Тот, кто был всем, в миг станет никем

Три месяца назад

— Я не хочу…не хочу! — кричала Олеся, упрямо отпихивая от себя оружие, — пожалуйста, не надо! — Я сказал: стреляй! — закипая от ярости, потребовал Кравцов, в очередной раз всовывая пистолет в трясущиеся руки девушки, — ах так значит? Забыла, что я для тебя сделал? Вот так ты мне отплатила… Мужчина резко выхватил горячее оружие, направив его по направлению к Борису Тарасову. Он стоял, осуждающе глядя в глаза Умановой, собирая все прошедшие события в единую картинку. Выстрел. Олеся дёрнулась, как ошпаренная, зажав рот ладошкой, дабы сдержать рвущийся наружу крик. Глаза покрыла пелена слёз, которые вот-вот скатятся по щекам.

***

      — Боря! — резко приняв сидячее положение, выкрикнула Леся, судорожно осматривая помещение. Дыхание было учащенным, будто девушка без остановки бежала несколько километров подряд, а влажные волосы завитушками прилипли ко лбу, по которому сейчас скатывались маленькие капельки пота. Воздух в комнате резко стал на пару десятков выше, и даже прохладный ветер из открытого настежь окна никак не спасал ситуацию.       На соседней части кровати послышалось шебуршание, видимо спящий до этого мужчина начал просыпаться от столь неожиданного ночного крика. — Леська, ты чего кричишь? Случилось что-то? — спросил Тарасов, садясь за спиной Олеси, опираясь при этом на левую руку. — Сон приснился…- вздохнула она, озадаченно бегая глазами по мебели в спальне. Ума не могла понять, что же испытывает сейчас, после увиденного: сосредоточенность на деталях, злость на Кравцова или волнение за Тарасова.       Подполковник звонил ей около двух недель назад, в очередной раз спрашивая о продвижках в его деле. Леся максимально оттягивала момент поиска нужных документов, ведь неожиданно поняла, что испытывает к своей задаче отвращение и ненависть. Желание находить компромат на её мужчину совсем не хотелось, скорей наоборот — огородить его от шквала негативных намерений, с которыми и явился Кравцов в их жизни.       Из мыслей Олесю вывело долгое прикосновение губ к коже её плеча, не скрывающегося сейчас под тканью домашней одежды. Девушка тихо хихикнула, прикрыв глаза от нахлынувшего удовольствия и наслаждения. Она любила подобные прикосновения, ведь они вызывали приятные мурашки и легкую дрожь в теле. — Спать пошли, полуночница, — капитан потянул Лесю назад, уложив её на охладившиеся светлые простыни, нависнув сверху, опираясь при этом на локоть. Взгляд блуждал по чертам её лица, находя всё новые и новые детали. Несколько родинок на щеке, ямочка на подбородке, небольшое пятнышко в зрачке левого глаза… — Почему полуночница? — вдруг расплылась в улыбке Ума, сперва не поняв значение данного «прозвища». Сейчас стало так тепло внутри, будто там включили батарею…достаточно странно представление о влюблённости складывается у Олеси, — это ведь ведьма какая-то… — А кто ты — фея? Ведьма самая настоящая, так легко грозного спецназовца околдовала, — Тарасов улыбнулся, убрав влажные волосы со лба Олеси. Последняя лежала не шевелясь, лишь медленно хлопая пушистыми ресницами, как заворожённая наблюдая за движениями мужчины. — Тогда ты колдун, — прошептала девушка, стараясь унять то волнение, что окутало её в тот момент. Это было её признание. Выбранный путь был сложным и непростым, но Олеся осознанно ступила на него. Не имея представления о своём будущем, девушка поставила себе важную задачу, точно зная, что сможет найти решение. Теперь она не одна. Мужчина, появившийся в её жизни настолько неожиданно и резко, перевернул всё с ног на голову, обрушив на Олесю все страхи её сознания и подсознания, открыл совершенно новые чувства, заставил окунуться девушку в мир любви, ласки и заботы. Борис стал для неё что-то вроде спасательного круга, сумевшего разрушить все оковы, которые сдерживали возможность испытывать гамму эмоций, и дарить их в ответ. — Влюблённый колдун, — в тон ей ответил Тарасов и в подтверждение своих нежно прикоснулся к уже знакомым губам, затянув их хозяйку в протяжный поцелуй, незамедлительно получая жаркий ответ. Три дня спустя.       Часы показывали начало 11 вечера, когда Борис переступил порог квартиры, стараясь не разбудить спящую, по его мнению, Уманову. — Где ты был? — серьёзно спросила двушка, стоя прямо за спиной кап-два. Тот подскочил от неожиданности, шумно выдохнув. Он ведь думал, что Леся не станет дожидаться его и ляжет спать, как делала это обычно. Развернувшись на пятках, Бизон встретился с испепеляющим взглядом кареглазой, опирающейся плечом на стену в коридоре, — Боря, я вопрос задала. — Я слышал, Лесь. Ездил по делам, вот и всё, — легко ответил мужчина, повесив тонкую ветровку на крючок в прихожей, — чего? — Тогда почему ключи от машины дома? Где ты был? — более настойчиво, разделяя слова, повторила вопрос Олеся, пройдя за Тарасовым в ванную комнату. — Иди спать, я сейчас приду, — ответил мужчина, будто пропустив последнюю реплику Умы мимо ушей. — Не пойду, пока ты не ответишь на мой вопрос! Где ты был? — немного повысив тон, спросила девушка, — я жду. — Я уже сказал, что ездил по делам. Разве этого недостаточно? — Бизон вышел обратно в коридор, взяв курс на спальню, намереваясь как можно быстрей лечь спать. Конечно он понимал реакцию Олеси на его долгое неаргументированное отсутствие, в придачу с обнаруженными ею ключами от его автомобиля. — А меня предупредить ты мог? Я ужин приготовила, ждала тебя, как дура, целый день! — вспылила девушка, переходя на крик. Если раньше она успокаивала себя тем, что Борис уезжал в КТЦ, предупредив её перед этим, то сейчас Леся понятия не имела о местоположении спецназовца. Нервы от чего-то сдавали, хотелось выяснить всё, как можно скорее, но мужчина явно не торопился этого делать, упрямо игнорируя её вопросы. — Олеся, ложись спать и прекрати кричать! Я уже два раза сказал, что ездил по делам, и предупредить я тебя не мог! — Леся кивнула, сделав вид, будто поверила в каждое его слово. — Спокойной ночи, товарищ капитан второго ранга, — обиженно пробурчала она, уходя в соседнюю от спальни комнату. — Лесь, у меня нет желания сейчас с тобой ссориться, поэтому вернись в постель и мы спокойно ляжем спать, — пытаясь хоть как-то исправить ситуацию, как можно спокойней протянул Тарасов, проводив удаляющуюся фигуру девушки, — Олесь, ну в самом деле! Ты себя ведёшь, как маленький ребёнок, честное слово! — Ах маленький ребёнок? Тогда ищи себе взрослого, раз я тебя уже не устраиваю, — капитан истерически рассмеялся, показательно кивая головой. С одной стороны он прекрасно понимал чувства девушки, знал, как ей тяжело даётся держать себя в руках, когда он в очередной раз срывается в КТЦ и пропадает где-нибудь в Прибалтике по несколько дней, но с другой стороны, Олеся сама выбрала быть с ним, приняла его работу, к чему же сейчас эти ссоры и скандалы? Быть сможет…ревность? — Ах вот так…а знаешь что? Вот возьму и найду! Запросто! — Тарасов развернулся и стремительно вышел из комнаты, вернувшись в спальню, — спасибо за вечер, дорогая! — Ты куда это? — наблюдая за резво одевающимся мужчиной, дрожащим голосом спросила Ума, встав на пороге в комнату. Она ведь совсем не хотела ссориться с Борисом, даже и в мыслях не было, но ситуация вышла из-под контроля и налаживаться не собиралась… — Как куда? Ты же сама сказала: «Ищи себе взрослого, раз я тебя уже не устраиваю», — процитировал Бизон, выходя в коридор и спешно натягивая на себя ветровку. Оставлять девушку снова одну не было желания, но подобные конфликты нужно решать именно так — дать человеку остыть, прийти в себя, а позже уже спокойно поговорить. — Ну и пошёл к чёрту! — последнее, что выкрикнула Олеся, прежде чем в слезах скрылась за дверью их спальни. — Дура! — напоследок кинул Борис и вышел из квартиры, громко хлопнув дверью. POV Бизон       Просто замечательно! Выгнали из собственной же квартиры, да ещё и послали. И куда теперь идти? Вернуться точно не вариант, гордость не позволит, да и Леська наверняка всё по новой начнёт. В бар ехать, чтобы написать до потери памяти тоже не хочется. Значит на улицу…       Молодец ты, конечно, Боря. Не мог сразу сказать, что сюрприз ей на день рождения готовишь? Ну по сути сюрприз — это и есть сюрприз, что он сюрприз… Да, оригинальность зашкаливает. Поднял голову наверх, найдя окна нашей спальни. В них была непроглядная тьма и лишь одинокая штора колыхалась от порывов летнего ветра. Значит она уже легла спать. Конец POV Ночью       — Олеся Михайловна, только не говори, что ты нашла все документы и звонишь сообщить мне об этом в два часа ночи? — спросил сонный мужской голос на той стороне трубки. — Как мне попасть в КТЦ? — с ходу поинтересовалась Уманова, едко сморщившись от противного ей голоса. — Что ты собралась делать? Туда тебя никто не пустит, даже не надейся, — девушка сжала зубы, глубоко вдохнув. Порыв злости уже давно прошёл, а на его место пришли тоска и вина., — но я что-нибудь придумаю и позвоню.       Олеся, даже не дав ответ, сбросила вызов и поднялась с пола, услышав, как открылась входная дверь в квартиру. Быстро нырнув под одеяло, девушка закрыла глаза, приняв более естественный для сна вид. Снова ссориться не хотелось, да и к тому же причин-то и не было. Тихие шаги по паркету прекратились, когда мужчина ступил на белый ворсистый ковёр, пройдя небольшой путь до кровати, на которой, свернувшись клубочком, мирно посапывала Олеся. Последняя затаила дыхание, ожидая дальнейших действий от Тарасова. Почувствовав, как вторая половина кровати прогнулась под весом массивного тела мужчины, который аккуратно, боясь разбудить Лесю, залез под одеяло и опустил крепкую ладонь на её талию, придвинувшись почти вплотную, Леся тихо что-то промурчала и расслабилась в крепких мужских объятиях.

      На что мы тратим жизнь?! На мелочные ссоры,

На глупые слова, пустые разговоры,

На суету обид, на злобу вновь и вновь.

На что мы тратим жизнь…

А надо б на любовь.

Ни одна ссора не проходит бесследно.