Оригинальная профессия

Саске вновь отравлял легкие сигаретами. Вместе с прохладным вечерним воздухом дым проникал в организм, приятно сдавливая горло, оставляя уже привычный горьковатый вкус на языке. Сенджу прогуливался по практически пустой улице, даже не задумываясь, в какую сторону он идет. На губах запечаталась грустная улыбка, запечаталась настолько крепко, что даже возвращение в те дни кошмаров не стирало ее. Все это блеф, все нереально. Человек должен уметь расставлять приоритеты. Это важно с самого детства. Человек решает, что для него правильно, а что нет, с кем ему стоит водить дружбу, а кого лучше избегать. Чем старше ты становишься, тем труднее выбирать. Почему-то именно сейчас Саске впервые ощутил, насколько стал взрослым. Сперва он считал, что повзрослеет тогда, когда погибнут родители и заботиться о нем будет некому, но это случилось слишком рано. После, он решил, что взрослым себя назовет тогда, когда закончит институт и станет полностью обеспечивать себя сам. Годы шли, но ничего не менялось. А теперь он вдруг осознал, какой путь пройден, если и есть то самое чувство «зрелого взгляда», то именно сейчас Саске смог его понять. Это как увлечься компьютерной игрой, а потом тупо смотреть на титры, не понимая, когда она успела подойти к концу. Вся жизнь на ладони, полная свобода, тысячи проблем – не это ли взрослая жизнь? Все это вращалось вокруг слов, которые он услышал. Отчасти он верил, потому что сам пережил то же самое. Саске так же делал шаги навстречу, привыкал к чужому присутствию и, видит бог, получал удовольствие. Отчасти же Сенджу и не верил, просто потому что это просто слова, а сказать человек может что угодно. Это же Итачи, сколько лжи было до этого? Почему все вдруг должно было измениться? Люди не меняются – это закон. Тварь не станет милой зверушкой, даже если она перестанет грызть и рвать чужие тушки, она останется тварью. На людях этот принцип отражался так же. Не следовало об этом забывать. Саске же знал, что где-то во всей этой истории подвох, не могло все быть настолько прекрасно. Не могло. Он знал это с самого начала, но все равно повелся как девчонка, получившая внимание от самого крутого парня в школе. Неприятно. Саске мог бы совсем исчезнуть из жизни Итачи, тот его не найдет как ни старайся, но уходить так тихо как-то некорректно, после всего, что было. Теперь следовало подумать над тем, что именно скажет Саске во время следующей их встречи. Очередное утро, за окном уже светло, но еще такая рань. Противный телефон над ухом царапает мозги, выдергивая из сна своего обладателя. Итачи стащил с головы покрывало, несчастно глядя в потолок. Эта жизнь просто ужасна. Неделя. Прошла чертова неделя. Позавчера Итачи вновь устроился на работу, какой-то мелкой сошкой с малым кругом обязанностей, состоящих в одной и той же работе с бумагами, оклад мизерный, но на первое время сойдет. Его вновь приняли за однофамильца Учихи. Прелестно. Отключив телефон, Итачи обратил внимание на дисплей. Без десяти девять утра. Воскресенье же. Звук издавал не будильник, какой-то бессмертный прервал сон Итачи, еще и в выходной. - Какого черта тебе надо? - Хей, не возмущайся! Уже давно пора вставать. У меня важный разговор к тебе, подъезжай-ка к ресторану «Капэль», причем живо, я ждать тебя долго не намерен. - Дей… иди ты. - Я серьезно, у тебя двадцать минут, обойдешься без марафета. Я не один, я думаю, ты захочешь поговорить с этим человеком? - Кто? – Итачи нахмурился и сел, сон как рукой сняло. – Ты о ком? - Подъезжай, сам все увидишь, - конец связи. Итачи недоверчиво посмотрел на телефон, но все же заставил себя вылезти из-под теплого одеяла и направиться в ванную. Глупая мысль, но больше в голову никто не лез. Он обещал, что разговор еще будет. Хотя Итачи кажется смирился с тем, что теперь ему здесь придется жить одному. Вновь палить продукты из-за просто неумения обращаться с кухонной утварью, прожигать свою жизнь в наискучнейшей работе и ограничивать свои желания обыкновенным сном. Не самая волшебная жизнь, но выбора не было. Саске ушел, он унес вместе с собой вкусную еду, упоительный секс, положительный настрой и желание развлекаться. Осталась только холодная квартира и одинокий человек, который не добился своими выходками ничего. Он не справился с планами, шансов промелькнуть в беседах отцовских знакомых больше не было, не было и возможности получить от этой жизни и что-то другое. Тупое существование, и только надежда, что это все временно греет. Саске ушел и вряд ли вернется. Он просто хотел услышать ответы, а после скрыться. Ни связей толком, ничего иного. Кто с Деем? Кого Итачи мог бы хотеть видеть? Не особо радужные перспективы, но спустя полчаса в приемлемом виде Итачи вошел в небольшой ресторанчик, находящийся в северном районе города, в котором так любил зависать Дейдара. Парень сидел на привычном диванчике, с улыбкой листая меню. Итачи направился прямиком туда, мягко приземляясь на соседнее сидение. Оказывается, там действительно был еще один человек, но из-за низкого роста, его не было видно, так как спинки диванчиков были весьма высоки. - О, вот как. Спасибо, Дей, ты как всегда заботишься о моих интересах, - почти раздраженно произнес Итачи. – Это все обязательно? Рядом сидел человек, встречи с которым Итачи рассчитывал избежать, если только искать не начнут. Акасуна улыбался, в глазах мягко искрилась насмешка, не злая, но отчего-то неприятная. - А ты сомневаешься в этом? – уточнил он, чуть улыбаясь. – Итачи, ты меня разочаровал. - Я догадался. Что-то еще? - Да, меня интересуют детали. Твой друг любезно согласился мне помочь наставить тебя на путь истинный, тем более это было твое желание, разве нет? – уточнил Сасори, чем еще больше надавил на расшатанную за последние дни психику Учихи. - Мое. Но как видишь, с работой я не справился. Что-то еще? - Итачи, честно говоря, я тебе не доверяю. И брать тебя не планировал, рассчитывал, что ты благополучно завалишь первое дело и скроешься с горизонта. Человек, которого я для тебя выбрал, особенный. Это ведь его не первый акт неповиновения. Здесь нужна была грубая физическая сила, и больше ничего. - Игра, в которую я точно проиграю? Ну и? - Но ты ведь выполнил задание? – усмехнулся Дейдара. К столику подошла официантка, и Дей сделал небольшой заказ, состоящий из десерта и зеленого чая. Акасуна покачал головой, Итачи так же отказался от завтрака. - Нет. - Скромничаешь? – приподнял брови Акасуна. – Что ты ему сказал? Никто так и не смог мне сообщить, что произошло, но этот недоумок был напуган настолько, что начал шепелявить. Выплата возобновилась, вся его спесь куда-то пропала. Кода говорит, что ты ничего особенного не сказал, ты даже не угрожал ему. Мое любопытство давно так не зашкаливало. - Ее убили. - Это просто посредник. Таких как она тысячи, а то и сотни тысяч, и все с радостью займут ее место. Не стоит волноваться. Да, вышло не очень аккуратно, но ведь она сама бросилась в атаку? Или я чего-то не знаю? Итачи помалкивал, разглядывая солонку, словно ее отражающая поверхность была куда интереснее, чем лицо собеседника. - Итачи, что ты из себя строишь? Тебя только что расхвалил человек, который сперва даже на работу брать тебя не хотел. Ты же знаешь, насколько это важно для тебя. - Ты воспитать решил? – приподнял бровь Итачи, оборачиваясь к другу. – Еще от тебя я это слушать буду. - Итачи, - привлек к себе внимание Акасуна. – Что ты сделал? - Ничего я не сделал. Если бы она не дергалась, осталась бы жива, только толку от всего этого, когда человек уже давно покойник? Это выполненное задание? - Задание было найти человека, задолжавшего мне денег, выяснить, в чем причина прекращения выплаты, и, по возможности, постараться возобновить выплату. Я долг за этот перерыв получил вечером. Такого давно не было. Ведь Учиха же постарался, да? Больше крыть было некому. - Да, - не стал спорить Итачи, его отец во всем этом явно как-то замешан, но пытаться разобраться не было желания. – Так, стоп, я просто не хочу этим заниматься, вот и все. - Боишься? А как же оплата твоей работы? Я был удивлен, когда не смог до тебя дозвонится. Новый номер или я теперь в черном списке? Ты странно себя ведешь. Мне не следует отпускать тебя так просто, - Акасуна достал из внутреннего кармана конверт и положил его на стол. – Пусть тебя это порадует, как хорошее начало. - Да что ж в этом начале было хорошего? Я не горю желанием хоронить дамочек каждый раз. Ничего я не знал, чистый экспромт. Там могли бы лежать мертвыми все, если бы этот Аяма был чуть умнее. Ну или менее сентиментальным, я не знаю. Акасуна сощурил глаза, Дей тоже понял, что сейчас он услышит, в чем же была причина, и что вообще там произошло. - Я не знал, что скажу, когда вошел в номер. Я не знал, как буду убеждать человека, стоящего передо мной с оружием. Я вообще не был уверен, что поступил правильно. Меня сразу смутила зачищенная биография. Отец не раз рассказывал, что делал так же, когда прятал мать. Я не знаю, что за деятельность он разворачивал, но у него было слабое место, осталось только доказать себе это как-то. Ребенок. Начальное школьное звено, быть может. Скорее всего, он прячет его в Америке, изредка навещая. Мне просто пришлось убедить его, что я знаю об этом давно, и кроме меня это знают те люди, на которых я работаю. То есть ты и мой отец. - Ребенок? – нахмурился Акасуна. – Мой последующий вопрос очевиден. - Экспромт, помнишь? Детское украшение в подарок к коллекции украшений. Мужчина в его возрасте не стал бы носить безделушку такого вида, если бы она ничего для него не значила. Хотя если бы оказалось так, меня бы тут не было. - Браво, - покачал головой Акасуна, понимая, что сам бы рассматривать украшения собеседника не стал. Браслеты, да? Странный стиль, который с самого начала казался Сасори глупым и неуместным. – Ты прав, все просто. Итак, ты, впечатлительная натура, сунулся в мой офис, чтобы повести командование людьми, способными убивать по приказу, и струсил, когда что-то пошло не так? Я все же расстроен немного, но готов сделать вид, что этого не было. - Нет, я не горю желанием проделывать это вновь. Я ошибся, было глупо с моей стороны, признаю. Но работать на тебя я не стану. Акасуна взял в руки конверт. - С этих денег я оплачу похороны той девицы, надеюсь, тебя это хоть немного порадует. Что ж, грустно видеть, что способности пропадают. Если передумаешь, у тебя есть пара дней в запасе, после место будет занято. А что касается тебя, - Акасуна обернулся на Дейдару, который мило улыбнулся, наклонив голову, - я думаю… - Не заинтересован. - Я ведь еще… - Все же нет, спасибо. Акасуна изогнул бровь, но, не сказав больше ни слова, покинул заведение. - Что, нет? – уточнил Итачи. - Понятия не имею, но больше не хочу ничего общего с ним иметь. Чертов агрессор, словно мне так проблем мало. Не думал, что причина окажется в том, что у тебя кишка тонка. Нет, честно, Учиха, ты ли это? Выпей, тебе не помешает, я плачу. - Смысл? Алкоголь не имеет в своих свойствах ничего расслабляющего. Просто путает мысли, а мне еще этого не хватало. Нет, спасибо. - Да что с тобой такое? Ты меняешься на глазах. Нет, ты конечно всегда сам себе противоречил, эдакий принц, по ночам убивающий монашек, но теперь уже совсем клиника. Итачи, что случилось? Тебе по вкусу жизнь добропорядочного человека? – спросил Дей. Подали заказ, и Дей принялся за еду, все не сводя взгляда с Итачи. Блеск с этого человека сошел. Волосам требовался хороший уход, они потускнели, губы потрескались, одежда слишком проста. Но хуже всего был взгляд задумчивый, пустой, холодный. Где же искра? Та насмешка, которая почти всегда мягко искрилась в этих темных глазах? Что ярость, что счастье, что усталость – глаза всегда горели, а теперь словно кто-то выключил свет. - Я хочу домой, - произнес Итачи кроткую фразу, и ложка с десертом замерла у губ Дейдары. - Ты не можешь. - Я знаю, - устало вздохнул Итачи, запуская руку в волосы. – Но я хочу. Я снова хочу развлекаться, хочу в свою спальню, хочу выбирать, что буду есть, независимо от графика. Хочу вернуть то время, когда мог заниматься любой работой по выбору и всегда приносить пользу, хочу видеть в глазах других восхищение. Я в ужасном положении, на самом деле. Но убивать я тоже не хочу, не хочу иметь к этому даже косвенное отношение. - Почему ты не думал об этом раньше? Тогда, когда мог изменить все это. - Да потому что я был уверен, что справлюсь! И я справляюсь! Только смысл доказывать что-то кому-то? Всем плевать на то, как я живу, что я имею… Саске. Он просто исчез. Я понятия не имею, откуда он все знает, но теперь я каждый вечер запираюсь в этой маленькой квартирке, где на меня давят стены, и хочу подохнуть от скуки! Мне просто заниматься нечем. Знаешь, чего от меня хочет мой новый начальник-лузер? Чтобы я сортировал отчеты, в которых якобы профессионально спрятаны все его косяки, хотя они видны невооруженным взглядом. Они все мелкие и незначительные существа. Это не мое. Раньше я был нужен всем вокруг, меня не знали, но уже хотели, кто работать, кто общаться, кто коротать ночи, а теперь что? Господи, куда я скатился? Я жалуюсь другу на свою ничтожность? – Итачи прикрыл глаза, и если честно, он и вправду выглядел жалко. - Переезжай ко мне, - выдал Дейдара раньше, чем успел подумать. – Я сделаю из тебя человека снова. Твоя внешность все так же прекрасна. Проблема ведь в работе? Так бросай эту ерунду, мы придумаем, куда тебя деть. - Ты серьезно думаешь, что меня волнует, красив я или нет? Меня интересует, сколько людей в этом ресторане думают обо мне? Не стоит меня настолько недооценивать, я все еще могу получить, кого захочу. Но я никого не хочу. Я не собираюсь жить за чей-то счет. Даже за твой. Мне просто паршиво, это пройдет. - Тогда чего ты вообще хочешь? - Я не знаю. Все, что я хочу, мне сейчас недоступно. - Слушай, какая трагедия, оставил тебя твой мальчик в юбке. Ты ведь из-за него сейчас себе места найти не можешь. С его появлением ты потерял столько всего! Может, оно и к лучшему? Итачи закатил глаза и вдруг остановил свой взгляд на одной из стен. Пауза была долгой, но после Учиха усмехнулся, наклоняя голову и оборачиваясь к другу. - К лучшему, говоришь? - Да, к лучшему. Просто подумай, сколько всего ты сделал ради него – плохого и хорошего. И к чему в итоге это привело? К тому, что ты раскисаешь в полном одиночестве без средств для нормального существования. - Дей… что ты ему сказал? Дейдара нахмурился, отодвигая десерт. Кажется, тема разговора кардинально изменилась. - Ты меня обвиняешь? С чего ты взял, что я имею к этому какое-то отношение? Итачи, не нужно нести чепуху, ты же знаешь, я бы не стал. - Но ведь это твоих рук дело. Больше некому. Зачем? - Эй, я ничего не говорил о заключении. - Почему же так нервничаешь? Ладно, я понял, хорошо. Идем, - Итачи не стал дожидаться, пока Дей доест, просто вышел из ресторана, дожидаясь друга на выходе. Тсукури ничего не осталось, кроме как нервно бросить деньги на стол и последовать за ним, ожидая явно не самых приятных слов. Стоило ему выйти на улицу, как Итачи продолжил путь куда-то дальше, сворачивая за угол. Ну вот, словно игра в догонялки. Только нервяк засел где-то в районе кадыка. Выбранное Учихой направление не особо порадовало Дея, но он все же свернул в тот же проулок. Спасибо, что далеко Итачи не ушел. Прислонился к кирпичной стене, закурил и замер в ожидании. - Эй, ты же не собрался выяснять отношения? – нервно засмеялся Дейдара, оглядываясь. - Нет, - Итачи прикрыл глаза, чуть улыбнулся. – Поехали ко мне? - Зачем? – чуть запоздало спросил Дейдара, мало что понимая. Итачи откинул сигарету, сделав всего пару затяжек, и приблизился к другу, обнимая его, укладывая голову на плечо. - Ты понимаешь, зачем. Прекрасно все понимаешь. Я предлагаю, и не собираюсь объяснять почему, - губы Учихи остановились на щеке, Дейдара кожей чувствовал усмешку. - Нет. - Вот как? А разве не этого ты хотел? Ломаться будешь? На тебя непохоже. Брось, у меня хорошее настроение. В следующий момент Дейдара был прижат к грязной стене и ему предстояло сделать самый сложный выбор в его жизни. Принять все то, что сейчас происходило, чтобы оставить заботы на потом, или включить голову и оторваться от самых желанных губ на всем белом свете, которые нещадно терзали его собственные в поцелуе слишком грубом для человека с хорошим настроением. Крепкие ладони уперлись в плечи Учихи, но толчок заставил себя ждать, мысли не вставали на место. Привкус сигарет… так не бывает. Не в этой жизни. Сила не была рассчитана, Итачи отшатнулся на несколько шагов, продолжая неприятно улыбаться. - В чем дело? – наигранно недоуменно спросил он. – Я что-то делаю не так? Так скажи, как нужно. - А ты, значит, думаешь, что из ваших отношений что-то бы вышло? – Дей еще не раз пожалеет о сказанном, он знал. – Ну и сколько еще раз ты собирался подставиться? Что от тебя осталось? Не могу поверить, что настоящего тебя делали деньги. - Заткнись! - Все? Ты лишился папочкиной заботы! Кем ты стал? А я скажу тебе, тебя не это добило, а твой мальчик с «идеальными параметрами». Ему благодаря ты потерял все, а теперь теряешь остатки. Где твой характер? Где твои цели? Где тот человек, который никогда не сдается? Где тот, кто обещал поставить мир на колени!? - Да нахрен мне сдался твой мир!? Какое ты вообще право имел лезть в это!? Я доверял тебе! Доверял так, как никому другому! Чего ты пытался добиться? Все отлично, я готов тебя похвалить за проделанную работу, чего же ты нос воротишь!? Или все еще пытаешься строить из себя моего друга? Ты думаешь, я не вижу, какими глазами ты на меня смотришь? Думаешь, не вижу, как прожигаешь взглядом тех, кого я выбираю целью? Так если я тебя интересую только как предмет сексуального желания, какого черта ты строишь из себя мою подружку!? Это было зря. Дейдара горько усмехнулся, устремляя взгляд на оживленную улицу. Он мог бы уйти сейчас молча. Итачи придет в себя, они потом поговорят, он может даже извинится за свои слова, но слушать это выше человеческих сил. Что-то сломалось, тело перешло в повиновение эмоциям, наглухо запирая разум, и первый удар попал точно в челюсть. Дейдара не помнил, когда последний раз хотел сделать кому-то так больно. Он не помнил, когда последний раз так злился, не помнил, когда последний раз дрался. Но теперь этого жаждало все сознание, а потому удар повторился. На сей раз доминировать пришел черед Дейдары, а потому прижав за горло Итачи к стене, он тихо выдохнул, ведь нужно было что-то сказать. Но вместо этого лишь очередной удар коленом в живот. Возможно, это произошло слишком быстро, а может, Итачи не хотел рукоприкладств вообще. Но только после очередного удара он позволил себе ответить. Они не дрались ни разу до сего момента. Оба знали, что это не смешно, оба знали потенциал друг друга, оба знали, что не останутся без следов. Но все же, Итачи получил гораздо больше и вновь оказался зажат в проигрышном положении. Он все улыбался, словно всегда этого хотел. Это еще больше бесило Тсукури. В конечном счете, Итачи перестал отвечать, улыбка сошла с лица, оно стало серьезным, холодным, в нем не было ничего необычного, но что-то делало его жалким в эту секунду. - Зачем? – задал вопрос Итачи. - Потому что это было правильно. Я дал ему одну лишь мысль о том, что ты не так добр, как кажешься. Он выяснил все сам и ведь ни слова же тебе не сказал! - Дей перевел дыхание. - А теперь вершите свои судьбы сами, и мне совершенно плевать, к чему ты придешь в итоге! Ты сам помешан на собственном превосходстве, но тебя больше нет. Осталась только твоя мордашка, и та сухая и безжизненная. Ты можешь продолжать мечтать о том, как тебя хотят все, но для меня ты навсегда останешься Учихой. Мне ничего не стоило заломать тебя и взять силой, если ты уверен, что это было мне нужно. Я куда сильнее тебя, я знаю все твои слабые места, ты столько раз засыпал пьяным в моей кровати. Так спроси себя, я хоть раз тебе дал повод сомневаться в значимости нашей дружбы? Я заслужил эти слова? Катись ты к черту со своими соплями по горделивой малолетке! Разжав пальцы, Дей отпустил друга и быстрым шагом покинул это место, оставив Итачи одного. Вся эта ситуация, каждое слово – чеееерт. Теперь Итачи жалел и об этом. Прелестно! Это самый край его идиотской жизни! Его ждет только скука и давящее одиночество, которое не разбавить похотливыми шлюхами из бара. Наверное, что-то нужно менять в этой жизни, учиться искать другие ценности и утихомирить свое эго. Мир вокруг рушится по частицам, а обвинить некого, и это режет ржавым ножом по нервам. Прямо сейчас внутри загорелось жгучее желание, которое сорвалось с губ тихим: «Прости». Скольким людям это требовалось сказать? Саске, Дею, Лике. Скольким людям он испортил жизнь? Скольким капал на нервы? Скольких обидел и подставил? Разве это та жизнь, к которой он стремился? Что и кому в итоге он доказал? Саске взял с книжной полки первую попавшуюся книгу и направился к одной из парт, чуть прикрытой стеллажами книг. Обычно тут всегда пусто, но сегодня он нашел там того, кого искал. Потрясающей красоты стерва, умеющая говорить так, что жить потом не хочется, улыбаться так, что не задумываясь перепишешь на нее все свое имущество, пить так, как не умеют мужики, игнорировать так, что сам сомневаешься в собственном существовании. На костер бы ее, да ведь в жизни рука не поднимется. Хотя все проблемы Саске удалось чудом избежать, сохранив с ней дружеские отношения. Присев напротив, Сенджу отложил книгу и, сложив руки как школьник, уложил на них голову, пристально глядя в глаза девушке. Та выждала пару мгновений, но все-таки закрыла книгу и, поправив очки, воззрилась на собеседника. - Сенджу. - Хаюми. - Чем обязана? - Ты сменила номер, я не смог дозвонится. - Делаю это раз в два месяца, чтобы сбегать от поклонников, - дернула плечом Конан, а после улыбнулась. – Шучу. Утопила телефон по пьяни. Чем обязана? Уже не ожидала тебя увидеть. - Я решил, что должен на тебе жениться. Лучше я уже никого не найду, так что зачем тянуть? - Ух ты, а я бы тоже попробовала ту траву, что ты куришь. Саске засмеялся, и, выпрямив спину, вздохнул: - Я просто хочу воспользоваться твоей добротой и выйти через тебя на твоего братца. Мы не особо ладили в прошлом, но у меня есть к нему деловое предложение. - Я сейчас помру от тоски, - наигранно зевнула девушка. – Ну почему никто не придет и не пригласит меня на танцы или в театр? Или хотя бы просто выпить. Но нееет! Либо непристойные предложения, либо нужен Пейн. Вот уж жизнь не задалась. - Ну, чисто по-дружески, я могу пригласить тебя выпить. Но я сейчас совсем один, а потому боюсь пить с тобой. Мы проснемся в одной кровати, я снова пойму, что хочу с тобой отношений, а ты во мне разочаруешься, потому что я все тот же унылый бесперспективный мудак, и в итоге мне придется знакомиться с Пейном в качестве груши для битья. Хотя если ты пообещаешь не соблазнять меня, то по рукам, я плачу. На тонких губах девушки блеснула удовлетворенная улыбка, и она согласно кивнула. - Я договорюсь с ним, в чем проблема-то? - Мне нужно сказать одному своему другу «спасибо», а сам организовать встречу не могу. Нужны фанфары и приятная музыка, а так же парочка приятелей, которые не позволят этому мероприятию быть скучным. Смекаешь? - Что за друг? - Ну… это очень длинная и неинтересная история. Просто меня поставили в неловкое положение, я обещал поговорить с ним, а он псих - на людей кидается. - Боишься? - Немного. Но я ведь могу на тебя рассчитывать? – спросил Саске, делая щенячьи глазки. Выходило всегда здорово, но чаще смешно. Конан согласно кивнула, достала из сумки блокнот, где черкнула номер телефона и сообщила, в какое время звонить. Саске протянул руки к ее книжке и сразу получил по рукам. - Ха, секреты? Я ничего не видел и не слышал. Спасибо, я не забуду твоей помощи. - Все потому, что ты хороший человек, и твоя смазливая мордашка тут ни при чем. До встречи. - Эй, а ты с нами? Итачи отвлекся от книги, поднимая взгляд на сослуживца, который нагло влез в его личное пространство. Эдакий японец золотых лет с крупным брюшком и давно небритой щетиной улыбался во все свои неполные два десятка зубов. Вообще с Итачи здесь редко разговаривали, он был чужой для них, совсем другой. Сам Учиха не жаловался, ему такие приятели были ни к чему. Именно поэтому сейчас он был так удивлен. - Что, простите? - У Танаки сегодня юбилей, мы собираем весь отдел отпраздновать после работы. Так ты с нами или как? Кто такой Танака, Итачи не имел ни малейшего представления. Но все-таки согласно кивнул, даже не догадываясь, зачем. Это было ошибочным решением, Учиха понял это почти сразу, но говорить «нет» было уже неловко. Его просто обескуражило приглашение одного из тех, кто смотрит на него как на человека, сошедшего с журнала. Здесь никто не блистал особыми внешними данными, разве что парочка молоденьких секретарш, а тут такой кадр с телосложением а-ля Аполлон и метровой копной волос. Такое описание Итачи услышал случайно, и оно его крайне позабавило. Много странных взглядов, но ни одной попытки познакомиться поближе или подружиться. Дамы слишком стеснительные, хотя сам Итачи уже допускал странную для него мысль о том, что может стоит завести себе дамочку. Да, вряд ли их отношения вышли бы адекватными, зато кто-то бы нормально поел. Кстати, эксперименты на кухне все реже были провальными. Питаться фастфудом и прочей дрянью Итачи не мог, а после того как он сжег кастрюлю с предполагаемым карри, готовить что-то еще желание пропало. Даже самый обычный рис он умудрился испортить до невозможности. Вот и как выживать в этом жестоком мире? В ход пошли салаты и продукты, с которыми справится ребенок. Но душа жаждала куда более изысканных блюд. Так жизнь спотыкающегося по жизни человека стала чуть более реальной. А сегодня кто-то впервые рискнул спросить что-то, не касающееся работы. Рядом замерла сотрудница, и, бросив пару раз взгляд на обоих, улыбнулась. - О чем беседуете? - Да вот, пригласил, эм… в общем, собираю людей на празднование. - Точно! Танаке же сегодня тридцать пять! О, а вы тоже будете? Итачи снова кивнул, чувствуя, как ситуация притягивает взгляды. - Мне так неловко, но я даже не знаю ваше имя. - Итачи, - коротко ответил Учиха, заметив вытягивающуюся шею парня, который забирал из автомата кофе. Ну, началось. - Приятно, наконец, с вами познакомиться. Я Мей, а это Моо. Он у нас организатор любого алкогольного вопроса, - девушка посмеялась и направилась в сторону своего рабочего места. - Да. Как-то вот так. В общем, я… Ну, еще увидимся. Сегодня вечером. Прелестно. Когда и этот кадр двинулся в направлении своих дел, все, что смог сделать Итачи - это приподнять брови, совершенно не понимая, что сейчас вообще произошло. Все было так неловко и глупо, что даже сам Учиха ощущал себя, мягко говоря, странно. Может, оно и к лучшему. Знать бы еще, что за Танака.