Тот, кто был всем, в миг станет никем

Три месяца назад.

Прошло три недели.

***

      Бойцы спецназа, как впрочем и вся основная масса военнослужащих, люди режимные. Организм, привыкший к ранним и порой неожиданным подъемам, конечно, частно требует долгого и здорового сна, но в основном вполне дееспособен бо́льшую часть жизни военных.       Незапланированный отпуск Борис Тарасов получил внезапно и сразу на две недели. Казалось бы, что тут странного? Такие ситуации в КТЦ происходили крайне редко, а если быть точнее — практически никогда. Зачастую они говорили о наличии любой прямой угрозы для жизни бойцов или их возможностей нести дальнейшую службу. Конечно, капитан был рад такому раскладу, в частности из-за Олеси. Пока, конечно, не узнал истинной причины его «домоседства».

***

      — Ты чего не на работе? — сонно потирая глаза, спросила Леся, заходя в просторную кухню. Видеть Бориса, стоящего у плиты, было крайне непривычно. Обычно он уезжал не позавтракав, либо завтракал в одиночку.       Ума уже привыкла засыпать и просыпаться одна, постоянно находиться в «неведии» из-за резких уездов Тарасова, при чем совсем неаргументированных. Она знала всё. Каждое его перемещение, точное местонахождение и причину её одиноких вечеров. Конечно, были и плюсы. Олеся могла свободно исследовать квартиру, в которой она за последние недели уже успела освоиться и знала почти каждый уголок, чтобы найти хоть какой-то материал. — Внеплановый отпуск, — вздохнул Бизон, перевернув на сковородке золотистый блинчик. Это действие, как в прочем и нахождение мужчины дома, вызвало на лице Умы удивление и негодование, — что, не рада? — Рада, конечно… Просто не привыкла видеть тебя утром, да ещё и у плиты, — подавив зевок, протянула девушка, в голосе которой промелькнуло осуждение и разочарование. Она бесшумно подошла к Тарасову сзади и обняла его за стан, прижавшись к сильной спине, — мне никогда не готовили по утрам… — Тогда постараюсь делать это чаще. Иди в душ и за стол, у меня всё почти готово, — Олеся вздохнула и оставила звонкий поцелуй на горячей коже спины, обратив внимание на большое количество шрамов и рубцов. Спрашивать о них сейчас было бессмысленно, ведь ответа девушка всё-равно не получит.       Горячий душ немного отрезвил не до конца проснувшуюся Уманову, значительно освежил её кожу, даже придал лицу свежесть и легкий румянец. Обмотавшись в полотенце, Леся наконец вышла из ванной комнаты, сразу учуяв потрясающий запах с кухни.       Ни капельки не стыдясь, девушка элегантно присела на коленки к Борису, закинув ногу на ногу, обхватив при этому одну из них руками. На губах играла невинная улыбка, глаза стали на пару тонов темнее, в них появились искры, ранее неизвестные кап-два. Олеся плавно переместила свою ладонь на шею Бизона, проведя ноготком небольшой путь до плеча. Почувствовав, как его мышцы в ту же секунду напряглись, девушка про себя улыбнулась, приступив к выполнению второй части своего «плана». Наклонив голову немного вниз, Ума оставила на шее мужчины влажный поцелуй, проведя по небольшому шраму кончиком языка. От глаз Умы не укрылось, как быстро кожа Тарасова покрылась мурашками. Значит она всё делает правильно. Удачно добравшись до уха мужчины, оставляя за собой дорожку из жарких поцелуев, девушка замерла, собственным горячим дыханием опаляя кожу мужчины. Аккуратно, будто сомневаясь в своих действиях, Леся укусила Бориса за мочку уха, слегка оттянув её на себя. — Давай завтракать, я ужасно голодная, — гортанно прошептала она, слишком резко отпрянув от разгоряченного мужчины. На его лице отчётливо читалось смятение и непонимание, ведь Ума чётко дала понять, чего же она от него хочет.       После завтрака решено было начать уборку в квартире. Стандартное занятие в первый день отпуска… — Лесь, ко мне сейчас человек один должен приехать, можешь в комнате, пожалуйста, посидеть? — попросил Бизон, садясь на уже заправленную кровать. На уборку ушло чуть больше двух часов и теперь можно спокойно отдохнуть. — Опять эти твои секретные дела? Боря, я устала, понимаешь! Тебя сутками не бывает дома, я засыпаю одна, просыпаюсь тоже одна! Ты хотя бы понимаешь, как я переживаю?! — вспылила Уманова, соскочив с кровати. — Я уже говорил, что рассказать тебе пока ничего не могу! Олесь, ну пойми, я ведь не просто так скрываю, на это есть ряд причин, — стараясь говорить как можно спокойнее, ответил на возмущение Борис, — я всё обязательно расскажу, просто нужно немного подождать. — Честно-честно? — уточнила девушка, стушевавшись. Она ведь прекрасно знала, что в скором времени ничего не узнает, но попробовать непременно стоило. — Честно-честно. Иди ко мне, — Ума подошла к Тарасову и только хотела сесть к нему на колени, как тут же была потянута вниз. Пара упала на кровать, сливаясь в жадном поцелуе, первом за сегодняшнее утро. Полотенце, скрывавшее под собой шикарную фигуру, было отправлено в неизвестном направлении, найдя временное пристанище где-то на полу. Олеся тихо ахнула от резкого порыва ветра, опалившего ее нежную кожу, но лишь ближе прижалась к желанному мужчине, сев на его бёдра. Резко подмяв девушку под себя, Борис оторвался от розоватых губ, медленно, будто желая запомнить каждый изгиб, прошёлся взглядом по её телу, жадно улыбнувшись. Ума нетерпеливо поёрзала бедрами, притянув мужчину к себе за шею. Сладкий поцелуй одурманил их разумы, разгоняя кровь по венам. Дверной звонок.       Он заставил Бориса отпрянуть от Олеси, словно ошпаренный, с сожалением взглянув на последнюю. — Чёрт, — девушка вздохнула, выбравшись из-под мужчины, обиженно натягивая его футболку. — Иди, тебя ждут, — буркнула она, подойдя к окну. Может это знаки вселенной какие-то? Каждый раз, когда дело доходит до близости, их кто-то да прерывает. POV Олеся       Может зря я всё это затеяла? С одной стороны приказ Кравцова я не могу не выполнить, с другой…а нет другой стороны! Нет у меня выбора! Боря не рассказывает мне о своей работе, видимо не доверяет. Хотя учитывая нынешнюю обстановку в их центре — его молчание вполне аргументированно. Интересно, что там за человек пришёл и о чём они говорят? Конец POV       Олеся на носочках подошла к двери, прислушавшись к голосом на кухне. Какие-то отрывки фраз, вырванные из цельного контекста, к тому же совсем непонятные. Прикусив нижнюю губу, девушка погрузилась в раздумия. Узнать тему разговора было бы неплохо, к тому же с помощью него можно составить дальнейший план действий для более рационального нахождения компромата. — Была ни была, — Уманова тихо вышла из спальни, пройдя короткий путь до кухни, и замерла в метре от поворота, вновь прислушавшись к разговору. — Ты уверен, что никто не может слить информацию по тебе? Мы, конечно, всех проверили, но перестраховаться лишний раз не помешает, — мужской голос говорил уверенно и немного настойчиво, но девушке казался абсолютно незнакомым. — Да некому, Бать. Если в КТЦ всех проверили, то ясен пень кто-то копает со стороны. Осталось узнать кто, — Тарасов хоть и всегда был уверен в своей безопасности, но сейчас, узнав о целях его врагов — не на шутку заволновался. — А твоя Олеся? В ней ты уверен? — девушка вздрогнула, почувствовав мимолётную дрожь в теле. Сердце заколотилось с такой скоростью, что Ума почувствовала онемение в районе груди. Её с ног до головы окутало волнение, влеча за собой легкую тошноту и легкий холодок по всему телу, — чего молчишь? — Уверен. Она даже не знает о моей работе. — девушка про себя выдохнула, оперевшись головой о стену, — думаешь рассказать нужно? А если сбежит? — Этого я знать не могу. В общем ты меня понял: сидишь дома, в КТЦ ни ногой, но быть всегда на связи! — кратко проинструктировал Булатов, поднимаясь с места. — Так точно! Я провожу, — Уманова прошмыгнула в комнату, вернув дверь в прежнее положение. Услышав, как хлопнула входная дверь и защёлкали замки, Леся подошла к окну, встав спиной к двери. — Думаю, нам надо поговорить, — тихо проговорил Тарасов, встав позади Олеси. Последняя развернулась к мужчине лицом, по-прежнему стоя со скрещенными на груди руками. Борис внимательно изучал каждую черту её лица, боясь потерять всё это в один лишь миг. Карие глаза, чуть пухловатые губы, острые скулы… Он был влюблён. Влюблён в её хрипловатый голос, порой сиплый и резкий, влюблён в её улыбку, которую она дарила ему каждое совместное утро, — ты всё ещё хочешь узнать о моей работе? — Я не настаиваю, но да — хочу, — шепотом ответила Уманова, безотрывно глядя в голубе глаза. Она прекрасно видела в них ураган, бушующий в душе Бориса, видела два чувства, которые буквально разрывали его изнутри.       Борис в несколько шагов преодолел расстояние до тумбочки, достав оттуда что-то небольшое и яркое. Уверенными шагами вернувшись к Олесе, мужчина протянул ей красную корочку, в центре которой золотистыми буквами было написано «Удостоверение». Ума медленно раскрыла его, не отрывая взгляда от Бизона. Тот молча кивнул, как бы давая разрешение на просмотр. Девушка плавно опустила глаза, в слух прочитав: — Капитан второго ранга Тарасов Борис Андреевич, ВМФ России., — Леся ещё несколько секунд смотрела на корочку и наконец подняла взгляд на Бизона, — вот почему ты так часто пропадаешь… — Я пойму, если ты…— Уманова издала истерический смешок, громко захлопнув удостоверение. — Даже не надейся! Так просто ты от меня не избавишься, понял? — состроив максимально серьезное лицо, сказала Олеся, отдав документ его владельцу. Борис лишь усмехнулся, резко притянув девушку к себе за талию, касаясь её губ в страстном и горячем поцелуе. — На чём мы там остановились? — хрипло уточнил кап-два, подхватив Уманову за бедра и взяв курс на кровать.