на своей шеи, лишь хитро улыбается. И начинает снимать с него рубашку. — Давай, быстрее, — стонет она. Оля резко напрягается, как чувствует, что он резко сжимает кисти её рук и заводит её руки над спиной. Испуганно сглатывает, когда чувствует, как её буквально одним толчком переворачивают на живот. Дёргается, но тут же чувствует, что-то неприятное телу. И с ужасом осознает, что это верёвка. Дёргается, но чувствует, как узлы затягиваются. И вот она лежала голой, связанной на его кровати, испуганно смотря на него. — Отпусти меня слышишь, — говорит она, пытаясь показать, что ей совершенно не страшно и она его не боится. — Нет, я не хочу, — она проводит рукой по её лопаткам. — Не советую связываться со мной, сегодня не лучший день, чтобы убить секс-работницу. Знаешь, что мои предки тебе устроят, если ты хоть пальцем меня тронешь, — шипит она, пытаясь вырваться из оков. — Да, что они могут мне сделать? — в его голосе слышна усмешка. — Они за тобой-то не уследили, — его ладонь, накрывает её лоно и она сжимается ещё больше. Слёзы уже подступали к глазам, и Оля только отчаянно расплакалась, понимая, что больше она не руководит положением. Что контроля теперь нет. — Помогите!!! — истерично завопила она. — Насилуют!!! Помогите!!! На помощь!!! Ольга прислушалась, и кажется услышала какие-то громкие шаги. В дверь резко постучали, неужели её всё-таки услышали? Неужели всё-таки пришло, то долгожданное спасение. Резко включился свет, она невольно зажмурила глаза, потом какие-то удары, крики, стоны. Чьи-то руки развязали её, и она с облегчением выдохнула. Посмотрела на своего спасителя и резко отпрянула. Илья. Сейчас как-то оправдываться было бесполезно, всё итак было понятно. Приготовленные на тумбочке деньги, она полностью раздетая, да ещё и в этом парике. Парень только схватил её за волосы и вышвырнул её с вещами на лестничную площадку, а сам скрылся в своей квартире. Оля только поднялась на трясущихся ногах и вышла из дома, попутно натягивая одежду. Чёрт! Чёрт! Твою мать! Ни на кого в этом мире положиться нельзя! Только начал ей доверять, подумал, что она тот самый человек, на которого можно рассчитывать. А по итогу даже этого нет. Проститутка! Замечательно! И, как он об этом узнал? Тупо из-за её криков, и психопата, который решил её связать и по чистой случайности, они решили трахнуться за стенкой его квартиры. То, если бы они сегодня не поехали сюда, то он так бы и жил себе в счастливом неведении. Ещё подумал, кого-то реально насилуют, у них здесь криминала хоть отбавляй, а она просто лежала связанной. Так, может, если бы полежала, так два часика, то и мозги на место встали бы? Поняла, что проституция, это ай-я-яй. На, кой чёрт она вообще встала на панель? Да у неё охренеть, какие богатые предки, чего ей ещё надо? Куда ещё больше денег? Или они ей тупо не дают, ну судя по её одежде не скажешь. Он же к ней ещё прикасался, ему теперь с дезинфицирующим средством. А-то чёрт знает, с кем она там спит, и от кого, что она подхватить могла. Ну, почему именно она? Девушка, которой он уже полностью начал доверять. Он даже не знал, как появилось это доверие. Просто что-то внутри ёкнуло, и сказало, ей можно верить. Ну, почему даже в единственном человеке в своей жизни он и то разочаровался? Оля ведь и правда классная. Да она офигенная! В ней что-то было, что-то, что притягивало. Не смотря на всю свою внешнюю обеспеченность, она не была какой-то снобкой, которая презирала его. Наоборот, она первая пошла на контакт, первая тогда позвонила. А сегодня уже была готова наброситься с ножом на того, кто по её мнению убил его. Неужели всё это было жалким театром? Хотя, он ей верил. А ту такое всплывает. Он уже начал думать, что у них что-то получится, может она как раз та девушка, ради которой стоит бросить всё это дерьмо. Но нет. Она его также предала. Почему она не сказала ему сразу? А может и правда не хотела? Может у неё тоже что-нибудь ёкнуло? Хотя, у таких, как она не ёкнет. Он для неё очередное развлечение. И ничего более. Почему люди, которых он встречает на своём пути, потом обязательно втыкают нож ему с спину? Теперь надо как-то в срочном порядке забывать Олю. Ну всё. Не хотел. Просто хотелось забыть это предательство. Предательство того человека, к которому уже начал что-то чувствовать. Забыть. Просто забыть. Правильно, что он до этого не с кем не связывался. Все они такие. Все. И она в том числе. Оля пришла утром к нему, постучалась в дверь. Две открыла Илья. Она лишь поджав губы, показала ему видео. — Прости меня, а? Прости, что всё сразу не рассказала.