Огненная цитадель

Земную жизнь пройдя до половины,

Я очутился в сумрачном лесу,

Утратив правый путь во тьме долины

Данте

      Гермиона не знала сколько прошло времени, когда она проснулась от холода. Девушка лежала на мантии посередине поля в полном одиночестве. Луна так же ярко светила над головой, и звезды так же нежно мерцали, но романтика этой ночи была безжалостно убита. Кавалер бросил свою даму сердца в темном лесу, и, судя по всему, в замок ей придется возвращаться самостоятельно. А это значит, у троллей еще остались шансы на поздний ужин. Гермиона огляделась и на всякий случай позвала профессора, но уже отчётливо понимала, что ей никто не ответит.       Цветы печально провожали ее тонким миндальным шлейфом. Гермиона подумала, что всё не так уж и плохо. Снейп ее не проклял, она всё еще не хорёк, наверное он просто ушел от греха подальше, чтобы не иметь соблазна запустить в неё Непростительным. А мог бы. И всё-таки было грустно. Оставленная своим поэтом, недавняя муза грустно побрела к тропе, укутавшись в его траурный плащ.       Тут глаза девушки заметили мерцающий объект впереди на дороге. Подойдя ближе, она разглядела букет лунных колокольчиков. Цветы уже отходили от хрустального сна. Значит прошло не меньше получаса, как очнувшийся от любовного дурмана Тристан сбежал без оглядки от своей бедной Изольды.              Гермиона вздохнула и продолжила путь. Палочка освещала узкую дорогу среди плотно растущего кустарника. В голову лезли неприятные мысли. Что она вела себя как дура, что она поставила их обоих в неловкое положение, что она не должна была позволять обнимать себя или слушать его стихи. Щеки девушки стали пунцовыми от стыда — она вспомнила поцелуй. В ужасе она закрыла рот, чтобы не застонать от раскаянья. Как теперь смотреть ему в глаза? Он, наверное, теперь считает ее легкомысленной, доступной или просто идиоткой.       Единственное, что она сделала верно — рассказала Снейпу, почему решилась на всё это. Не факт, что ее доводы будут иметь вес, но определенную логику они точно имеют. Хотя он с этим может и не согласиться. Нет, ею двигал не каприз и не глупая влюбленность! Да, она, теоретически, была бы готова ответить на его чувства, если бы зелье оказалось с пожизненным эффектом. Но благо, шанс такого исхода был невелик. И только в этом случае! Потому что иначе — это была бы подлость! Спасти человеку жизнь — и тут же разбить сердце, нет, на такое она не способна! В любом другом случае, она бы даже не пыталась удержать искусственную увлеченность профессора. Понял ли он её сбивчивый рассказ? Что он сейчас думает? Наверное, теперь он ее просто возненавидел! Сейчас, прокручивая в голове вчерашний день, она нашла массу поводов укорить себя. Зачем она вообще на это решилась! Дура!       А может быть, он ничего не помнит… Как вообще ощущается это зелье при передозировке? Он ведь всю руку облил, а доза была одна-три капли на одежду. Ответы пока отсутствовали, но юная ведьма мысленно начала молиться всем богам, чтобы Снейп всё забыл, как будто ничего и не было. Пусть у него будет провал в памяти! Любовные Зелья иногда действуют именно так. Она придумает что-нибудь, только бы он забыл!       И тут Гермиона заметила, что тропа привела ее к развилке. Было две, расходящиеся в диагонали дороги. Девушка не помнила по какой из них шла к поляне. Кустарник тут сменялся высокими соснами, это можно было использовать. Гермиона задумала залезть на дерево и оттуда, с высоты, определить верное направление движения. Она должна была без труда заметить высокий замок даже в ночной мгле.       Только как влезть на сосну? Ветки начинались слишком высоко, а левитировать Гермиона не умела. Вот бы взять пару уроков у Снейпа! Или у Макгонагалл пройти приватный курс анимагии, тогда она бы грациозной кошечкой залезла на необходимую высоту и всё увидела, сидя на ветке и покачивая пушистым хвостиком. Но хвостика не было, метлы не было, необходимых для такой ситуации заклинаний тоже не было в арсенале.       Хогвартс не мог находиться более чем в часе ходьбы от этого места. Но куда идти? Сделав пару попыток одолеть ближайшее дерево, она с горечью признала, что эта идея нереализуема. Увы, остается только одно верное средство — попробовать одну дорогу, пройти по ней, и если она так и не выведет к замку, то вернуться на развилку и пойти по второй — уже наверняка.       Молодая исследовательница выбрала правую тропу и уже начала движение, но тут увидела вдали какую-то тень. Это было вытянутое крупное существо, очертаниями напоминающее волка или оборотня.       Тень резко кинулась в сторону Гермионы, девушка метко выстрелила обжигающим заклинанием. Послышался злобный рык, черный силуэт замер около кустов поодаль, ночь скрывала очертания нападающего. Только горящие красные глаза отражали неверный лунный свет. Гермиона прицелилась и выстрелила еще раз, теперь уже в ход пошел Остолбеней. "Промазала, — зверь метнулся в сторону кустов, не смог пролезть в частоколе веток и убежал в темноту тропы. — Хотя бы отпугнула". Идти вслед за убегающим хищником было слишком рискованно. Итак, одна тропа теперь отрезана.       Остается вторая. Гермиона пошла по ней. Дорога сначала вела ее прямо, потом стала забирать вверх. Под ногами стали встречаться торчащие корни и неуклюже наваленные камни. Видимо, этой тропой ходили редко. Девушка устало плелась в гору. Замок всё равно не был виден из-за густо растущих деревьев, это ужасно нервировало идущую.       Теперь она неуверенно кралась по горной тропе над крутым склоном. Если бы не Люмос, она бы уже давно свалилась с одного из уступов. Надежда на выход к замку не оправдала себя. Гермиона сильно вымоталась, но запретила себе сдаваться.       Путь вел дальше в горы, окружавшие Хогвартс. Тут внимание Гермионы привлек большой след сапога, размером больше человеческого раза в два — возможно, он принадлежал Хагриду. Тогда вероятнее всего, именно этой дорогой добродушный великан ходил в поисках сородичей. "И как он только не свалился вниз!" Идти его путем хрупкой студентке не следовало ни в коем случае. Она вспомнила, каким побитым выглядел бедный Хагрид по возвращении, и как он прикладывал сырое мясо к лицу. Такая перспектива показалась девушке хуже встречи с оборотнем. Великаны ее точно убьют.       Хагрид рассказал троим друзьям, что все гиганты, кроме его младшего брата, поддержали идею присоединиться к Тому-кого-нельзя-называть. Значит надо было возвращаться на развилку. Зверя там уже могло и не быть, а верный путь теперь известен точно.       Идти вниз было гораздо легче. Гермиона быстро вернулась и вышла на уже знакомую развилку с палочкой наготове. Она прислушивалась к каждому шороху. Было страшно. Мысленно Гермиона прокручивала схему боя. "Надо непременно начинать с Остолбеней, а не как в прошлый раз с Обжигающего заклинания. Только бы получилось обездвижить врага!" Не на всех зверей это действовало, а второй ожог может сделать зверя свирепым.       Гермиона шла осторожно, оглядываясь по сторонам. И вдруг услышала рычание из кустов. Она направила палочку на источник звука, но пока не атаковала, вглядываясь в тьму. Зверь не двигался. Девушка не могла точно понять, где он. Всё стихло. Напряжение предстоящей схватки накалило холодный ночной воздух до предела. Гермиону бросило в жар.       Боковым зрением защищающаяся успела заметить неожиданный бросок. Она увернулась и кинула в ответ заклятием. Попала, но эффекта окаменения не последовало. Возможно эта тварь имела иммунитет к некоторым видам магии. Зверь кинулся еще раз, Гермиона упала в кусты, резкая боль пронзила всё тело девушки. Животное хотело вцепиться ей в горло, но пока не получалось, и оно злобно терзало выставленную в жесте защиты левую руку. Правая всё еще сжимала палочку. Волшебница застонала. Вне себя от ужаса, собрав последнюю силу воли, она ударила Обжигающим заклинанием еще раз. Запахло паленым мехом, ночь взорвалась диким визгом раненого животного. Зверь отступил со злобным рыком назад в темноту.       Наконец, она рассмотрела опасного хищника. Это был крупный свирепый волк со вздыбленной серебристой шерстью и красными светящимися глазами. Гермиона отползла еще глубже в колючие заросли, царапины ее мало волновали сейчас. Она лежала молча и ждала, когда шорох удаляющегося зверя окончательно стихнет.       Девушка стала рассматривать свое ранение. Предплечье было прокушено насквозь, разорванный рукав открывал алые глубокие следы от острых зубов, кровь залила лицо и грудь девушки. Она сжала ладонь правой руки в кулак, и делала над собой неимоверное усилие, чтобы не кричать. Лишний шум мог бы привлечь еще кого-то. А вторую схватку ей явно не пережить.       Животное было где-то недалеко, легкий шорох продолжал доноситься из зарослей. И тут Гермиона услышала вой. Сначала завыл тот волк, что атаковал ее, затем издалека ему ответили другие. Леденящее душу крещендо нарастало. Стая приближалась. Девушка лихорадочно думала, как защищаться. Шансы на победу были невелики.       Вдруг Гермиона услышала звук быстро приближающихся шагов. Ее сердце забилось чаще в надежде на избавление. Звук замер. Снейп? Пожиратель Смерти? Вряд ли это был враг, но Хагрид рассказывал, как пожиратели ходили к великанам, чтобы убедить их служить своему господину. Мог ли это быть кто-то из их числа? Гермиона лежала и не шевелилась. Она увидела темную обувь в просвете кустарника, чья-то рука подняла с земли черную ткань. Мантия! Она слетела в схватке. Человек присел и коснулся пальцами земли. Её кровь! Раздался глубокий взволнованный голос: — Мисс Грейнджер?       Гермиона почувствовала как к горлу подступил комок. Слезы облегчения полились из глаз девушки. Всё-таки это её профессор! Никогда в жизни она еще не была так рада его видеть. — Грейнджер! — голос позвал громче и с большим волнением. — Сэр, я здесь, — тихо выдавила из себя раненая девочка. — Черт бы вас побрал! — выдохнул Снейп.       Он аккуратно достал пострадавшую ученицу из кустов и внимательно осмотрел. Потом направил на нее палочку, и пробормотал заклинание. Руку стало жечь в месте укуса. Гермиона испуганно дернулась. — Не двигайтесь, потерпите, я частично вылечу ранение. Но это не просто волк. Вам немедленно нужна помощь Мадам Помфри. Вы же не хотите, чтобы у вас остались отметины от зубов на всю жизнь? — Извините Сэр, я подумала… — Вы в последнее время думать как раз разучились! — грубо прервал ее Снейп. — Но наш разговор об этом продолжится потом. Сейчас я вам помогу и доведу до больничного крыла. — Простите меня, пожалуйста. — Замолчите, в ваших же интересах не мешать мне!       Гермиона услышала, как Снейп произнес другое заклинание, напоминающее песнь, и ее раны чудесным образом стали затягиваться. Царапины от острых шипов кустарника сошли вовсе. — Вы сможете идти сами? — спросил Зельевар, поднявшись с земли и подавая руку студентке. — Да, конечно, — слабо уверила его Гермиона.       Он шел медленно, придерживая под локоть раненую. Девушка чувствовала слабость и сильнейшую усталость, рука всё еще ныла остаточной болью, но кровь больше не текла.       Снейп держал палочку наготове. Стая была где-то недалеко, в кустах были слышны шорохи и рычание. Наконец, на дорогу выбежали два крупных черных волка с такими же свирепыми красными глазами, как и у сородича, чуть не убившего Гермиону. Битва оказалась быстрой, настолько, что волшебница только вскрикнула, и всё было тут же кончено. Молниеносным движением руки Снейп выпустил какое-то неизвестное девушке заклятие. И в сторону нападающих вылетели два синих шара, состоящих как будто из чистого электрического разряда большой плотности. Волки взвизгнули и отлетели в стороны, как две кегли для боулинга. Больше атак не было. — Спасибо вам, Сэр, — восхищенный взгляд распахнутых карих глаз встретился с мрачным взглядом профессора. Гермиона замерла, и тут же, почувствовала толчок под локоть. — Не замирайте так Мисс, вы не легавая в стойке перед добычей. Волки убежали. Так что продолжайте идти, и давайте уже быстрее! Я и так из-за вас не спал сегодня. — Простите. Я не думала, что… — Да я понял уже, что вы не думали! Не испытывайте моё терпение. Идите быстро и молча!       Гермиона больше не проронила ни слова. Утренний свет разогнал мрачные ночные тени. Уставшие путники приближались к сладко спящему замку. По пути им никто не встретился, на радость обоим. Любая встреча сейчас сулила бы одни неприятности. Больничное крыло показалось из утреннего тумана. Приемный покой встретил входящих мирной тишиной и пустотой.